Кучу новинок привезли в Mercedes, но впереди пока Ферстаппен. А Рассел опять везёт Антонелли столько, будто мы вернулись в 2025-й. И отрывы велики.

Подождём официального протокола, но по идее, Колапинто потеряет 15 позиций, а не 10 — потому что 10 он потеряет только за новый ДВС.

В его случае, конечно, разницы нет, вряд ли он окажется выше 10 места в квалификации.

Да, плюс 10 позиций Колапинто за замену ДВС, вдобавок к тем пяти, что висели на нём после Баку.

А во время второй тренировки (16:00-17:00 по местному времени) вероятность дождя выше 50%. Может так получиться, что первая останется единственной релевантной до самой квалификации.

Поясню для тех, кто не застал Гран-при Малайзии.

Погода в Малайзии, или точнее конкретно в Куала-Лумпуре, довольно сильно отличается от нам привычной. В октябре-ноябре тут пик дождей, но это не значит, что дожди идут с утра до вечера. И при этом всё равно очень жарко.

Как правило, дождь в это время идёт каждый день, но это короткие и сильные ливни, а не постоянное накрапывание. А в промежутках из-за жары всё мгновенно высыхает.

Поэтому в случае, например, с гонкой правильно спрашивать не «будет ли дождь в воскресенье», а «в какое время в воскресенье будет дождь». Он точно будет, но может не затронуть гонку вообще.

Дождь может пойти по ходу гонки трижды, но при этом старт и финиш будут посуху. И это хороший сценарий, потому что если ливень окажется затяжным (а иногда бывает и так), нас ждут красные флаги. Воды выливается столько, что приходится останавливать гонку.

Джеймс Воулз внезапно прервал официальную пресс-конференцию руководителей команд, чтобы поддержать сидящего рядом Фредерика Вассёра.

Джеймс Воулз: «Обычно мы только и делаем, что бьём друг друга и втыкаем ножи в спину. Но сейчас Ferrari находится в лучшем положении в чемпионате за долгое время. В этом году они внедрили инновационные решения на машине — с задним антикрылом и использованием выхлопных газов. В итоге мы все стали это копировать. Эта команда работает великолепно.

Поэтому лично для меня нет никаких сомнений: Фред — именно тот человек, который должен этим заниматься».

Перформанс от Бриаторе.

Анонсированный ранее фильм о Михаэле Шумахере в сезоне 1994 года на месте. Всё пока не смотрел, но то, что видел, это очень сильно.

Да, на Netflix сразу есть перевод на русский (оригинал немецкий, так что на английский тоже перевод).

Ждём ливень сразу после начала второй тренировки.

Это точно тренировка? И что они тренируют?

Для Бортолето все эти гонки закончились досрочной остановкой на трассе.

В итоге весь огромный фронт, шедший на трассу, прошёл мимо, так что 90% вероятности дождя обернулись полностью сухой сессией.

Результаты, впрочем, обманчивы — например, Ферстаппен, показав лучшее время на Medium, переключился на работу на длинных сериях, в то время как Леклер и некоторые другие пробовали квалификационный режим.

Колапинто вообще работал только на длинных сериях, так как квалификация для него не имеет большого значения. Отметим также относительно неплохой темп Алонсо.

Занятный, но логичный момент из записок рукогона в Малайзии.

Если заблокировать шины в последнем повороте, промазать мимо правильной траектории и заехать за колышек, то ты автоматически считаешься отправившимся на пит-лейн, и не ехать туда уже нельзя.

@vestnikformul

То самое сражение во второй тренировке за... не знаю, за что, но эффектно. Как кто-то написал, «во второй тренировке на Сепанге мы увидели больше борьбы, чем за весь уикэнд в Мадриде».

За инцидент с Бортолето Хэмилтон получил официальное Ничего, а вот Ferrari оштрафовали на 10 тысяч евро. У Льюиса было повреждено зеркало с правой стороны, так что он просто не видел Габриэла, а команда не сообщила.

На самом деле странно, что вообще какой-то штраф есть, потому что это мало того, что тренировка, но при этом Бортолето даже не был на быстром круге. И сам он подтвердил стюардам, что контролировал ситуацию.

Видимо, просто нужны были деньги.

Досмотрел документалку Netflix о Михаэле Шумахере в 1994 году. Что сказать — фильм немецкий, и, безусловно, снят для болельщиков Михаэля (то есть, всей Германии). Но как раз болельщикам Шуми мне сказать нечего — они и так посмотрят. Хочу объяснить, почему фильм надо смотреть всем, кто помнит то время, и всем, кто хочет его узнать.

Фильм не ограничивается строго 1994-м, рассказывает и о первых годах Шумахера в автоспорте, хотя не слишком подробно — цель была показать, какой личностью был Михаэль, почему стал тем, кем стал, а не перечислить факты его биографии.

Но в центре внимания всё же 1994-й, и это не банальная история успеха, потому что сезон 1994 года никак не назовёшь триумфальным. Это было очень сложное время и для Шумахера, и для всей Формулы-1, вместившее множество трагических и странных событий. И создатели фильма приложили немало сил, чтобы рассказ получился полным.

Фильм рассказывает о событиях того сезона как бы с двух сторон — со спортивной и личной. За личную в фильме отвечают Коринна Шумахер и Вилли Вебер, за спортивную — Пэт Симондс и Флавио Бриаторе, и за обе сразу — британский журналист Джеймс Аллен, написавший биографию Михаэля. Наверное, подобрать лучше кандидатуры было невозможно.

Но дело даже не в самих по себе рассказах. Фильм действительно погружает в атмосферу того времени, показывает (или заставляет вспомнить), какими тогда были гонки. Кадры телетрансляций соседствуют со съёмками для личных архивов, множество записей, которые я лично не видел и даже не представлял, что подобные моменты зафиксированы.

Именно по этой причине в кадре так много очевидцев — механик Benetton Стив Матчетт, немецкие комментаторы Кай Эбель и Хайко Вассер и другие. Могут ли они добавить что-то радикально новое к хронологии? Конечно, нет. Но они были там, они чувствовали то, что происходят, и передают это чувство нам.

Едва ли не четверть всего хронометража занимает уикэнд в Имоле — не только гибель Сенны в воскресенье, а каждый день этого уикэнда, с тяжелейшей аварией Баррикелло в пятницу и гибелью Роланда Ратценбергера в субботу. Естественно, через призму восприятия Михаэля — того, как он всё это пережил, и как всё это на него повлияло. И это восприятие важнее строчек статистики о победах — оно чётко разделяет не только сезон, но и всю жизнь Шумахера на время ДО и время ПОСЛЕ.

При этом, как ни странно, хотя фильм о Шумахере, авторы упустили немало возможностей показать, насколько выдающимися были выступления Михаэля в том году — вспомнить хотя бы Испанию, где он две трети гонки провёл на одной передаче. Намного лучше, на мой взгляд, можно было рассказать и о Гран-при Великобритании, закончившемся нелепой дисквалификацией.

Но авторов, кажется, вообще не волновали такие проблемы. Они сосредоточены на эмоциональном состоянии Шумахера, на взлётах и падениях его морального духа. Потому и история с аварией в Аделаиде не получает вообще никакой оценки — столкновение, Шумахер сходит, он опустошён, а потом узнаёт, что Хилл тоже сошёл и понимает, что стал чемпионом. Что там за авария, почему она произошла — авторов не интересует.

Поэтому фильм нужно воспринимать не как рассказ о фактах, а как историю о том, какой бывает жизнь. И это, на самом деле, хорошо. Потому что с фактами в наше время проблем нет — открыл интернет и прочитал. А вот узнать об эмоциях, о переживаниях Михаэля в такой трудный для всех год, проследить за тем, как он менялся, а заодно понять, чем вообще жили болельщики того времени — это дорогого стоит.