Борис Дехтерёв - иллюстрация к Сказе о царе Салтане А.С. Пушкина.

Лучина

Лучина – тонкая длинная щепка сухого дерева, служившая для растопки печи или для освещения избы. Для получения лучин полено расщепляли, используя специальный нож-косарь или топорик. Чтобы полено лучше разделялось на щепы, его предварительно парили в печи, и тогда его легче было драть на пластинки. Когда было нужно больше света, жгли одновременно несколько лучин. Чтобы избежать пожара, под них ставили сосуд с водой, которая, кроме того, отражала горящие лучины и умножала свет. Лучина сгорала быстро – всего за несколько минут; чаще всего обязанность следить за светцами и менять по мере необходимости лучины лежала на детях. Лучины использовали в быту крестьян вплоть до начала XX века, когда они были оттеснены современными или ставшими более доступными средствами освещения: свечами, керосиновыми и масляными лампами. Лучина стала одним из ярких символов русской народной культуры.

Рубель. ХIХ век. Дания. РЭМ.

Рубéль – это приспособление для размягчения и разглаживания влажного белья после стирки. Он представляет из себя массивную деревянную доску с рукоятью; на рабочей поверхности доски вырублены поперечные желобки. Рубель всегда использовался в паре с круглой в сечении скалкой. На нее наматывали влажное белье, а затем с усилием прокатывали рубелем вперед и назад. Искусство катания влажного после стирки белья требовало немалой физической силы, однако это был исключительно женский удел.


Гладильная доска часто становилась свадебным подарком, собственноручно изготовленным женихом для суженой. Свободная нерабочая поверхность рубеля покрывалась искусной резьбой и расписывалась. Особенно отличались здесь скандинавские мастера, создававшие сложные сюжетные композиции.
На датском рубеле из собрания РЭМ изображен сюжет с участием гигантского змея с рыбьим хвостом и когтистого хищника с оскаленной пастью (медведя или волка?). Вероятно, перед нами древние хтонические существа скандинавской мифологии: огромный змей Ёрмунганд, опоясывающий землю, и страшный волк Фенрир. Это о них шла речь в древнеисландских песнях о конце мира: «И вот Фенрир волк на свободе, и вот море хлынуло на сушу, ибо Мировой Змей поворотился в великом гневе и лезет на берег». (Младшая Эдда). Подобные изображения на предметах быта были призваны защитить своих хозяев, то есть служили своеобразными оберегами.


А последней хозяйкой деревянного рубеля была ни много ни мало вдовствующая императрица Мария Федоровна, урожденная принцесса Датская, мать императора Николая II. В ее коллекции в Аничковом дворце, откуда поступил рубель в 1928 г., было представлено множество разнообразных предметов декоративно-прикладного искусства. Конечно, императрица не катала рубелем белье, этот милый сердцу этнографический предмет скорее всего служил ей напоминанием об исторической родине.

Старинный венец невесты #коми-ижемки – юр ной (юр- голова, ной - сукно), представлял собой головную повязку на твёрдой основе, обтянутую красным сукном. Очелье декорировали жемчугом, разноцветным бисером, стеклярусом, пуговицами и блёстками. По красному фону располагали узор бисером в виде геометрических фигур: кругов, овалов, крестов. Вышивать юр ной умели не все женщины. Специальные мастерицы выполняли работу на заказ. Его берегли и передавали по наследству. У коми-ижемок свадебный сарафан был розового цвета, а #свадебный головной убор – красного.
Юр ной являлся элементом ритуальной одежды. Его надевали невесте в день свадьбы после ритуального расплетения косы и посещения бани. Волосы покрывали большим парчовым платком и поверх него надевали юр ной.

Переметные сумы. Эвенки.
Енисейская губерния, бассейн реки Нижняя Тунгуска. Конец XIX – начало ХХ в.в.
Собиратель А.А. Макаренко. 1914 г.

#Эвенки – коренной народ Восточной #Сибири, проживающий отдельными этнотерриториальными группами в ее таежных областях от правобережья Енисея до Охотского моря. Представители этого этноса занимались преимущественно охотой и оленеводством вьючно-верхового типа. Эти занятия подразумевали подвижный образ жизни, при котором приходилось все необходимое имущество перевозить с собой.
Переметные сумы, изготовленные на твердой основе из выделанной бересты, имели трапециевидную форму. Нижняя часть верхнего слоя изготавливалась из оленьего камуса (мех, снятый с ног оленя, на который не налипает снег), верхняя часть шилась из мягкой ровдуги и зашнуровывалась жильными веревочками. К плоским бокам прикреплялись ременные петли и поводки для привязывания сум к вьючному оленьему седлу. Торцовые части украшались аппликациями из полос хлопчатобумажной ткани, бисерными низками и кожаными кисточками.

Первые замки и ключи на территории #Древнерусского государства появляются на рубеже IX-X в.в. В ходе многовековой истории форма этих изделий менялась, однако всегда для их изготовления требовалось высокое мастерство.

В XVIII –XIX в.в. в России сформировалось несколько центров замочного промысла. Одним из них было село Павлово в Нижегородской губернии. Замки также изготавливались в Туле, Москве, Устюжне-Железнопольской, Каргополе, Тихвине и др.
Помимо бытового назначения в традиционной культуре, замки играли и символическую роль. Об особом статусе этих предметов свидетельствуют находки этих предметов в средневековых погребениях.

Согласно этнографическим данным, замок символизировал замыкание и отмыкание и фигурировал в магических действиях. Восточные #славяне, чтобы защитить скот от хищных животных, обходили его с замком, приговаривая: «А замочек замыкаю от всяких врагов». В народной медицине закрытие замка было призвано замкнуть болезнь, в любовной магии – крепче привязать мужа и жену друг к другу. Отмыкания замка также практиковалось для излечения тяжелой болезни и облегчения родов.

Амулетница «хайкел» (термин арабо-иранского происхождения,означает амулет, памятник, идол)

Среди исследователей и собирателей, а также всех интересующихся #каракалпакскими украшениями, неизменный интерес вызывает амулетница «хайкел» (термин арабо-иранского происхождения и означает амулет, памятник, идол). Его основа – «тумарша», прямоугольная в сечении призма (футляр), закрывающаяся с двух сторон фигурными крышечками с небольшими втулками. В этом футляре хранились «дуа», написанные муллой молитвы-заговоры. Амулетницы такой формы имели самое широкое распространение у разных народов региона. Однако в исполнении каракалпакских мастеров амулетница приобрела неповторимый облик, она стала многосоставной. Футляр является ее средней частью. К нему крепится верхняя часть украшения – «хайкел бас» (голова хайкеля) – фигурная пластина. Это семантически важная часть украшения, в форме которой обязательно присутствует изображение загнутых рогов «кошкаршак» (двойные рога). Нижняя часть хайкеля – другая пластина, к нижнему краю которой припаяны небольшие петли для крепления сетки/бахромы «шашак»: системы переплетенных между собой вертикальных и горизонтальных цепочек с несколькими рядами штампованных квадратных, круглых и листовидных бляшек, бубенчиков, куполков. «Хайкел» непременно украшался вставками сердолика. Дорогие экземпляры декорировались нередко позолотой, вставками бирюзы и коралла. Особенностью каракалпакских хайкелей является их крупная форма. Общие размеры украшения колеблются в следующих пределах: высота от 24,0 до 14,5 см, ширина от 24,0 см до 9,0 см.

Это украшение могло входить в набор праздничных девичьих украшений, но особую важность оно приобретало в свадебном ритуале. Если иметь весь комплекс украшений было не по средствам, отец невесты в первую очередь заказывал ювелиру хайкел. Молодые женщины продолжали его носить до рождения первого ребенка, а по некоторым данным, на протяжении всего фертильного возраста. В системе каракалпакских народных представлений, связанных с жизнью и здоровьем женщины, хайкелю отводилось важное место. Безусловно, сильна была вера в магическую защиту молитв, которые вкладывались в футляр. Но кроме этого, имел значение сам материал, из которого он был сделан, так как вера в очистительную силу серебра была широко распространена в регионе. Сакральное значение имели также камни, в частности, столь популярный в каракалпакских украшениях сердолик. Бирюза и коралл также считались талисманами, а коралл, по поверью, обеспечивал его обладательнице многочисленное потомство.

Безмен

До середины XX века практически в каждой крестьянской семье имелся безмен – ручные деревянные или металлические весы для взвешивания мяса, муки, грибов, ягод, пряжи и др. Чтобы взвесить груз, его подвешивали на крючок или платформу и начинали в поисках точки равновесия передвигать петлю по безмену вдоль измерительной шкалы в фунтах (0,410 г). Безмен, по сравнению с обычными равноплечными весами, был менее точным, но зато более прочным и долговечным. По своей форме и весу он сильно похож на оружие вроде дубинки или палицы и действительно иногда использовался в таком качестве. Согласно толковому словарю Даля, русские крестьяне говорили: «Коли безмен есть под рукою, так и калдая не надо» (калдай – кистень). Это же сходство обыгрывали загадки про безмен: «У деда под крыльцом висит дубина с кольцом, налита свинцом». В сатирических сказках (сюжет «Гость Терентий») муж наказывает неверную жену и ее любовника дубинкой или же безменом. Наконец, известно, что во время традиционных святочных и масленичных боев между деревнями или разными концами селения также в качестве оружия могли использовать безмен.

Безмен. Костромская обл. 1812 г.

Саукеле – каракалпакский свадебный головной убор.

Традиционный свадебный ритуал у #каракалпаков состоял из серии обрядов, протяженных по времени. Важной церемонией был переезд из отчего дома в семью жениха. Девушку обряжали в свадебный костюм, важной составляющей которого был головной убор, который на невесту надевала жена брата. Саукеле - шлемовидный головной убор на войлочной основе, крытый черным бархатом, с наушниками и накосником. Верхняя шапка тумак украшена вышивкой. Накосник состоит из двух частей: верхней из красного и черного сукна, украшенного вышивкой тамбурным швом, и нижнего, сшитого из четырех узких полос хлопчатобумажной ткани, вышитого гладью, низ его не сшит, и, расширяясь, напоминает хвост птицы. Вся поверхность саукеле богато украшена: на лоб спускается крупная серебряная бляха жыга (каракалп. <круг>) с выпуклой центральной частью, увенчанной большим кораллом; крупные фигурные бляхи кыран (каракалп. <зоркий, бьющий без промаха> - эпитет хищной птицы) с коралловыми и бирюзовами вставками пришиты к наушникам. Ювелирный декор саукеле дополняется сеткой из крупных кораллов, листовидных штампованных бляшек и низок из крупных бляшек в форме усеченного конуса с кораллом, бирюзой или зеленой пастой в высокой касте. К нижней части саукеле пришиваются многорядные бусы.

История этого головного убора уходит своими корнями в глубокое прошлое. Каракалпакский народ сохранил в памяти эпическую поэму «Кырк кыз» о сорока девушках – воительницах. Главная героиня эпоса, отважная Гулаим, собираясь на битву, вскакивает на коня и надевает саукеле. Корни этой поэмы восходят к традициям сако-массагетских племен Приаралья второй половины I тыс. до н.э. О возможном реальном бытовании саукеле как элементе защитного женского костюма свидетельствует фрагмент знаменитой каракалпакской «Сказки о женском царстве», повествующей о бунте мужчин против женской власти. «Отдайте нам шлемы и шапки ваши железные», - требуют мужчины, - «себе возьмите котлы и кумганы медные...»

Этот головной убор подчеркивает горделивое достоинство каракалпакской невесты, делая ее осанку величавой. Но не только о героическом прошлом может рассказать саукеле. Ведь девушка, вступая в новый, очень важный период своей жизни, нуждалась, по народным представлениям, в магической защите от всякого злого воздействия. Эту защиту ей обеспечивало серебро, из которого сделаны украшения, металл, обладавший, как считалось, очистительными и защитными свойствами. Бирюза и коралл также считались талисманами, а коралл, по поверью, обеспечивал его обладательнице многочисленное потомство.

В Санкт-Петербурге так много снега, что в самую пору передвигаться по городу на оленях.

Оленеводство - один из основных видов занятий наряду с охотой и транспортом #эвенков, жителей Восточной #Сибири и Дальнего Востока. Оленьи седла появились у предков эвенков еще в бронзовом веке . Всадники верхом на олене изображены на Верхне-Амурском петроглифах. Оленье седло укладывали на спину оленя на лопатки и закрепляли одной ременной подпругой без стремян, в отличие от коневодства. Эвенки ездили верхом на оленях при перекочевках и на охоту, для балансирования верхом на оленьем седле использовали олений посох.