Робота кипит) 🤖
Порт Шанхая

Ура, премию дали "нашим" - в смысле, за экономику инноваций.

Созидательное разрушение - основа современной экономической модели (в бульварном смысле называемой "капитализмом"). За последние 3 века доля инновационно-дизраптивного начала в управлении капиталами постоянно растет, и если на старте промышленной революции стратегии "взять и удерживать рынок поколениями" еще работала, то с конца ХХ века маржинальная монополия живет дай бог 20 лет. А потому - надо постоянно поворачиваться, искать новые рынки, делать смелые ставки, создавать новые глобальные рынки, уничтожая старые.

Этот канон современной экономики совершенно не распространен в России, и пока он не станет освоен всеми игроками - дизраптить будут нашу экономику.

Решил не загромождать канал и разместить ссылки на перевод Нобелевской статьи о лауреатах по экономике от Георгия Баженова в одном посте. Очень рекомендую к прочтению.

https://t.me/furydrops/3785
https://t.me/furydrops/3786
https://t.me/furydrops/3788
https://t.me/furydrops/3789
https://t.me/furydrops/3790
https://t.me/furydrops/3791
https://t.me/furydrops/3792

И полный научный текст обзора вклада лауреатов.

https://www.nobelprize.org/uploads/2025/10/advanced-economicsciencesprize2025.pdf

Тестовые полеты Starship стали рутиной - их успех уже стал привычкой. Переходная версия V2 вчера успешно выполнила все задачи - приводнение, выпуск макетов спутников и даже вход в атмосферу с специально снятой кое где плиткой. Со следующего года начнется тестирование «рабочей» V3 и уже довольно скоро - рабочее применение многоразового сурертяжа.

Как учат нас классики, для того, чтобы всё узнать, интернет нафиг не нужен; нужен утюг.

А для того, чтобы всё понять про технологический суверенитет (вместе с лидерством), не нужны данные про науку и уникальные, не имеющие аналогов в мире технологии; нужны данные про деньги.

И многое сразу выглядит по-другому.

Например, обоснованность ожиданий по поводу того, что российский бизнес вдруг возьмёт и начнёт вкладываться в разработку новых технологий – и вообще в российскую науку (ну потому что какой такой бизнес? и с каких щей?).

Или вот, скажем, истоки китайского высокотехнологичного чуда.

Или реальная ценность технологического суверенитета в отрыве от суверенитета промышленного / продуктового и экономического.

Не болейте.

#техсув

Робособаки умеют удивлять!

(Главное чтобы не ночью в темном переулке 🫥)

Хинтон считает, что у ИИ уже может быть субъективный опыт — галлюцинации моделей — это не ошибка, а проявление мышления.

Мустафа Сулейман уверен: разговоры о «правах ИИ» — пустая философия, алгоритмы не чувствуют боли и не заслуживают морального статуса.

Сантехника переживёт программистов: ручной труд с точными движениями останется дольше всего — автоматика заменит офис быстрее, чем роботы заменят мастеров.

Бен Хоровиц: галлюцинации — это фича, не баг; воображение ИИ может стать топливом для инноваций.

Гэри Маркус призывает: меньше инвестиций в масштабирование, больше в рассуждение и нейро-символику.

Мой AI посмотрел 52 интервью, которые лидеры AI дали за последний месяц, и проанализировал их; проанализировал, во что верят примерно все, а по каким вопросам мнения расходятся. Полный репорт: https://rune-rate-87c.notion.site/AI-leadership-analysis-made-by-AI-October-2025-28cfb93e7ab480218bc5d76f5bf21174

Интересный график. Его источник тут. Первичных данных я пока не нашел, но они в целом совпадают с оценками Маддисона. Два комментария.

1. Тут виден явный провал «не развитых стран»: но это явно дефект усреднения: до 1800 суммировали все страны , а после умные резко пошли вверх, а красивые - очевидно остались на месте. Их сумма очевидно пошла вниз, тк каждая страна, встававшая на путь прогресса резко начинала тоже идти вверх и попадать в группу развитых (как это выглядело в истории я приводил тут).

2. Заметен циклический колебательный процесс. Его природа - попадание в Мальтузианскую ловушку (отставание производства еды от роста населения до промышленной революции). По оценке чатика синусоидальная аппроксимация данных до 1800 года с периодом ≈ 550 лет даёт корреляцию r ≈ 0.65 (умеренно сильную), R² ≈ 0.42, среднее отклонение экстремумов — ≈ 50 лет.
Это подтверждает наличие циклических закономерностей в доиндустриальной мировой экономике, исчезнувших после Индустриальной революции.

Параметры (почему 550) этой цикличности пока не понятны, но она близка в ранее выявленной в войнах и социальных процессах 250-летней волновой структуре. Поищу данные потверже и буду думать дальше)

В контексте предыдущего поста можно посмотреть в будущее: дискуссия идет вокруг вопроса, возможно ли новое «переключение передач» в машине глобального роста.

Мир в XIX веке вышел из фазы цикличной стагнации, обусловленной мальтузианской ловушкой. К слову, поправлю - аграрная революция в Голландии и Британии началась как минимум за век до промреволюции, что и обусловило избыток человеческого капитала в Британии и отлов бродяг для посылки на Барбадос. Мир вошел в экспоненциальную фазу роста со среднегодовым 2-3%.

Теперь вопрос стоит о переходе глобального роста на уровень 7-8% (оценки Кэти Вуд). И это действительно выглядит как новая «клюшка». Более того, он Далласфед даже рисует гипержкспоненту e^e^t - тк мы наблюдаем экспоненту с логарифмическим Y. Это смелая гипотеза, но она не лишена разумности. Но по истории роста есть и другие модели.

Как я писал выше барьеры роста проходятся через создание новых инструментов роста и в итоге мы имеем череду экспонент: как это было с развитием городов и скоростью их роста. Это означает, что рост это череда экспонент, и основание каждой - это консенсус технологической и регулярторной платформ - и у авторов последнего Нобеля есть работы, что именно регулятивная практика не давала в античное время запустить мотор роста, тк социальные институты не способствовали внедрению технологических инноваций (и нет, дело не в рабстве, там тоньше - рабство потом было волнами еще 2000 лет).

В итоге, вариант «жить по старому» - это провал возможности перейти на новую платформу роста. История Рима говорит, что политики легко могут устроить такой сценарий, но кончится это их выносом вперед ногами (варварами или еще кем). Тот же сценарий торможения Китая в эпоху Мин (регуляторное торможение технологий) привел к выносу Китая Англией и другой стаей хищников. Урок изучен, потому кроме европейцев пока в ногу никто не стреляет.

Книга Йоэля Мокира «Рычаг богатства» заслуживает в этом контексте особого упоминания, тк в ней он показывает, что экономическое развитие есть сдледствие не только уровня науки и технологий, но и социальных и регуляторных условий.

Великая античность оставила после себя колоссальные инженерные сооружения - дороги, акведуки, купола и театры. Но почти не оставила машин. Почему цивилизация, обладавшая знаниями Архимеда и Герона, не запустила промышленную революцию за полторы тысячи лет до Британии?

«Античный мир знал множество устройств, которые могли бы революционизировать производство, но так и не сделал их частью повседневной жизни» (The Lever of Riches, с. 41).

Водяные колёса описаны Витрувием и Героном, но использовались редко.
Сбруя тягловых животных оставалась примитивной до самого конца империи, и обеспечивала лишь часть полезной работы упряжек.
Даже латинский парус, известный по описаниям, не получил распространения.

«Техническое творчество не отсутствовало в античном мире, но оно не было направлено на производство. Его цели чаще были эстетическими, военными или монументальными» (с. 51).

Главная ошибка в упрощённой интерпретации Мокира - сводить технологический застой Рима к «рабовладению». Проблема не в рабах, а в социальной архитектуре общества.

Рим создавал великолепные машины, акведуки, дороги, мосты, военные катапульты, но не создал института инженера как уважаемого гражданина. Для римлянина, входившего в образованный слой, существовали «свободные искусства»: философия, риторика, грамматика, история. Это считалось достойным свободного человека. А врачевание, строительство, механика, гидравлика, всё это было уделом всяких вольноотпущенников, греков, сирийцев.

«Разделение между теми, кто знал, и теми, кто работал, было почти полным» (The Lever of Riches, с. 49).

Инженер не мог быть сенатором, а сенатор - инженером. Поэтому инженерная мысль не становилась политическим приоритетом: она оставалась частным ремеслом. Когда империя рухнула, это разделение исчезло. Варвары, не имея философов, вынужденно полагались на ремесленников. И в результате получили первую технологическую революцию Европы: массово внедрили трехполье, тяжёлый плуг, сбрую, подкову и водяные колёса.

Римский мир не был глуп - он был культурно неправильно устроен: политика/наука и бизнес/технологии жили в разных сословиях. И пока они не соединились, никакая турбина Герона не могла стать машиной промышленной эпохи.

Кстати, в чем в чем, а в этом мы точно - третий Рим)) Если в Германии со времен второй пром революции (генератор Сименса) каждый СЕО и множество госдеятелей - доктора технических или естественых наук, то у нас эти "рабские" искусства у элиты не в почете. Значть предпочитает "высокое" - юриспруженцию, экономику, которая в их понимании практически не ушла от маркслена, ну или всякий креатив-соцал для девочек. А потому инженеров и ученых у нас "пасут", и держат в разумной строгости, "программировывать" можно, вольнодумствовать нет. Не то сословие, как любил повторять Симон Кордонский.

Меня недавно в очередной раз спросили, почему в России не умеют делать автомобили. Это настолько очевидно, что я традиционно отшучивался. Но вообще это очень показательный кейс.

Начнем с того, что автопром был той самой индустрией в которой впервые была описана «кривая обучения». На заводах Форда как часы работало удешевление при даблингах (удвоении продаж). Методы непрерывной оптимизации производства Форда стали классикой и фактически создали индустриальный менеджмент XX века. Ему учили в бизнес школах, которые ровно для этого (кадровое пополнение менеджмента автопрома и перенос его опыта в другие индустрии) и возникли ровно 100 лет назад (первая БШ в MIT носит имя Слоуна - директора GM, главного конкурента Форда). Советы кстати импортировали заводы, но без менеджмента и культуры снижения себестоимости (об этом оч подробно «и немножко нервно» у Саттона).

До 60х годов шло наполнение авто на национальных рынках, (да и мировая торговля в 40е была не то чтобы очень, а в 50 еще денег не было вне штатов ни у кого), потому локальные производители могли работать как умеют - плохо и дорого. Берите что дают. Но в 60е началась эпоха автоэкспорта - и вместе с ней быстрая смерть национальных рынков, в которых не научились снижать стоимость лсть при росте качества.

Тут случилось интересное: чтобы выжить и выдержать этот удар японцы начали очень внимательно слушать Деминга, который до этого 20 лет пытался еще больше оптимизировать автопром США. Но в условиях отсутствия серьезной глобальной конкуренции американцам и так хватало выручки. А вот японцы сразу начали внедрять более крутые практики, и понасоздавали всяких кайдзенов, кружков качества, канбанов и тп, которые сумели сделать кривую японского обучения круче американской. И за 80 лет выбомбили тойотами автозаводы из Детройта и Чикаго. Остановить смерть американского автопрома смог только Рейган, который соглашением Plaza сумел ограничить экспорт японцев. Но ограничить - не отменить, и непрерывный рост качества при снижении себестоимости глобально продолжался.

Более того, последние 60 лет идет «перманентная управленческая революция» - то одна то другая компания создает новые стандарты продуктивности, качества и снижения цены, и это постоянно изучается, внедряется и масштабируется. Сейчас в роли Форда Маск, и его метод (и его мантра) изучаются всеми под микроскопом. Менеджмент стал наукой и искусством высшего уровня, и там два притопа три прихлопа давно неконкурентоспособны. Кое что из этого просочилось в российское IT, пока еще тут были глобальные компании, но в других индустриях даже прихода топ команд не было, а уж последнее время и то что было выдавливается. Да и IT практики устарели лет на 15, сейчас каждые 5 лет новая генерация методов и инструментов управления.

На этом фоне купленные советами завод Форда (который выпускал Волги) и Фиата (который выпускал Жигули) жили в полном вакууме, не имея никаких рыночных рисков. Машины были роскошью, население было готово их брать за любые деньги, черный рынок процветал. Достаточно было просто поддерживать заданный тех процесс и вписывать новшества в рамки приемлемого роста себестоимости. Это уровень менеджмента середины XIX века, когда научились работать по стандартам и чертежам. Что-то там «уникальная конструкторская школа» конечно модернизировала, но довести до рынка (те вписать в разумную себестоимость) получалось с невероятным трудом (Волгу толком и не сумели модернизировать - «ее сразу хорошо создали» 😂). Как только рынок открылся - карета моментально превратилась в ведро с болтами. Старые японцы и немцы были на две головы удобнее, надежнее и красивее.

Я наблюдал эпопею «перезапуска автоваза с 90х в нескольких итерациях, в некоторых даже там как консалтер бывал. Единственный шанс хоть что-то продать был за счет ульрадешевой рабочей силы и отсутствия улучшений (они взрывали себестоимость). На фоне нищих 90х идея «новой тоже машины» продавалась, но потом шансы улетучились. Собственно, с тех пор вся страна доплачивает автовазу разными способами, чтобы он что-то еще производил.

Но почему у рос автопрома не заработали законы кривой обучения? Два фактора:
1. Никакого внешнего рынка и даблинга. Нет роста (в условиях конкуренции - те выигрыш по цене-качеству) - нет собственно «обучения». На стабильном рынке физически не работает закон роста качества, а уж любой протекционизм просто убивает даже стимулы этим заниматься.
2. Закон Райта не сам по себе работает - менеджмент и персонал учится делать лучше каждый день, накапливает знания и снижает себестоимость. Это не пресловутая советская рацуха (симулякр непонятого процесса улучшений у Форда). Это систематическая работа над качеством (в том числе - и запрет воровства ценных компонент и деталей).

Почему же получилось у китайцев? Во1х, почти 30 лет менеджментом на их заводах были западные и японские менеджеры. Они учили и вводили стандарты качества. До сих пор если их менеджмент не прошел суровую школу работы в глобальных компаниях - качество они гонят отвратное. Во2х, у них есть глобальный рынок, они целятся только в него (восточная модель роста - это поддержка только экспорта, и ни в коем случае не импортозамещение), и у них реально работают даблинги. И в3х - у них бешеная внутренняя конкуренция. Десятки заводов и брендов, ежедневный риск вылететь в канаву при любой ошибке, и огромный вклад государства в конкуренцию (и безжалостное списание проигравших). По китайской модели Тольятти уже бы был городом-призраком лет 30.

Так что отвечая на классический вопрос - нет, место не проклято и руки как у всех приматов растут от плечей. Но разруха таки имеет причину в виде клозетов в менеджерских головах, которые со времен профессора Преображенского так и не научились современным практикам управления качеством, роста и выхода на внешние рынки. И это не только в автопроме, увы.

Ударим японским пивом по китайской монополии на редкоземы!))
Это кстати реальная тема - редкоземов и их месторождений в мире не мало, мало мест, типа китайско-вьетнамской границы, которую готовы превратить в ядовитый отстойник в процессе их обогащения из породы.
Главное чтобы дрожжи не разбежались, а то они поди и золотишко не дураки на свои сульфатные связи нацепить)))

Парень задизайнил для девушки AI-мульт в стиле Диснея. Идентичный натуральному)

А еще через год сами эти люди на нижней части видео смогут оказаться полностью виртуальными актерами)) (если уже не))))

"- Что будем делать с Рокоссовским, товарищ Сталин?
- Что делать, что делать - завидовать!"

Стив Юрветсон, легендарный VC Кремниевой Долины, один из первых инвесторов Маска и много кого еще, задает верный вопрос - получится ли привлечь Гринпис и других зеленых активистов к ответственности за запоротую планету и миллионы убитых людей?

Признают ли когда-нибудь свою ошибку активисты-экологи, выступающие против ядерной энергетики?

Если цель состоит в защите окружающей среды, то трудно назвать движение, которое добилось бы противоположного своему замыслу более впечатляющего результата.

Если бы только они были на правильной стороне истории 50 лет назад… Если бы мир перешёл на ядерную энергетику вместо сжигания ископаемого топлива, 60% парниковых газов, накапливающихся на Земле в результате деятельности человека, не было бы. Нам бы не пришлось беспокоиться о кризисе, связанном с изменением климата.

Но это ещё хуже. Вчера вечером я закончил читать книгу Бёмеке «Радикальное будущее»:

«За один год загрязнение от сжигания ископаемого топлива приводит по меньшей мере к четырем миллионам смертей» (стр. 11)

«Ядерная энергетика оказывает наименьшее воздействие на экосистемы среди всех источников энергии». (56)

«Преувеличенный страх убивает нас. После того, как Германия закрыла свои атомные электростанции в ответ на Фукусиму, для замены потерянной электроэнергии использовался уголь. Исследование показало, что этот переход приводил как минимум к 1100 преждевременным смертям ежегодно из-за увеличения загрязнения воздуха. Существует даже отдельное слово для обозначения этого вида страха: «радиофобия». Этот страх может быть гораздо более смертоносным, чем сама радиация». (69)

«Похоже, Германия упорно стремится постоянно находиться на неверной стороне истории. Германия решила полагаться на уголь и импортный газ, из-за чего её электроэнергия почти в десять раз грязнее, чем во Франции. К началу украинского конфликта Германия платила России около 220 миллионов долларов в день за газ, чтобы поддерживать свою мечту о «безъядерной» экономике». (158)

«Гринпис начинался как группа противников ядерного оружия, но затем его оппозиция расширилась и распространилась на атомную электроэнергию. Гринпис и другие организации преувеличивали опасность радиации, чтобы заставить людей противостоять ей» (146)

«Некоторые экологические некоммерческие организации [все еще] занимают очень активную антиядерную позицию, и Greenpeace является главным нарушителем». (206)

«Ядерная энергия сейчас считается одной из самых безопасных форм энергии, отчасти благодаря этим шумным хиппи. Но пришло время для них, и те, кто пошёл по их стопам, должны обновить своё мировоззрение, основываясь на фактах. Данные не просто говорят о безопасности ядерной энергии, они доказывают, что это источник энергии с наименьшим воздействием на окружающую среду». (201)

Но изменит ли Greenpeace свою позицию и признает ли, что протестует против самой чистой и экологичной альтернативы, как это было с атомной энергетикой, ГМО-культурами и глубоководной добычей полезных ископаемых? К сожалению, как я узнал от недавно покинувшего свой пост руководителя Greenpeace, протест, основанный на страхе, оказался их лучшей стратегией сбора средств. Даже если это откровенная дезинформация, страх перед «новинкой» сильнее прагматизма, основанного на данных. Это трагедия, которая имеет огромное значение для океанов и планеты.

Главные кампусные бузотеры и ядерный американских электорат левых - гуманитарии. А все почему? Потому что рынок в них не нуждается - вот они и хотят "взять все и поделить". По расчетам возврата инвестиций в обучение все эти "гендер стадиз" и "английский язык" - чистый расход. Их может понянуть элитная семья, дети в которой будут жить на доходы фэмили офиса, но заработать себе самому на домик в приличном районе можно только с чего-то реально полезного для общества - STEM, бизнес и медицина

Предыдущий пост, нуждается в комментариях. Вроде бы очевидно, что прямо влияющие на индустриальный рост профессии дают отдачу от затрат на обучение, а те, которые действуют в долгом цикле институциональных сил и общественных благ - отстают. Но почему?

В современной экономике действует знаменитый эффект издержек Баумоля. Коротко он означает, что рост производительности в секторах, где идет постоянное повышение эффективности (и снижение цен на продукцию), ведет к постоянному росту затрат (и зарплат) в секторах, где производительность застыла на столетия - в музыке, стрижке волос или образовании. У этого эффекта занятные следствия, полностью подтвердивщиеся с момента первых публикаций: развитые экономики становятся все более "сервисными", и доля общественных расходов неуклонно растет (доля затрат на образование, медицину и тп постоянно увеличиваются в ВВП). Это неравновесие издержек неуклонно ведет и к торможению роста в постиндустриальных экономиках.

Тут конечно можно поспорить: во времена Баумоля еще почти не было массово шоу-бизнеса, золотых дисков и стримов, а следовательно, он не описывает взрывной рост продуктивности в отдельных суб секторах. Музыканты на круг может и не стали богаче, но "производительность" Тейлор Свифт и ее команды выросла астрономически по сравнению с типовой муыкальной группой. Так же резко выросла производительность услуг эффективно монетизированных специалистов - от финансовых консультантов до инфлюенсеров-миллионников. И там даже понятен экономический вклад: машина глобального маркетинга нуждается в оболочке и обвязке не меньше, чем в собственно продукте.

Тем не менее, принцип неравновесности издержек вполне в силе: есть сферы, где рост эффективности даже не просыпался. Нам все ранво нужно полчаса-час на стрижку или 10-11 лет на школу. Так, но с волосами еще понятно, но почему нельзя интенсифицировать школу? Почему нельзя подбирать учениками индивидуальные эффективные траектории, чтобы они учились с персонализированными интересами и особенностями восприятия и понимания, и в результате постигали куда больше в куда меньшее время (я вот выучил весь университетский матан летом после 8го класса, а всю физику до электродинамики летом после 9го, по берклеевскому курсу, просто интересно было). И ведь кажется, что как раз ИИ и современные цифровые форматы могут резко повысить эффективность обучения именно за счет персонализации подачи информации.

Да, но нет. Тут надо копнуть с другой стороны - а кто и зачем вообще создавал массовую школу? Нам привычно кажется, что это делалось для роста грамотности и навыков математики и тп. Частично - да. Не только инженер, но и рабочий должен уметь читать инструкцию и складывать числа. Но в школе много других предметов, и их как раз вводили с другой целью - стандартизировать и контролировать социум со стороны государства. Это очень подробно описано в книге Агнессы Паглаян «Raised to Obey» ("Рожденные подчиняться"): универсализация начальной школы в Европе и Америке часто шла следом за гражданскими войнами как инструмент снижения внутренней турбулентности - дешевый заменитель прямых репрессий через стандартизированное воспитание. Целью была дисциплина и лояльность, а не навыковая модернизация.

Собственно, это противоречие и объясняет низкие зарплаты гуманитарной сферы против производительной. Их явная рыночная функция - способствовать росту эффективности человека, производства, торговли, взаимопонимания- лишь часть этого цеха. Большая часть пиарщиков работает не в маркетинге, а в госпропаганде. Большая часть школьной программы - не формирование компетенций профессионалов, а создание "типового гражданина". Большая часть гуманитарной работы - не создание новых идей, а заполнение вакансий мелкого чиновничества, нужного для учета и контроля.

И поскольку этот сектор не управляется рыночными законами - в нем не работает закон роста оплаты по мере роста эффективности, а деньги притекают по закону Баумоля - но медленно, с задержками и издержками, и через третьи руки, на которых, понятное дело, многое налипает.

Тезис, что учить - не главная функция современной школы, ожидаемо, вызвал критику) Но про это есть четкие данные: 2/3 поступающих в университеты вынуждены пользоваться репетиторами. Собственно, таким способом зарплата способных преподавателей и растет до рыночных уровней. Там, где есть ясное понимание ценности (value) - там всегда возникает нормальный рынок.

А вот чем на самом деле занимается школа, если для поступления в универ приходится платить отдельно - это уж пусть каждый сам отвечает.