28 октября
Из области свободы искусства. Было совещание у Луначарского, Покровского и Ходоровского по поводу возобновленного на сцене Большого Театра «Сказания о граде Китеже». Сюжет оперы признан идеологически вредным («плоская христианская философия» — что-то в этом роде), тем не менее, ввиду исключительных музыкальных достоинств оперы, ее решено оставить в репертуаре, ставя, однако, не чаще раза в месяц. Говорят, Покровский стоял за безусловное запрещение.
= Мендельсон, 1926 =

Гениальное описание юного Шостаковича

1 ноября
У Мгеброва поставили пьесу А.И. Маширова «Вихри враждебные» о подпольной типографии. Играли на фабрике Тиритона и на текстильной у Обводного канала — «Работнице». Зрители принимают с интересом, даже реплики подают и подсказывают актерам, как им поступить. Я играю девчонку-наборщицу. А в пьесе Бернштейна «Жена не жена», тоже революционной, играю гражданскую жену Мгеброва, проповедующую антирелигиозные взгляды. Первый спектакль прошел хорошо, а на второй пришла мама, и чтобы она не рассердилась на меня, я все свои монологи сказала только на тему женского равноправия, нигде не затронув церковь. А в зале был автор. Он, толстый, неряшливый, лохматый, ко мне всегда относился крайне нежно, стал расспрашивать, что со мной сегодня случилось. Я наплела, что вдруг закружилась голова, и все слова роли из нее вылетели. А потом актеры объяснили ему, в чем дело, и он не рассердился.
Был у Мгеброва очередной вечер. Обычно я не хожу, противно видеть пьяных, а в этот раз мы еще кончали репетицию, когда пришел Славинский и привел с собой удивительного мальчика. Худенький, маленький, весь какой-то белый и движется, как деревянный Пиноккио. Одет в черную бархатную блузу, а вокруг шеи – шелковый широкий шарф, завязанный бантом. Носик у него остренький, ротик, как ножичком прорезанный. Я, когда танцевала с ним и близко заглянула в его глаза – увидела в них напряженную мысль. Как будто в зрачках свитую спираль. И потому не очень удивилась, когда за роялем он ожил. Но то, что он играл, мне не понравилось. Я люблю нежную или могучую музыку, а он играл что-то разнобойное и непонятное. На другой день мы с ним ходили слушать оперетту Славинского «Просперити». Это очень трудная штука. Актеры дергались, как в судорогах, декорации и костюмы Борисковича резали глаза меньше, чем уши, музыка то скрипучая, то гремучая, то визгливая и всегда злая, бездушная. Мальчик – его звали Митя Шостакович – со мной не согласен. Он говорит, что надо слушать ритм, что в Америке живут люди именно в таких судорожных ритмах, что надо выскочить из плавности, искать новое. Мы спорили от угла Невского и Мойки, где шла оперетта, до моего дома, но Шостакович оказался таким упрямым, что, уходя, посмотрел на меня колючим взглядом и, еле разжав свои губы-лезвия, сухо выдавил: «Спасибо, прощайте». Жаль, что он рассердился на меня. Есть в нем что-то умное, и мне хотелось бы подружиться с ним.
= Булах-Гардина, 1926 =

Завтра в Нико — играют Вайнберга и Чайковского (Бориса). К 30-летию смерти — в феврале 1996го они оба умерли, с разницей в несколько дней.

Алексей Борисович Любимов играет Кейджа на репетиции концерта в ГЭС-2, посвященного «Лекции про ничто». Концерт сегодня, вот минут через 40 начнется.

https://ges-2.org/lecture-on-nothing

Как раз на днях купил такой - прекрасное издание. Номер про графические партитуры и вообще связь звука и рисунка.

Умер Дмитрий Бавильский, писатель и критик, и автор - помимо прочего - очень интересной книги разговоров с композиторами "До востребования". Очень жаль.

Программка двух вечеров из серии перформансов в студии Йоко Оно. Апрель 1961 г. Ужасно любопытно вглядываться во все - состав, названия, имена. 20 премьер за вечер - стихи, перформансы, пьесы.

Шедевр, по-моему. И, конечно, слушается как песня про Россию-2025. Как и некоторые другие вещи этого коллектива, песенка про лифт, например.

На YouTube есть также впечатляющее видео, где ее поет весь зал. Открытка всем в этом чате.

https://youtu.be/daft5WEbALw?si=IM2BwCwQP5xpVIZB

Такой бриттеновский концерт в ДК Рассвет

ПРИНОШЕНИЕ БРИТТЕНУ
22.02 ВС
19:30


Ансамбль Vox Cordis представляет концерт-приношение Бенджамину Бриттену. В 2026 году исполняется 50 лет со дня смерти композитора, и эта программа предлагает услышать разные отражения его музыки — в зеркалах прошлого, в диалоге с современниками.

Сюжет вечера строится вокруг нескольких связанных тем. Память — как способ сохранить традицию и как музыкальная техника (вариации, цитаты, стилизации). Плач — «lachrymae», старинный мелодический жест, который проходит сквозь века и меняет смысл, не теряя узнаваемости (сначала прозвучит первоисточник у Доуленда, затем — бриттеновская серия «размышлений», где тема проступает постепенно, как воспоминание). Наконец, струнный звук как пространство доверия: от камерной прозрачности Бриттена до строгого, почти ритуального дыхания Пярта.

Ранняя «Простая симфония» Бриттена — музыка юношеской ясности: композитор собирает сочинение из собственных детских тем, превращая домашний материал в точную, концертную форму. «Базельский» концерт Стравинского — другой способ разговора с традицией. Это первое сочинение, написанное композитором после получения американского гражданства, и одно из последних неоклассических и вообще тональных сочинений Стравинского. Концерт решен в традиционной трехчастной барочной форме concerto grosso (быстро — медленно — быстро).

«Flow, my tears» / «Lachrimae» Доуленда — один из самых знаменитых меланхолических жестов европейской музыки. Нисходящая интонация «слёз» будет встречаться потом в бесчисленном количестве сочинений. «Lachrymae. Reflections on a Song of John Dowland» Бриттена — это рефлексия, размышление над этой музыкальной фигурой. Тема Доуленда не объявляется сразу, а приближается постепенно, пока наконец не становится очевидной. Это музыка уважения — и одновременно музыка сомнения, поиска, внутреннего монолога. Сходная роль — у «Кантуса памяти Бенджамина Бриттена» Арно Пярта. Пярт строит пьесу как строгий канон и как медитацию о времени.

ПРОГРАММА
Бенджамин Бриттен. Simple Symphony (Простая симфония), op. 4 (1933–1934)
Игорь Стравинский. Concerto in D для струнного оркестра («Базельский») (1946)
Джон Доуленд. «Flow, my tears» / «Lachrimae» (опубл. 1600; инструментальная павана — 1596)
Бенджамин Бриттен. «Lachrymae. Reflections on a Song of John Dowland», op. 48a (1950)
Арво Пярт. Cantus in Memoriam Benjamin Britten (1977)

VOX CORDIS
Солисты — Татьяна Скрынник (альт), Владислав Румынский (гитара)

Музыкальный руководитель, дирижер — Серафим Яковлев

А еще послезавтра 80 лет Владимиру Мартынову, по этому поводу много всяких концертов в Москве, и его любимый фестиваль в ДОМе начинается сегодня.

"С 18 по 22 февраля в Культурном Центре ДОМ пройдет 25-й Юбилейный фестиваль Владимира Мартынова - одного из ключевых композиторов и мыслителей современной российской музыки.

Фестиваль представляет творчество Владимира Мартынова в широком культурном контексте - от минимализма и работы с традицией до экспериментальных изысков и философской рефлексии о времени, авторстве и роли музыки сегодня.

Музыкальный язык Мартынова сформировался на пересечении авангардных поисков, изучения древнерусского богослужебного пения, фольклора и минималистских практик.
Слушателю часто предлагается не столько концертный опыт, сколько новые процессуальные переживания.

В юбилейной программе фестиваля принимают участие: Владимир Мартынов,
Станислав Малышев и солисты Opensound Orchestra,
Татьяна Гринденко и ансамбль Opus Post,
композиторы Максим Трефан и Ираида Юсупова,
сборный фольклорный ансамбль,
группа INDEX III,
японский перкуссионист и электронный музыкант Hajime Kojiro,
а также другие исполнители.

Программа фестиваля объединяет академическую, экспериментальную, фольклорную и электронную музыку, продолжая диалог между традицией и современностью, индивидуальным и коллективным, звучанием и тишиной.

Место проведения: Культурный Центр ДОМ, Москва
Даты: 18 - 22 февраля
Билеты: https://band.link/25festMartynov"

А теперь важное объявление: я набираю курс “Школы внимательного слушания” в Берлине.

Это курс, который я когда-то придумал и впервые провел в Вышке, и потом еще несколько раз делал и оффлайн, и онлайн. Ужасно его люблю, и, конечно, заниматься им очно гораздо приятнее — можно делать всякие штуки, которые онлайн невозможны. На первом потоке участники сочиняли графические партитуры и немедленно их исполняли, было классно. Здесь, наверное, придумаем что-нибудь другое – все зависит от компании, которая соберется.

Подробно о Школе, программе и стоящей за ней идеях написано вот здесь. Это курс для всех, кому интересен мир музыки и феномен вдумчивого слушания. Он помогает разобраться в сложном и незнакомом и услышать новыми ушами давно привычное. Немного истории, теории и психологии музыки, много-много удивительных историй из разных закоулков музыкального мира, и даже чуть-чуть спонтанного музицирования. Эти занятия посвящены опыту слушания музыки, самой разной — от Бетховена до тувинского горлового пения, от барокко до радикального авангарда или индонезийского гамелана. Но вообще-то они учат слушать мир вокруг. Важный побочный эффект — обычно в процессе приходят инсайты, совершенно не связанные с музыкой, а связанные с вашим основным делом.

Напомню только вкратце, что это подходит (и даже рекомендовано) всем без исключения, музыкального образования и опыта не нужно, противопоказаний нет — на курсе за эти годы были самые разные люди, от композиторов до актрис, айтишников, маркетологов и эйчаров московского метро. В общем, ШВС — это такая связка ключей к музыке, самых разных, какой-то точно подойдет.

Это восемь занятий в марте-апреле (за вычетом пасхальных каникул), первое занятие уже 26 февраля. Замечу также, что цена на курс в два раза дешевле обычной — 200 евро, потому что это Берлин, первый (и, возможно, последний) раз. Но группа ограничена размерами пространства, в котором мы будем заниматься — так что пишите сразу, если соберетесь, first come, first served.

Проходит все в Пренцлауэрберге, Immanuelkirchstraße 4, 10405 Berlin

Начало в 19-00

Даты:
26 февраля
3, 10, 17, 24 марта
14, 21, 28 апреля

Для записи писать сюда: fermatalab@gmail.com или @mustt23

При поддержке Berlin Bebelplatz, ARTInsiders и Kunstschule Berlin

А за ними стоит дико интересная история.

Это была такая мощная выставка в National Gallery of Australia в 1998-м костюмов "Русских сезонов". И самое увлекательное в ее каталоге - рассказ о том, откуда вообще в Австралии дягилевские костюмы.

В общем, если коротко, после смерти Дягилева большая их часть стала ходить по рукам. Значительную часть купил Мясин в 1930-м, думая продолжить жизнь Ballet Russes, но крах 1929 года привел к тому, что все, кто хотел его спонсировать, отвалились, он остался единственным владельцем, был вынужден все продать. Купили все Les Ballets Russes de Monte Carlo, труппа полковника де Базиля, которая благодаря им смогла восстановить пару десятков классических дягилевских балетов и прожить до начала 1950х.

В 1951-м полковник умирает, наследником костюмов и декораций становится его адвокат Диамантиди. Он пытается найти спонсоров, чтобы продолжить жизнь труппы, как и Мясин, проваливается, и все это добро лежил и медленно гниет в складах на окраине Парижа.

В 1967-м Диамантиди - ему уже за 80 - решает все продать. В Лондоне случаются три шумных аукциона. Первый был прям важным светским событием, театрализованным, многажды описанным. В основном покупали музеи, но были и частные коллекционеры, и среди них больше всего купил такой лорд Говард (владелец Howard Castle близ Йорка). На первых двух продают самые сливки, в том числе многое уходит в коллекцию V&A (в частности, эскиз конька). На третьем продают остатки, и там 400 с лишним предметов покупает National Gallery of Australia. За три тыщи фунтов (что? да).

Считалось, что купили они всякого барахла, разрозненные остатки и что большая часть этих костюмов вовсе не дягилевская, а поздние вещи Ballets Russes de Monte Carlo. Потом же оказалось, что в этой куче не просто оригиналы, а прямо самые легендарные вещи — костюмы Ларионова, Матисса, Бакста, Головина и Гончаровой и тп. Причем потом - это прям совсем потом, они 20 лет все это разбирали, аттрибутировали и реставрировали.

Потом они еще пытались подкупать к этой коллекции все, что могли (и на что не наложили лапу музеи помощнее). И скупили ряд довольно важных вещей. И, в частности, в 1995-м на Сотбис продавалась коллекция лорда Говарда, и они оттуда купили костюм морского конька.

И поэтому он — и еще великое множество костюмов "Русских сезонов" — теперь живет в Австралии, в Канберре. А его эскиз — в Лондоне, в музее Виктории и Альберта.

Искусство эпистолярного срача.

Легендарный отлуп Дягилева Стасову, самый финал. Болдом — яростные пометки самого Стасова на машинописной копии.

Фиджик (FG - Фаризет Гилельс, в честь жены), талисман Гилельса, без которого он на гастроли не ездил.

Это сегодня. ура!

Немножко милоты на ночь.

https://youtu.be/hRplv7LpkBA?si=Lpy42zYEhRhGPkO-