Стюарды не наказали Ферстаппена за то, что он выехал за пределы трассы в борьбе с Расселом в первом повороте. По мнению стюардов, Рассел на мгновение потерял контроль над машиной, что и заставило Макса выехать.

А теперь новость дня. За другой инцидент с Расселом Макс Ферстаппен получил 3 штрафных балла. И теперь этих баллов у Макса 11. Ему не хватает ровно одного, чтобы получить дисквалификацию на одну гонку.

Первые 2 балла из списка истекут 30 июня, то есть после Гран-при Австрии.

Тот самый рестарт.

Кстати, видел информацию (но не уверен на 100%), что Леклер всё ещё под расследованием за контакт во время обгона. Если так, то результаты ещё могут измениться.

Сайт FIA плотно лежит.

Да, вот подтверждение по Шарлю. Он вызван к стюардам за контакт с Ферстаппеном на стартовой прямой. Правда, разбирательство должно было начаться ещё полчаса назад.

Стюарды считают, что Макс и Леклер двигались навстречу друг другу.

Без штрафа, у Шарля остается подиум!

@evkus

Приведу одну точку зрения, которая интересна тем, что высказал её голландец и болельщик Макса Ферстаппена (Крис ван Дитсхёйзен, популярный блогер).

Как бы вы ни называли действия Макса Ферстаппена против Джорджа Рассела, он перешёл границу — и точка. Если кто-то хочет защищать его поступок — пожалуйста, я не против. Но, по моему мнению, защищать там нечего.

Причина, по которой Макс врезался в Джорджа, — это сочетание его раздражения, жёстких шин и поворота с отрицательным уклоном.

Да, они гонщики, но всё же существует определённая ответственность, которую нужно учитывать, когда хочешь вернуть себе позицию (как в случае с Джорджем Расселом).

Макс всё ещё лучший гонщик в пелотоне, самый быстрый — то, что он делает с этой машиной Red Bull, просто потрясающе. Но то, что он сделал сегодня днём — это было уже за гранью.

Мой гоночный герой, Михаэль Шумахер, тоже иногда делал похожие вещи, шёл на жёсткие манёвры против соперников, с которыми я был не согласен.

В целом хорошо сказано, и можно почти со всем согласиться, кроме одного — сравнением с Михаэлем Шумахером. Да, Михаэль мог пойти на намеренное нарушение правил, если на кону стоял титул или хотя бы победа в гонке. А тут на кону стояло что?..

Я готов принимать некорректные действия Макса в борьбе за результат. Так действовали многие чемпионы — тот же Шумахер, или Сенна. Это их расстановка приоритетов — победить для них важнее необходимости соблюсти правила. Но никто из них не врезался в соперника просто потому, что был в плохом настроении.

На память приходит только один подобный инцидент. Интересно, что произошёл он тоже в Испании — только трассы Каталунья тогда ещё не существовало. В 1988-м Гран-при Испании принимал Херес, и в квалификации Риккардо Патрезе, разозлившись на помешавшего ему Джулиана Бэйли, обогнал его и устроил ему брейк-тест. Бэйли не ожидал этого, наехал на заднее колесо Williams Патрезе и машина подлетела в воздух.

Стюарды тогда «отличились» и наказали за инцидент... Бэйли. Но весь, буквально весь паддок с ними не согласился. Как сказал один из гонщиков: «Я надеюсь, Патрезе накажут на всю катушку. В нашем деле хватает непреднамеренных аварий и без тех, кто пытается организовать их нарочно...»

И по итогам поданного Tyrrell протеста Патрезе всё же был оштрафован, хотя и только деньгами. Вероятно, на мягкость наказания повлияло то, что инцидент произошёл на низкой скорости, и Риккардо, скорее всего, вовсе не хотел доводить до контакта — только чуть напугать Бэйли.

Так вот — даже таких оправданий у Макса в этой ситуации нет. Так что я согласен с Росбергом — за намеренные аварии 10 секундами не наказывают. По правилам это должна была быть дисквалификация. Не когда-то потом из-за перебора штрафных баллов, а здесь и сейчас.

Вау. Макс почти извинился. Ну, во всяком случае, признал, что был неправ.

У нас была захватывающая стратегия и хорошая гонка в Барселоне, пока не выехала машина безопасности. Наш выбор шин в финальной стадии гонки и некоторые манёвры после рестарта вызвали у меня раздражение, что привело к поступку, который был неправильным и не которого не должно было быть. Я всегда выкладываюсь на максимум ради команды, но эмоции иногда зашкаливают. Побеждаем вместе, проигрываем вместе. Увидимся в Монреале.

Одна из самых больших загадок уикэнда — что произошло с Хэмилтоном. Льюис хорошо выглядел в квалификации и неплохо начал гонку, обогнав Рассела. Он пропустил Леклера, но в остальном вроде бы вполне контролировал ход борьбы, пока на второй половине дистанции вдруг не потерял темп.

Ещё перед его вторым пит-стопом темпа уже не было. Тогда казалось, что это ушли шины, но и после пит-стопа он ехал недостаточно быстро и уже не мог конкурировать с Расселом, хотя до этого ему как минимум не уступал. А затем был автомобиль безопасности, съевший отрывы. И на финальном отрезке Льюиса обогнал Хюлькенберг на Sauber!

В тот момент я предполагал, что, может быть, Хэмилтон недостаточно прогрел шины под SC, но судя по тому, что темп так и не восстановился до самого финиша, это не так. На круге возвращения в боксы Льюис долго молчал, а потом сказал инженеру: «С этой машиной что-то не так. Хуже, чем когда-либо прежде».

Но самое странное началось уже после того, как он вернулся в боксы. Понятно, что Льюис был крайне разочарован, но он категорически отказался объяснять, что произошло.

Льюис Хэмилтон: «У меня просто был очень плохой день, и мне нечего сказать. Это был тяжелый день, мне больше нечего добавить, это было ужасно. Нет смысла объяснять, что это не твоя вина, и я просто не знаю, что ещё сказать». А на вопрос, есть ли хоть что-то позитивное, что он может вынести из этой гонки, ответил: «Ноль. Это худшая гонка, в которой я когда-либо участвовал».

И всё, больше ничего, никакой информации. Эти его слова пошли и в официальный релиз Ferrari, что уж совсем странно. Сегодня появились цитаты Фредерика Вассёра, и они тоже предельно туманные. Руководитель Скудерии намекает на какие-то проблемы с машиной, но отказывается говорить, какие.

Фредерик Вассёр: «Вы достаточно опытны, чтобы не делать выводов из первых слов гонщика после финиша. Если вы хотите создать панику, то можете, конечно, но это не тот случай.

Я бы сказал, что он проехал 70% гонки впереди Рассела, и я не думаю, что Рассел назвал бы свою гонку катастрофой. А затем у нас возникла проблема с машиной на последнем отрезке перед автомобилем безопасности, и результат получился не очень хорошим. Но 45 кругов он ехал впереди Рассела».

Естественно, Вассёра спросили, что за проблемы возникли с машиной, но Фред ответил, что больше никаких подробностей не будет.

Кристиан Хорнер сказал, что Макс Ферстаппен извинился перед командой за инцидент с Расселом ещё во время послегоночного брифинга. Но на самом деле (это уже не Хорнера слова, а моё мнение) команде тоже было за что извиняться перед Максом. Я всегда говорю, что Ханна Шмитц — лучший стратег Формулы-1, но на этот раз она с коллегами по мостику Red Bull очень грубо ошиблась.

Сама по себе стратегия с тремя пит-стопами была хорошей — в условиях, когда Red Bull быстра на одном круге, но проигрывает в работе с резиной на дистанции, а также с учётом способности Макса держать темп, близкий к квалификационному, долгое время, это позволило даже конкурировать с McLaren (хотя исход всё равно явно был в пользу оранжевых).

Но из-за этого третий пит-стоп Ферстаппена прошёл очень рано, на 47-м круге из 66-и. До финиша оставалось 19 кругов, и лучшим решением в этот момент всё же был Hard. Не только с точки зрения скорости, но и с учётом риска SC, который тоже нужно было учитывать.

Хорошо, они выбрали использованный Soft (нового не было, в этом было три круга). Этот выбор не подразумевал SC или VSC вообще. Но вот на 55-м круге автомобиль безопасности выехал. Теоретически у Red Bull был ещё один комплект Soft, но в нём было уже шесть кругов — Макс использовал его на кругах реконессанса и чтобы добраться до стартовой решётки перед гонкой. То есть, он был не в лучшем состоянии, чем тот, на котором в тот момент Макс ехал.

Самым простым и, как сейчас очевидно, наилучшим вариантом было бы просто остаться на трассе. Вы ведь и так рассчитывали на этом комплекте ехать до финиша, верно? И автомобиль безопасности только облегчил эту задачу. Отставание от McLaren было совсем небольшим, так что после их пит-стопов Макс оказался бы впереди.

Да, он бы никак не удержал бы машины McLaren позади, но финишировать впереди них Макс не мог ни при каком сценарии. А вот удержаться на третьем месте было более чем реально — и скорее всего Ферстаппену бы это удалось.

Однако в Red Bull неожиданно выбрали Hard. Они оказались вообще единственными в пелотоне, кто использовал состав C1 в этой гонке, и сделали это в самый худший момент. За 11 кругов до финиша! Под SC, когда шины остывают — и чем они жёстче, тем сложнее их вывести в рабочий диапазон. Гарантированно создав проблемы Максу на рестарте...

Итог мы знаем. Он мог быть лучше, если бы Макс не распсиховался. Но он всё равно бы пропустил Леклера и Рассела. А если бы не странные проблемы у Льюиса — мог бы пропустить и его. И этого явно не произошло бы, останься он на своих предыдущих шинах.

Ситуация вокруг Лэнса Стролла не становится понятнее. Вы знаете, я не люблю пустые слухи, но ещё в воскресенье два таких серьёзных источника, как BBC и ESPN, рассказывали немного иную историю, чем официальные представители Aston Martin.

В соответствии с этой версией, в Q2 после возвращения в боксы не вышедший в финал Лэнс Стролл был взбешён, наорал на инженеров и сломал что-то из оборудования, после чего ушёл. И травму руки получил (усугубил?) именно вследствие этого.

Естественно, журналисты спрашивали об этом инциденте команду, и представитель Aston Martin кратко заявил, что «Лэнс был расстроен», а на уточняющие вопросы ответил, что инцидент в боксах не связан со снятием Стролла с гонки. Выходит, инцидент всё-таки был? Майк Крак заявил, что всё это сплетни и он был на пит-уолл и не слышал ничего подобного — тоже на прямое отрицание, кажется, не тянет.

Как я уже писал, Крак кратко упомянул о том, что слышал какие-то жалобы Стролла на боли в запястьях и раньше, но одновременно и уходил от ответа, заявив, что «мы же не спрашиваем его постоянно "Не болит ли у тебя что-то?"».

С тех пор прошло два дня, и никакой новой информации нет. Нет новых объяснений или комментариев, нет хотя бы дежурных постов Стролла в соцсетях. По некоторой информации, новая операция Лэнсу была сделана вчера, но опять же никаких официальных подтверждений и фото улыбающегося Лэнса из больничной палаты мы не видели. Что довольно необычно для современной Формулы-1.

Сегодня уже целый The Race вышел с материалом на ту же тему, где не приводит никакой новой информации, но осторожно цитирует всё те же слухи из паддока. А официальную версию предваряет фразой «если принимать её за чистую монету».

Некоторые идут дальше и говорят о том, что дни Лэнса в команде сочтены, и более того — сам Лоуренс Стролл может потерять контроль над командой. Якобы совладельцы команды, фонд Arctos Partners, Aramco и Honda всё больше влияют на события внутри и хотят большего контроля. Я думаю, эти слухи сильно преувеличены, но, кажется, сага вокруг Лэнса только начинается.

В эфире Servus TV Хельмут Марко прокомментировал инцидент между Максом Ферстаппеном и Джорджем Расселом на последних кругах Гран-при Испании, после рестарта.

Хельмут Марко: «На прямой, я бы сказал, Леклер въехал в него. Потом произошла та ситуация с Расселлом (в первом повороте). Надо сказать, что Макс знает правила досконально. Он сразу же сказал: "Эй, он потерял контроль (над машиной), поэтому мне пришлось выехать широко".

Внутри команды обсуждение свелось к тому, что ситуация была 50 на 50. А поскольку это произошло сразу после периода машины безопасности, влияние 10-секундного штрафа было бы куда серьёзнее, чем если бы это произошло в середине гонки. Макс не хотел возвращать позицию, но ему было приказано это сделать.

Он отпустил педаль газа — мы подумали, что он пропускает Расселла. А затем неожиданно снова ускорился. Я не знаю, что за ошибка в оценке ситуации произошла или что творилось у него в голове. А дальше, как говорится, всё понеслось в ад.

Подобные проблемы случались с ним и раньше. Это было лишним, и мы потеряли много очков. Эмоции взяли верх над ним — отчасти из-за прошлых эпизодов и его небольшой вражды с Расселлом».

Хельмута попросили прокомментировать и опубликованное вчера признание Максом Ферстаппеном своей ошибки. «Ну, что ж, признание от Макса — это редкость», — иронически заметил Марко.

У Марко, конечно, спросили и при решение поставить Hard на финальный отрезок, под машиной безопасности. Хельмут сказал, что решение было коллективным. При этом он подтвердил, что изначально они планировали две остановки, и на три пит-стопа команда решила перейти уже по ходу дистанции.

Хельмут Марко: «Решения принимаются на пит-уолл, но также есть операционный центр в Милтон-Кинсе, где за кулисами работает 70 инженеров. Мы начали гонку со стратегией двух пит-стопов, но примерно через 10 кругов поняли, что наши шины быстро изнашиваются и мы не можем держаться на уровне с McLaren».

Вопрос: Решение перейти на три пит-стопа не было заранее запланировано?
Хельмут Марко: «Мы изменили стратегию, потому что у нас оставалось достаточно свежих комплектов шин. Это решение было абсолютно верным: после третьего пит-стопа мы отставали от Ландо Норриса всего на одну секунду, на свежем комплекте. До этого момента всё шло гладко. Макс один раз застрял в трафике, кажется, за Берманом, но позже отыграл эти две секунды».

Вопрос: Затем на трассу выехала машина безопасности из-за Mercedes Антонелли, у которого сломался двигатель...
Хельмут Марко: «Она появилась в самый неудачный момент для нас. У нас оставался только один новый комплект жёстких шин и один комплект Soft, на котором уже было пройдено около семи кругов. Ошибка — а это действительно была ошибка — заключалась в выборе жёсткой резины. Альтернативой было остаться на трассе».

Вопрос: Чем мог бы закончиться такой вариант?
Хельмут Марко: «Две машины McLaren обошли бы нас, но мы могли бы удержать позади Леклера. Или ещё лучше — можно было использовать старые мягкие шины с семью кругами пробега. Но идеей было то, что новые шины дадут пик производительности — один-два круга с заметным преимуществом. На деле же период машины безопасности затянулся, а Пиастри, очень хитрый пилот, ехал за машиной безопасности крайне медленно. А чем ниже темп, тем сильнее остывают шины. Это было слишком медленно для Hard, его не получалось прогреть. Было видно, что Макс чуть не потерял машину на входе в седьмой поворот».

Вопрос: Макс пожаловался по радио, как только увидел белые ободки...
Хельмут Марко: «Объяснение было простым: это был единственный оставшийся новый комплект. Но само рассуждение оказалось ошибочным — было принято как должное, что новая шина автоматически лучше изношенной».

Вопрос: В итоге, кто виноват?
Хельмут Марко: «Это было командное решение. Оно основывалось на имеющейся информации и принималось коллективно всей командой».

После двухнедельного перерыва пришла пора для оценок. Но за это время кое-что изменилось: Володя Башмаков попросил освободить его от обязанности выставлять оценки пилотам. На его место был кооптирован редактор отдела «Автоспорт» на Sports.ru Дмитрий Федотов!

Естественно, мы НЕ оценивали Лэнса Стролла, который снялся с Гран-при уже после квалификации. Также естественно, что выше всех был оценён Оскар Пиастри, который провёл просто идеальный уикэнд, уступив за три дня только один раз — в первой пятничной тренировке!

Я посчитал необходимым отметить и лучший результат Хюлькенберга за шесть лет — отличная гонка ветерана. Да и вообще много хороших оценок на этот раз.

Я поставил 7 Ферстаппену, потому что, на мой взгляд, Макс провёл очень хороший уикэнд, за исключением, конечно, нескольких последних кругов. Но мы оцениваем уровень выступлений, а не поведение, так что я лишь снял один балл за это.

В остальном, кажется, всё понятно и более-менее логично. В ситуации с Хэмилтоном я исходил из того, что машина потеряла темп в конце гонки не по его вине — а до того Льюис выглядел очень неплохо. Как минимум не хуже Рассела.