Стрелок на ужине Трампа убит.
Дональда Трампа увели со сцены и эвакуировали из зала во время ужина Ассоциации корреспондентов при Белом доме из-за «инцидента в сфере безопасности».
Секретная служба США теперь подтверждает, что подозреваемый был убит Секретной службой в фойе на ужине корреспондентов Белого дома.
Трамп был эвакуирован Секретной службой.
Примерно через 3 секунды после начала видео можно услышать 5-6 громких, отчетливых хлопков; либо внутри, либо снаружи помещения.
Агенты Секретной службы, одетые в тактическую экипировку, в настоящее время находятся на главной сцене.
@ex_trakt
Дональда Трампа увели со сцены и эвакуировали из зала во время ужина Ассоциации корреспондентов при Белом доме из-за «инцидента в сфере безопасности».
Секретная служба США теперь подтверждает, что подозреваемый был убит Секретной службой в фойе на ужине корреспондентов Белого дома.
Трамп был эвакуирован Секретной службой.
Примерно через 3 секунды после начала видео можно услышать 5-6 громких, отчетливых хлопков; либо внутри, либо снаружи помещения.
Агенты Секретной службы, одетые в тактическую экипировку, в настоящее время находятся на главной сцене.
@ex_trakt
CNN сообщает, что стрелок был убит в лобби отеля Washington Hilton, где проходит ужин для корреспондентов Белого дома.
Полицейские, как видно, бегут через отель Washington Hilton, где проходит Ужин корреспондентов Белого дома.
Фотографии показывают, как министр здравоохранения и социальных служб и спикер Палаты представителей Майк Джонсон эвакуируются сотрудниками службы безопасности после стрельбы на ужине корреспондентов Белого дома.
@ex_trakt
Полицейские, как видно, бегут через отель Washington Hilton, где проходит Ужин корреспондентов Белого дома.
Фотографии показывают, как министр здравоохранения и социальных служб и спикер Палаты представителей Майк Джонсон эвакуируются сотрудниками службы безопасности после стрельбы на ужине корреспондентов Белого дома.
@ex_trakt
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Новые кадры показывают, как президент Трамп укрывался, когда во время Ужина корреспондентов Белого дома стреляли.
Секретная служба быстро вмешалась и эвакуировала его и Меланию.
@ex_trakt
Секретная служба быстро вмешалась и эвакуировала его и Меланию.
@ex_trakt
“Довольно напряжённый вечер в Вашингтоне. Секретная служба и правоохранительные органы проделали фантастическую работу. Они действовали быстро и храбро. Стрелок был задержан, и я рекомендовал, чтобы мы "ПРОВОДИЛИ ШОУ ДАЛЬШЕ", но всё будет зависеть от правоохранительных органов. Они примут решение в ближайшее время. Независимо от этого решения, вечер будет сильно отличаться от запланированного, и нам просто придётся сделать это снова. Президент ДОНАЛЬД Дж. ТРАМП" - Президент Трамп в посте на TRUTH Social, комментируя стрельбу на Ужине корреспондентов Белого дома.
@ex_trakt
@ex_trakt
Секретная служба подтверждает, что стрельба на ужине корреспондентов Белого дома произошла "возле основной зоны проверки на наличие магнитометров", а также подтверждает, что Дональд Трамп, а также Первая леди и все другие лица, находящиеся под охраной, находятся в безопасности, в то время как "один человек находится под стражей".
@ex_trakt
@ex_trakt
Новое драматическое видео показывает, как сотрудники правоохранительных органов с оружием в руках искали стрелка и кричали "У нас один раненый", в то время как после звуков выстрелов на ужине корреспондентов Белого дома разразилась паника и хаос.
@ex_trakt
@ex_trakt
Зона конфликта с Ближнего Востока рискует переместиться в гораздо более важное для мира место. Малаккский пролив уже превращается в главную стратегическую уязвимость мировой нефтяной торговли, где зависимость Пекина от этого узкого морского коридора грозит мгновенным экономическим коллапсом в случае любого серьезного конфликта. Блокада здесь ударит по глобальной экономике куда сильнее, чем нынешние потрясения в Ормузе: через пролив проходит около 25% всей морской торговли планеты, а ежедневно транспортируется более 15 миллионов баррелей нефти. Для Китая это классическое бутылочное горлышко — его перекрытие парализует топливные потоки и остановит промышленность. А для Сингапура последствия станут настоящей катастрофой, на фоне которой нынешние проблемы ОАЭ покажутся мелкой рябью.
Реальные цифры 2025 года только подчеркивают масштаб угрозы. По данным EIA, в первой половине года через Малакку шло уже 23,2 миллиона баррелей нефти в сутки — это 29% всего морского нефтяного трафика мира, больше, чем через Ормуз с его 20,9 миллиона. За год пролив пересекли рекордные 102 500 судов. Китай получает через него до 80% импорта сырой нефти из Ближнего Востока и Африки — это свыше 7,9 миллиона баррелей ежедневно только для него. Узкое место у Сингапура сужается до 2,7 километра, где любой инцидент — от столкновения танкера до искусственной блокады — способен создать затор на недели.
Пекин называет эту ситуацию «малаккской дилеммой» еще с 2003 года, когда Ху Цзиньтао впервые озвучил риски. С тех пор Китай пытается обходить пролив через трубопроводы в Пакистане и Мьянме, арктические маршруты и проекты «Один пояс, один путь», но объемы альтернативных поставок остаются каплей в море — менее 30% от нужного. В сценарии напряженности в Тайваньском проливе или Южно-Китайском море Вашингтон и его союзники легко могут перекрыть доступ, превратив торговый путь в инструмент давления. Последствия для Азии окажутся катастрофическими: Япония и Южная Корея потеряют основные источники энергии, цепочки поставок электроники и автокомпонентов рухнут, а цены на нефть взлетят выше уровней любого ближневосточного кризиса.
Сингапур, расположенный прямо у входа в пролив, окажется в эпицентре. Его порт — один из крупнейших в мире — обрабатывает миллиарды тонн грузов ежегодно. Закрытие маршрута обрушит логистику, туризм и финансовые услуги, составляющие основу ВВП города-государства. Министр иностранных дел Сингапура Вивиан Балакришнан недавно подчеркнул, что проливы Малакка и Сингапур должны оставаться полностью открытыми для всех, отвергнув любые идеи транзитных сборов или ограничений. Малайзия и Индонезия тоже настаивают на свободе прохода, но растущие геополитические амбиции в регионе делают это хрупким балансом.
Геополитические риски нарастают быстрее, чем инфраструктурные. В отличие от Ормуза, где кризисы носят региональный характер, Малакка связывает Индийский и Тихий океаны, затрагивая интересы США, Индии, Китая и ASEAN. Исторические прецеденты — от пиратства в 2000-х до недавних инцидентов с судами в узких водах — показывают, как легко спровоцировать хаос. Авария одного крупного танкера уже способна вызвать экологическую катастрофу и многомесячный простой, взвинтив страховые премии и фрахт. Переход на альтернативный маршрут вокруг Индонезии добавляет сотни миль, повышая затраты и сроки доставки.
В итоге мир стоит перед выбором: либо инвестировать в диверсификацию маршрутов и дипломатию, чтобы избежать повторения «малаккского сценария», либо готовиться к тому, что следующий глобальный шок в торговле нефтью окажется не ближневосточным, а азиатским. Пекин понимает это лучше других и ускоряет альтернативные коридоры, но время пока работает против Китая. Пока же пролив остается самым сильным рычагом контроля над энергетической безопасностью Азии.
@ex_trakt
Реальные цифры 2025 года только подчеркивают масштаб угрозы. По данным EIA, в первой половине года через Малакку шло уже 23,2 миллиона баррелей нефти в сутки — это 29% всего морского нефтяного трафика мира, больше, чем через Ормуз с его 20,9 миллиона. За год пролив пересекли рекордные 102 500 судов. Китай получает через него до 80% импорта сырой нефти из Ближнего Востока и Африки — это свыше 7,9 миллиона баррелей ежедневно только для него. Узкое место у Сингапура сужается до 2,7 километра, где любой инцидент — от столкновения танкера до искусственной блокады — способен создать затор на недели.
Пекин называет эту ситуацию «малаккской дилеммой» еще с 2003 года, когда Ху Цзиньтао впервые озвучил риски. С тех пор Китай пытается обходить пролив через трубопроводы в Пакистане и Мьянме, арктические маршруты и проекты «Один пояс, один путь», но объемы альтернативных поставок остаются каплей в море — менее 30% от нужного. В сценарии напряженности в Тайваньском проливе или Южно-Китайском море Вашингтон и его союзники легко могут перекрыть доступ, превратив торговый путь в инструмент давления. Последствия для Азии окажутся катастрофическими: Япония и Южная Корея потеряют основные источники энергии, цепочки поставок электроники и автокомпонентов рухнут, а цены на нефть взлетят выше уровней любого ближневосточного кризиса.
Сингапур, расположенный прямо у входа в пролив, окажется в эпицентре. Его порт — один из крупнейших в мире — обрабатывает миллиарды тонн грузов ежегодно. Закрытие маршрута обрушит логистику, туризм и финансовые услуги, составляющие основу ВВП города-государства. Министр иностранных дел Сингапура Вивиан Балакришнан недавно подчеркнул, что проливы Малакка и Сингапур должны оставаться полностью открытыми для всех, отвергнув любые идеи транзитных сборов или ограничений. Малайзия и Индонезия тоже настаивают на свободе прохода, но растущие геополитические амбиции в регионе делают это хрупким балансом.
Геополитические риски нарастают быстрее, чем инфраструктурные. В отличие от Ормуза, где кризисы носят региональный характер, Малакка связывает Индийский и Тихий океаны, затрагивая интересы США, Индии, Китая и ASEAN. Исторические прецеденты — от пиратства в 2000-х до недавних инцидентов с судами в узких водах — показывают, как легко спровоцировать хаос. Авария одного крупного танкера уже способна вызвать экологическую катастрофу и многомесячный простой, взвинтив страховые премии и фрахт. Переход на альтернативный маршрут вокруг Индонезии добавляет сотни миль, повышая затраты и сроки доставки.
В итоге мир стоит перед выбором: либо инвестировать в диверсификацию маршрутов и дипломатию, чтобы избежать повторения «малаккского сценария», либо готовиться к тому, что следующий глобальный шок в торговле нефтью окажется не ближневосточным, а азиатским. Пекин понимает это лучше других и ускоряет альтернативные коридоры, но время пока работает против Китая. Пока же пролив остается самым сильным рычагом контроля над энергетической безопасностью Азии.
@ex_trakt
Федеральные правоохранительные органы сейчас прибывают в дом стрелка в Торренсе, Калифорния.
@ex_trakt
@ex_trakt
Европейские политики и общество предпочитают игнорировать надвигающийся топливный кризис, зарываясь головой в песок и уповая на то, что блокада Ормузского пролива вот-вот разрешится сама собой. Между тем глава TotalEnergies Патрик Пуянне предупредил: если ближневосточный конфликт продлится еще два-три месяца, Франция и весь ЕС войдут в фазу реального дефицита энергоносителей, подобного тому, что уже душит бедные страны Азии. Излишки запасов во Франции исчерпаны, производство на предприятиях компании упало на 15 процентов, и единственный выход — искать обходные маршруты поставок.
Пока развивающиеся экономики Азии задыхаются от энергетического шока, Запад делает вид, будто проблема его не касается. В США, несмотря на нефтяную самодостаточность, бензин подорожал примерно на 35–36 процентов с февраля, перевалив за 4 доллара за галлон. В Европе же рост цен на топливо выглядит умеренным: дизель прибавил около 30 процентов (с 1,59 до 2,08 евро за литр), бензин — 15 процентов. Причина проста — массовое снижение акцизов. Германия урезала налог на 17 центов за литр на два месяца, потратив 1,6–1,9 млрд евро из бюджета. Аналогичные меры ввели Италия, Испания, Португалия, Ирландия и другие. ЕС в целом уже выделил более 9 млрд евро на такие заплатки, а Брюссель готовит новые налоговые послабления и создает систему для мониторинга топливных запасов.
Однако деньги решают лишь видимость проблемы. Главная угроза — не в цене, а в физической доступности топлива. Около 40 процентов европейского керосина и значительная доля дизеля шли через Ормуз. По данным МЭА, у ЕС осталось всего около шести недель запасов реактивного топлива. Lufthansa уже отменила 20 тысяч рейсов с мая по октябрь, чтобы сэкономить керосин. Дизель, на котором работает 90 процентов грузовиков Европы, тоже под ударом: его дефицит грозит парализовать логистику, поднять цены на продукты и ударить по сельскому хозяйству, где топливо составляет до 31 процента энергозатрат фермеров.
Трейдеры и чиновники успокаивают себя наивной формулой: цены вырастут — спрос упадет, рынок сам сбалансируется. Это иллюзия. Спрос на дизель и керосин крайне неэластичен: грузовики не перестанут возить товары, самолеты — летать, а фермеры — работать. Сокращение потребления возможно разве что за счет остановки целых отраслей. В итоге европейские власти, заливая кризис бюджетными деньгами, лишь разгоняют инфляцию. Транспортные издержки уже толкают вверх цены на все — от хлеба до авиабилетов. По оценкам, дополнительные расходы ЕС на импорт топлива с начала конфликта превысили 22 млрд евро.
Политически это бомба замедленного действия. Вместо ускорения структурных реформ — диверсификации поставок и развития собственных мощностей — Брюссель и столицы снова выбирают путь 2022 года: печатный станок и временные субсидии. Венгерский премьер уже назвал происходящее «самым серьезным энергетическим кризисом всех времен». Протесты дальнобойщиков и фермеров в Ирландии, Норвегии и Восточной Европе лишь первые ласточки. Если дефицит дизеля и керосина материализуется к июню, летний туристический сезон рухнет, а вместе с ним — рабочие места в авиации и логистике.
Европа снова оказалась заложницей собственной зависимости от импорта и нежелания признавать реальность. Пока политики прячут голову в песок, время работает против континента. Еще пара месяцев — и топливный кризис перестанет быть «внешним фактором», а превратится в полномасштабный внутренний взрыв, который ударит по карманам, экономике и политической стабильности куда сильнее, чем любые санкции или зеленые декларации.
@ex_trakt
Пока развивающиеся экономики Азии задыхаются от энергетического шока, Запад делает вид, будто проблема его не касается. В США, несмотря на нефтяную самодостаточность, бензин подорожал примерно на 35–36 процентов с февраля, перевалив за 4 доллара за галлон. В Европе же рост цен на топливо выглядит умеренным: дизель прибавил около 30 процентов (с 1,59 до 2,08 евро за литр), бензин — 15 процентов. Причина проста — массовое снижение акцизов. Германия урезала налог на 17 центов за литр на два месяца, потратив 1,6–1,9 млрд евро из бюджета. Аналогичные меры ввели Италия, Испания, Португалия, Ирландия и другие. ЕС в целом уже выделил более 9 млрд евро на такие заплатки, а Брюссель готовит новые налоговые послабления и создает систему для мониторинга топливных запасов.
Однако деньги решают лишь видимость проблемы. Главная угроза — не в цене, а в физической доступности топлива. Около 40 процентов европейского керосина и значительная доля дизеля шли через Ормуз. По данным МЭА, у ЕС осталось всего около шести недель запасов реактивного топлива. Lufthansa уже отменила 20 тысяч рейсов с мая по октябрь, чтобы сэкономить керосин. Дизель, на котором работает 90 процентов грузовиков Европы, тоже под ударом: его дефицит грозит парализовать логистику, поднять цены на продукты и ударить по сельскому хозяйству, где топливо составляет до 31 процента энергозатрат фермеров.
Трейдеры и чиновники успокаивают себя наивной формулой: цены вырастут — спрос упадет, рынок сам сбалансируется. Это иллюзия. Спрос на дизель и керосин крайне неэластичен: грузовики не перестанут возить товары, самолеты — летать, а фермеры — работать. Сокращение потребления возможно разве что за счет остановки целых отраслей. В итоге европейские власти, заливая кризис бюджетными деньгами, лишь разгоняют инфляцию. Транспортные издержки уже толкают вверх цены на все — от хлеба до авиабилетов. По оценкам, дополнительные расходы ЕС на импорт топлива с начала конфликта превысили 22 млрд евро.
Политически это бомба замедленного действия. Вместо ускорения структурных реформ — диверсификации поставок и развития собственных мощностей — Брюссель и столицы снова выбирают путь 2022 года: печатный станок и временные субсидии. Венгерский премьер уже назвал происходящее «самым серьезным энергетическим кризисом всех времен». Протесты дальнобойщиков и фермеров в Ирландии, Норвегии и Восточной Европе лишь первые ласточки. Если дефицит дизеля и керосина материализуется к июню, летний туристический сезон рухнет, а вместе с ним — рабочие места в авиации и логистике.
Европа снова оказалась заложницей собственной зависимости от импорта и нежелания признавать реальность. Пока политики прячут голову в песок, время работает против континента. Еще пара месяцев — и топливный кризис перестанет быть «внешним фактором», а превратится в полномасштабный внутренний взрыв, который ударит по карманам, экономике и политической стабильности куда сильнее, чем любые санкции или зеленые декларации.
@ex_trakt