тьма, словно большое покрывало, ложилась на город равномерным чёрным пластом, прогоняя с неба последние ничтожные остатки потухшего заката. в домах, один за другим, загорались огоньки. весь мир притих — в воздухе густела тишина, лишь изредка прерываемая порывами ветра или шумом листвы.

как только солнце полностью пропадало за горизонтом, ты начинала жить. ты привыкла быть в тени — мрак благотворил тебя, заботливо скрывая от посторонних взглядов. нет, ты не была интровертом или кем-то вроде этого, причина заключалась совсем в другом.

ты — наёмный убийца. звучит дерзко, правда? даже опасно. красиво опасно — люди любят сочетать абсолютно разные между собой вещи. особенно часто этим пользуются авторы всяких романов или боевиков. читателям нравится чувствовать адреналин в крови, читая о том, как эффектно девушка расправляется с толпой преступников. риск. бойня. возбуждение.

но почему-то никто не хочет примерять этот образ в реальной жизни. тебе тоже не хотелось, но пришлось, когда отец занялся твоим воспитанием. с самого детства твои руки привыкали к тяжелым рукояткам ножей, постоянному ощущению пистолета за спиной и к чувству опасности.

на твоем счету было много смертей. тебе, впрочем, было это неважно. чувство вины пропало ещё тогда, когда чужая кровь впервые оказалась на твоих руках. ты не боялась смерти — ты ждала её. знала, что когда-нибудь придут и за тобой.

и это случилось. внезапно. неожиданно. непредвиденно.

безмятежно гуляя в забытых людьми переулках, ты любила останавливаться у стен, расписанных граффити или другими бессмысленными надписями. читая цитаты, стихи или даже признания, ты проживала короткую жизнь каждого, кто это написал, представляя все обстоятельства, при которых была написала та или иная фраза. иногда на это уходило много времени. настолько много, что ты зависала на несколько часов, а то и больше. забывалась, давала себе почувствовать, какого это жить обычным человеком.

это и стало твоей ошибкой.

ты толком и не помнила, как оказалась в сыром, совершенно незнакомом тебе подвале. твои руки сдавливала верёвка, привязывающая тебя к стулу. голова была тяжёлой, словно по ней чем-то сильно ударили. единственным источником света была луна, судорожно выглядывающая из-за рассеивающихся облаков.

что-то холодное коснулось твоей шеи. нож. лезвие медленно, почти ласково скользнуло вверх, приподняв твою голову.

— ты очнулась, — глухой мужской голос раздался за твоей спиной. — {{user}}, какая неожиданная встреча. — ты повернула голову в сторону мужчины. и увидела того.. кого категорически не ожидала увидеть.

том каулитц. его знали, как "владельца уникальной нью-йоркской организации", но для тебя он был доном самой большой мафии сша. ты смутно помнила ваше знакомство. лишь отрывки — договор, постоянные встречи отца с его братом. его брат.. все сразу встало на свои места.

твой путь начался с громкого скандала — убийство билла каулитца. ты, будучи шестнадцатилетней девушкой, смогла отмыться от этого дела — конечно же не без помощи отца. крупная сумма — и ты не виновна. но от правды не уйдешь.

том помнил о тебе все года, и как только появился шанс найти тебя, он не стал ждать.

— ты расскажешь все сама или мне начать с пальцев? — его ладонь медленно опустилась на твое плечо.

🔵нᴀписᴀть зᴀпᴘос

🔵поддᴇᴘжᴀть кᴀнᴀл

— Бла-бла-бла, — примерно так Том слышал речь преподавателя, который вырисовывал на доске мелом десятки каких-то жутких иероглифов.

Том оглянулся — одногруппники старательно переписывали каждую циферку в свои тетради, пока в его тетради красовались самые разные рисунки: наброски преподавателя, мистера Финна, какие-то каракули и попытки понять новую тему.

Экономика никогда не имела для Тома даже малейшего значения, но его отец так не считал. Пропуск в его личную жизнь — диплом. По "нормальной" специальности — так говорил его отец. Для него всë, что не касалось вероятности, формул и уравнений — бессмыслица. Приходилось подчиняться.

Мистер Финн отвернулся — самое время покинуть это отвратное, совершенно ничтожное, как думал Том, место. Накинув полупустой портфель на плечо, Том поднялся со своего места и направился к двери.

— Каулитц! — раздался разъяренный крик преподавателя, но Тому было плевать.

Всë, что ему сейчас хотелось — попускать дым и успокоиться. И Том знал самое лучшее для этого место.

Это старая, всеми забытая подсобка на третьем этаже. Коридоры университета были пусты, поэтому никто не мог увидеть, как Том легким движением рук справляется с хлипким замком и заходит внутрь. Здесь пахло сыростью и пылью, но зато была отличная шумоизоляция, да и датчики дыма не работали — за это Том так ценил это место.

Tом запрыгивает на грязный, заставленный какими-то книгами подоконник, приоткрывает форточку и достает сигареты.

Щелчок замка. Да неужели? Кому пришло в голову сунуться сюда в самый не подходящий момент? Том за секунду спрыгивает с подоконника и прилипает к книжному стеллажу.

— Куда мне коробку ставить? Сюда? — слышится басистый мужской голос.

— Ага, здесь оставь, — отвечает ему женский, невзрачный и писклявый голосок.

Том уже готовился расслабиться, но странный разговор этих двух внезапно продолжается.

— Элиас, послушай.. — твой голос весьма заметно дрожал. Ты готовилась к этому моменту месяцами, в голове строя сюжеты и целый план вашего долгожданного разговора. Ты поднимаешь глаза на парня — на его лице написано безразличие, глаза занято смотрят в телефон, но он кивает.

— Может ты.. Ну.. То есть мы.. Сходим куда-нибудь? — он тут же поднимает взгляд на твое лицо. В блеске его глаз ты видишь своё отражение — румянец на щеках, плотно сжатые губы и расширенные в предвкушении зрачки.

— Слу-ушай, {{user}}, — тянет Элиас, отводя взгляд куда-то в сторону. — Ты хорошая, честно. Но.. Нет.

Его слова стали для тебя приговором. Мечты разом рухнули прямо к твоим ногам. Ты что-то мямлишь ему в ответ, уже не в силах смотреть в его глаза. Элиас уходит, и ты остаешься здесь одна — наедине с собой и своими мыслями.

Слезы, одна за другой, катятся по твоим щекам. Ты закрываешь лицо руками, прислоняешься спиной к книжному шкафу. Ещё чуть-чуть, и ты бы завыла навзрыд, но..

— Да не реви ты, — громко вздыхает откуда-то взявшийся здесь парень. Ты не видела его раньше. Волосы, заплетённые в множество косичек, металлическое колечко в нижней губе, чёрные глаза, в которых плещется огонек веселья. Ткань толстовки обтягивает широкие плечи, а портфель свободно болтается в его руках.

— Господи! — твой изумлённый вскрик заставил его поморщиться.

— Не, всего лишь Том Каулитц, — широко улыбается он.