Utopia и Теодор Курентзис вчера в Funkhaus Berlin

Программа:

Edison Denisov Sonata for Solo Clarinet
Francesco Filidei Toccata for Piano
Giacinto Scelsi Pranam II for nine instrumentalists
Iannis Xenakis Rebonds B for solo percussion
Heinrich Wilhelm Ernst Grand Caprice on Schubert’s ‘Erlkönig’ for solo violin, Op.26
Bernhard Lang Ophelia from Songbook I, DW 16
Franz Schubert Octet in F major for clarinet, bassoon, horn, two violins, viola, cello, and double bass, D. 803. II: Adagio
André Jolivet 5 Incantations for Solo Flute. No. V
György Ligeti Sonata for Solo Cello
Ludwig van Beethoven Grand Fugue for string quartet, Op. 133
Benjamin Britten Suite for Harp in C major, Op. 83. No. I, II, V
Marko Nikodijević Gesualdo dub / raum mit gelöschter figure (2012)

Концерт – медитация, послушание для Теодора Курентзиса, который большую часть вечера провел сидя, без движения

13.06 в берлинской филармонии оркестр Utopia под управлением Курентзиса уже в количестве 200 музыкантов исполнят 3-ю Малера

@art_insiders

Принимали восторженно, надо сказать

А я встретил там композитора Марко Никодиевича, с которым когда-то проводил public talk на Дягилевском — тогда мы были похожи как однояйцевые близнецы, но, как видите, это прошло.

Во Франции распродают коллекцию Булеза, стартовые цены щадящие (литография Миро за 1000-1500, Дюбуффе 600-800).

https://www.artcurial.com/fr/vente-4265-collection-pierre-boulez

А вот этот легендарный рисунок Кокто — 4-5 тыс. (всего-то)

А вот Стравинский работы Джакометти — уже 30-40 т.

В воскресенье - новая колыбельная Мартынова, умиротворяющая и беспросветная одновременно

В этом году композитор Владимир Мартынов закончил работать над его «Духовной песенкой на колыбельную». Он исполнит ее сам вместе с другими музыкантами в ДК Рассвет 11 июня.

Владимир Мартынов: «„Canzonetta spirituale sopra alla nanna“ — это название вещи композитора Тарквинио Мерулы, одного из зачинателей барокко, произведения совершенно фантастического, феноменального. Эта вещь здесь появляется частями, она — как кристалл, который помещен в специальный раствор, чтобы он мог разрастаться. Точка опоры, с которой начинается музыкальное путешествие, или музыкальная медитация. Сама вещь Мерулы длится около восьми минут, и она все время то присутствует, то не присутствует. То как эхо, то как отражение, как некий антитезис. Но в любом случае — это колыбельная. Это колыбельная Христу, которую поет Богородица. Она поет, чтобы младенец заснул, но в ней говорится про такие ужасы, под которые невозможно заснуть, и суть высказывания такова: ты спи, сейчас время спать, потому что потом тебя ожидают такие мучения…»

Шенберг, Веберн и Эрвин Штайн на пляже.

Почему-то ужасно умиляет этот мир узкоспециальных мемов

А теперь немного концертных отчетов. Сходил на фестиваль музыки иранской диаспоры Klangteppish (типа «ковер звука»). Маленькое колоритное мероприятие, половина героев как из неснятой параджановской короткометражки. Это ансамбль Ilyad, играет музыку луров, одной из иранских народностей юго-западного Ирана (луры живут в Лурестане, дети). За фортепиано — Фидан Агаева-Эдлер, которая вообще-то обычно играет что-нибудь головоломное типа концерта Лигети или «Метаморфоз» Крама. После них должен был быть иранский хэви метал, кажется, или эксперименты на самодельных арфах.

Крисчен Вулф, из предисловия к сборнику работ Гордона Маммы, незаслуженно неизвестного американского композитора круга Кейджа, Тюдора, Люсье и т.п. Он жив, кстати (как и Вулф!), ему 88 лет, продолжает сочинять.

«This puts me in mind of perhaps my favorite musical experience. At the end of the first Burdock Festival concert a group of us were doing an outdoors piece of mine that asked performers to move out and away from a base location and improvise melodic fragments, possibly in duets (not planned but picked up by ear), and to continue moving further and further away until each player could no longer hear anyone else. At that point the piece would end. Gordon set off playing his horn. In due course, all the performers appeared to be done and gathered back at the base location. But Gordon wasn’t there. Then, from down in the valley, we heard a train whistle, and then Gordon’s horn. Almost a mile down the road, he was playing a duet with the train».

Из истории советских композиторов