#Фермата_цитаты.

№4. Александр Рабинович-Бараковский.

«— После эмиграции у вас сильно изменилась картина мира?
— Дело в том, что на Западе, если вы пройдете по улице, мимо вас пройдут десять авангардистов. Это меня изумило. Оказывается, весь мир состоит из одних авангардистов. Я-то раньше думал, что это вроде как одиночки.
И дальше, я думаю, не надо продолжать. Все становится ясно. Если вы предлагаете что-то свое — свое видение мира, — то система вас отвергает. Потому что армия авангардистов — она, конечно, не подпускает к пирогу инакомыслящих. Нигде. Никогда.

— А вы стали инакомыслящим просто потому, что писали тональную музыку?
— Нет, инакомыслящий — это тот, кто мыслит на свой лад. Не как все. Ведь цель жизни — это нахождение самого себя. И нахождение в жизни смысла, и нахождение смысла в своей жизни. Это то, что у Юнга называется процессом индивидуализации. Понимаете? Надо быть самим собой. Все, что разные замечательные люди писали на протяжении столетий, — это за- мечательно, но нам это лишь подспорье в нахождении собственного пути. Вот я много лет путешествую по традициям, которые можно назвать архаическими. Все мои сочинения я объединяю в один большой цикл «Антология архаических ритуалов — в по- исках центра». Главная моя задача — это именно поиск центра. Это как восточная мандала. Буддисты рисуют мандалу и таким образом пытаются приблизиться к самому себе.

— В общем, получается, что в Союзе вы себя гонимым композитором не чувствовали, а на Западе...
— Вы знаете, ореол гонимого композитора меня не привлекает.

— То есть вы ничего такого не чувствовали?
— Я все чувствую, но мне безразлично. Гонимый, не гонимый... Абсолютно безразлично».

«Фермата. Разговоры с композиторами». Уже в магазинах. По этому поводу сделал небольшой буктрейлер с некоторыми из героев (Канчели, Губайдулина, Десятников, Курляндский, Мансурян, Сильвестров, Сысоев; музыка — Сергей Невский).

Невероятно, но факт: моя книга «Фермата. Разговоры с композиторами» наконец-то напечатана и продается в хороших магазинах (уже есть в Фаланстере и Циолковском, далее везде). Зачем она вам нужна? Сейчас расскажу.

Зимой 2011 года я отправился брать интервью у Софии Губайдулиной, и эта встреча сильно изменила мою жизнь. Я начал искать новых встреч с композиторами, придумывать поводы, а потом уже встречаться и безо всяких поводов. Совершенно неожиданно это вылилось в громадный проект: я ездил ради «Ферматы» в Казань, Екатеринбург, Баку, Киев, Ереван, Петербург и Берлин, со многими композиторами встречался по несколько раз, впервые в жизни не считал знаки в интервью и с трудом остановился на двадцати композиторах — их, конечно, могло быть и больше.

Почему композиторы? Потому что с ними невероятно интересно. По-видимому, сочинительство каким-то неявным образом меняет людей, какую бы музыку они не писали. Это такое особенное ремесло — очень архаичное, очень современное, совершенно вневременное. Вообще говоря, композиторы имеют дело не со звуками, а со временем, это их ежедневный рабочий материал. Сочинение музыки — это и духовная практика, и ядерная физика. «Транс, или гимнастика», как говорит в одной из бесед Леонид Десятников. Словить сачком эту летучую материю невозможно, но даже просто попытаться — невероятно увлекательно.

Даша Яржамбек, сделавшая книжке прекрасный дизайн, придумала иллюстрировать каждую беседу фрагментами партитур. Поэтому в книге нет фотографий, зато есть рукописные черновики Губайдулиной, Десятникова и Мансуряна, записка Канчели Башмету, как правильно играть его реквием («без тебя какой-нибудь мудак закашляет!») и другие редкости из частных архивов и библиотек европейских нотных издательств. Для «Ферматы» был придуман одноименный телеграм-канал, немедленно заживший своей жизнью. На площадке Inliberty появился курс про современную музыку. На Fancymusic вышла компиляция с музыкой всех героев книги. А ближе к осени на Arzamas, надеюсь, стартует подкаст по материалам этих разговоров.

В «Фермате» 20 героев: София Губайдулина, Владимир Мартынов, Александр Рабинович-Бараковский, Георг Пелецис, Сергей Невский, Тигран Мансурян, Валентин Сильвестров, Алексей Шмурак, Леонид Десятников, Дмитрий Курляндский, Борис Филановский, Алексей Айги, Гия Канчели, Александр Маноцков, Антон Батагов, Владимир Раннев, Александр Кнайфель, Илья Демуцкий, Павел Карманов, Алексей Сысоев.

И я страшно им благодарен — за то, что терпели мои вопросы и мой интерес, не подкрепленный консерваторским дипломом; за то, что вообще подпустили к себе и, как мне показалось, были достаточно откровенны. И еще одна благодарность — издателю Андрею Курилкину («Новое издательство»), который поддержал меня с этой идеей на самой ранней стадии.

Теперь у меня есть мечта: чтобы эта книга попала не только в руки тем, кто постоянно ходит на концерты современной музыки, но и тем, кто туда ходит редко или не ходит вовсе. «Фермата» — это двадцать фантастических собеседников, просто поверьте мне на слово, и эта книга лишь отчасти о музыке. Она о времени, амбициях, личном выборе, магии, о том, что внутри и о том, что вокруг, о способности слышать — в самом широком смысле. О сложности и простоте. О современности. О непростых отношениях с традицией. О нации и национальном. Об авангарде. О деньгах. О свободе. О вечных законах и мелких деталях. О nature vs nurture. О детстве (почти всегда). О том, как устроено творчество. О радикальности. Об очень личном. В общем, музыка — это лишь повод. Впрочем, лучший на свете.

Беседы с современными композиторами – возможно, не самый ходовой товар, но хочется это как-то поменять. У меня есть просьба: перешлите эту новость интересующимся, сделайте смелый расшар и перепост, купите бабушке, возьмите на пляж. Это не узкая тема, а еще как широкая («это не бедный старик, а богатый»). У нас есть все шансы оказаться на полях истории, которую сочиняют герои этой книги. Они меняют нас — больше, чем мы думаем. Познакомьтесь с ними поближе.

Еще одна глава из книжки, теперь на Arzamas — отрывок из разговора с Владимиром Ранневым

«— Все привыкли жить в мире больших идей и течений, и кажется, что если их нет, то все страшно измельчало.

— Надо от этой иждивенческой привычки — жить в мире больших идей и течений — освобождаться и больше уделять внимания не размеру идей, а их сути. А про «измельчало» — это любимая идея Владимира Мартынова, совершенно смехотворная. Пожалуй, единственное, с чем я у него согласен, — композитор перестал быть властителем дум. Его социальная роль сильно редуцировалась. И слава богу! Что в этом плохого? Только хорошее. Мартынов бесконечно убивает в себе советского композитора, но мыслит именно как советский интеллигент — рассматривает историю искусства как историю шедевров. Как будто мы скачем по кочкам от шедевра к шедевру. А сейчас где шедевры, восклицает он, где нетленки?

Но почему обязательно должны быть нетленки? Почему глыбища и эпохалки? История искусства — это история познания. Это процесс, а не фабрика по изго­товлению шедевров. Человек топчет землю, чтобы накапливать опыт, перера­батывать его — вслушиваться, всматриваться, оценивать — и передавать следующим поколениям. Искусство — один из типов артикуляции этого опыта. В том числе музыка. Это не вопрос наличия шедевров, тем более их количе­ства. Вот «Времена года» Вивальди — шедевр? Но как-то до середины XX века европейская культура без него обходилась. А помните Шнитке? Какие были фестивали, как ломился народ, как висели на люстрах. И я там висел, на этих люстрах! Шедевры? Может быть, но потом вдруг — как кошка слизала. Где его застать? Шнитке просто пропал с радаров, исчез из концертной практики. Значит, что-то поменялось в мире. Он остался памятником своему времени, это классная музыка, лично я ее очень люблю. Но этой «кочки» (возвращаясь к Мартынову) больше нет, или на время, или навсегда — не нам при нашей краткосрочной жизни судить. Музыка — это живой процесс перетекания идей, техник, эстетик. Вырастет из чего что-то — хорошо, не вырастет — тоже хорошо. А то выходишь иногда из концертного зала и видишь серьезных, упакованных в дорогие костюмы композиторов, которые бросают друг другу небрежно про только что услышанное: «Ну, это, конечно, не Девятая [симфо­ния Бетховена]». Ну хорошо, не Девятая, и что? И слава богу, что не Девятая».

https://arzamas.academy/mag/700-fermata

Кейдж в Москве. Гениальный кадр.

Это из загадочного документального фильма про Любимова, в котором Алексей Борисович всю дорогу говорит на хорошем немецком. Или точнее, просто его видеодневника. К счастью, есть английские субтитры.

https://www.youtube.com/watch?v=1Zg_aiACpc0

Для тех, кто хочет заказать книжку прямо сейчас — в московском магазине «Примус Версус» до конца лета бесплатная доставка по России. Хорошее предложение (тем более пока ее нет на озоне и лабиринте)

http://primusversus.com/#!/tproduct/111494506-1558105995913

Кажется, самая смешная часть книжки — это именной указатель. От Гераклита до Гнойного и от Эванса до Эшпая.
#Фермата

Тем временем свой канал завел Саша Баунов — обещает рассказать, как съездил в Берлин на Чернякова. Ну, и много чего еще там будет и уже есть, конечно.

https://t.me/baunovhaus

Трогательная беседа Джона Адамса и Филиппа Гласса в NYT.

"Philip, does it annoy you that these symphonies are still not done more widely?

GLASS Quite the opposite: I’m astonished at the size of audiences I’m getting now. I never thought that this music would be accepted in the way it’s being accepted. I had my first performance with the New York Philharmonic when I was 80 years old. I mean, come on!

I think it’s partly that I’ve been helped by a younger generation that has very broad ideas and taste, and I don’t seem nearly as strange as I used to be. I’ve become — not mainstream, that seems a little too far — but still I can tell from the Ascap [the music licensing agency] reports that the music is being used".

https://www.nytimes.com/2019/01/09/arts/music/philip-glass-john-adams-david-bowie-los-angeles-philharmonic.html

На Кольте вышел наш обстоятельный разговор с Sergej Newski про книжку, в котором мы поменялись местами — Сергей спрашивает, а я отвечаю (заголовок не мой). В общем, такая многословная попытка объяснения — зачем это и почему, как делалось, что выяснилось в процессе и так далее. Смертельный трюк: разговоры о себе!

«Невский: Да, получилась карта. Разумеется, очень пестрая, что-то вроде Австро-Венгрии. Но ты описал ситуацию в данный момент времени. Говоря об общем и различиях — разумеется, русских композиторов отличают максимализм и желание противопоставить себя всему миру. Мое впечатление по прочтении книги таково: чем больше человек встроен в некие международные институции, тем больше у него смирения и самоиронии. Как Губайдулина у тебя прекрасно говорит: забудут — и ладно. То же у Десятникова с его андерстейтментом «транс или гимнастика» о природе творчества. В общем, скромность, смирение — неизбежный результат востребованности, вовлеченности в мировой контекст. Когда ты понимаешь, что ты не один и это о'кей. Это очень точно формулирует у тебя и Рабинович в своей хармсовской фразе: вышел в Швейцарии на улицу, а кругом одни авангардисты. И это действительно так, причем слово «авангардисты» можно заменить на просто «композиторы». Когда я выхожу в Берлине на угол в супермаркет, я часто встречаю там Ребекку Сондерс, которая получила так называемую композиторскую нобелевку — премию Сименса. Это, конечно, учит некоторому смирению, потому что нас, композиторов, много, а кассирша в супермаркете одна.
Напротив, чем больше композитор завязан на локальном контексте, тем больше он уверен в исключительности своего опыта. Но, если честно, не такие уж мы уникальные. Пафос провинциален».

https://www.colta.ru/articles/music_classic/21821-vnutritsehovoe-razdrazhenie

Вот несколько мест, где можно заказать «Фермату» (кроме очевидных "Фаланстера" и "Циолковского"):

«Подписные издания» (Питер, доставляет много куда)
https://www.podpisnie.ru/books/fermata-razgovory-s-kompozitorami/

«Все свободны» (Питер, доставляют по всему миру, зато не умеют по Питеру)
https://www.vse-svobodny.com/product-page/%D0%B0%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B9-%D0%BC%D1%83%D0%BD%D0%B8%D0%BF%D0%BE%D0%B2-%D1%84%D0%B5%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%82%D0%B0-%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%80%D1%8B-%D1%81-%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BF%D0%BE%D0%B7%D0%B8%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B0%D0%BC%D0%B8

«Порядок слов» (Питер и Москва, доставляет по России)
http://wordorder.ru/products-ru/fermata-razgovory-s-kompozitorami/

«Примус версус» (Москва, бесплатная доставка по России до конца лета)
http://primusversus.com/#!/tproduct/111494506-1558105995913

books.ru (доставляет по миру)
https://www.books.ru/…/fermatarazgovory-s-kompozitorami-50…/

Все знают, что Стравинский одно время страшно увлекся пианолами и делал для них как адаптации своих вещей, так и писал кое-что специально. Один из главных специалистов по его пианольным практикам — Рекс Лоусон, и вот в youtube обнаружилась его лекция, где он ставит ролики из своей коллекции. Послушайте хотя бы пианольную версию "Весны священной" (примерно с 1:06).
https://www.youtube.com/watch?v=yAINeX2Tfv8

Для тех, кто интересовался: «Фермата» в электронном виде появилась на Озоне (https://www.ozon.ru/context/detail/id/154589518/), Литресе (https://www.litres.ru/aleksey-munipov/fermata/) и в Букмейте.

«Говорят, что злоупотреблять спиртными напитками вредно. Охотно согласен с этим. Но тем не менее я, т. е. больной, преисполненный неврозов, человек, — положительно не могу обойтись без яда алкоголя, против коего восстаёт г. Миклуха-Маклай. Человек, обладающий столь странной фамилией, весьма счастлив, что не знает прелестей водки и других алкоголических напитков. Но как несправедливо судить по себе — о других и запрещать другим то, чего сам не любишь. Ну вот я, например, каждый вечер бываю пьян и не могу без этого. Как же мне сделать, чтобы попать в число колонистов Маклая, если бы я того добивался???.. Да прав ли он? В первом периоде опьянения я чувствую полнейшее блаженство и понимаю в этом состоянии бесконечно больше того, что понимаю, обходясь без Миклухо-Маклахинского яда!!!! Не замечал также, чтобы и здоровье моё особенно от того страдало. А впрочем: quod licet Jovi, non licet bovi. Ещё Бог знает кто более прав: я, или Маклай. Ещё не такое ни с чем несравнимое бедствие: быть непринятым в число его колонистов!!!...».

Пётр Чайковский. Дневники -11 июля 1886 года

К вопросу о широте взглядов современного композитора

Anna Meredith: Paramour

Анна Мередит перепробовала массу подходов в музыке и всегда привлекала внимание: в частности, она успела поработать композитором-резидентом Шотландского симфонического оркестра, а в 2016 году получила награду «Шотландский альбом года» за электронный дебютник «Varmints».

25 октября выйдет её третья сольная пластинка «Fibs», и сингл к ней — это уже какой-то почти мат-рок на скорости 176 BPM с электроникой, гитарой, барабанами, флейтой и тубой. Креативный и гипнотичный клип режиссёра и аниматора Ewan Jones Morris снят одним дублем по ходу движения миниатюрного поезда из конструктора Lego в комнате с играющими музыкантами.

https://www.youtube.com/watch?v=yjmZLaymJU8