Прекрасная обложка (и, думаю, любопытная книжка)

Похвала критику (из речи Ричарда Тарускина на вручении ему престижной премии )

"Философ Боэций выстроил три типа людей, занимающихся музыкой, в прямо противоположном порядке. На нижнюю ступень он поместил исполнителей, чьи «усилия посвящены тому, чтобы продемонстрировать искусство владения инструментами», и которые, «таким образом, действуют как рабы, без разума и мысли». В середину — тех, кого мы сегодня могли бы назвать композиторами: Боэций называет их поэтами, то есть «создателями», которые «сочиняют скорее своим естественным инстинктом, чем упражнениями в разуме и мысли». А наверху были люди вроде меня, которых Боэций превозносит, называя их критиками, то есть «судьями»; теми, которые (поскольку они «целиком посвящают себя разуму и мысли») «способны судить о ладах, ритмах, жанрах песен и их смешениях», в силу их способности использовать разум и мысль в манере, «особенно подходящей для музыкального искусства». Вот так.

Я не буду настаивать на этой иерархии или какой-либо иерархии вообще. Однако я думаю, что за нами — теми, кто пишет историю — последнее слово. И за это мы заслуживаем признания. Те, кто считает себя выше нас, забывают, что именно мы определяем их место в истории музыки. Один из моих любимых «анекдотов», который я часто рассказывал своим ученикам (почему — вы, несомненно, поймете), касался великого шведского экономиста Гуннара Мюрдаля. Когда один из его наставников говорил ему, что он должен более уважительно относиться к своим старшим коллегам, «потому что именно мы определяем ваше продвижение», Мюрдаль ответил: «Да, но мы — это те, кто будет писать ваши некрологи». (Об этом я прочел, конечно, в некрологе самого Мюрдаля)".

https://muzobozrenie.ru/rech-professora-richarda-taruskina-na-ceremonii-vrucheniya-premii-kioto/

Оттуда же — об удаче

"А теперь я добрался до самого невероятного, и, следовательно, самого удивительного стечения обстоятельств. Когда я начал исследование творчества Стравинского, у меня не было амбициозного плана всесторонне изучить его творческое формирование в России и произведения его раннего, «русского» периода. Я не надеялся написать такую книгу в силу чисто практической проблемы: при жизни Стравинского большинство его рукописей принадлежали лично ему, а после его смерти имущество перешло к его наследникам, которые разделились на две враждующие группы: трое его оставшихся в живых детей — с одной стороны, и его вдова (вторая жена, не являющаяся матерью его детей) и его помощник Роберт Крафт — с другой. С момента смерти Стравинского в 1971 году его имущество было предметом судебных разбирательств и, следовательно, недоступно для изучения. Ответы юристов на мои первые запросы не обнадеживали.

Представьте же мой восторг, когда мне позвонил бывший аспирант Колумбийского университета, который работал теперь в Нью-Йоркской Публичной библиотеке. Он сообщил, что пока идут тяжбы, Нью-Йоркский суд поручил временную опеку над имуществом Стравинского этой библиотеке. Но библиотека выдвинула условие: пока длится ее опека, рукописи будут доступны публике. Следовательно, у меня теперь был свободный доступ к этим рукописям — именно в то время, когда я жил на расстоянии 10-минутной поездки на метро до библиотеки. И — вот удача из всех удач! — как раз в этот момент начинался мой «академический отпуск» (год, свободный от преподавания и отпущенный мне только на научную работу), который длился почти столько же, сколько длилась опека! Десять благословенных месяцев в 1983 и 1984 гг. я практически жил в библиотеке: у меня был свободный доступ к рукописям Стравинского, которого до этого ни у кого не было, кроме Крафтa. И таким образом, я мог держать в руках, исследовать и трактовать подлинные документы (а не микрофильмы и фотокопии), которые Фонд Пауля Захера в Базеле, ставший в итоге владельцем архива Стравинского, теперь предоставляет лишь в исключительных случаях.

Ни до, ни после этого я не получал подобного подарка судьбы. Не было ничего подобного ни у одного из знакомых мне ученых".

"Катехизис истории музыки" д-ра Гуго Римана (1896 г) написан в совершенно замечательном стиле — практически карточки "Медузы". Музыковедение, конечно, за сто с лишним лет несколько продвинулось, но вот эта традиция внятной школярской лаконичности умерла безвозвратно.

Заглянул в раздел сувенирной продукции "Арт-транзита", книготорговцев, у которых я закупаюсь книжками про музыку. Раздел состоит из двух позиций — бумажные силуэты Мендельсона и Вагнера за 99 р. и сумка "Автограф Баха". Ну и, кстати, симпатичная. Это кантата №21. 500 рублей стоит.
http://www.classica21.ru/various/souvenir/18960

Думаю, не прикрутить ли к "Фермате" чат — чтобы обсуждать выпуски подкаста и вообще что угодно, связанное с музыкой. Что думаете?

Шнитке, из выступления в клубе МГУ, 1987 г

"Наверное, было бы правильным предположить, что «простота» сегодня – не в простоте
музыки «для слуха», а «сложность» - не в сложности музыкального языка, который может
быть как бы неслыханно нов и диссонантен и тем не менее истинной сложности не
содержать. Здесь, наверное, речь должна идти о другом: язык, который для слуха – по
диссонантности – не так уж сложен и нов, на самом деле может быть ошеломляюще нов и
очень необычен; и наоборот, - язык, в котором предельная диссонантность и «новизна»
на каждом шагу и каждую секунду, - в действительности может быть совсем не таковым.
Мне кажется, что сегодня в проблеме музыкального языка важно отношение к «простоте»
и «сложности» не как к самим по себе существующим качествам музыки, но как к
качествам, зависящим от того, что эта музыка выражает. То есть, есть «сложность»
простая, и есть «простота» сложная! Есть сложность, не оправданная смыслом
(смыслом, в котором сложности нет), и есть простота, в действительности – сложная".

На память: две статьи, подробно развенчивающие миф про «древние тибетские поющие чаши» — которые не древние, не тибетские и не поющие.

https://www.thestar.com/opinion/contributors/2020/02/18/tibetan-singing-bowls-are-not-tibetan-sincerely-a-tibetan-person.html

https://savageminds.org/2015/10/31/tripping-on-good-vibrations-cultural-commodification-and-tibetan-singing-bowls

Невероятно, но факт — Moscow Music Week (от создателей "Боли") пройдет в Москве в начале сентября как ни в чем не бывало. Поскольку клубы - и дискотеки - в Мск проводить можно (а фестивали — нет), то MMW будет вот такой как бы цепочкой дискотек. В том числе будет шоукейс от V-A-C, Заур Нагоев, который скрывается в горах от записи для моего подкаста (Заур, вернись!), JRPJEJ, прекрасный новый джаз The Rig, и еще примерно сто артистов. Включая турецкую группу Лалалар — если они доедут.

К слову, Степа Казарьян, создатель этого великолепия, ровно через неделю рассказывает в подкасте про свою навернувшуюся фестивальную жизнь, не пропустите.

https://moscowmusicweek.online/

Очередной, и пока что самый экзотический выпуск подкаста — про то, как китайская попса и андерграундная поэзия откликаются на эпидемию. Тонна перелопаченных песен про ковид, гимны Уханю, бастард-поп-воспоминания про SARS, песенки про то, почему не надо есть диких животных и веселые шутки про неуклюжих лаоваев — с подстрочным переводом и комментариями Ивана Синицына. А также совершенно фантастическая карантинная поэзия (нет, правда очень крутая) — оригинальное авторское чтение в переводах и с комментариями Елизаветы Абушиновой. Осторожно, содержит китайские ругательства и циничный антияпонский сарказм.

Особая благодарность Елене Костылевой и журналу «Ф-письмо», благодаря которому я впервые познакомился с переводами Лизы, "Дневником девочки из Уханя", стихотворением "Ссать с начальством" и другими шедеврами.

"Изгиб локтя Янцзы: как китайская эстрада и подпольная поэзия реагирует на эпидемию"
https://music.yandex.ru/album/11521681/track/69930077

У Лизы есть свой телеграм-канал «Сверхсекретная информация»( @odinkalmikidvakitaya), полностью посвященный новой китайской поэзии — не устаю рекомендовать его с тех пор, как нашел.

Для моих ивритоязычных френдов — музыковед Валерия Михайловская написала большую рецензию на «Фермату» (в смысле, на книжку) с обширными цитатами из разных интервью в высоколобом журнале «אלכסון» ("Диагональ").

https://alaxon.co.il/thought/%D7%94%D7%9E%D7%9C%D7%97%D7%99%D7%A0%D7%99%D7%9D-%D7%94%D7%9E%D7%91%D7%A6%D7%A2%D7%99%D7%9D-%D7%95%D7%94%D7%9E%D7%90%D7%96%D7%99%D7%A0%D7%99%D7%9D-%D7%A2%D7%95%D7%93-%D7%90%D7%99%D7%AA%D7%A0%D7%95/

Lego Opera Company поставила "Травиату" Вилли Деккера. В сторис можно даже со звуком 🤪

Очень толковый и полезный текст — в основном, про технические детали: программы, среды, системы.

"Что делать, если вы хотите сочинять электроакустическую музыку?"

https://mus.academy/articles/chto-delat-esli-vy-khotite-sochinyat-elektroakusticheskuyu-muzyku

Хочу привлечь ваше внимание к новому релизу Алексея Сысоева и Владимира Горлинского «Этюды невинности». Это два московских композитора, их многие знают, они важные участники (и создатели) московский импровизационной сцены — и это как раз импровизационный релиз: четыре вещи по 10-12 минут.

Как бы так его прорекламировать, чтобы его послушали — но зато с гарантией — только те, кому это нужно? Свободная импровизация с непривычки может показаться делом странным, там буквально не на что опереться. В том числе и на представления об исполнителях: это композиторы, но занимаются импровизацией, то есть музыка рождается буквально здесь и сейчас, они вполне виртуозные исполнители (Горлинский — гитарист, Сысоев — пианист), но виртуозность — не то качество, которое имеет смысл в этих записях. При этом они оба по ходу дела поют, или скорее мычат — причем не как певцы, но и не как, скажем, Гленн Гульд, который о своем мычании просто не думал. Для них это вполне осмысленная краска, при этом они очень вдохновенно, и я бы сказал, бесстрашно ее используют.

Это вообще бесстрашная запись, наступающая на горло как нашим представлениям о том, что такое импровизация, так и собственным страхам исполнителей. По крайней мере, Леша о них честно говорит в объяснении, как вообще родился этот дуэт и эта серия («я боялся тембра рояля»; «я смог осознанно запеть, что непросто для того интроверта, как я»). Возможно, эту серию интереснее слушать, зная, что Сысоев в прошлом — джазовый пианист, удравший из джаза в академическую музыку и годами изгонявший из своей игры и своих сочинений даже намеки на джазовые гармонии. Здесь он к ним кое-где возвращается, или скорее, аккуратно касается своих воспоминаний о них.

Но вообще, «Этюды» — это прежде всего история про коммуникацию. Мы наблюдаем а) разговор на непонятном языке, который по ходу дела становится совершенно понятен, как если бы мы вдруг за полчаса научились говорить на суахили; б) моментальный снимок композиторского сознания — мы не просто слушаем музыку, а буквально видим, как она рождается, как у композитора появляется идея и он ее развивает, или от нее отказывается; и в) историю музыкальных отношений двух людей — очевидно, что долгую, но мы можем попытаться ее дешифровать по этому получасовому отрывку.

Свободная импровизация во многом, вероятно, проигрывает «продуманным», «сделанным» записям, но это гарантированно непредсказуемое путешествие — совершенно непонятно, куда их унесет и чем все это закончится. Это, вообще говоря, очень редкое качество. И, кстати, поскольку эта музыка не упирает на виртуозность и вообще профессионализм — строго говоря, вы и сами могли бы заняться чем-то подобным — она обладает невероятным освобождающим эффектом, который я много раз наблюдал.

«Этюды невинности» точно не стоит слушать фоном, и я бы рекомендовал не столько слушать, сколько смотреть — она существует и на youtube в хорошем качестве. Потому что это музыкальное взаимодействие ужасно интересно рассматривать — невозможно описать словами выражение лешиного лица, когда он нащупал какой-то особо звучный аккорд, почти неприличный в контексте этой импровизации, и кайфует от него и одновременно размышляет, бросить ли его и пойти дальше, или позволить себе еще немного им понаслаждаться.

В общем, очень рекомендую все это послушать, поддержать — это важно — музыкантов скромным (или нескромным) донатом. А также написать мне потом, чему вас эти записи научили (про понравилось - не понравилось тоже можно, но это слишком просто).

«Этюды невинности»

Ссылки на аудио в отличном качестве:

https://music.apple.com/ru/album/etudes-of-innocence/1525879149
https://play.google.com/store/music/album/Vladimir_Gorlinsky_Etudes_of_Innocence?id=B3nr3i35hpi3dnvhfh3eus2noeu
https://music.yandex.ru/album/11637486
https://www.junodownload.com/artists/Vladimir+Gorlinsky+%2526+Alexey+Sysoev/

Ссылка на видео в хорошем качестве:
https://www.youtube.com/playlist?list=PLODY1Fhh0C5cHmu6lc9mHlY8SLqnJ7G-8

А вот объяснения самого Сысоева — композиторы, конечно, всегда рассказывают интереснее.

"Ровно год назад мы с Воло оказались в заполярном посёлке Каратаиха. И там же у нас завязался разговор, как жить и творить дальше. Мы решили сосредоточиться на студийной деятельности. Это была идея Воло. Я с радостью играл бы с ним и концерты. Но ок. Сказано — сделано.

В сентябре было успешное выступление с Кристианом Мюллером в ДОМе на Рихтер-фесте (https://www.youtube.com/watch?v=3_07CHOzfSg). И тут же запись с ним в студийной обстановке там же, в ДОМе. В декабре дуэт с Воло. В январе трио с Лёшей Наджаровым (2 альбома). В марте, за пару дней до пандемии, с Васей Филатовой (2 альбома).

Почему я ввязался в эту историю?

Во-первых, я хотел научиться у Воло некоторым очень ценным вещам. Мы с Воло очень разные. Он быстрый, фантазийный, стремительный, нетерпеливый, певческий, танцевальный. Я довольно медлительный, устойчивый, тяжёлый, занудный, робкий. Мы не всегда совпадаем. Когда я сажусь на своего “конька”, Воло становится некомфортно. И наоборот, я не поспеваю за Воло. Это всё очень ощущается в гигантской серии “Воллпейперс”, в каждой из которой Воло присутствует. Грубо говоря там всегда Воло начинает, а я заканчиваю. “Воллпейперс” длились чуть ли не пять лет, и я очень хотел уйти, наконец, от них. Мне хотелось большей неизвестности, лёгкости, спонтанности, опасности. При этом я немного вернулся и в джаз, что уж там… Это слышно в концертной записи “Високосный джаз” (https://www.youtube.com/watch?v=c7OR33eaOgg&list=LLEZyWT5s1StKuTTOJo9CgRg&index=8&t=1760s). Тут мы славно отрываемся.

Во-вторых, я боюсь тембра рояля. Он слишком большой, “откровенный” и громкий для меня. Этот страх появился ещё до консерватории, в мой джазовый период. Я даже сециально хмыкал носом, чтобы у меня заложило уши, и звуки извлекаемые мной оказались потише. В консерватории всё ещё усугубилось и приняло клинические формы. В результате моё возвращение в импровизационный мир стало болезненным. Я играл как Тилбёри. Я играл мало и тихо. Я препарировал инструмент, чтобы он звучал иначе. Я не играл даже, а исследовал. Такая вот жизнь скорее наощупь…

Опыт с Воло показывает, как я поборол это всё и в итоге, может быть, значительно изменился. Это слышно по записям. Вначале идёт концертное выступление с Кристианом, где я играю на припарированном рояле, но уже громко, много и уверенно. Затем студийная запись, где я уже не препарирую инструмент (https://www.creativesourcesrec.com/catalog/catalog_645.html), но всё ж играю ещё достаточно сдержанно, и, наконец, декабрьский дуэт с Воло, где я уже достаточно раскрепостился.

Почему мы оба поём? Это начал Воло ещё в “Воллпейперс”. Смешно, что он сам никогда не слышал Жору Бэнсона с его “Маскарадом”. А логично было бы предположить, что это у него пошло именно под его влиянием. Я слышал, конечно, и мне казалось, что было бы круто переложить это на ф-но. Поющий в унисон пианист. Есть ли такие? Я в годы джазовой практики всегда мычал себе под нос. Это очень помагало мне, но это была неосознанная практика. Это было не специально. Опять же, я смог осознанно запеть, что очень непросто для такого интроверта, как я.

Серия наших записей очень чётко показывает, насколько последовательно мы развивались. Первый португальский диск с Кристианом ещё сдержанно-тонкий и супер лиричный. Настоящий отрыв пошёл именно с дуэтных “Этюдов невинности”. Само название родилось из ощущения вновь открытых элементарных вещей. Я могу сыграть СВОЮ мелодию, я могу сыграть СВОЙ аккорд, я могу сыграть ВИРТУОЗНО. Ощущение первозданной лёгкости.

Каждый новый участник этой серии вносил что-то новое, последовательно развивал нас. Почему мы пригласили именно Лёшу и Васю, помимо того, что они просто прекрасные музыканты? Я никогда не играл с Лёшей до этого, хотя у нас с ним общие “джазовые” корни. Видимо дело в моей пост_амм-вской эстетике, которая почему-то с моей тогдашней точки зрения не очень-то уживалась с эстетикой Лёши. Но вот теперь всё совпало. Единственной моей просьбой было то, чтобы Лёша использовал микротоновую настройку. Хорошо темперированный рояль с одной стороны, микротоновый клавир с другой, гитара посередине - такая идея. Лёша тонко добавил семплирование в реальном времени. Это дополнительный сильнейший акцент этой записи.

Мы очень много играли с Васей раньше. И я думаю, что много знаю о ней, и о её музыке. Возможно, я думаю о ней, как о музыканте, находящимся в моём прошлом. И видимо она именно тот человек, которого я бы хотел “взять с собой”. То есть с ней я не побоялся очутиться “новым”. Это очень классное ощущение приятия “иного”, но очень открытого, и откровенного. Как и с Лёшей, мы “наиграли” на два альбома".

Когда пародия на виртуозов сама оказывается виртуозной

https://www.youtube.com/watch?v=DV-qyjoJJX8