Кадет - всем ребятам пример. Поражает детализированность запретов культурного потребления. Оперу можно любую, и государственную, и частную. Русскую драму в Михайловском можно, а французскую - только по спецразрешению. В цирк можно днем, но нельзя вечером. И совсем нельзя спектакли в театре Пассажа.

Меня часто спрашивают (на самом деле), где смотреть берлинскую музыкальную афишу. В Берлине с этим и правда плохо, но есть одно локальное медиа по части новой музыки и импровизационной сцены, оч хорошее — Field Notes. Двуязычное, есть сайт и даже можно подписаться на бесплатный ежемесячный буклетик (такие же лежат по разным берлинским точкам).

Токсичный feedback: к истории вопроса

"«В моей квартире был впервые исполнен... прекрас­ный струнный квартет в d-moll с вариациями на песню «Девушка и смерть»... Квартет, который в настоящее время восхищает весь мир и причисляется к величест­веннейшим творениям этого жанра, имел далеко не пол­ный успех. Первый скрипач Шуппанциг, которому, правда, в связи с его преклонным возрастом подобные задачи были не по плечу, после исполнения сказал ком­позитору: «Братец, в этом нет ничего хорошего; оста­вайся лучше при своих песнях!», после чего Шуберт тихо сложил нотные листы и навсегда замкнул их в сво­ ей папке — самоотречение и скромность, которых мы напрасно стали бы искать у знаменитых композиторов нашего времени» "

Очень показательная история про Джона Элиота Гардинера. Если вы все пропустили, он после выступления (на концертной версии «Троянцев») наорал на молодого певца Уильяма Томаса, который пошел не в ту дверь, и более того — дал ему по лицу (а точнее, дал пощечину и потом еще добавил, slapped and kicked, а начал с того, что пригрозил облить пивом). Гардинер - пожилая легенда и звезда, певца в газетах не везде даже называют по имени, и однако — все это разнеслось просто мгновенно, все симпатии очевидно на стороне Томаса, несмотря на попытки списать все на жару и неправильные таблетки. Гардинер отменил все последующие концерты (додирижирует его ассистент), публично извинился и ушел в тень, абсолютно все причастные институции (BBC, сам оркестр) моментально все это осудили и сказали, что будут разбираться, но это недопустимо, Томас аккуратно выступил в том смысле, что ему с этим оркестром еще выступать, поэтому без комментариев, но хотелось бы иметь возможность работать без риска получить по лицу. Количество яда и сарказма в сторону Гардинера в профильных музыкальных группах совершенно невероятное — никаких там «великим дирижерам все позволено», «он останется в истории, а вы кто такие» и «тому, кто так записал моцартовские оперы, можно все простить».
https://www.theguardian.com/music/2023/aug/24/john-eliot-gardiner-pulls-out-of-bbc-proms-after-reports-he-punched-bass-singer

заметим, что колонка «Грубость Гардинера» вышла аж в 2015-м, т.е. это все не новость — а вот реакция это да.
https://www.spectator.co.uk/article/john-eliot-gardiner/

Шостакович и Мравинский (и его туфли!)

Господи, да что ж такое. Умер Петя Поспелов, скоропостижно, был и нет. 60 лет всего. Мы успели поработать вместе, я всегда ужасно нежно к нему относился, и от него ничего, кроме тепла, не встречал. И его ядовитые тексты времен 1990х очень любил перечитывать, которые совершенно с его обликом и вкрадчивыми манерами не вязались. Петя, прости, застал нас врасплох, мы тут все не готовы еще, слов не заготовили, куда ты так рано-то?

совет: если хотите предложить людям делать на вас ремиксы, попробуйте писать менее гениальные композиции.

Слава Тимофеев написал про Петю Поспелова. Честно говоря, петино место я пока совершенно не ощущаю свободным, ну то есть совершенно нет внутренних сил начинать описывать его достижения и прочее - не получается принять его смерть. Но стоит добавить, что он, помимо всего прочего, некоторое время был руководителем отдела перспективного планирования Большого и именно в этой своей роли сыграл важную роль в заказе театром «Детей Розенталя». А еще — что когда-то он был частью Параллельного кино и на Синефантоме-87 его кино показывали рядом с братьями Алейниковыми, Юханановым и тп. А в 1992-м снял удивительную версию кейджевской «Lecture On Nothing» и ее показывали по телевидению.

https://muzlifemagazine.ru/priezzhay-uzhe-rastaplivayu/

Собственно, вот она. Посмотрите, если не видели. С участием Любимова, Германа Виноградова, Натальи Пшеничниковой, Загния, Макарова, Ивана Соколова и тп. Включаете вы телевизор вечером, а там — вот это.

https://youtu.be/UISZZbBc6Zo?si=UlaFuutTVh1Qk6MO

Осенью в Петербурге пройдет Фестиваль искусств Востока DAIRAFEST (https://dairafest.com/, а завтра в Планетарии — своего рода тизер, концерт этнической и электронной музыки «Голос и космос». За главного — Радик Тюлюш (Тува), солист Хуун-хуур-ту, и Арюна Нимаева (Бурятия) — женское горловое пение вообще довольно редкая штука, а она еще аккомпанирует себе на морин-хууре. Павел Новиков (Правин) играет на нее, бансури и дудуке, Денис Кучеров — на ханге, фреймдрамс, раввасте и табла, и так далее. Ко всему этому прилагается мультимедийное шоу под куполом. Детали тут https://dairafest.com/#event/1973700

А здесь Денис Кучеров демонстрирует основы коннакола в приложении к своим табла
https://www.youtube.com/watch?v=D8xqtKsw6PI

«На второй вопрос – зачем оно нужно? – ответит уже далеко не каждый. В своих «Лекциях о музыке» Веберн утверждает: цель – в достижении максимального единства материала. На самом деле, нам принципиальны не звуки как таковые, а интервалы (то есть расстояния) между ними. Интервал – мельчайшая звуковысотная единица, имеющая эмоциональную окраску (очевидно, что один звук, взятый с нейтральной динамикой, такой окраски не имеет). Сравним это с эмодзи. Серия задает последовательность интервалов. Представьте, что у вас есть только пять эмодзи, и следовать они могут в определенном порядке или же задом наперед.

Как ни переноси серию, как ни переворачивай (это и есть обращение), последовательность наших «эмодзи» не изменится. К этому характерному набору мы настолько привыкаем, что необходимость в каких-либо иных приемах формообразования – как, например, повторение мелодии (темы) или целого раздела – попросту отпадает.

Веберн довел идею до предела: серии его поздних произведений состоят всего из трех интервалов – большой терции, малой терции и малой секунды (плюс их обращений). Продолжая аналогию с компьютерными значками, попробуем ограничиться только тремя эмодзи!»

https://muzlifemagazine.ru/kogda-chasy-dvenadcat-byut

Вечная история (via Евгений Воробьев)

Малер с дочкой