Разрушитель (1993) 🐚🐚🐚👮‍♂️❓

В фильме Разрушитель будущее (2032 год — уже через 8 лет 😱) показывается нам через призму восприятия брутального копа Джона Спартана. Приговоренный за превышение полномочий к заключению в криокамере, Спартан просыпается в незнакомом ни ему, ни зрителю мире.

Вместе с ним мы удивляемся:
🔸 единственной выжившей в «войне ресторанов» сети Тако Белл (в мировом прокате — Пицца Хат)
🔹 Президентской библиотеке им. Шварцнеггера (неплохое предсказание для года выхода фильма)
🔸автоматическим штрафам за сквернословие
🔹и запрету на любые «обмены жидкостями», включая поцелуи 🔞.

А вот технологические детали повседневного быта, которые выглядели футуристичными в 1993 году, уже вполне напоминают современность: видеозвонки, планшеты, геонавигация, голосовое управление. Но для главного героя без онбординга, столкновение с новыми девайсами оказывается критичным.

Хочет герой побыть альфой перед героиней Сандры Буллок и сесть за руль — приходится отказаться, так как панель заполнена кнопками и рычагами неизвестного назначения. Да что там автомобиль, даже поход в туалет уже вызывает проблемы — загадка «трёх ракушек», которые использовались вместо туалетной бумаги, так и останется неразрешенной.

Матрица (1999): Войти в IT 👨🏻‍💻🐇😎👩🏻‍💻

«Матрица» Вачовски стала культовым кино, сделавшим профессию и облик программиста-хакера Нео привлекательными в глазах массового зрителя. Если в более ранних фильмах «компьютерщики» изображались задротами в очках и нелепом свитере, то здесь Киану Ривз щеголяет в кожаном плаще и солнцезащитных очках, ходит по ночным клубам и дерётся врукопашную с могучими врагами.

Так как в фильме вымышленные интерфейсы представлены в мире «реальности», оставшиеся человечеству технологии неприглядны – у них нет красивой графической оболочки, голосового управления, дополненной реальности — только дискеты, кабели и набранный вручную код.

В целом, если сфокусироваться на теме «опосредованного воздействия», можно говорить, что основной интерфейс героев – собственное сознание. Только «поверив» в себя, приняв тезис «ложки не существует» Избранный начинает манипулировать, взаимодействовать с иллюзорным миром невероятным образом: от остановки пуль до левитации.

Кто хочет погрузиться в философскую бездну Матрицы, рекомендую ознакомиться с текстом Славоя Жижека «Матрица», или Две стороны извращения:

Когда я думаю о том, чтобы поднять руку, и моя рука поднимается, моя мысль вызывает поднятие руки не непосредственно, а лишь «окказионально». Замечая мое намерение поднять руку, Бог запускает другой, материальный механизм, который и приводит к поднятию руки.<…>

Разве дела обстоят не так же с погружением в виртуальную реальность? Когда я поднимаю руку, чтобы толкнуть объект в виртуальной реальности, он действительно движется. Я обманываюсь, конечно, если верю, что именно жест моей руки вызвало это движение. Будучи погруженным в VR, я не заметил изощренную работу компьютерного механизма, выполняющего в данном случае функцию Бога, который обеспечивает координацию двух сфер в окказионализме.

Она (2013): Технологии шепчут на ухо 🧑‍💻🎧💞

Фильм Спайка Джонза «Она» погружает нас в мир, где интерфейсы становятся почти незаметными. В будущем, традиционные экраны, кнопки и клавиатуры почти исчезли, уступив место голосовым и жестовым командам.
Главный герой Теодор (в исполнении Хоакина Феникса) взаимодействует с операционной системой Самантой с помощью простых голосовых команд. Этот способ управления не требует визуальных интерфейсов или физического контакта — экран его мобильного устройства лишь изредка показывает короткие уведомления, но большая часть взаимодействия происходит через разговор.

В реальной жизни шептаться с устройством на улице было бы неловко, но в фильме создается впечатление, что почти каждый человек поглощён в свой маленький цифровой мир. Горожане не отвлекаются друг на друга — поголовно носят наушники, что фактически превращает личные разговоры с ИИ в нечто повседневное и нормализованное.
Голосовой интерфейс подчеркивает важный момент: технология не только упрощает взаимодействие, но и меняет наше восприятие отношений с ней. В какой-то момент зрителю (и главному герою!) становится трудно определить границу между искусственным интеллектом и живым существом. И если раньше единственной фразой, которая могла разбудить наше устройство, было строгое «Привет, Siri», то с Самантой можно обсуждать всё — от философии до того, каково это быть операционкой. По сути, Саманта превращается в идеального собеседника: она никогда не спорит, не забывает о важном и, конечно же, никогда не просит убрать разбросанные носки.

Другой интересный элемент — это жестовые интерфейсы. Когда Теодор играет в видеоигры он управляет действиями персонажа с помощью простых движений тела. Это усиливает эффект естественности и погружения в игру. Весь процесс взаимодействия упрощён до интуитивных жестов, что делает технологию ещё более незаметной, а пользовательский опыт — более органичным.

Ещё есть сцены, где Теодор работает в офисе и пишет на заказ трогательные поздравительные открытки. На его компьютере практически нет традиционного интерфейса — там только текстовые сообщения и простая анимация, что демонстрирует минимализм технологий будущего. Программное обеспечение настолько интуитивное, что кнопки и сложные элементы управления стали излишними.

Минимализм в «Она» дополнен ещё и тем, что архитектура и костюмы кажутся «вневременными» и не отвлекающими от человеческой драмы. Эта сдержанность позволила сфокусироваться на отношениях между человеком и искусственным интеллектом.