Британцы построили облачный граф депутатов, голосовавших вчера по различным вариантам.

Видно, что есть стройная группа тех, кто хотел бы выйти без сделки или выйти без сделки с отдельными торговыми договорами. И чётко видно, что есть размазанное большое облако тех, кто готов поддержать альтернативные планы.

Но при этом ни одна сторона не может побороть другую и завоевать большинство, как только кто-то усиливается, против него образуется коалиция: вечная беда этого Брекзита вот уже год как. Дружить "за" не получается, получается только дружить "против" и топить всё, что не подходит под твои критерии.

За что нежно люблю британскую (неработающую, хахахаха) демократию — так за их трепетное внимание к обсуждению того, как кто проголосовал: пошёл ли против партии, нарушил ли свои обещания, изменил ли своим заявлениям, которые делал год назад.

И, конечно, во всех газетах: посмотрите, как голосовал ваш депутат от Кройдона! проверьте, за что высказался избранник от Портсмута! новости, новости, депутат от района Уайтчепел пошёл против своих избирателей, они высказывались не за то!

Вот нам бы так шкурить своих, а?

Слушайте, а есть вариант их всех просто запереть без еды и воды, и не выпускать, пока не договорятся? Ну, как с выборами папы поступали.

Тут подъехали опросы общественного мнения от SkyData:
- как вы считаете, на вашей ли стороне Тереза Мэй по отношению к Брекзиту? (да - 35%, нет - 51%).
- как вы считаете, справляется ли правительство с управлением страной в период Брекзита? (да - 7%, нет - 81%).
- кто больше виноват в сложившейся ситуации? (премьер - 24%, парламент - 36%, все одновременно - 33%).
- должен ли парламент проголосовать за повторный референдум? (да - 40%, нет - 35%).
- за таможенный союз? (да - 33%, нет - 34%).
- за общее экономическое пространство? (да - 28%, нет - 43%).
- за таможенный союз и свободное перемещение? (да - 32%, нет - 37%).
- за остановку Брекзита? (да - 37%, нет - 41%).
- за выход без сделки и разрыв отношений с Европой? (да - 35%, нет - 44%).
- за сделку, предлагаемую Мэй, с открытой границей между Ирландиями? (да - 26%, нет - 42%).
- хотели бы вы новых всеобщих выборов? (да - 41%, нет - 43%).

В общем, всё натянуто, люди однозначно не хотят сделки Мэй, возможно — хотят таможенного союза, скорее всего — второго референдума, но всё балансирует на грани и очень неопределённо (как всегда). Неопределившеся проценты не дают сделать однозначный выбор — и в Парламенте и в народе.

Так, Беркоу заявил, что пока он жив, он не пустит сделку Терезы Мэй для нового голосования в Парламенте, пока она не поменяется на новую.

"И нет, возросшее число желающих её поддержать не является существенным изменением!"

И часть парламентариев сегодня в прессе призналась, что не совсем понимала, чем одни варианты Брекзита в бюллетене отличаются от других.

Что ж, это объясняет, почему, например, от одобрения таможенного союза, которому не хватило 8 голосов, воздержались либдемы (11 голосов) и шотландцы (35 голосов) — у которых, вообще-то, "максимально тесная кооперация с Евросоюзом" была прописана в предвыборной программе.

А знаете, почему? "Потому что этого недостаточно". Прекрасно, вы только что в погоне за идеальным миром, где Брекзит отменён, обрушили себе возможность создать страховочную сетку.

(Как поддержать консервативный Брекзит и самим этого не понять, часть 281-я)

В общем, сегодня самый странный день за всю историю Брекзита, если не считать день вчерашний и ещё около трёхста различных дней.

– Что произойдёт сегодня в британском Парламенте?

Тереза Мэй попытается в последний раз добиться успеха со своей сделкой – в несколько неожиданной манере и противореча своим прошлым заявлениям, она предлагает парламентариям проголосовать сначала отдельно за намерение выйти из ЕС, а потом, когда-нибудь потом, отдельно за новые будущие условия выхода. Таким образом, её сделка рубится пополам. Беркоу, вроде, не против.

– Что значит "противореча себе в прошлом"?

То и значит. 14 января премьер сама заявила, что политическая и экономическая часть сделки одно целое и разделять их "было бы безумием", а Европа "требует, чтобы они рассматривались как одно целое". Ну что же, времена меняются.

– Взлетит?

Да вы что. Лейбористы и около двадцати самих консерваторов сравнили принятие решения "по половинкам" сделки с прыжком в пропасть с завязанными глазами – принимать политическое решение, не зная об экономических и юридических условиях.

Десятка от DUP и либдемы с шотландцами заявили, что вообще не проголосуют за что-то от Мэй: ирландским лоялистам не нравится, что особое положение Северной Ирландии угрожает территориальной ценности королевства, а нелейбористская оппозиция просто не любит саму идею Брекзита.

– Правда ли, что Мишель Барнье, главный переговорщик от ЕС, сказал, что выход без сделки и связей в условиях политического паралича почти неминуем, и призвал страны Европы срочно готовиться к нарушению товарных потоков?

Правда.

– Правда ли, что сегодня именно тот день, когда Великобритания должна была завершить Брекзит, начавшийся в 2016 году, и выйти из Евросоюза?

И это правда.

Пиво, чипсы, пустырник, валерьянка, прямая трансляция на сайтах BBC и Guardian, твиттеры британских политиков...

Check out @paulwaugh’s Tweet: https://twitter.com/paulwaugh/status/1111245318832701440?s=09

Дорогая редакция не могла пройти мимо, снимала на утюг.

Go back to Brussels and get us a better deal, Raab tells May.

ШТОООООО

29 марта 2019 года, Доминик Рааб сообщает Терезе Мэй, что ей нужно съездить в Брюссель и привезти новую сделку. Потому как претендентам на консервативный престол нужно что-то пообещать брекзитёрскому большинству вокруг.

Здравствуй, девочка, сходи в лес, набери подснежников, и принеси в корзине. Ну да, на улице как раз почти апрель.

Время сказок, время волшебных историй.

Мэй: Мы хотим лучших условий сделки.
Евросоюз: Тереза, это лучшие условия.
Мэй: Мы хотим лучших условий сделки.
Евросоюз: Это уже лучшие условия, других не будет.
Мэй: Мы хотим лучших условий сделки.
Евросоюз: Тереза, мать твою! На дворе 29 марта девятнадцатого года! Мы дали вам лучшие и окончательные условия сделки, всё.
Доминик Рааб: Тереза, съезди за новыми лучшими условиями сделки...

Ayes 286 Noes 344 — правительство Терезы Мэй опять, снова, вновь, ещё раз, вдругорядь и т.п. проигрывает в попытке хотя бы раздельными половинками протолкнуть свою сделку по Брекзиту.

Чёрт, этот Парламент можно ставить вратарями — они отлично научились отбивать всё, что в них летит. Умеют ли они что-то ещё — вот вопрос.

Поражение в 58 голосов. Ну, хотя бы цифра в этот раз не трёхзначная. Что дальше?

Мэй заявила, что она "двигается в правильном направлении", и продолжит бороться за "правильный Брекзит", Корбин призвал ко всеобщим выборам, поскольку "правительство и партии при нынешнем балансе неспособны управлять страной", Дональд Туск созывает экстренное совещание глав стран Европейского Союза.

Войны не будет, но будет такая борьба за мир, что камня на камне не останется.

Премьер-министр, какую часть фразы "Нет, нет, нет" вы не поняли?

Красивая картиночка о том, как депутаты голосовали все три раза, когда сделка Терезы Мэй вносилась в Парламент (январь, февраль, март) — видно, что премьер-министр мытьём, катаньем, лестью и шантажом переманивала всё больше синих квадратиков — сторонников очень жёсткого Брекзита из группы ERG внутри Консервативной партии, на свою сторону. Но недостаточно быстро.

И заметьте, что партия DUP, формальные союзники правительства по коалиции "парламентского большинства" все три раза голосовали против правительства. Вот такие вот игры престолов.

Всё это означает, что теперь времени формально осталось только до 12 апреля, чтобы обозначить чёткий план правительства к ЕС (новые выборы, или отзыв Брекзита, или отказ Мэй от сделки и формулировка новой) — иначе всё, конец игры.

Так, дорчитатели, у нас закружилась голова, помогите нам разобраться: вот есть достопочтенный джентльмен Джейкоб Рис-Могг, консерватор от Норт-Ист Сомерсета. Характер нордический, называет детей латинскими именами, перед голосованиями ходит советоваться с католическим духовником, страшно топит за духовность и эффективность частной экономики, небеспеченные слои населения ест на завтрак. Наш любимый супергерой из XVIII века.

18 марта: заявляет, что сделка Терезы Мэй хуже, чем отмена Брекзита — отказ от Брекзита это явное рабство в плену у ЕС, а сделка премьера — тайное и замаскированное.

27 марта: заявляет, что лучше сделка премьера, чем остаться вообще без Брекзита, которого хочет страна, и вообще, Мэй пообещала уйти, отблагодарим же нашего лидера.

28 марта: заявляет в телеинтервью, что не будет голосовать за Мэй, поскольку DUP не будет, а они очень патриотичны и англичанам стоило бы поучиться такому патриотизму.

Сегодня: голосует за сделку.

Вопрос: как не кружится голова у тех, кто сидит рядом с ним?

Аааааааааааааааааааааа.

Вы не ошиблись, ОНА заявила, что попробует преодолеть сопротивление Парламента и спикера Беркоу в четвёртый раз. А, ну и да – сделку не приняли, ergo она не уходит.

Редакция пшеничных полей Терезы Мэй заявляет, что отказывается признавать волеизъявление, пока не будет проведено решающее 666-е голосование.

Кажется, госпожу Мэй с трона придётся стаскивать за ноги.

Вот когда всё это закончится, то люди какого-нибудь 2048 года, или даже XXII века начнут рыться в архивах и спрашивать: это что такое было-то, леди и джентльмены, а?

Что приятно — исследователям не придётся копаться в пыльных коробках с архивными делами... а придётся разматывать пыльные рулоны пергамента и раскрывать пластиковые файлы. Зато в красивом месте — в башне Виктории, если до того момента парламентские архивы не перенесут никуда ещё.

Впрочем, зная скорость решения подобных вопросов, можно точно сказать — не перенесут ещё долго.

Эта квадратная башня в юго-западном углу здания Парламента хранит в себе все парламентские архивы, его законы, подзаконные акты, справки, прошения и стенограммы заседаний — причём с 1497 года (разумеется, с того времени уцелело не всё, но вообще хозяйственность британских архивистов поражает — стаскивают к себе вообще любые парламентские документы, включая жалобы и чеки).

Неудивительно, что эта башня выше башни Елизаветы (той, в которой часы и колокол Биг-Бен) на два с лишним метра. Где-то в 1834 году, после очередного пожара, который в очередной раз сожрал огромное количество украшений и декора Вестминстерского дворца, Чарльз Барри и Огастес Пьюджин решили, что для архива документов нужно нечто новое: башня с чугунной крышей, чугунными пререгородками и межэтажными перекрытиями и чугунной лестницей. Прямо несгораемый памятник литейной промышленности!

В итоге там сейчас проживают 12 этажей специальных хранилищ документов.