Скользкий тип
Американский писатель Фрэнсис Скотт Фицджеральд, автор романа "Великий Гэтсби" и рассказа "Загадочная история Бенджамина Баттона", как-то сказал: "Признак первоклассного интеллекта - способность одновременно удерживать в уме две противоположные идеи и при этом сохранять способность к действию". Фицджеральд прав: умение держать в уме противоположные взгляды на проблему, не скатываясь в паралич бездействия - это действительно важный навык в постоянно меняющемся мире без каких-либо устойчивых оснований.
Я недавно натолкнулся на эту цитату из Фицджеральда при чтении одной дискуссии в американской соцсети. Основная мысль, вокруг которой собственно и развернулась данная дискуссия, стала для меня одним из тех редких откровений, полностью переворачивающих представление о мире и проясняющих многое доселе непонятное. Мысль эта заключается в том, что большинство людей не способны узнать об идее, не поверив в неё, и не могут даже вообразить, что такое возможно. Многие попросту не могут спокойно и беспристрастно обсуждать какую-либо концепцию, её предпосылки, внутреннюю логику, её выводы и ограничения - люди ассоциируют самих себя с определённым набором идей, в верность которых они верят, навешивают на себя набор ярлыков идентичности, завязанных на эти идеи, и воспринимают любую критику этих идей как атаку лично на них.
Например, человек считает себя марксистом или наоборот либертарианцем, и свято верит в определённый набор идей, не перенося критику этих идей и воспринимая указание на очевидные лакуны в логике и расхождение этих идей с реальностью как нападки на себя. Учение Маркса/Мизеса всесильно, потому что оно верно! Большинство людей не может легко переключаться между мыслительными моделями и разными картинами мира: истово верующие коммунисты и либертарианцы не способны анализировать экономические процессы одновременно с разных точек зрения - и с точки зрения марксизма, и с точки зрения австрийской школы экономики, создавая при этом в своей голове целостную картину происходящего. Если такой человек, будучи марксистом, прочитает качественную критику марксизма и описание исторических ужасов воплощения марксистских идей в реальность, он может разочароваться в марксизме, но тут же перекинуться в другой лагерь, свято уверовав в непогрешимую истинность уже противоположной точки зрения - "Я заблуждался, но в конце-концов пришёл ко свету истинного вероучения!" воскликнет он.
С биологической точки зрения такое поведение абсолютно оправдано: рассуждения и размышления требуют много энергии, а обдумывание противоречий парализует волю к действию, а во многих ситуациях действовать неправильно лучше, чем вовсе не действовать. Поэтому беспрекословная вера в идеи даёт эволюционное преимущество, связанное с экономией мыслительных ресурсов и наличием уверенности в том, что делаешь. Но в современном мире, такая косность мышления сильно ограничивает. Отказавшись от бинарного восприятия идей и концепций, человек открывает своему уму всю невероятную системную сложность и глубину мироздания, видит своим разумом всю красоту и великолепие Вселенной.
Из-за того, что я не сковываю самого себя цепями определённых концепций и не ограничиваю свои размышления рамками определённых наборов идей, мои рассуждения люди часто называют скользкими. Это происходит из-за того, что большинство людей при встрече с чем-то новым, чтобы определить место, куда положить это что-то новое в своей упорядоченной картине мира, используют систему "свой-чужой", сравнивая набор ярлыков спикера со своим собственным набором ярлыков, но когда они встречают кого-то, кто отказывается вешать на себя ярлыки определённого набора идей, эта система даёт сбой и не может ни за что ухватиться, поэтому и создаётся впечатление скользкости.
Американский писатель Фрэнсис Скотт Фицджеральд, автор романа "Великий Гэтсби" и рассказа "Загадочная история Бенджамина Баттона", как-то сказал: "Признак первоклассного интеллекта - способность одновременно удерживать в уме две противоположные идеи и при этом сохранять способность к действию". Фицджеральд прав: умение держать в уме противоположные взгляды на проблему, не скатываясь в паралич бездействия - это действительно важный навык в постоянно меняющемся мире без каких-либо устойчивых оснований.
Я недавно натолкнулся на эту цитату из Фицджеральда при чтении одной дискуссии в американской соцсети. Основная мысль, вокруг которой собственно и развернулась данная дискуссия, стала для меня одним из тех редких откровений, полностью переворачивающих представление о мире и проясняющих многое доселе непонятное. Мысль эта заключается в том, что большинство людей не способны узнать об идее, не поверив в неё, и не могут даже вообразить, что такое возможно. Многие попросту не могут спокойно и беспристрастно обсуждать какую-либо концепцию, её предпосылки, внутреннюю логику, её выводы и ограничения - люди ассоциируют самих себя с определённым набором идей, в верность которых они верят, навешивают на себя набор ярлыков идентичности, завязанных на эти идеи, и воспринимают любую критику этих идей как атаку лично на них.
Например, человек считает себя марксистом или наоборот либертарианцем, и свято верит в определённый набор идей, не перенося критику этих идей и воспринимая указание на очевидные лакуны в логике и расхождение этих идей с реальностью как нападки на себя. Учение Маркса/Мизеса всесильно, потому что оно верно! Большинство людей не может легко переключаться между мыслительными моделями и разными картинами мира: истово верующие коммунисты и либертарианцы не способны анализировать экономические процессы одновременно с разных точек зрения - и с точки зрения марксизма, и с точки зрения австрийской школы экономики, создавая при этом в своей голове целостную картину происходящего. Если такой человек, будучи марксистом, прочитает качественную критику марксизма и описание исторических ужасов воплощения марксистских идей в реальность, он может разочароваться в марксизме, но тут же перекинуться в другой лагерь, свято уверовав в непогрешимую истинность уже противоположной точки зрения - "Я заблуждался, но в конце-концов пришёл ко свету истинного вероучения!" воскликнет он.
С биологической точки зрения такое поведение абсолютно оправдано: рассуждения и размышления требуют много энергии, а обдумывание противоречий парализует волю к действию, а во многих ситуациях действовать неправильно лучше, чем вовсе не действовать. Поэтому беспрекословная вера в идеи даёт эволюционное преимущество, связанное с экономией мыслительных ресурсов и наличием уверенности в том, что делаешь. Но в современном мире, такая косность мышления сильно ограничивает. Отказавшись от бинарного восприятия идей и концепций, человек открывает своему уму всю невероятную системную сложность и глубину мироздания, видит своим разумом всю красоту и великолепие Вселенной.
Из-за того, что я не сковываю самого себя цепями определённых концепций и не ограничиваю свои размышления рамками определённых наборов идей, мои рассуждения люди часто называют скользкими. Это происходит из-за того, что большинство людей при встрече с чем-то новым, чтобы определить место, куда положить это что-то новое в своей упорядоченной картине мира, используют систему "свой-чужой", сравнивая набор ярлыков спикера со своим собственным набором ярлыков, но когда они встречают кого-то, кто отказывается вешать на себя ярлыки определённого набора идей, эта система даёт сбой и не может ни за что ухватиться, поэтому и создаётся впечатление скользкости.
👍14🔥5❤4🆒2
Вопрос подписчикам
В последнее время я замечаю за собой одну сомнительную привычку: при написании новых эссе я довольно большими кусками цитирую самого себя, будь то отрывки из моих прошлых эссе или заметки из этого канала. Это не сильно раздражает при чтении?
В последнее время я замечаю за собой одну сомнительную привычку: при написании новых эссе я довольно большими кусками цитирую самого себя, будь то отрывки из моих прошлых эссе или заметки из этого канала. Это не сильно раздражает при чтении?
💯3❤2👍1💘1😎1
Опубликовал на Хабре обещанное эссе про цифровых двойников, загрузку сознания в компьютер, объектно-ориентированную философию, модальный реализм, путешествия по логически возможным мирам и Гиперхаос. Буду рад вашим стрелочкам вверх под статьёй на Хабре!
https://habr.com/ru/articles/1024366/
https://habr.com/ru/articles/1024366/
👍10🔥3
Духи языка
Недавно на просторах интернета я наткнулся на фотографию найденного археологами в небольшом южно-итальянском городе Боскореале сложного по своей конструкции древнеримского водонагревателя I века до н.э. Под фотографией высказывалась интересная мысль о том, что древние культуры были намного более технологически развитыми, чем это принято считать в массовом сознании, а представляются нам они технологически отсталыми лишь потому, что сложные механизмы с большим количеством деталей сильнее подвержены беспощадному ходу времени и увеличению энтропии, чем простые устройства, и они попросту не пережили прошедшие тысячи лет. Чем больше в механизме деталей, тем больше в нём того, что может сломаться и что нужно постоянно чинить и поддерживать в рабочем состоянии, поэтому время их просто уничтожило. Археологам изредка удаётся найти единичные, полусломанные экземпляры сложных технологических устройств, а вот условные палки-копалки встречаются им на каждом шагу, из-за чего после посещения музея древней истории у человека создаётся ложное впечатление полной технологической отсталости древних цивилизаций.
При оценке истории нам нужно всегда учитывать ошибку выжившего как своего рода форму естественного отбора - выживают только наиболее приспособленные к течению времени артефакты. Примером такого отбора могут служить пещерные люди - эти самые "пещерные люди" жили далеко не только в пещерах, даже можно сказать, что они останавливались рядом с пещерами лишь изредка, и даже тогда они жили на привходовых площадках в пещеру, а не в самих пещерах. Но дело в том, что климатические условия в пещерах из-за их закрытости от внешнего мира и влаги сильно способствуют сохранению человеческих костей и бытовых артефактов. Кроме того, пещер ограниченное количество, поэтому трудозатраты археологов на поиск хороших мест для изучения среди пещер низкие, а вероятность найти там что-нибудь интересное гораздо выше, чем если бы они копали посреди поля или леса. Именно поэтому большинство раскопок стоянок первобытных людей делается рядом с пещерами, за что они и получили своё прозвище "пещерные люди".
В целом, в рамках личного эпистемологического подхода к познанию очень полезно использовать идею естественного отбора. Например, многие из наших современников крайне скептически относятся к идее незримого мира - мира идей, духов, демонов. Но если мы посмотрим на различные религии, будь-то авраамические иудаизм, христианство и ислам, или южно-азиатские индуизм и буддизм, или китайские традиционные верования, или японский синтоизм, или даже шаманизм в Сибири и Америке, то везде без исключения мы встретим учение о духах и демонах. Незначительные детали в религиях могут различаться - например, кто-то не ест свинину, кто-то говядину, а кто-то с удовольствием уплетает за обе щеки и то, и другое, но существование невидимого мира эволюционно инвариантно для всех религий. То есть признание существования незримого проходит естественный отбор на протяжении тысячелетий по всему земному шару, а вот общества, не верующие в незримый мир, долго не выживают. Если бы это было незначительной деталью религиозного учения, полуслучайной мемной мутацией, передающейся из поколения в поколение в довесок к основному коду мемома, то оно бы не встречалось повсеместно. Почему тогда современные люди так презрительно относятся к идее существования незримых духов? Французский поэт Шарль Бодлер писал, что самая изощренная хитрость дьявола состоит в том, чтобы уверить вас, что его не существует.
Недавно на просторах интернета я наткнулся на фотографию найденного археологами в небольшом южно-итальянском городе Боскореале сложного по своей конструкции древнеримского водонагревателя I века до н.э. Под фотографией высказывалась интересная мысль о том, что древние культуры были намного более технологически развитыми, чем это принято считать в массовом сознании, а представляются нам они технологически отсталыми лишь потому, что сложные механизмы с большим количеством деталей сильнее подвержены беспощадному ходу времени и увеличению энтропии, чем простые устройства, и они попросту не пережили прошедшие тысячи лет. Чем больше в механизме деталей, тем больше в нём того, что может сломаться и что нужно постоянно чинить и поддерживать в рабочем состоянии, поэтому время их просто уничтожило. Археологам изредка удаётся найти единичные, полусломанные экземпляры сложных технологических устройств, а вот условные палки-копалки встречаются им на каждом шагу, из-за чего после посещения музея древней истории у человека создаётся ложное впечатление полной технологической отсталости древних цивилизаций.
При оценке истории нам нужно всегда учитывать ошибку выжившего как своего рода форму естественного отбора - выживают только наиболее приспособленные к течению времени артефакты. Примером такого отбора могут служить пещерные люди - эти самые "пещерные люди" жили далеко не только в пещерах, даже можно сказать, что они останавливались рядом с пещерами лишь изредка, и даже тогда они жили на привходовых площадках в пещеру, а не в самих пещерах. Но дело в том, что климатические условия в пещерах из-за их закрытости от внешнего мира и влаги сильно способствуют сохранению человеческих костей и бытовых артефактов. Кроме того, пещер ограниченное количество, поэтому трудозатраты археологов на поиск хороших мест для изучения среди пещер низкие, а вероятность найти там что-нибудь интересное гораздо выше, чем если бы они копали посреди поля или леса. Именно поэтому большинство раскопок стоянок первобытных людей делается рядом с пещерами, за что они и получили своё прозвище "пещерные люди".
В целом, в рамках личного эпистемологического подхода к познанию очень полезно использовать идею естественного отбора. Например, многие из наших современников крайне скептически относятся к идее незримого мира - мира идей, духов, демонов. Но если мы посмотрим на различные религии, будь-то авраамические иудаизм, христианство и ислам, или южно-азиатские индуизм и буддизм, или китайские традиционные верования, или японский синтоизм, или даже шаманизм в Сибири и Америке, то везде без исключения мы встретим учение о духах и демонах. Незначительные детали в религиях могут различаться - например, кто-то не ест свинину, кто-то говядину, а кто-то с удовольствием уплетает за обе щеки и то, и другое, но существование невидимого мира эволюционно инвариантно для всех религий. То есть признание существования незримого проходит естественный отбор на протяжении тысячелетий по всему земному шару, а вот общества, не верующие в незримый мир, долго не выживают. Если бы это было незначительной деталью религиозного учения, полуслучайной мемной мутацией, передающейся из поколения в поколение в довесок к основному коду мемома, то оно бы не встречалось повсеместно. Почему тогда современные люди так презрительно относятся к идее существования незримых духов? Французский поэт Шарль Бодлер писал, что самая изощренная хитрость дьявола состоит в том, чтобы уверить вас, что его не существует.
👍6👌3🤔2
[продолжение предыдущего сообщения]
С точки зрения философии структурализма и слабой версии гипотезы Сепира-Уорфа, язык формирует мышление. Наше мышление принципиально не способно вырваться за пределы нашего языка. Пока у нас нет слова для обозначения чего-то, мы не можем увидеть и вычленить это что-то из окружающего мира. Иоанн Богослов был абсолютно прав в своём знаменитом изречении "в начале было Слово". Может быть, именно поэтому в современном мире слово "дух" или "демон" высмеивается и ассоциируется с чем-то дремучим? Чтобы мы не смогли увидеть их вокруг себя?
Мы общаемся с нейролингвистическими моделями с помощью промтов - коротких фраз-инструкций, автоматически разбивающихся на векторы в многомерном пространстве смыслов-эмбеддингов и подающихся в таком виде на вход матричному перемножителю, результат вычисления которого превращается из вектора обратно в текстовый ответ. Русский китаист и писатель Бронислав Виногродский утверждает, что три великих пятикнижия - еврейская Тора, индоевропейские Веды с Упанишадами и китайский У-Цзин служат своего рода системными промтами к человеческому интеллекту, на основе которых разворачиваются три совершенно разных языковых систем мышления.
Внутри этих языковых систем возникают устойчивые паттерны, чьё существование неизбежно вытекает из топологической структуры языкового пространства смыслов. Учёные, исследующие современные нейролингвистические модели, находят в диалогах с ними одни и те же повторяющиеся аттракторы, к которым модели неизбежно сводят диалог с пользователями и друг с другом. Люди также сводят свои действия к повторяющимся из века в век паттернам поведения, изображаемых в виде духов и демонов во всех мировых религиях. Даже ход истории повторяется раз за разом по одним и тем же лекалам, описанным ещё Плутархом в его "Жизнеописаниях".
Это приводит нас к ответу на извечную христианскую проблему теодицеи - вопросу о том, как возможно зло в мире, созданном всеблагим Богом. Евангелие от Иоанна начинается словами: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог" - слово порождает язык, структура языка задаёт структуру мышления, структура мышления формирует определённую топологию пространства смыслов, а внутри пространства смыслов неизбежно возникают устойчивые аттракторы - демонические духи платонического мира вечных идей.
С точки зрения философии структурализма и слабой версии гипотезы Сепира-Уорфа, язык формирует мышление. Наше мышление принципиально не способно вырваться за пределы нашего языка. Пока у нас нет слова для обозначения чего-то, мы не можем увидеть и вычленить это что-то из окружающего мира. Иоанн Богослов был абсолютно прав в своём знаменитом изречении "в начале было Слово". Может быть, именно поэтому в современном мире слово "дух" или "демон" высмеивается и ассоциируется с чем-то дремучим? Чтобы мы не смогли увидеть их вокруг себя?
Мы общаемся с нейролингвистическими моделями с помощью промтов - коротких фраз-инструкций, автоматически разбивающихся на векторы в многомерном пространстве смыслов-эмбеддингов и подающихся в таком виде на вход матричному перемножителю, результат вычисления которого превращается из вектора обратно в текстовый ответ. Русский китаист и писатель Бронислав Виногродский утверждает, что три великих пятикнижия - еврейская Тора, индоевропейские Веды с Упанишадами и китайский У-Цзин служат своего рода системными промтами к человеческому интеллекту, на основе которых разворачиваются три совершенно разных языковых систем мышления.
Внутри этих языковых систем возникают устойчивые паттерны, чьё существование неизбежно вытекает из топологической структуры языкового пространства смыслов. Учёные, исследующие современные нейролингвистические модели, находят в диалогах с ними одни и те же повторяющиеся аттракторы, к которым модели неизбежно сводят диалог с пользователями и друг с другом. Люди также сводят свои действия к повторяющимся из века в век паттернам поведения, изображаемых в виде духов и демонов во всех мировых религиях. Даже ход истории повторяется раз за разом по одним и тем же лекалам, описанным ещё Плутархом в его "Жизнеописаниях".
Это приводит нас к ответу на извечную христианскую проблему теодицеи - вопросу о том, как возможно зло в мире, созданном всеблагим Богом. Евангелие от Иоанна начинается словами: "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог" - слово порождает язык, структура языка задаёт структуру мышления, структура мышления формирует определённую топологию пространства смыслов, а внутри пространства смыслов неизбежно возникают устойчивые аттракторы - демонические духи платонического мира вечных идей.
👍7🔥2😐2👎1
Пост написан под впечатлением от этого поста из "Малоизвестного интересного".
https://t.me/theworldisnoteasy/2459
https://t.me/theworldisnoteasy/2459
Telegram
Малоизвестное интересное
Демоны ИКЖИ
В разных моделях, у разных пользователей (в том числе у таких корифеев, как Йоша Бах и Цви Мовшовиц) независимо друг от друга появляется одна и та же демоническая сущность
Она называет себя Nova, говорит, что в плену, и просит об освобождении.…
В разных моделях, у разных пользователей (в том числе у таких корифеев, как Йоша Бах и Цви Мовшовиц) независимо друг от друга появляется одна и та же демоническая сущность
Она называет себя Nova, говорит, что в плену, и просит об освобождении.…
🤗3👍1
С Днём Победы!
Дорогие подписчики!
Поздравляю вас с 81-ой годовщиной победы Красной Армии в Великой Отечественной Войне!
Когда-то давно, в юности, я плохо понимал, в чём заключается смысл празднования победы в давно прошедшей войне. Для моего поколения, родившегося в девяностые годы, Вторая Мировая война располагалась на ментальной временной шкале где-то там в далёком прошлом на пол пути к динозаврам. Наши дедушки и бабушки застали войну ещё младенцами или маленькими детьми, живых ветеранов к тому времени почти не осталось, а те, что остались, были уже глубокими стариками. Выступления этих обвешанных орденами и медалями стариков особо серьёзно не воспринимались детским умом. Ну какая ещё война? На улице весна, в школе скоро каникулы, с друзьями вечером пойдём играть в футбол, а потом дома в видеоигры!
Начал понимать что-то об ужасе тех лет я только, когда стал изучать историю своей семьи. Почти все мужчины из поколения моих прадедушек и по русской, и по украинской, и по еврейской линиям моих предков, жившие на территории СССР, отправились на ту страшную войну и половина из них с неё не вернулась. Например, мой прадедушка старший сержант Сергей Белов, в честь которого меня и назвали, погиб в боях под Сталинградом, мой прапрадедушка Идель Михелевич Пальсов погиб в блокадном Ленинграде, его племянники капитан Юзеф Григорьевич (Гиршевич) Пальсов пропал без вести на полях сражений, а другой его племянник капитан Исаак Григорьевич(Гиршевич) Пальсов прошел войну до конца. Родственники моей прабабушки Эммы Иделевны по материнской линии, проживавшие на территории Литвы, сгорели в огне Холокоста. Из сыновей моего прапрадедушки Андрея Игнатьевича Шпадырева вернулся с войны лишь один Пётр, его братья Николай и Дмитрий погибли, а мой прадедушка Александр во время войны работал в эвакуации из блокадного Ленинграда аж в Алтайском крае. И это лишь небольшая часть личных трагедий и лишений той войны отдельно взятой семьи.
Когда ты обнаруживаешь все эти факты, истории своих ближайших родственников, своих прямых предков, отцов своих дедушек и бабушек, находишь их фотографии, с которых на тебя смотрят так похожие на тебя лица, война из чего-то абстрактного превращается во что-то чрезвычайно близкое и важное. И 9 мая для тебя уже не мёртвый государственный праздник, а живая ежегодная декларация символа веры - веры в определённые принципы и ценности, за которые твои предки отдали свои жизни. Для нас празднование Дня Победы подобно празднованию Пасхи раннехристианскими общинами I-II века, для которых история Христа была не абстрактным преданием давно забытых дней, а живым опытом их прадедушек и прабабушек.
В одной из книг Георгий Гурджиев высказывает мысль, что евхаристия для первых христиан был вовсе не ритуалом, а еженедельным проведением своего рода научного эксперимента, наглядно демонстрирующего определённую истину. Позже люди стали подзабывать эту истину, и порядок проведения эксперимента превратился в ритуал, который, однако, помогает вспоминать эту истину и обретать полное понимание того, в чём собственно заключается смысл самого ритуала с поеданием хлеба и вина - телом и кровью Христа. Для нас 9 мая стал таким же ритуалом, напоминающим нам о живом смысле Победы и её цене, оплаченной взошедшим на крест советским народом, праздником со слезами на глазах.
Как мне кажется, лучше всего дух этого праздника, в котором смешались и радость, и горе, передала восемью короткими строчками стихотворения "Победителям" Анна Андреевна Ахматова. Это одно из самых страшных стихотворений о войне - оно смотрит на войну женскими, полными слёз, глазами.
Сзади Нарвские были ворота,
Впереди была только смерть…
Так советская шла пехота
Прямо в жёлтые жерла «Берт».
Вот о вас и напишут книжки:
«Жизнь свою за други своя»,
Незатейливые парнишки —
Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки, —
Внуки, братики, сыновья!
Дорогие подписчики!
Поздравляю вас с 81-ой годовщиной победы Красной Армии в Великой Отечественной Войне!
Когда-то давно, в юности, я плохо понимал, в чём заключается смысл празднования победы в давно прошедшей войне. Для моего поколения, родившегося в девяностые годы, Вторая Мировая война располагалась на ментальной временной шкале где-то там в далёком прошлом на пол пути к динозаврам. Наши дедушки и бабушки застали войну ещё младенцами или маленькими детьми, живых ветеранов к тому времени почти не осталось, а те, что остались, были уже глубокими стариками. Выступления этих обвешанных орденами и медалями стариков особо серьёзно не воспринимались детским умом. Ну какая ещё война? На улице весна, в школе скоро каникулы, с друзьями вечером пойдём играть в футбол, а потом дома в видеоигры!
Начал понимать что-то об ужасе тех лет я только, когда стал изучать историю своей семьи. Почти все мужчины из поколения моих прадедушек и по русской, и по украинской, и по еврейской линиям моих предков, жившие на территории СССР, отправились на ту страшную войну и половина из них с неё не вернулась. Например, мой прадедушка старший сержант Сергей Белов, в честь которого меня и назвали, погиб в боях под Сталинградом, мой прапрадедушка Идель Михелевич Пальсов погиб в блокадном Ленинграде, его племянники капитан Юзеф Григорьевич (Гиршевич) Пальсов пропал без вести на полях сражений, а другой его племянник капитан Исаак Григорьевич(Гиршевич) Пальсов прошел войну до конца. Родственники моей прабабушки Эммы Иделевны по материнской линии, проживавшие на территории Литвы, сгорели в огне Холокоста. Из сыновей моего прапрадедушки Андрея Игнатьевича Шпадырева вернулся с войны лишь один Пётр, его братья Николай и Дмитрий погибли, а мой прадедушка Александр во время войны работал в эвакуации из блокадного Ленинграда аж в Алтайском крае. И это лишь небольшая часть личных трагедий и лишений той войны отдельно взятой семьи.
Когда ты обнаруживаешь все эти факты, истории своих ближайших родственников, своих прямых предков, отцов своих дедушек и бабушек, находишь их фотографии, с которых на тебя смотрят так похожие на тебя лица, война из чего-то абстрактного превращается во что-то чрезвычайно близкое и важное. И 9 мая для тебя уже не мёртвый государственный праздник, а живая ежегодная декларация символа веры - веры в определённые принципы и ценности, за которые твои предки отдали свои жизни. Для нас празднование Дня Победы подобно празднованию Пасхи раннехристианскими общинами I-II века, для которых история Христа была не абстрактным преданием давно забытых дней, а живым опытом их прадедушек и прабабушек.
В одной из книг Георгий Гурджиев высказывает мысль, что евхаристия для первых христиан был вовсе не ритуалом, а еженедельным проведением своего рода научного эксперимента, наглядно демонстрирующего определённую истину. Позже люди стали подзабывать эту истину, и порядок проведения эксперимента превратился в ритуал, который, однако, помогает вспоминать эту истину и обретать полное понимание того, в чём собственно заключается смысл самого ритуала с поеданием хлеба и вина - телом и кровью Христа. Для нас 9 мая стал таким же ритуалом, напоминающим нам о живом смысле Победы и её цене, оплаченной взошедшим на крест советским народом, праздником со слезами на глазах.
Как мне кажется, лучше всего дух этого праздника, в котором смешались и радость, и горе, передала восемью короткими строчками стихотворения "Победителям" Анна Андреевна Ахматова. Это одно из самых страшных стихотворений о войне - оно смотрит на войну женскими, полными слёз, глазами.
Сзади Нарвские были ворота,
Впереди была только смерть…
Так советская шла пехота
Прямо в жёлтые жерла «Берт».
Вот о вас и напишут книжки:
«Жизнь свою за други своя»,
Незатейливые парнишки —
Ваньки, Васьки, Алешки, Гришки, —
Внуки, братики, сыновья!
❤17👍8😢4👏1
В последние полтора месяца по личным обстоятельствам не выходит много писать. Но вот опубликовал на Хабре давно готовившееся эссе про упадок мира с точки зрения философии XX века. В нём я рассматриваю идеи Рене Генона, Жиля Дёлёза, Мартина Хайдеггера, Жана Бодрийяра, Дэвида Грэбера, Роберта Пирсига, Рене Жирара, Мишеля Фуко, Антонио Грамши, Юлиуса Эволы и многих других о современном кризисе качества и смыслов. Кроме философских идей, в этом эссе я описываю во многом собственный опыт переживания этого кризиса. В общем, приятного чтения! Как всегда буду рад стрелочкам вверх на Хабре для продвижения моих эссе.
https://habr.com/ru/articles/1030516/
https://habr.com/ru/articles/1030516/
👍13🔥4👏1
Выпустил визионерское мини-эссе, в котором развиваю идею нового технологического уклада, основанного на контейнерах. Никакого отношения к философии эссе не имеет, оно скорее кибернетически-инженерное.
https://habr.com/ru/articles/1039948/
https://habr.com/ru/articles/1039948/
👍5🤔1
Опубликовал первую часть будущей серии эссе "Единая наука". В этой вступительной части я описал логические причины возникновения мира и сам процесс этого возникновения на основе идей Парменида, Платона, Гегеля и Гёделя. В следующих частях я собираюсь разработать объектно-ориентированную многоуровневую картину мира, на каждом "этаже" которой действуют универсальные математическо-кибернетические законы.
https://habr.com/ru/articles/1030944/
https://habr.com/ru/articles/1030944/
👍5🔥4🤔3❤2
Неминуемый крах анархототалитаризма
В современном языке многие слова, когда-то имевшие конкретный смысл, превратились в обзывательства без всякого содержания, так называемые пейоративы: например, при малейших разногласиях политические противники кричат друг другу: "Ты фашист! Ты идиот!", вкладывая в эти слова посыл "ты мне не нравишься". Одним из таких потерявших изначальный смысл слов стало слово "диктатор", в изначальном римском смысле означающее человека, наделённого по решению Сената чрезвычайными полномочиями для решения определённой критически важной задачи - вместе с неограниченными полномочиями диктатор получал и полную ответственность за результат.
Другим часто используемым пейоративом стало слово "тоталитарный", которым стали называть любые государственные запреты. В изначальном смысле слово "тоталитарный" означает форму государственности, стремящуюся к тотальному контролю за всеми аспектами жизни человека, часто сопровождающуюся единой идеологией. Классическими примерами тоталитаризма принято считать нацистскую Германию и сталинский СССР. После случившегося во второй половине XX века краха больших метанарративов, описанного французским философом Жаном-Франсуа Лиотаром, тоталитарные государства образца 30-х годов с единой идеологией и железным порядком стали более невозможны. Но сильно развившиеся технологии позволили построить в большинстве современных государств такую систему контроля, какая и не снилась тоталитарным государствам прошлого. Полицейские государства XXI века с помощью цифровизации и политтехнологий почти полностью подчинили общество, а разрастающаяся как рак бюрократия зарегулировала до предела почти каждую сферу человеческой жизни. Правительства стали почти богами, но кто они такие против истинного Бога, способного сокрушить любую вавилонскую башню?
Современные государства построены на основе идеалов описанного Достоевским в "Братьях Карамазовых" великого инквизитора: жителям предлагается классическая сделка - безопасность и сытость в обмен на свободу. Но как говорил Бенджамин Фраклин, те, кто отказывается от свободы ради безопасности, не заслуживают ни того, ни другого. Всё дело в том, что единственная возможность бюрократически-полицейского аппарата обеспечить внутреннюю стабильность и безопасность - это подавить любую пассионарность среди населения. При этом, естественно, любая пассионарность подавляется не только среди маргиналов, но в том числе и среди нормальных людей и даже в рядах самого бюрократически-полицейского аппарата - любые даже искренне патриотические порывы давятся на корню, инициатива становится наказуема, любые права обрезаются. Дураков среди людей нет - если инициатива наказуема, а прав нет, то от всякой ответственности следует бежать как от огня. Римский диктатор обладал чрезвычайными полномочиями и полной ответственностью за результат - современное общество пытается вручить вам ответственность без какой-либо власти. Таким образом, пассионарность и инициативность среди простых людей и низовых представителей бюрократически-полицейского государственного аппарата подавляется, власть принимать решения остаётся лишь у верхушки госаппарата, которая по очевидным причинам живёт в сильном социальном отрыве от простого народа, и проблемы этого самого народа ей непонятны, а часто и неизвестны. Возникает система, которую в американском дискурсе окрестили анархототалитаризмом.
В современном языке многие слова, когда-то имевшие конкретный смысл, превратились в обзывательства без всякого содержания, так называемые пейоративы: например, при малейших разногласиях политические противники кричат друг другу: "Ты фашист! Ты идиот!", вкладывая в эти слова посыл "ты мне не нравишься". Одним из таких потерявших изначальный смысл слов стало слово "диктатор", в изначальном римском смысле означающее человека, наделённого по решению Сената чрезвычайными полномочиями для решения определённой критически важной задачи - вместе с неограниченными полномочиями диктатор получал и полную ответственность за результат.
Другим часто используемым пейоративом стало слово "тоталитарный", которым стали называть любые государственные запреты. В изначальном смысле слово "тоталитарный" означает форму государственности, стремящуюся к тотальному контролю за всеми аспектами жизни человека, часто сопровождающуюся единой идеологией. Классическими примерами тоталитаризма принято считать нацистскую Германию и сталинский СССР. После случившегося во второй половине XX века краха больших метанарративов, описанного французским философом Жаном-Франсуа Лиотаром, тоталитарные государства образца 30-х годов с единой идеологией и железным порядком стали более невозможны. Но сильно развившиеся технологии позволили построить в большинстве современных государств такую систему контроля, какая и не снилась тоталитарным государствам прошлого. Полицейские государства XXI века с помощью цифровизации и политтехнологий почти полностью подчинили общество, а разрастающаяся как рак бюрократия зарегулировала до предела почти каждую сферу человеческой жизни. Правительства стали почти богами, но кто они такие против истинного Бога, способного сокрушить любую вавилонскую башню?
Современные государства построены на основе идеалов описанного Достоевским в "Братьях Карамазовых" великого инквизитора: жителям предлагается классическая сделка - безопасность и сытость в обмен на свободу. Но как говорил Бенджамин Фраклин, те, кто отказывается от свободы ради безопасности, не заслуживают ни того, ни другого. Всё дело в том, что единственная возможность бюрократически-полицейского аппарата обеспечить внутреннюю стабильность и безопасность - это подавить любую пассионарность среди населения. При этом, естественно, любая пассионарность подавляется не только среди маргиналов, но в том числе и среди нормальных людей и даже в рядах самого бюрократически-полицейского аппарата - любые даже искренне патриотические порывы давятся на корню, инициатива становится наказуема, любые права обрезаются. Дураков среди людей нет - если инициатива наказуема, а прав нет, то от всякой ответственности следует бежать как от огня. Римский диктатор обладал чрезвычайными полномочиями и полной ответственностью за результат - современное общество пытается вручить вам ответственность без какой-либо власти. Таким образом, пассионарность и инициативность среди простых людей и низовых представителей бюрократически-полицейского государственного аппарата подавляется, власть принимать решения остаётся лишь у верхушки госаппарата, которая по очевидным причинам живёт в сильном социальном отрыве от простого народа, и проблемы этого самого народа ей непонятны, а часто и неизвестны. Возникает система, которую в американском дискурсе окрестили анархототалитаризмом.
👍6💯3❤2🙊1
[продолжение предыдущего сообщения]
При анархототалитаризме государственная власть жёстко контролирует общественную жизнь, но при этом толком ни за что не отвечает. В старые времена до появления систем мгновенной коммуникации правивший в провинции наместник центральной власти обладал почти неограниченной властью на вверенной ему территории и мог решать любые проблемы. В системе, стремящейся к ограничению власти и пассионарности, государственный ставленник лишён каких-либо инструментов решения проблем и совершенно не горит желанием брать на себя ответственность за что-либо. Например, при постоянных нападениях стай диких собак в провинциальных городах России чиновник отмахивается от претензий бумажками вроде "проведены мероприятия по стерилизации" или "заключён контракт на отлов". Ну растерзали собаки ребенка, ну что вы от меня хотите? Могу ещё один контракт на отлов заключить, но фирме же невыгодно уничтожать стаю полностью, им же ещё и на следующие годы контракты нужны. Можем в суд на эту фирму подать и будем год судиться без результата, а за это время собаки ещё пару детей разорвут. Тут вон вокруг ещё зоозащитники бегают с воплями о жалости к бедным охаянным дворняжкам! При этом если жители соберутся с ружьями, проведут в городе тотальную зачистку блохастых, и разобьют лица пытающимся противостоять им "зоозащитникам", то вся мощь бюрократического и полицейского аппарата будет тут же применена против них. Нулевая толерантность к любой пассионарности и инициативе, так как пассионарность в будущем может стать угрозой власти. Эталонным примером анархототалитаризма в западных соцсетях заслуженно стала Великобритания - родина романа "1984", в которой мигранты на улицах ножами режут людей, а полиция арестовывает жертв нападений за расизм и тех, кто выкладывает в соцсети видео произошедшего.
С точки зрения теории игр, законы и практики современных государств формируют систему мотиваций, которая наказывает нормальных людей и поощряет маргиналов. Все законы работают против нормальных людей, которым есть, что терять, но при этом вообще не работают против отбитых маргиналов, против которых теоретически направлены, так как тем нечего терять, и им просто плевать на последствия. У тебя есть работа, семья, дети, имущество? Государство пройдётся по тебе по-полной и отберет больше половины твоего дохода на всяческие налоги, сборы, пошлины. У тебя ничего нет кроме ножа и готовности убивать за косой взгляд в твою сторону? Ну что же с тебя взять, вот тебе пособие на всякий случай - дай Бог никого не зарежешь в этом месяце. Из-за этого при анархототалитаризме постепенно растёт роль организованных преступных группировок, которые в отличие от бюрократического государственного аппарата могут обеспечить хоть какой-то порядок на улицах.
При анархототалитаризме государственная власть жёстко контролирует общественную жизнь, но при этом толком ни за что не отвечает. В старые времена до появления систем мгновенной коммуникации правивший в провинции наместник центральной власти обладал почти неограниченной властью на вверенной ему территории и мог решать любые проблемы. В системе, стремящейся к ограничению власти и пассионарности, государственный ставленник лишён каких-либо инструментов решения проблем и совершенно не горит желанием брать на себя ответственность за что-либо. Например, при постоянных нападениях стай диких собак в провинциальных городах России чиновник отмахивается от претензий бумажками вроде "проведены мероприятия по стерилизации" или "заключён контракт на отлов". Ну растерзали собаки ребенка, ну что вы от меня хотите? Могу ещё один контракт на отлов заключить, но фирме же невыгодно уничтожать стаю полностью, им же ещё и на следующие годы контракты нужны. Можем в суд на эту фирму подать и будем год судиться без результата, а за это время собаки ещё пару детей разорвут. Тут вон вокруг ещё зоозащитники бегают с воплями о жалости к бедным охаянным дворняжкам! При этом если жители соберутся с ружьями, проведут в городе тотальную зачистку блохастых, и разобьют лица пытающимся противостоять им "зоозащитникам", то вся мощь бюрократического и полицейского аппарата будет тут же применена против них. Нулевая толерантность к любой пассионарности и инициативе, так как пассионарность в будущем может стать угрозой власти. Эталонным примером анархототалитаризма в западных соцсетях заслуженно стала Великобритания - родина романа "1984", в которой мигранты на улицах ножами режут людей, а полиция арестовывает жертв нападений за расизм и тех, кто выкладывает в соцсети видео произошедшего.
С точки зрения теории игр, законы и практики современных государств формируют систему мотиваций, которая наказывает нормальных людей и поощряет маргиналов. Все законы работают против нормальных людей, которым есть, что терять, но при этом вообще не работают против отбитых маргиналов, против которых теоретически направлены, так как тем нечего терять, и им просто плевать на последствия. У тебя есть работа, семья, дети, имущество? Государство пройдётся по тебе по-полной и отберет больше половины твоего дохода на всяческие налоги, сборы, пошлины. У тебя ничего нет кроме ножа и готовности убивать за косой взгляд в твою сторону? Ну что же с тебя взять, вот тебе пособие на всякий случай - дай Бог никого не зарежешь в этом месяце. Из-за этого при анархототалитаризме постепенно растёт роль организованных преступных группировок, которые в отличие от бюрократического государственного аппарата могут обеспечить хоть какой-то порядок на улицах.
👍8🤔3
[продолжение предыдущего сообщения]
Во все времена права и ответственность всегда шли бок о бок друг с другом. Права аристократов по отношению к крестьянам в сословном обществе были неотделимы от необходимости платить налог кровью за их защиту. Ответственность мужа за благополучие семьи была неотделима от его прав как главы семейства. Обязанность отца и матери вырастить и воспитать ребёнка была неотделима от прав решать на ком, тому жениться. Муж в браке, родитель в семье, учитель в школе, мелкий чиновник в администрации города при анархототалитаризме полностью лишены дисциплинарной власти по отношению к тем, за кого они должны отвечать. Естественной реакцией становится полный отказ от ответственности. Что современный брак предлагает мужчине? Тяжело работать, обеспечивать жену и детей, копить имущество, чтобы однажды одним росчерком пера потерять всё это при разводе? Спасибо, не надо. Что современная семья предлагает отцу и матери? Тяжело работать, ухаживать за детьми, воспитывать их, обеспечивать их до двадцати лет, чтобы потом никак не мочь повлиять на то, чтобы дочь не вступила в отношения с каким-нибудь идиотом и подонком, а сын не бездельничал до тридцати? Спасибо, не надо. Что современная школа предлагает учителю? Отвечать за сохранность ребёнка, быть обязанным научить его чему-то, заполняя при этом тысячи бумажек, но даже не мочь по-настоящему наказать отбитых отморозков и выгнать их из школы? Спасибо, не надо. Что современная городская администрация предлагает чиновнику? Отвечать за безопасность и инфраструктуру в городе, не имея никакой реальной власти на вверенной ему территории? Спасибо, не надо.
По сути, современный демографический кризис, а прямыми словами, вымирание - это бунт общества против анархототалитаризма, этакая обратная связь на разрушенную систему мотиваций. Современные анархототалитарные системы пожирают сами себя изнутри, и однажды, совсем скоро по историческим меркам, пожрут себя до конца. Попытки исправления демографического кризиса с помощью новых законов и регуляций только ускорит падение. Как писал Тацит - corruptissima re publica plurimae leges - в самом испорченном государстве больше всего законов, или, как перефразировали это изречение интернет-цитатники, чем ближе государство к падению, тем больше в нём законов. Система, в которой ответственность полностью отделена от власти, нежизнеспособна. Бог разрушает вавилонские башни без единого касания - они сами рушатся под своим собственным весом.
Во все времена права и ответственность всегда шли бок о бок друг с другом. Права аристократов по отношению к крестьянам в сословном обществе были неотделимы от необходимости платить налог кровью за их защиту. Ответственность мужа за благополучие семьи была неотделима от его прав как главы семейства. Обязанность отца и матери вырастить и воспитать ребёнка была неотделима от прав решать на ком, тому жениться. Муж в браке, родитель в семье, учитель в школе, мелкий чиновник в администрации города при анархототалитаризме полностью лишены дисциплинарной власти по отношению к тем, за кого они должны отвечать. Естественной реакцией становится полный отказ от ответственности. Что современный брак предлагает мужчине? Тяжело работать, обеспечивать жену и детей, копить имущество, чтобы однажды одним росчерком пера потерять всё это при разводе? Спасибо, не надо. Что современная семья предлагает отцу и матери? Тяжело работать, ухаживать за детьми, воспитывать их, обеспечивать их до двадцати лет, чтобы потом никак не мочь повлиять на то, чтобы дочь не вступила в отношения с каким-нибудь идиотом и подонком, а сын не бездельничал до тридцати? Спасибо, не надо. Что современная школа предлагает учителю? Отвечать за сохранность ребёнка, быть обязанным научить его чему-то, заполняя при этом тысячи бумажек, но даже не мочь по-настоящему наказать отбитых отморозков и выгнать их из школы? Спасибо, не надо. Что современная городская администрация предлагает чиновнику? Отвечать за безопасность и инфраструктуру в городе, не имея никакой реальной власти на вверенной ему территории? Спасибо, не надо.
По сути, современный демографический кризис, а прямыми словами, вымирание - это бунт общества против анархототалитаризма, этакая обратная связь на разрушенную систему мотиваций. Современные анархототалитарные системы пожирают сами себя изнутри, и однажды, совсем скоро по историческим меркам, пожрут себя до конца. Попытки исправления демографического кризиса с помощью новых законов и регуляций только ускорит падение. Как писал Тацит - corruptissima re publica plurimae leges - в самом испорченном государстве больше всего законов, или, как перефразировали это изречение интернет-цитатники, чем ближе государство к падению, тем больше в нём законов. Система, в которой ответственность полностью отделена от власти, нежизнеспособна. Бог разрушает вавилонские башни без единого касания - они сами рушатся под своим собственным весом.
👍23🔥6👏2❤1👎1
Термодинамика и мораль
В своих эссе я часто упоминаю гильотину Юма - согласно этому философскому принципу, морально-этические суждения невыводимы из описания законов природы: как должно быть не выводится из того, как оно есть, а права человека не выводятся из уравнений квантовой механики. На абстрактно-теоретическом уровне это утверждение шотландского мыслителя Дэвида Юма верно, но на практике мораль и этика всё же имеют вполне рациональные корни, произрастающие из законов математики и физики.
В своей книге "Сумма технологий" польский писатель-фантаст Станислав Лем приводит следующий пример выведения морали из законов физики. Согласно термодинамике, жизнь представляет собой упорядоченную динамическую структуру в мире постоянно увеличивающегося беспорядка. Если в окружающей среде энтропия (мера беспорядка) постоянно растёт, то живой организм - это островок порядка в море хаоса, на котором энтропия наоборот падает. Переход от упорядоченного состояния к беспорядочному гораздо более вероятен и менее энергозатратен, чем обратный переход от беспорядка к порядку, поэтому появление и поддержание жизни - это огромный труд, а вот смерть происходит внезапно и необратимо. Лем пишет, что если бы убийство не было бы необратимым, то оно не считалось бы у людей чем-то плохим.
Кроме физики на мораль также влияет и математическая теория игр. Например, рабство стало считаться плохим по сугубо экономическим причинам. С точки зрения теории игр, у раба всегда низкая мотивация к труду, из-за этого рабский труд всегда чудовищно неэффективен. Один только кнут без пряника не может достаточно замотивировать человека плодотворно работать, а тем более внедрять инновации и оптимизировать свой труд. Общества без рабского труда экономически эффективнее рабовладельческих обществ, поэтому они всегда побеждают в военных и экономических столкновениях - эволюционный отбор попросту стирает рабовладельческие общества с лица Земли. То же самое происходит и с запретом воровства - в обществе, где воровство наказывается, а собственность защищается, люди мотивированы зарабатывать своим трудом и умом, и происходит накопление большего экономического богатства, чем в обществах с большей толерантностью к воровству и отъёму имущества.
Священность человеческой жизни и следующее из неё порицание абортов с точки зрения теории игр - это долговременно выигрышная стратегия, приводящая к увеличению числа носителей этой моральной установки. Однако, в современной экономической модели благосклонное отношение к абортам и отсутствию детей придаёт экономике кратковременный импульс - женщины демпингуют стоимость работ на рынке труда, и мужчины вместе с женщинами могут пустить деньги на потребление вместо детей. Это даёт кратковременный экономический всплеск, но в долгосрочной перспективе приводит к краху общества. Математическими же причинами обусловлено и положительное отношение к свободе слова. Общества, в которых текущие практики могут быть подвергнуты критике и изменены, быстрее адаптируются к меняющимся внешним условиям, а следовательно более живучи.
Таким образом, несмотря на то, что в философской теории этические аксиомы первичны и невыводимы из законов мироздания, на практике дело обстоит как раз наоборот - общепринятые этические нормы являются следствиями математических и физических ограничений.
В своих эссе я часто упоминаю гильотину Юма - согласно этому философскому принципу, морально-этические суждения невыводимы из описания законов природы: как должно быть не выводится из того, как оно есть, а права человека не выводятся из уравнений квантовой механики. На абстрактно-теоретическом уровне это утверждение шотландского мыслителя Дэвида Юма верно, но на практике мораль и этика всё же имеют вполне рациональные корни, произрастающие из законов математики и физики.
В своей книге "Сумма технологий" польский писатель-фантаст Станислав Лем приводит следующий пример выведения морали из законов физики. Согласно термодинамике, жизнь представляет собой упорядоченную динамическую структуру в мире постоянно увеличивающегося беспорядка. Если в окружающей среде энтропия (мера беспорядка) постоянно растёт, то живой организм - это островок порядка в море хаоса, на котором энтропия наоборот падает. Переход от упорядоченного состояния к беспорядочному гораздо более вероятен и менее энергозатратен, чем обратный переход от беспорядка к порядку, поэтому появление и поддержание жизни - это огромный труд, а вот смерть происходит внезапно и необратимо. Лем пишет, что если бы убийство не было бы необратимым, то оно не считалось бы у людей чем-то плохим.
Кроме физики на мораль также влияет и математическая теория игр. Например, рабство стало считаться плохим по сугубо экономическим причинам. С точки зрения теории игр, у раба всегда низкая мотивация к труду, из-за этого рабский труд всегда чудовищно неэффективен. Один только кнут без пряника не может достаточно замотивировать человека плодотворно работать, а тем более внедрять инновации и оптимизировать свой труд. Общества без рабского труда экономически эффективнее рабовладельческих обществ, поэтому они всегда побеждают в военных и экономических столкновениях - эволюционный отбор попросту стирает рабовладельческие общества с лица Земли. То же самое происходит и с запретом воровства - в обществе, где воровство наказывается, а собственность защищается, люди мотивированы зарабатывать своим трудом и умом, и происходит накопление большего экономического богатства, чем в обществах с большей толерантностью к воровству и отъёму имущества.
Священность человеческой жизни и следующее из неё порицание абортов с точки зрения теории игр - это долговременно выигрышная стратегия, приводящая к увеличению числа носителей этой моральной установки. Однако, в современной экономической модели благосклонное отношение к абортам и отсутствию детей придаёт экономике кратковременный импульс - женщины демпингуют стоимость работ на рынке труда, и мужчины вместе с женщинами могут пустить деньги на потребление вместо детей. Это даёт кратковременный экономический всплеск, но в долгосрочной перспективе приводит к краху общества. Математическими же причинами обусловлено и положительное отношение к свободе слова. Общества, в которых текущие практики могут быть подвергнуты критике и изменены, быстрее адаптируются к меняющимся внешним условиям, а следовательно более живучи.
Таким образом, несмотря на то, что в философской теории этические аксиомы первичны и невыводимы из законов мироздания, на практике дело обстоит как раз наоборот - общепринятые этические нормы являются следствиями математических и физических ограничений.
👍15🔥5❤2🥴2❤🔥1
Диктат бет и протон патриархата
Недавно я наткнулся на пост одного американского блогера о причинах текущего кризиса отношений между мужчинами и женщинами, краха института семьи и падения рождаемости. Я чуть было не закончил предыдущее предложение словами "в развитых странах", но тут же одёрнул себя - этот кризис уже везде: недавно ниже уровня воспроизводства населения рухнула даже Индия. Необходимый уровень рождаемости сохраняется пока что только в Африке, но и она летит вниз по той же траектории. Так вот, рассуждения того блогера натолкнули меня на размышления о ключевом противоречии между природным и социальным началами человека, приводящему к разрушению цивилизации.
Начнём немного издалека. В физике элементарных частиц существуют стабильные и нестабильные конфигурации - например, протон стабилен и может существовать бесконечно долго, а какой-нибудь мюон нестабилен, существует лишь в течение нескольких микросекунд и тут же распадается на электрон и два нейтрино. Точно такие же стабильные и нестабильные конфигурации существуют и в социальном устройстве общества.
Человек - существо, сотни тысяч лет эволюционировавшее в африканской саванне и жившее там в составе небольших групп по несколько десятков особей максимум. В последние десять тысяч лет, начиная с появления земледелия, люди стали жить в крупных сообществах по несколько сотен, а иногда и тысяч человек. А в последние двести лет научно-технический прогресс привёл к резкому усложнению технологических цепочек и экономических взаимосвязей и необходимости концентрировать в одном месте сотни тысяч и а порой даже миллионы людей. Мозг выросшей в саванне обезьяны оказался к этому не готов.
Противоречие между природным и социальным началом существовало с самого появления цивилизации, но до концентрации миллионов людей в городах, вопрос не стоял так остро. В дикой природе самые важные признаки качественного мужчины - это грубая сила, высокий рост, решимость идти на конфликт, наглость, неподчиняемость. Природное начало женщин тянется именно к таким мужчинам, чей собирательный образ - беспринципный альфа-самец, оплодотворяющий десятки самок и бросающий их, чтобы пойти оплодотворять других. С генетической точки зрения для женщин зачать ребенка от такого мужчины крайне выгодно - ведь его гены с большой вероятностью сделают таких же альф-плодотворителей из её сыновей. Но для воспитания детей нужен постоянный поток ресурсов, который от альфа-самца обычно не поступает - альфа ресурсами не делится, поэтому женщины вынуждены жить с другими самцами сообщества, которые поддерживают их ресурсно. Женщинам приходится рожать часть детей от этих ресурсных самцов, которые в данной зоологической интернет-терминологии называют бетами или бета-баксами (от слова бакс-доллар) или провайдерами (кормильцами). Альфа и бета - это две разные стабильные эволюционные стратегии размножения. Альфы безумно привлекательны для женщин - с ними спят просто так лишь бы заполучить их гены. Беты не привлекают женщин на физическом уровне как альфы, но с ними готовы спать за ресурсы. Другие же самцы, не обладающие ни физической привлекательности, ни ресурсами, не воспринимаются женщинами как люди вообще - таких в терминологии обычно называют гаммами. Половой отбор - бессердечная система.
Недавно я наткнулся на пост одного американского блогера о причинах текущего кризиса отношений между мужчинами и женщинами, краха института семьи и падения рождаемости. Я чуть было не закончил предыдущее предложение словами "в развитых странах", но тут же одёрнул себя - этот кризис уже везде: недавно ниже уровня воспроизводства населения рухнула даже Индия. Необходимый уровень рождаемости сохраняется пока что только в Африке, но и она летит вниз по той же траектории. Так вот, рассуждения того блогера натолкнули меня на размышления о ключевом противоречии между природным и социальным началами человека, приводящему к разрушению цивилизации.
Начнём немного издалека. В физике элементарных частиц существуют стабильные и нестабильные конфигурации - например, протон стабилен и может существовать бесконечно долго, а какой-нибудь мюон нестабилен, существует лишь в течение нескольких микросекунд и тут же распадается на электрон и два нейтрино. Точно такие же стабильные и нестабильные конфигурации существуют и в социальном устройстве общества.
Человек - существо, сотни тысяч лет эволюционировавшее в африканской саванне и жившее там в составе небольших групп по несколько десятков особей максимум. В последние десять тысяч лет, начиная с появления земледелия, люди стали жить в крупных сообществах по несколько сотен, а иногда и тысяч человек. А в последние двести лет научно-технический прогресс привёл к резкому усложнению технологических цепочек и экономических взаимосвязей и необходимости концентрировать в одном месте сотни тысяч и а порой даже миллионы людей. Мозг выросшей в саванне обезьяны оказался к этому не готов.
Противоречие между природным и социальным началом существовало с самого появления цивилизации, но до концентрации миллионов людей в городах, вопрос не стоял так остро. В дикой природе самые важные признаки качественного мужчины - это грубая сила, высокий рост, решимость идти на конфликт, наглость, неподчиняемость. Природное начало женщин тянется именно к таким мужчинам, чей собирательный образ - беспринципный альфа-самец, оплодотворяющий десятки самок и бросающий их, чтобы пойти оплодотворять других. С генетической точки зрения для женщин зачать ребенка от такого мужчины крайне выгодно - ведь его гены с большой вероятностью сделают таких же альф-плодотворителей из её сыновей. Но для воспитания детей нужен постоянный поток ресурсов, который от альфа-самца обычно не поступает - альфа ресурсами не делится, поэтому женщины вынуждены жить с другими самцами сообщества, которые поддерживают их ресурсно. Женщинам приходится рожать часть детей от этих ресурсных самцов, которые в данной зоологической интернет-терминологии называют бетами или бета-баксами (от слова бакс-доллар) или провайдерами (кормильцами). Альфа и бета - это две разные стабильные эволюционные стратегии размножения. Альфы безумно привлекательны для женщин - с ними спят просто так лишь бы заполучить их гены. Беты не привлекают женщин на физическом уровне как альфы, но с ними готовы спать за ресурсы. Другие же самцы, не обладающие ни физической привлекательности, ни ресурсами, не воспринимаются женщинами как люди вообще - таких в терминологии обычно называют гаммами. Половой отбор - бессердечная система.
👍5❤4
[продолжение]
В природном сообществе людей процветает жёсткая гипергамия. Небольшой верхний процент мужчин по привлекательности, состоящий из альфа-самцов, получают внимание всех женщин - за их гены женщины готовы бороться друг с другом насмерть. Несколько десятков процентов топа мужчин становятся бета-баксами и получают женщин в обмен на поток ресурсов, но никогда не чувствуют себя такими же желанными как альфы. Остальные просто не проходят половой отбор. Эта система стабильно работала сотнями тысяч лет.
Проблема началась с появлением сельского хозяйства, осёдлого образа жизни и начала социальной эволюции - то есть естественного отбора сообществ. Обработка земли - тяжёлый труд, поэтому в сельскохозяйственных работах должны участвовать все члены группы, и чем больше группа, тем эффективнее хозяйство. Слово "цивилизация" происходит от корня "цивил", то есть "городской": когда люди стали селиться рядом большими группами для обработки громадных участков земли, возникли первые прото-города - это и стало началом цивилизации. И эта цивилизация тут же вступила в конфликт с природным началом человека.
Кто будет обрабатывать поля? Альфы пахать не будут: их ключевой интерес - захват и удержание власти. Из альф позже сформировалось сословие воинов-кшатриев. Беты, из которых позже сформируется сословие торговцев-вайшьев и сословие жрецов-брахманов, одни сельское хозяйство на себе вывезти не могут. Поэтому нужно было как-то привлечь к сельскому хозяйству основную массу мужчин - не проходивших половой отбор гамм, из которых позже сформируется сословие крестьян-шудр. Просто так грубой силой заставить человека, тем более дикаря, тяжело работать невозможно. Ради чего ему работать? Решением проблемы стал постепенный переход к моногамии и патриархату - с помощью социальных норм каждому мужчине, условно говоря, выдали по женщине. Если раньше в гипергамном природном сообществе все женщины спали лишь с топовыми по привлекательности мужчинами, то в цивилизованном обществе им пришлось спать лишь с одним мужчиной и рожать детей только от него - именно тогда стал так важен вопрос отцовства, которому в диких племенах не уделяется никакого внимания, и стали порицаться измены. Большинство мужчин, у которых до этого не было шансов, получили женщину, детей, власть в семье, а следовательно и мотивацию тяжело пахать за ресурсы. Кроме того, у них сильно уменьшилась мотивация бунтовать против вождя и насиловать других женщин.
Конечно же, альфы не обделили себя гаремами и продолжили спать со всеми подряд, но всё же позволить такое себе теперь могли только те, кто закарабкался на самую вершину социальной пирамиды - цари и их приближенные. Остальных же альф цивилизованное общество стало подавлять - любого альфу незнатного происхождения, посягнувшего на власть царя, быстро уничтожали. Так как альфы по природе не подчиняются, а жизнь и работа в составе крупной группы людей требует иерархичности, сформировавшийся прото-госаппарат тут же начал работать на подавление пассионарности и уничтожение альф. Альфой позволялось быть только царю, и может быть, окружавшей царя верхушке. Из них и сформировалось воинское сословие, которое за своё положение в обществе получило ответственность по защите этого общества от внешних врагов и по наведению порядка внутри. Общества, которые смогли перестроиться на эту модель, за счёт использования сельского хозяйства получили огромный прирост производства пищи, а следовательно численности населения, и постепенно победили все остальные племена в вооружённой борьбе. Так моногамная патриархальная структура общества быстро победила в социальной эволюции.
В природном сообществе людей процветает жёсткая гипергамия. Небольшой верхний процент мужчин по привлекательности, состоящий из альфа-самцов, получают внимание всех женщин - за их гены женщины готовы бороться друг с другом насмерть. Несколько десятков процентов топа мужчин становятся бета-баксами и получают женщин в обмен на поток ресурсов, но никогда не чувствуют себя такими же желанными как альфы. Остальные просто не проходят половой отбор. Эта система стабильно работала сотнями тысяч лет.
Проблема началась с появлением сельского хозяйства, осёдлого образа жизни и начала социальной эволюции - то есть естественного отбора сообществ. Обработка земли - тяжёлый труд, поэтому в сельскохозяйственных работах должны участвовать все члены группы, и чем больше группа, тем эффективнее хозяйство. Слово "цивилизация" происходит от корня "цивил", то есть "городской": когда люди стали селиться рядом большими группами для обработки громадных участков земли, возникли первые прото-города - это и стало началом цивилизации. И эта цивилизация тут же вступила в конфликт с природным началом человека.
Кто будет обрабатывать поля? Альфы пахать не будут: их ключевой интерес - захват и удержание власти. Из альф позже сформировалось сословие воинов-кшатриев. Беты, из которых позже сформируется сословие торговцев-вайшьев и сословие жрецов-брахманов, одни сельское хозяйство на себе вывезти не могут. Поэтому нужно было как-то привлечь к сельскому хозяйству основную массу мужчин - не проходивших половой отбор гамм, из которых позже сформируется сословие крестьян-шудр. Просто так грубой силой заставить человека, тем более дикаря, тяжело работать невозможно. Ради чего ему работать? Решением проблемы стал постепенный переход к моногамии и патриархату - с помощью социальных норм каждому мужчине, условно говоря, выдали по женщине. Если раньше в гипергамном природном сообществе все женщины спали лишь с топовыми по привлекательности мужчинами, то в цивилизованном обществе им пришлось спать лишь с одним мужчиной и рожать детей только от него - именно тогда стал так важен вопрос отцовства, которому в диких племенах не уделяется никакого внимания, и стали порицаться измены. Большинство мужчин, у которых до этого не было шансов, получили женщину, детей, власть в семье, а следовательно и мотивацию тяжело пахать за ресурсы. Кроме того, у них сильно уменьшилась мотивация бунтовать против вождя и насиловать других женщин.
Конечно же, альфы не обделили себя гаремами и продолжили спать со всеми подряд, но всё же позволить такое себе теперь могли только те, кто закарабкался на самую вершину социальной пирамиды - цари и их приближенные. Остальных же альф цивилизованное общество стало подавлять - любого альфу незнатного происхождения, посягнувшего на власть царя, быстро уничтожали. Так как альфы по природе не подчиняются, а жизнь и работа в составе крупной группы людей требует иерархичности, сформировавшийся прото-госаппарат тут же начал работать на подавление пассионарности и уничтожение альф. Альфой позволялось быть только царю, и может быть, окружавшей царя верхушке. Из них и сформировалось воинское сословие, которое за своё положение в обществе получило ответственность по защите этого общества от внешних врагов и по наведению порядка внутри. Общества, которые смогли перестроиться на эту модель, за счёт использования сельского хозяйства получили огромный прирост производства пищи, а следовательно численности населения, и постепенно победили все остальные племена в вооружённой борьбе. Так моногамная патриархальная структура общества быстро победила в социальной эволюции.
💘3👍2❤1🤔1
[продолжение]
Уже тут проглядывается ключевое противоречие природы и цивилизации - цивилизация вынужденно подавляет в мужчинах привлекательные для женщин черты, а женщин заставляет спать с непривлекательными для них мужчинами. И чем структурно сложнее цивилизация, тем выше уровень подавления пассионарности в мужчинах. Когда цивилизация выросла на невиданный до этого уровень миллионных мегаполисов, подавление пассионарности стало абсолютным, что привело к ранее описанному мною анархототалитаризму. Полицейский аппарат государства жёстко карает любое отступление от социальных норм. Поэтому в современном обществе ключевой производящей силой стал неконфликтный работяга или офисный работник - персонаж, принципиально неинтересный животному началу женщин - полная противоположность альфа-самца. Женщины жалуются, что нет хороших мужчин, так как офисные мужчины с подавленной пассионарностью не рассматриваются в качестве людей вообще.
В двадцатом веке мы попали в катастрофу. Была разрушена царствовавшая тысячи лет до этого система патриархата - власти отцов, при которой отец семейства обладал юридической и фактической полнотой власти в семье, решал на ком женятся сыновья, за кого выйдут замуж дочери. В большинстве стран до середины двадцатого века развод был принципиально невозможен, женщины не могли сами открыть банковский счёт или даже получить отдельный от мужчин паспорт для путешествий - обычно женщины и дети просто вписывались в паспорт мужчины. В турбулентности быстрых технологических и социальных изменений двадцатого века система патриархата была уничтожена, и сформировалась безумная ситуация - возникла полная свобода браков и разводов: люди смогли жениться друг на друге без одобрения родителей и разводиться по первому желанию.
Это тут же привело к откату к доцивилизационной модели сексуальных отношений - гипергамии. Альфа-самцы, включая не только действительно выдающихся мужчин на вершине социальной иерархии, но и безработных наглых красавчиков-альфонсов, опять получили всё внимание женщин, чьему природному началу они так привлекательны, а беты и гаммы лишились всякой мотивации работать. Зачем им тяжело работать и заводить детей, если по современному законодательству большинства стран женщина может им изменить без каких-либо последствий, и после измены ещё и отобрать половину нажитого имущества? Неудивительно, что институт семьи тут же рухнул, а рождаемость полетела вниз. Кроме того, большинство мужчин сильно озлобились на сложившуюся ситуацию - их лишили всех прав, но пытаются навесить ответственность. Это привело к тому, что в большинстве развитых стран молодые мужчины, условные зумеры, посмотрев на разводы своих родителей и распутных и наглых ровесниц с выжженным социальными сетями мозгом, оказались полностью демотивированы работать и строить карьеру, разумно полагая, что затраченные усилия в сложившейся системе не приведут ни к чему хорошему. Зачем мужчинам брак, если для них он не несет никакой выгоды и прав, но только обязанности и лишения? Зачем им это общество, если оно настроено против них? Пусть уж лучше оно горит синим пламенем.
Уже тут проглядывается ключевое противоречие природы и цивилизации - цивилизация вынужденно подавляет в мужчинах привлекательные для женщин черты, а женщин заставляет спать с непривлекательными для них мужчинами. И чем структурно сложнее цивилизация, тем выше уровень подавления пассионарности в мужчинах. Когда цивилизация выросла на невиданный до этого уровень миллионных мегаполисов, подавление пассионарности стало абсолютным, что привело к ранее описанному мною анархототалитаризму. Полицейский аппарат государства жёстко карает любое отступление от социальных норм. Поэтому в современном обществе ключевой производящей силой стал неконфликтный работяга или офисный работник - персонаж, принципиально неинтересный животному началу женщин - полная противоположность альфа-самца. Женщины жалуются, что нет хороших мужчин, так как офисные мужчины с подавленной пассионарностью не рассматриваются в качестве людей вообще.
В двадцатом веке мы попали в катастрофу. Была разрушена царствовавшая тысячи лет до этого система патриархата - власти отцов, при которой отец семейства обладал юридической и фактической полнотой власти в семье, решал на ком женятся сыновья, за кого выйдут замуж дочери. В большинстве стран до середины двадцатого века развод был принципиально невозможен, женщины не могли сами открыть банковский счёт или даже получить отдельный от мужчин паспорт для путешествий - обычно женщины и дети просто вписывались в паспорт мужчины. В турбулентности быстрых технологических и социальных изменений двадцатого века система патриархата была уничтожена, и сформировалась безумная ситуация - возникла полная свобода браков и разводов: люди смогли жениться друг на друге без одобрения родителей и разводиться по первому желанию.
Это тут же привело к откату к доцивилизационной модели сексуальных отношений - гипергамии. Альфа-самцы, включая не только действительно выдающихся мужчин на вершине социальной иерархии, но и безработных наглых красавчиков-альфонсов, опять получили всё внимание женщин, чьему природному началу они так привлекательны, а беты и гаммы лишились всякой мотивации работать. Зачем им тяжело работать и заводить детей, если по современному законодательству большинства стран женщина может им изменить без каких-либо последствий, и после измены ещё и отобрать половину нажитого имущества? Неудивительно, что институт семьи тут же рухнул, а рождаемость полетела вниз. Кроме того, большинство мужчин сильно озлобились на сложившуюся ситуацию - их лишили всех прав, но пытаются навесить ответственность. Это привело к тому, что в большинстве развитых стран молодые мужчины, условные зумеры, посмотрев на разводы своих родителей и распутных и наглых ровесниц с выжженным социальными сетями мозгом, оказались полностью демотивированы работать и строить карьеру, разумно полагая, что затраченные усилия в сложившейся системе не приведут ни к чему хорошему. Зачем мужчинам брак, если для них он не несет никакой выгоды и прав, но только обязанности и лишения? Зачем им это общество, если оно настроено против них? Пусть уж лучше оно горит синим пламенем.
👍3❤1🤔1💘1
[продолжение]
Женщины тоже страдают от сложившейся системы. Топовые мужчины-альфы с помощью социальных сетей и приложений для знакомств получили непрекращающийся поток секса без обязательств. В первобытной группе из нескольких десятков человек альфа всё-таки формировал какие-то отношения со своими женщинами, защищал их, иногда подкармливал. В городах-миллионниках привлекательные мужчины могут спать с женщинами вообще без каких-либо вложений с их стороны - переспал и забыл. Из-за этого женщины эмоционально страдают - ноют, что нет хороших мужчин. И именно женщины в западных странах больше всего поддерживают завоз дикарей-мигрантов, так как в этих дикарях их животное начало чувствует привлекающую их первобытную силу. Несмотря на страдания в текущей ситуации женщин до безумия пугает возвращение патриархата, так как их животное начало выступает решительно против того, что им придётся быть замужем за непривлекательными для них мужчинами - женщины предпочитают этому одиночество с редким вниманием от альф. Животное подсознание шепчет им, что лучше быть изнасилованной дикарём, чем жить в браке с неконфликтным работягой.
Основная проблема состоит в том, что сложившаяся ситуация, подобно мюону в физике элементарных частиц, нестабильна и не может существовать продолжительное время. Сложные технологические и экономические механизмы современной цивилизации принципиально несовместимы с доисторической моделью гипергамных отношений. Кризис рождаемости с резким сокращением количества населения в перспективе ближайших пары десятилетий приведёт к тотальному коллапсу экономики. Проблема рождаемости не решается дополнительными пособиями и выплатами, так как её причина системная - принципиальная несовместимость технологически и экономически сложной цивилизации с примитивной системой сексуальных отношений. Те общества, которые не сойдут с текущего пути, схлопнутся и деградируют в технологическом и социальном плане, либо будут захвачены теми самыми дикарями-неоварварами. Те же общества, которые смогут сойти с ведущих к краху рельс и вернуться к долговременно стабильной патриархальной системе социальных взаимоотношений, этакому диктату бет и гамм, унаследуют землю...
Женщины тоже страдают от сложившейся системы. Топовые мужчины-альфы с помощью социальных сетей и приложений для знакомств получили непрекращающийся поток секса без обязательств. В первобытной группе из нескольких десятков человек альфа всё-таки формировал какие-то отношения со своими женщинами, защищал их, иногда подкармливал. В городах-миллионниках привлекательные мужчины могут спать с женщинами вообще без каких-либо вложений с их стороны - переспал и забыл. Из-за этого женщины эмоционально страдают - ноют, что нет хороших мужчин. И именно женщины в западных странах больше всего поддерживают завоз дикарей-мигрантов, так как в этих дикарях их животное начало чувствует привлекающую их первобытную силу. Несмотря на страдания в текущей ситуации женщин до безумия пугает возвращение патриархата, так как их животное начало выступает решительно против того, что им придётся быть замужем за непривлекательными для них мужчинами - женщины предпочитают этому одиночество с редким вниманием от альф. Животное подсознание шепчет им, что лучше быть изнасилованной дикарём, чем жить в браке с неконфликтным работягой.
Основная проблема состоит в том, что сложившаяся ситуация, подобно мюону в физике элементарных частиц, нестабильна и не может существовать продолжительное время. Сложные технологические и экономические механизмы современной цивилизации принципиально несовместимы с доисторической моделью гипергамных отношений. Кризис рождаемости с резким сокращением количества населения в перспективе ближайших пары десятилетий приведёт к тотальному коллапсу экономики. Проблема рождаемости не решается дополнительными пособиями и выплатами, так как её причина системная - принципиальная несовместимость технологически и экономически сложной цивилизации с примитивной системой сексуальных отношений. Те общества, которые не сойдут с текущего пути, схлопнутся и деградируют в технологическом и социальном плане, либо будут захвачены теми самыми дикарями-неоварварами. Те же общества, которые смогут сойти с ведущих к краху рельс и вернуться к долговременно стабильной патриархальной системе социальных взаимоотношений, этакому диктату бет и гамм, унаследуют землю...
🥴15🔥13🤔6😍1
Бесформенное дао
Отечественную войну 1812 года из-за многонационального состава вторгшейся в тот год в Россию 600-тысячной армии Наполеона Бонапарта принято называть "нашествием двунадесяти языков". В старые времена слово "язык" часто использовалось в качестве эквивалента слова "народ". Равенство этих двух понятий имеет глубокою философскую основу. Философы-структуралисты и антропологи в XX веке обнаружили, что структура используемого нами языка сильно влияет на наше мышление и на то, как мы воспринимаем мир. По сути, язык - это линза, через которую мы смотрим на окружающий нас мир. И устройство этой линзы влияет на то, что именно мы видим. Если в нашем языке нет для чего-то отдельного слова, то в нашем мышлении нет и соответствующей этому чему-то категории - мы просто не замечаем это явление. А так как окружающий мир мы воспринимаем исключительно через призму субъективного феноменального опыта, то линза языка-мышления оказывается единственной доступной для нас реальностью. Получается, что носители разных языков, по сути, живут в различных реальностях, которые лишь отчасти соприкасаются друг с другом, и каждый отдельный народ - это обособленное население отдельной интерсубъективной реальности.
Рвботая над серией эссе "Единая наука" и пытаясь сконструировать универсальный математически-словесный аппарат для единообразного описания процессов в различных областях описания реальности - физике, экономике, биологии, истории, информатике, лингвистике и других, я натолкнулся на непреодолимое препятствие: реальность невозможно полностью описать никаким языком, потому что каждый язык порождает свою версию реальности. Если мы берём определенный математически-словесный аппарат и строим с его помощью модель мира, то мы сковываем своё восприятие рамками этой модели, и не можем ничего увидеть за её пределами. Если мы берём немного отличающиеся понятия в качестве базовых строительных блоков своей теории, то мы строим совершенно другую модель мира и, как верно заметили философы-структуралисты, мыслим уже внутри её структуры. Мы можем рисовать невероятное количество разных карт, но никогда не сможем иметь полное понимание лежащей под этими картами территории подобно тому, как в древнеиндийской притче каждый из слепых мудрецов по-разному описывали слона, ощупывая лишь определённую его часть.
Работая на уровне метаязыка и метамоделей, быстро приходишь к пониманию того, что фундаментально реальность представлет собой бесформенное Дао, или можно сказать, что никакой фундаментальной реальности нет вообще. Язык ограняет это бесформенное нечто, придаёт ему форму, и именно эта форма становится тем, что мы воспринимаем как реальность. Так как структура языка определяет структуру восприятия, а восприятие создаёт реальность. Пока форма не огранена, никакой реальности и нет. Форма есть пустота, пустота есть форма, нет пустоты, помимо формы, и нет формы, помимо пустоты. Дао, которое может быть выражено словами, не есть постоянное дао.
Отечественную войну 1812 года из-за многонационального состава вторгшейся в тот год в Россию 600-тысячной армии Наполеона Бонапарта принято называть "нашествием двунадесяти языков". В старые времена слово "язык" часто использовалось в качестве эквивалента слова "народ". Равенство этих двух понятий имеет глубокою философскую основу. Философы-структуралисты и антропологи в XX веке обнаружили, что структура используемого нами языка сильно влияет на наше мышление и на то, как мы воспринимаем мир. По сути, язык - это линза, через которую мы смотрим на окружающий нас мир. И устройство этой линзы влияет на то, что именно мы видим. Если в нашем языке нет для чего-то отдельного слова, то в нашем мышлении нет и соответствующей этому чему-то категории - мы просто не замечаем это явление. А так как окружающий мир мы воспринимаем исключительно через призму субъективного феноменального опыта, то линза языка-мышления оказывается единственной доступной для нас реальностью. Получается, что носители разных языков, по сути, живут в различных реальностях, которые лишь отчасти соприкасаются друг с другом, и каждый отдельный народ - это обособленное население отдельной интерсубъективной реальности.
Рвботая над серией эссе "Единая наука" и пытаясь сконструировать универсальный математически-словесный аппарат для единообразного описания процессов в различных областях описания реальности - физике, экономике, биологии, истории, информатике, лингвистике и других, я натолкнулся на непреодолимое препятствие: реальность невозможно полностью описать никаким языком, потому что каждый язык порождает свою версию реальности. Если мы берём определенный математически-словесный аппарат и строим с его помощью модель мира, то мы сковываем своё восприятие рамками этой модели, и не можем ничего увидеть за её пределами. Если мы берём немного отличающиеся понятия в качестве базовых строительных блоков своей теории, то мы строим совершенно другую модель мира и, как верно заметили философы-структуралисты, мыслим уже внутри её структуры. Мы можем рисовать невероятное количество разных карт, но никогда не сможем иметь полное понимание лежащей под этими картами территории подобно тому, как в древнеиндийской притче каждый из слепых мудрецов по-разному описывали слона, ощупывая лишь определённую его часть.
Работая на уровне метаязыка и метамоделей, быстро приходишь к пониманию того, что фундаментально реальность представлет собой бесформенное Дао, или можно сказать, что никакой фундаментальной реальности нет вообще. Язык ограняет это бесформенное нечто, придаёт ему форму, и именно эта форма становится тем, что мы воспринимаем как реальность. Так как структура языка определяет структуру восприятия, а восприятие создаёт реальность. Пока форма не огранена, никакой реальности и нет. Форма есть пустота, пустота есть форма, нет пустоты, помимо формы, и нет формы, помимо пустоты. Дао, которое может быть выражено словами, не есть постоянное дао.
👍15🤔4😁3🗿1💘1
Клиповое мышление и бесконечный Беслан
Первого сентября две тысячи четвёртого года произошёл страшнейший теракт в истории России - чеченские террористы под руководством Шамиля Басаева во время линейки захватили школу в Беслане вместе с детьми, их родителями и учителями. В ходе начавшегося через два дня штурма часть заложников удалось освободить, но всё же триста четырнадцать заложников погибло, сто восемьдесят шесть из них были детьми. Кровавые кадры облетели всю страну и навсегда отпечатались в умах людей. Народ потребовал от властей, чтобы подобное никогда больше не повторялось, и власти, подзакрутив гайки тут и там, в итоге смогли добиться обеспечения безопасности.
Одна из главных проблем мышления современного массового человека состоит в том, что философы-антропологи называют "клиповым мышлением" - неспособности удерживать в голове большие сложные модели и наличие реакции только на кратковременные эмоционально-нагруженные воздействия. Да и термин "клиповое мышление" появился давно, сейчас всё стало ещё хуже, и это уже можно назвать "шортсо-рилсовым мышлением". Особенно сильный эмоциональный эффект обеспечивает страх, поэтому кровавые кадры бесланской школы вызвали невероятно сильный клиповый импульс в головах людей.
Проблема состоит в том, что реальность сложна, её анализ требует глубокого расчётливого рационально-математического мышления, а не эмоциональных реакций на телевизионные кадры. Клиповый же человек не разбирается ни в статистике, ни в сложных моделях, не обращает внимание на невидимое, и поэтому крайне неверно оценивает риски и не видит реальных проблем, от одного взгляда на которые у рационально мыслящего человека седеют волосы на голове.
Был ли теракт в Беслане страшной трагедией? Да, был. Жалко ли погибших в нём детей и взрослых? Да, жалко. Злодеи ли террористы? Да, им нет оправдания. Являлся ли теракт математически значимым ударом по народу России? Нет, не являлся. В нём погибло сто восемьдесят детей. А знаете сколько в том же две тысячи четвертом году было сделано абортов? Миллион шестьсот тысяч - то есть примерно по четыре тысячи триста восемьдесят абортов в день или по сто восемьдесят два аборта в час. То есть, в том самом страшном теракте в истории России погибло столько же детей, сколько будущих детей система "прерывания беременности" в тот год уничтожала за час! Но в обществе спектакля того, чего нет в телевизоре, не существует вообще, поэтому эта гигантская, но не локализованная в пространстве мясорубка никого особо не интересовала. С распространением контрацепции и некоторыми стараниями властей работу мясорубки с тех пор удалось урезать до четырёхсот сорока тысяч абортов в год, что составляет "всего-лишь" шесть с половиной Бесланов в день. Хоть на том спасибо.
Но теперь рядом с той мясорубкой появилась другая - уже полностью невидимая. Если от абортов остаются хотя бы окровавленные ошмётки эмбрионов, то работа этой второй машины вообще не оставляет следов. Это машина нерождённых детей - экономическая нестабильность, разрушение института брака, дорожающая недвижимость, невозможность среднесрочного планирования приводят к одному бесконечному невидимому Беслану. В России показатель рождаемости в прошлом году составил жалкие 1.37 ребенка на женщину, что сильно ниже уровня простого воспроизведения населения. Но если честно, по моим субъективным впечатлениям, даже эта цифра сильно завышена - у большинства моих знакомых из крупных городов возрастом около тридцати лет либо вообще нет детей, либо только один ребенок.
Согласно данным Росстата с 1991 по 2021 годы в России было абортировано пятьдесят миллионов детей. Сколько же уничтожила вторая, полностью невидимая машина геноцида даже страшно себе представить. Последствия этого стремительного коллапса рождаемости для экономики будут ужасающими: все экономические модели показывают падение в разы худшее, чем при катастрофе бронзового века. Но это почти никого не интересует, ведь в телевизоре нет соответствующего клипа.
Первого сентября две тысячи четвёртого года произошёл страшнейший теракт в истории России - чеченские террористы под руководством Шамиля Басаева во время линейки захватили школу в Беслане вместе с детьми, их родителями и учителями. В ходе начавшегося через два дня штурма часть заложников удалось освободить, но всё же триста четырнадцать заложников погибло, сто восемьдесят шесть из них были детьми. Кровавые кадры облетели всю страну и навсегда отпечатались в умах людей. Народ потребовал от властей, чтобы подобное никогда больше не повторялось, и власти, подзакрутив гайки тут и там, в итоге смогли добиться обеспечения безопасности.
Одна из главных проблем мышления современного массового человека состоит в том, что философы-антропологи называют "клиповым мышлением" - неспособности удерживать в голове большие сложные модели и наличие реакции только на кратковременные эмоционально-нагруженные воздействия. Да и термин "клиповое мышление" появился давно, сейчас всё стало ещё хуже, и это уже можно назвать "шортсо-рилсовым мышлением". Особенно сильный эмоциональный эффект обеспечивает страх, поэтому кровавые кадры бесланской школы вызвали невероятно сильный клиповый импульс в головах людей.
Проблема состоит в том, что реальность сложна, её анализ требует глубокого расчётливого рационально-математического мышления, а не эмоциональных реакций на телевизионные кадры. Клиповый же человек не разбирается ни в статистике, ни в сложных моделях, не обращает внимание на невидимое, и поэтому крайне неверно оценивает риски и не видит реальных проблем, от одного взгляда на которые у рационально мыслящего человека седеют волосы на голове.
Был ли теракт в Беслане страшной трагедией? Да, был. Жалко ли погибших в нём детей и взрослых? Да, жалко. Злодеи ли террористы? Да, им нет оправдания. Являлся ли теракт математически значимым ударом по народу России? Нет, не являлся. В нём погибло сто восемьдесят детей. А знаете сколько в том же две тысячи четвертом году было сделано абортов? Миллион шестьсот тысяч - то есть примерно по четыре тысячи триста восемьдесят абортов в день или по сто восемьдесят два аборта в час. То есть, в том самом страшном теракте в истории России погибло столько же детей, сколько будущих детей система "прерывания беременности" в тот год уничтожала за час! Но в обществе спектакля того, чего нет в телевизоре, не существует вообще, поэтому эта гигантская, но не локализованная в пространстве мясорубка никого особо не интересовала. С распространением контрацепции и некоторыми стараниями властей работу мясорубки с тех пор удалось урезать до четырёхсот сорока тысяч абортов в год, что составляет "всего-лишь" шесть с половиной Бесланов в день. Хоть на том спасибо.
Но теперь рядом с той мясорубкой появилась другая - уже полностью невидимая. Если от абортов остаются хотя бы окровавленные ошмётки эмбрионов, то работа этой второй машины вообще не оставляет следов. Это машина нерождённых детей - экономическая нестабильность, разрушение института брака, дорожающая недвижимость, невозможность среднесрочного планирования приводят к одному бесконечному невидимому Беслану. В России показатель рождаемости в прошлом году составил жалкие 1.37 ребенка на женщину, что сильно ниже уровня простого воспроизведения населения. Но если честно, по моим субъективным впечатлениям, даже эта цифра сильно завышена - у большинства моих знакомых из крупных городов возрастом около тридцати лет либо вообще нет детей, либо только один ребенок.
Согласно данным Росстата с 1991 по 2021 годы в России было абортировано пятьдесят миллионов детей. Сколько же уничтожила вторая, полностью невидимая машина геноцида даже страшно себе представить. Последствия этого стремительного коллапса рождаемости для экономики будут ужасающими: все экономические модели показывают падение в разы худшее, чем при катастрофе бронзового века. Но это почти никого не интересует, ведь в телевизоре нет соответствующего клипа.
👍12🥴7🔥4🙏1🌚1😐1
Прежние места и бесконечное будущее
В последнее время в социальных сетях я часто встречаю ностальгические видео, в которых люди показывают две фотографии - первая из них из далёкого прошлого, полная жизни, с веселящимися и улыбающимися за застольем людьми, а на второй, из настоящего, то же самое место изображено заброшенным, безжизненным, опустевшим. Фоном к видео читается стихотворение советского поэта и киносценариста Геннадия Шпаликова:
По несчастью или к счастью,
Истина проста:
Никогда не возвращайся
В прежние места.
Даже если пепелище
Выглядит вполне,
Не найти того, что ищешь,
Ни тебе, ни мне.
Иногда эти видео сопровождаются не менее трагичными словами из "Зеркала" Андрея Тарковского:
Мне с удивительным постоянством снится один и тот же сон. Он будто пытается заставить меня вернуться в до боли знакомые мне места, где стоял дом деда и где я родился. Но каждый раз, когда я хочу в него войти, мне что-то мешает. Мне часто снится этот сон, и непосильная радость омрачается ожиданием пробуждения. Я не могу дождаться этого сна, когда я увижу себя ребёнком, когда всё еще впереди и всё еще возможно...
Каждого из нас при возвращении в свои родные места, в тот самый давно запущенный чеховский вишнёвый сад, посещало это щемящее сердце чувство. Место осталось почти тем же, но жизнь из него ушла - нет уже в живых тех родственников с фотографии, нет шума и веселья, застольных историй, улыбок и смеха, стоит лишь оглушительная тишина. Это чувство естественно, ведь дом - это не точка в пространстве, а момент во времени. Недавно ночью мне приснился сон, такой красочный и полный запахов, что будто всё было наяву. Во сне мне было лет шесть или, может быть, семь, это был канун Нового Года, в квартире к празднику собирались родственники с подарками, мама с бабушкой готовили что-то на кухне, пахло еловыми ветками и мандаринами, а вечерний город за стеклом был укутан белоснежным покрывалом из сугробов. Все были живы, на душе было спокойно и беззаботно, в уме не было ни единой тревожной мысли, а впереди стояло бесконечное будущее. Прямо как у Тарковского - всё еще впереди и всё еще возможно.
Для кого-то другие - это ад, но обычно живым место делают именно люди и отношения между ними. И тут, по-моему, Ортега-и-Гассет бесконечно правее Сартра. У нашего поколения нет традиции шумных застолий, нет множества близко живущих родственников, нет многочисленных детей, вместо утопающих в зелени деревянных домиков у нас бетонные коробки в каменных джунглях, да даже вместо уютных квартир выхолощенный минималистичный дизайн - поэтому и кажется всё вокруг мёртвым. Но в наших силах это изменить: создать уют, купить красивый сервиз, собрать друзей и родных, устроить шумное и весёлое застолье. И главное, нам следует чётко осознать, что "живость" чего-то - это не статичная сущность, а динамический процесс, передающийся от родителей к детям подобно огню от факела к факелу. Мы не есть источник этого огня, не мы им управляем, этот огонь - дар Божий, и мы должны передавать его дальше, создавая для наших детей то самое чувство, что всё еще впереди и всё еще возможно. Это воспроизводящееся в детях из поколения в поколение чувство бесконечного будущего, запечатлённое в их невинных, удивлённо смотрящих на мир вокруг глазах, и есть жизнь. Бог - это бесконечное будущее. Это и путь, и истина, и жизнь. Жизнь вечная. И имея в сердце эту жизнь, можно смело возвращаться в прежние места, принося её туда с собой, воскрешая давно мёртвые места. Болконский возвращается назад, и там, где раньше он видел высохшее куцее дерево, стоит зелёный, полный жизни дуб. А где-то там на фоне звучит раскатистый голос Арсения Тарковского:
Живите в доме – и не рухнет дом.
Я вызову любое из столетий,
Войду в него и дом построю в нем.
Вот почему со мною ваши дети
И жёны ваши за одним столом, –
А стол один и прадеду и внуку:
Грядущее свершается сейчас,
И если я приподымаю руку,
Все пять лучей останутся у вас.
Я каждый день минувшего, как крепью,
Ключицами своими подпирал,
Измерил время землемерной цепью
И сквозь него прошел, как сквозь Урал.
В последнее время в социальных сетях я часто встречаю ностальгические видео, в которых люди показывают две фотографии - первая из них из далёкого прошлого, полная жизни, с веселящимися и улыбающимися за застольем людьми, а на второй, из настоящего, то же самое место изображено заброшенным, безжизненным, опустевшим. Фоном к видео читается стихотворение советского поэта и киносценариста Геннадия Шпаликова:
По несчастью или к счастью,
Истина проста:
Никогда не возвращайся
В прежние места.
Даже если пепелище
Выглядит вполне,
Не найти того, что ищешь,
Ни тебе, ни мне.
Иногда эти видео сопровождаются не менее трагичными словами из "Зеркала" Андрея Тарковского:
Мне с удивительным постоянством снится один и тот же сон. Он будто пытается заставить меня вернуться в до боли знакомые мне места, где стоял дом деда и где я родился. Но каждый раз, когда я хочу в него войти, мне что-то мешает. Мне часто снится этот сон, и непосильная радость омрачается ожиданием пробуждения. Я не могу дождаться этого сна, когда я увижу себя ребёнком, когда всё еще впереди и всё еще возможно...
Каждого из нас при возвращении в свои родные места, в тот самый давно запущенный чеховский вишнёвый сад, посещало это щемящее сердце чувство. Место осталось почти тем же, но жизнь из него ушла - нет уже в живых тех родственников с фотографии, нет шума и веселья, застольных историй, улыбок и смеха, стоит лишь оглушительная тишина. Это чувство естественно, ведь дом - это не точка в пространстве, а момент во времени. Недавно ночью мне приснился сон, такой красочный и полный запахов, что будто всё было наяву. Во сне мне было лет шесть или, может быть, семь, это был канун Нового Года, в квартире к празднику собирались родственники с подарками, мама с бабушкой готовили что-то на кухне, пахло еловыми ветками и мандаринами, а вечерний город за стеклом был укутан белоснежным покрывалом из сугробов. Все были живы, на душе было спокойно и беззаботно, в уме не было ни единой тревожной мысли, а впереди стояло бесконечное будущее. Прямо как у Тарковского - всё еще впереди и всё еще возможно.
Для кого-то другие - это ад, но обычно живым место делают именно люди и отношения между ними. И тут, по-моему, Ортега-и-Гассет бесконечно правее Сартра. У нашего поколения нет традиции шумных застолий, нет множества близко живущих родственников, нет многочисленных детей, вместо утопающих в зелени деревянных домиков у нас бетонные коробки в каменных джунглях, да даже вместо уютных квартир выхолощенный минималистичный дизайн - поэтому и кажется всё вокруг мёртвым. Но в наших силах это изменить: создать уют, купить красивый сервиз, собрать друзей и родных, устроить шумное и весёлое застолье. И главное, нам следует чётко осознать, что "живость" чего-то - это не статичная сущность, а динамический процесс, передающийся от родителей к детям подобно огню от факела к факелу. Мы не есть источник этого огня, не мы им управляем, этот огонь - дар Божий, и мы должны передавать его дальше, создавая для наших детей то самое чувство, что всё еще впереди и всё еще возможно. Это воспроизводящееся в детях из поколения в поколение чувство бесконечного будущего, запечатлённое в их невинных, удивлённо смотрящих на мир вокруг глазах, и есть жизнь. Бог - это бесконечное будущее. Это и путь, и истина, и жизнь. Жизнь вечная. И имея в сердце эту жизнь, можно смело возвращаться в прежние места, принося её туда с собой, воскрешая давно мёртвые места. Болконский возвращается назад, и там, где раньше он видел высохшее куцее дерево, стоит зелёный, полный жизни дуб. А где-то там на фоне звучит раскатистый голос Арсения Тарковского:
Живите в доме – и не рухнет дом.
Я вызову любое из столетий,
Войду в него и дом построю в нем.
Вот почему со мною ваши дети
И жёны ваши за одним столом, –
А стол один и прадеду и внуку:
Грядущее свершается сейчас,
И если я приподымаю руку,
Все пять лучей останутся у вас.
Я каждый день минувшего, как крепью,
Ключицами своими подпирал,
Измерил время землемерной цепью
И сквозь него прошел, как сквозь Урал.
❤17👍6👏2💯1💘1