Мой телеграм, приют усталых дум,
Где я, от всех и суеты свободный,
Веду свой одинокий, тихий шум,
Для публики, быть может, неурожденный.
Не ждите здесь вы страстных перемен,
Скандалов нет из наших жизней барских,
А Вы увидите существенный подмен —
В моей душе и в мыслях всех бунтарских...

Проснулся поздно. День как будто стынет.
Опять тоска, как гость привычный, тут.
В окно гляжу — природа не красива:
Сутулый лес, небес свинцовый спуд.
На ум пришло: а где мой пёс ретивый?
И что мне снилось? Кажется, звонил...
Нет, это сон. Покой — и тот фальшивый.
(Ужель весь день в кровати проводил?)

Читал Руссо. И вновь подумал странно:
Мы любим чувства больше, чем предмет.
И образ, нами созданный обманно,
Дороже сущности, что дарит свет.
Вот так и жил, любитель страсти,
Любя любовь, но не любя людей.
И это внутреннее ненастье —
Скрывает тайны прошлых дней.

Ходил в театр за кулисы,
Чтоб посмотреть на балерин;
Меня любили все актрисы,
Я был сердец их властелин!

Но вот когда мой дядя помер,
Оставив мне наследство впрок,
Я в сельский переехал домик,
Где жизнь течёт, как тихий ток.

Реализовал там некий номер,
Хозяйством стал умело править;
Оброком стал мне раб платить,
И мог я жизнь свою наладить.

Меня любили, уважали
Все подчинённые мои,
И в честь мою пиры давали,
Как будто были мы свои.

Так жизнь моя переменилась:
От шума светских вечеров
К тиши усадьбы обратилась,
Где я нашёл и кров, и зов.

Сегодня встретил я соседа —
Владимир Ленский, наш поэт.
Романтик юный, до обеда
Всё пишет оды, спору нет.
Мы с ним сошлись, хоть мы различны,
Как лёд и пламень, день и ночь.
В глуши же этой непривычной
Любой знакомый — скуке прочь!
О Лариных поведал он,
О двух сестрах, что здесь живут.
Возможно, завтра нас там ждут —
Визит нанесть мы порешили.

Итак, я встретил Ольгу, Таню...
Сестра одна — огонь и смех,
Другая — тихий омут, тайна,
Мечтательна, скромна для всех.
Признаться, Таня мне по нраву,
Но не спешу я сердце ранить.
Любовь — обуза, не забава,
И чувств не стану я туманить.
Пусть Ленский млеет пред своей
Невестой Ольгой, я же, право,
Останусь холоден, лукаво
Храня покой души моей.

Подписчики, вообразите: 
Татьяна… пишет мне, о диво!
В письме — ни фальши, ни кокетства, 
В любви призналась мне стыдливо. 

Я тронут, право, этим жаром
Но не для уз рожден, увы: 
Мне скучный свет с расчётливым угаром
Давно важнее, чем мечты.   

Сегодня в сад пришёл с ответом — 
Ей прочитал свою мораль; 
Стал палачом под видом друга, 
Свою я трусость оправдал.