ДОН ЖУАН И ВСЕ-ВСЕ-ВСЕ
Одно из сильных впечатлений моих школьных лет — постановка пьесы Мольера «Дон Жуан» в Театре на Малой Бронной Анатолия Эфроса. Ходила на этот спектакль трижды — видела обоих (совершенно разных) Дон Жуанов — Михаила Козакова и Николая Волкова, и Сганарелей — Леонида Каневского и Льва Дурова. И очень хорошо помню, какую симпатию вызывал у меня Дон Жуан, как не хотелось, чтобы он погиб и отправился в ад.
Можно было бы это списать на восторженность старшеклассницы, но сегодня-то я знаю, что Мольера обвиняли в том, что он, дескать, слишком симпатизирует своему мерзкому герою — в ад-то его отправил, а какие монологи вложил в его уста!
А через сто с лишним лет после Мольера Моцарт напишет своего «Дон Жуана», где жуткое появление Командора можно воспринять как долгожданное наказание, а можно (как и делали многочисленные романтики начиная с Гофмана) — как гибель свободолюбивого бунтаря.
И чем ближе к нашему времени, тем больше можно найти прекрасных, трагичных, вызывающих восхищение Дон Жуанов. Что это? Проявление духовного кризиса всей европейской цивилизации или, наоборот, доведенное до предела свободное развитие личности. А может быть, и то и другое? Просто как две стороны одной медали — безграничный индивидуализм — и заплаченная за него цена?
Во всяком случае история Дон Жуана — это не просто рассказ о коварном соблазнителе, который понес заслуженное наказание. В этой истории — кто бы ее ни излагал (а занимались этим ооочень многие) — есть и отношения человека с Богом, и самоутверждение, и вызов, страх перед смертью — и бесстрашие перед ее лицом, и еще многое-многое другое.
Безусловно, дурно соблазнять женщин, обманывать и бросать доверившихся тебе, и еще хуже убивать людей, но есть что-то в этой истории, что выводит ее за пределы обычного бытового рассказа о развратнике и убийце, а превращает в великое повествование о борьбе человеческого духа.
И каждый раз, когда я пересматриваю формановского «Амадея», то в том месте, где Сальери понимает, что для Моцарта образ Командора сливается с образом отца, страшно гремит на сцене музыка и раздается громовой окрик: «Don Giovanni!» — то сердце замирает.
И вечно будет звучать в русской культуре последний крик Гуана: «Я гибну — кончено — о дона Анна!»
Обо всех Дон Жуанах не рассказать и не написать — но о некоторых, и о том, как складывался этот столь знакомый нам образ, пойдет речь в новом выпуске «Уроков истории с Тамарой Эйдельман».
Одно из сильных впечатлений моих школьных лет — постановка пьесы Мольера «Дон Жуан» в Театре на Малой Бронной Анатолия Эфроса. Ходила на этот спектакль трижды — видела обоих (совершенно разных) Дон Жуанов — Михаила Козакова и Николая Волкова, и Сганарелей — Леонида Каневского и Льва Дурова. И очень хорошо помню, какую симпатию вызывал у меня Дон Жуан, как не хотелось, чтобы он погиб и отправился в ад.
Можно было бы это списать на восторженность старшеклассницы, но сегодня-то я знаю, что Мольера обвиняли в том, что он, дескать, слишком симпатизирует своему мерзкому герою — в ад-то его отправил, а какие монологи вложил в его уста!
А через сто с лишним лет после Мольера Моцарт напишет своего «Дон Жуана», где жуткое появление Командора можно воспринять как долгожданное наказание, а можно (как и делали многочисленные романтики начиная с Гофмана) — как гибель свободолюбивого бунтаря.
И чем ближе к нашему времени, тем больше можно найти прекрасных, трагичных, вызывающих восхищение Дон Жуанов. Что это? Проявление духовного кризиса всей европейской цивилизации или, наоборот, доведенное до предела свободное развитие личности. А может быть, и то и другое? Просто как две стороны одной медали — безграничный индивидуализм — и заплаченная за него цена?
Во всяком случае история Дон Жуана — это не просто рассказ о коварном соблазнителе, который понес заслуженное наказание. В этой истории — кто бы ее ни излагал (а занимались этим ооочень многие) — есть и отношения человека с Богом, и самоутверждение, и вызов, страх перед смертью — и бесстрашие перед ее лицом, и еще многое-многое другое.
Безусловно, дурно соблазнять женщин, обманывать и бросать доверившихся тебе, и еще хуже убивать людей, но есть что-то в этой истории, что выводит ее за пределы обычного бытового рассказа о развратнике и убийце, а превращает в великое повествование о борьбе человеческого духа.
И каждый раз, когда я пересматриваю формановского «Амадея», то в том месте, где Сальери понимает, что для Моцарта образ Командора сливается с образом отца, страшно гремит на сцене музыка и раздается громовой окрик: «Don Giovanni!» — то сердце замирает.
И вечно будет звучать в русской культуре последний крик Гуана: «Я гибну — кончено — о дона Анна!»
Обо всех Дон Жуанах не рассказать и не написать — но о некоторых, и о том, как складывался этот столь знакомый нам образ, пойдет речь в новом выпуске «Уроков истории с Тамарой Эйдельман».
YouTube
Дон Жуан. Не только про любовь
Новый выпуск «Уроков истории с Тамарой Эйдельман» посвящен Дон Жуану — тому, как возникла эта легенда, из каких древних и совсем непохожих на нее составляющих она была сложена, и о том, как в разные века менялся ее смысл и как по-разному люди воспринимали…
👍10💩5👎2❤1
ПУШКИН? ОЧЕНЬ ИСПУГАЛИ!
Мое детство было настолько переполнено Пушкиным — его стихами и прозой, его многочисленными изданиями, занимавшими у нас в доме несколько полок, книгами о нем, занимавшими уже несколько шкафов, бесконечными разговорами за столом о Пушкине, лекциями, статьями, книгами моего отца, что в какой-то момент мне показалось, что я больше не могу — все, концентрация Пушкина в моем организме так велика, что больше я его не воспринимаю.
Довольно долго так и было. А потом вдруг захотелось перечитать — прежде всего «Капитанскую дочку», потом «Маленькие трагедии», потом еще что-то. Оказалось, что падение концентрации Пушкина не слишком хорошо влияет на мой организм, надо его подпитывать…
Вряд ли я смогу сказать в своей лекции что-то новое о Пушкине — после всех великих, изучавших или придумывавших своего Пушкина, наверное, остается только помалкивать. Поэтому речь пойдет не о том, когда он родился и как работал над «образом Татьяны», а о том, как Пушкина воспринимали в разные времена.
«Пушкин — наше всё» — воскликнул восторженный Аполлон Григорьев, и мы с тех пор беспрерывно мусолим эту фразу, не задумываясь о том, насколько она глубока и верна. Каждая эпоха смотрела на Пушкина и видела… Ну конечно же себя.
И поэтому Пушкина могут изучать не только филологи. Пушкин в нашей стране — это часть истории, и очень важная часть. Пушкин Белинского и Пушкин Достоевского, Пушкин Цветаевой и Пушкин Ахматовой, Пушкин сталинской эпохи и эпохи Оттепели, Пушкин Довлатова и Битова, Пушкин псевдо-Хармса и Синявского — они ведь все совершенно разные. Не случайно в спектакле «Товарищ, верь!» в Театре на Таганке было пять Пушкиных.
В общем, попробуем поговорить о «нашем всём», о том, как сложился нынешний культ поэта, что в Пушкине искали и находили (или не находили) разные эпохи. О Пушкине как зеркале, барометре, лакмусовой бумажке…
Мое детство было настолько переполнено Пушкиным — его стихами и прозой, его многочисленными изданиями, занимавшими у нас в доме несколько полок, книгами о нем, занимавшими уже несколько шкафов, бесконечными разговорами за столом о Пушкине, лекциями, статьями, книгами моего отца, что в какой-то момент мне показалось, что я больше не могу — все, концентрация Пушкина в моем организме так велика, что больше я его не воспринимаю.
Довольно долго так и было. А потом вдруг захотелось перечитать — прежде всего «Капитанскую дочку», потом «Маленькие трагедии», потом еще что-то. Оказалось, что падение концентрации Пушкина не слишком хорошо влияет на мой организм, надо его подпитывать…
Вряд ли я смогу сказать в своей лекции что-то новое о Пушкине — после всех великих, изучавших или придумывавших своего Пушкина, наверное, остается только помалкивать. Поэтому речь пойдет не о том, когда он родился и как работал над «образом Татьяны», а о том, как Пушкина воспринимали в разные времена.
«Пушкин — наше всё» — воскликнул восторженный Аполлон Григорьев, и мы с тех пор беспрерывно мусолим эту фразу, не задумываясь о том, насколько она глубока и верна. Каждая эпоха смотрела на Пушкина и видела… Ну конечно же себя.
И поэтому Пушкина могут изучать не только филологи. Пушкин в нашей стране — это часть истории, и очень важная часть. Пушкин Белинского и Пушкин Достоевского, Пушкин Цветаевой и Пушкин Ахматовой, Пушкин сталинской эпохи и эпохи Оттепели, Пушкин Довлатова и Битова, Пушкин псевдо-Хармса и Синявского — они ведь все совершенно разные. Не случайно в спектакле «Товарищ, верь!» в Театре на Таганке было пять Пушкиных.
В общем, попробуем поговорить о «нашем всём», о том, как сложился нынешний культ поэта, что в Пушкине искали и находили (или не находили) разные эпохи. О Пушкине как зеркале, барометре, лакмусовой бумажке…
YouTube
Пушкин: наше все?
🏺 Мой авторский курс «История древних цивилизаций».
Записывайтесь по ссылке https://l.curiosophy.io/x4YwG5
Вас ждут не только захватывающие видеолекции, но и авторские письма, дополняющие истории о жизни и быте Египта, Месопотамии, Индии, Китая, Иудеи, Греции…
Записывайтесь по ссылке https://l.curiosophy.io/x4YwG5
Вас ждут не только захватывающие видеолекции, но и авторские письма, дополняющие истории о жизни и быте Египта, Месопотамии, Индии, Китая, Иудеи, Греции…
👍6💩4👎2❤1
НЕ НАДО ОПРАВДЫВАТЬ ВОЙНУ С ПОМОЩЬЮ ИСТОРИИ!
Когда Россия что-то захватывает, это объясняют высокими материями.
В XVII веке Московское царство отвоевало у Польши Левобережную Украину. Эти события долго назывались фантастическим словосочетанием «Воссоединение Украины с Россией». Предполагалось, что, скажем, в XI веке было такое государство — Россия — от которого Украина откололась, а теперь с ним воссоединяется. Киевскому князю Ярославу Мудрому, действительно, подчинялись некоторые земли, которые потом вошли в Московское царство, но при чем тут вообще Украина и Россия и их воссоединение?
Помню, как мне в школе, а потом и в университете объясняли, что крестьяне на польских землях в XVII веке подвергались тройному гнету — крепостному, национальному и религиозному, потому что помещики у них были поляками и католиками. Крестьяне, значит, считали себя русскими и православными — и в XVII веке, и раньше. Православными — да, а вот что такое вообще в XVII веке русский, на каком языке говорили крестьяне Левобережной Украины, и даже если на русском, то означало ли это автоматически принадлежность к Московскому царству? Впрочем, кто будет задаваться такими вопросами, кроме наймитов НАТО?
Польшу разделили в XVIII веке? Ну нехорошо конечно, неудобно как-то — агрессия. Но зато — как расширилась Россия при императрице Екатерине II! Как быстро пошли эти земли по пути развития. И Польша… Ну что это за страна… Она же была в кризисе, там дворяне не могли договориться между собой из-за дурацкого права вето, там короля выбирали. Слабость феодально-крепостнической Польши так сильно подчеркивалась, что легко можно было сделать вывод, что переход польских земель к России — дело хорошее.
Финляндию в начале XIX века отняли у Швеции. Финны получили даже больше прав, чем было у них до этого — то есть занимали Финляндию не только чтобы расширить свои границы и владения, а еще и чтобы ее жителей облагодетельствовать.
Какое количество сибирских народов приобщили к благам цивилизации — огненной воде, интернатам для детей. И России хорошо, она будет «прирастать Сибирью».
В 1939 году спасли жителей Западной Украины и Белоруссии от фашистов…
В 2014 году защитили жителей Крыма от войск НАТО…
Теперь будем защищать жителей Донецка и Луганска — и от войск НАТО, и от последствий политики Ленина-Сталина-Хрущева-Горбачева-Ельцина, которые границы неправильно проводили, не учитывая интересы русского народа. И всюду, где живут русские люди, будет Россия. И всюду, где подняли российский флаг, его не спустят. И все границы, проведенные начиная с 1917 года, надо отменить и воссоздать империю, куда не ступит нога ни одного солдата НАТО.
Границы советских республик были проведены прихотливо. Кровавые конфликты из-за тех или иных территорий, где жили бок о бок разные народы, вспыхивали и, увы, наверное, и дальше будут вспыхивать в разных частях бывшего СССР — на Кавказе, в Средней Азии, в Украине… Создание СССР вряд ли можно признать законным и конституционным, какие бы решения ни принимал съезд советов в 1922 году. И для распада СССР не была выработана нормальная конституционная процедура.
Но существует только один способ сохранить спокойствие миллионов людей — это мирно договориться о новых границах, а потом соблюдать эти договоры. И не делать вид, что ради блага украинского и русского народа нужно воевать. Так просто не бывает.
И не надо озабоченно сообщать о коррупции и неправильной государственности в Украине жителям страны, где матери добиваются лекарств для умирающих детей через суд, а потом зачастую все равно их не получают, где судьи монотонно зачитывают обвинительные приговоры, написанные прокурорами и следователями, а правоохранительные органы превратились в пыточные застенки. Лучше вспомнить о том, как передел границ, «ради высшего блага» привел ко Второй мировой войне…
И не надо превращать историю в орудие для оправдания агрессии. И не надо готовить агрессию и нарушать подписанные договоренности. Простите за банальности, но, похоже, их придется вспоминать снова и снова.
Когда Россия что-то захватывает, это объясняют высокими материями.
В XVII веке Московское царство отвоевало у Польши Левобережную Украину. Эти события долго назывались фантастическим словосочетанием «Воссоединение Украины с Россией». Предполагалось, что, скажем, в XI веке было такое государство — Россия — от которого Украина откололась, а теперь с ним воссоединяется. Киевскому князю Ярославу Мудрому, действительно, подчинялись некоторые земли, которые потом вошли в Московское царство, но при чем тут вообще Украина и Россия и их воссоединение?
Помню, как мне в школе, а потом и в университете объясняли, что крестьяне на польских землях в XVII веке подвергались тройному гнету — крепостному, национальному и религиозному, потому что помещики у них были поляками и католиками. Крестьяне, значит, считали себя русскими и православными — и в XVII веке, и раньше. Православными — да, а вот что такое вообще в XVII веке русский, на каком языке говорили крестьяне Левобережной Украины, и даже если на русском, то означало ли это автоматически принадлежность к Московскому царству? Впрочем, кто будет задаваться такими вопросами, кроме наймитов НАТО?
Польшу разделили в XVIII веке? Ну нехорошо конечно, неудобно как-то — агрессия. Но зато — как расширилась Россия при императрице Екатерине II! Как быстро пошли эти земли по пути развития. И Польша… Ну что это за страна… Она же была в кризисе, там дворяне не могли договориться между собой из-за дурацкого права вето, там короля выбирали. Слабость феодально-крепостнической Польши так сильно подчеркивалась, что легко можно было сделать вывод, что переход польских земель к России — дело хорошее.
Финляндию в начале XIX века отняли у Швеции. Финны получили даже больше прав, чем было у них до этого — то есть занимали Финляндию не только чтобы расширить свои границы и владения, а еще и чтобы ее жителей облагодетельствовать.
Какое количество сибирских народов приобщили к благам цивилизации — огненной воде, интернатам для детей. И России хорошо, она будет «прирастать Сибирью».
В 1939 году спасли жителей Западной Украины и Белоруссии от фашистов…
В 2014 году защитили жителей Крыма от войск НАТО…
Теперь будем защищать жителей Донецка и Луганска — и от войск НАТО, и от последствий политики Ленина-Сталина-Хрущева-Горбачева-Ельцина, которые границы неправильно проводили, не учитывая интересы русского народа. И всюду, где живут русские люди, будет Россия. И всюду, где подняли российский флаг, его не спустят. И все границы, проведенные начиная с 1917 года, надо отменить и воссоздать империю, куда не ступит нога ни одного солдата НАТО.
Границы советских республик были проведены прихотливо. Кровавые конфликты из-за тех или иных территорий, где жили бок о бок разные народы, вспыхивали и, увы, наверное, и дальше будут вспыхивать в разных частях бывшего СССР — на Кавказе, в Средней Азии, в Украине… Создание СССР вряд ли можно признать законным и конституционным, какие бы решения ни принимал съезд советов в 1922 году. И для распада СССР не была выработана нормальная конституционная процедура.
Но существует только один способ сохранить спокойствие миллионов людей — это мирно договориться о новых границах, а потом соблюдать эти договоры. И не делать вид, что ради блага украинского и русского народа нужно воевать. Так просто не бывает.
И не надо озабоченно сообщать о коррупции и неправильной государственности в Украине жителям страны, где матери добиваются лекарств для умирающих детей через суд, а потом зачастую все равно их не получают, где судьи монотонно зачитывают обвинительные приговоры, написанные прокурорами и следователями, а правоохранительные органы превратились в пыточные застенки. Лучше вспомнить о том, как передел границ, «ради высшего блага» привел ко Второй мировой войне…
И не надо превращать историю в орудие для оправдания агрессии. И не надо готовить агрессию и нарушать подписанные договоренности. Простите за банальности, но, похоже, их придется вспоминать снова и снова.
👍64💩14❤3👎2👏1
ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ?
Много лет назад я написала статью о том, что бессмысленно употреблять выражения вроде «мы победили в Куликовской битве». Почему надо ассоциировать себя с дружинниками Дмитрия Донского или с воинами темника Мамая? Это происходит из-за глубоко сидящего в нас представления о существовании неизменных общностей, к которым мы принадлежим.
Такие ложные общности Курт Воннегут в книге «Колыбель для кошки» назвал гранфаллоном.
«Что такое гранфаллон, хочешь ты узнать?
Надо с шарика тогда плёнку ободрать…»
Мне отвратителен большой спорт, который раздувает у миллионов болельщиков приверженность к гранфаллонам. «Наши победили!» — а «они» (дальше следуют насмешки и оскорбления) проиграли.
Почему я должна гордиться тем, как кто-то пробежал стометровку? Я не спортсмен, не его тренер. Могу за них порадоваться.
Почему я должна гордиться Пушкиным или Толстым? Эти книги писала и публиковала не я. Я могу их любить, читать — при чём тут гордость?
А есть и оборотная сторона. Сейчас моя лента фейсбука переполнена восклицаниями хороших и честных людей о том, как им стыдно из-за начавшейся войны.
Господа, вы слыхали про то, какие беды и ужас порождает коллективная ответственность? Я хочу отвечать лично за себя, гордиться тем, что я сделала, и стыдиться собственных поступков.
Те, кто вышел на улицы российских городов, чтобы протестовать против войны, — благородные и смелые люди. Прямо сейчас я не в России, и поэтому не смогла к ним присоединиться — но, увы, боюсь, что будут и другие поводы выйти.
Те, кто отдали приказ начать войну, заслуживают трибунала. А солдаты идут туда, куда их посылают. Да-да, я знаю про преступный приказ, и с моей точки зрения вообще любая война преступна. Но значит ли это, что мальчики, которых забрали в армию, а теперь силой принуждаются из срочников становиться контрактниками, ОБЯЗАНЫ дезертировать, обрекая себя на трибунал и многолетнюю (возможно, вечную) разлуку с близкими? Я уважаю тех, кто сегодня решается дезертировать из армии в районе боевых действий, но не могу позволить себе ТРЕБОВАТЬ от людей этого. Каждый решает сам, что он в силах сделать.
Погибших российских солдат, заложников режима, мне жаль так же, как и пограничников, защищавших остров Змеиный, и жителей городов, которые сидят под обстрелом.
Я не собираюсь восклицать, как мне стыдно, что я родилась в России. Я не испытываю стыда. Я испытываю ярость и презрение по отношению к обезумевшей российской власти. И прежде всего я хочу понять, что лично мне надо сейчас делать.
Не поддаваться милитаристской пропаганде? Протестовать? С этим проще всего. Я никогда не голосовала за Путина, я выступала против аннексии Крыма, много раз выступала против войны и буду выступать ещё.
Поддерживать людей и организации, защищающие мир, свободу и демократию? Да, конечно. Я подписана на регулярные пожертвования в пользу многих фондов, в том числе и ОВД-Инфо (признанного властями иноагентом, с чем я, конечно, не согласна). В Интернете уже появились списки организаций, помогающих беженцам и поддерживающих украинских врачей и больницы: я внимательно их изучу, чтобы решить, куда перевести деньги.
Распространять свои идеи? Мои друзья и родные — мои единомышленники. Если говорить о более широком круге, то, наверное, эффективнее всего это делать с помощью лекций и постов. Где теперь легче будет это делать — в России, где установилась кровавая диктатура, или в свободном мире, заплатив за это потерей дома, круга общения и многих других важных вещей — я должна буду решить в ближайшие недели.
К сожалению, я не вижу для себя других способов — и это вызывает самую сильную ярость. Я буду делать всё, о чем сказано выше, но с болью вижу, что этого недостаточно. Я буду всеми силами стараться понять, что ещё можно сделать. И вот это для меня сейчас самое главное.
Делай, что должно — и пусть будет, что будет. Осталось чётко понять, что должно.
На обвинения в великодержавном шовинизме, еврейском цинизме и бандеровском национализме отвечать не буду. Времени нет, надо готовиться к лекциям.
Много лет назад я написала статью о том, что бессмысленно употреблять выражения вроде «мы победили в Куликовской битве». Почему надо ассоциировать себя с дружинниками Дмитрия Донского или с воинами темника Мамая? Это происходит из-за глубоко сидящего в нас представления о существовании неизменных общностей, к которым мы принадлежим.
Такие ложные общности Курт Воннегут в книге «Колыбель для кошки» назвал гранфаллоном.
«Что такое гранфаллон, хочешь ты узнать?
Надо с шарика тогда плёнку ободрать…»
Мне отвратителен большой спорт, который раздувает у миллионов болельщиков приверженность к гранфаллонам. «Наши победили!» — а «они» (дальше следуют насмешки и оскорбления) проиграли.
Почему я должна гордиться тем, как кто-то пробежал стометровку? Я не спортсмен, не его тренер. Могу за них порадоваться.
Почему я должна гордиться Пушкиным или Толстым? Эти книги писала и публиковала не я. Я могу их любить, читать — при чём тут гордость?
А есть и оборотная сторона. Сейчас моя лента фейсбука переполнена восклицаниями хороших и честных людей о том, как им стыдно из-за начавшейся войны.
Господа, вы слыхали про то, какие беды и ужас порождает коллективная ответственность? Я хочу отвечать лично за себя, гордиться тем, что я сделала, и стыдиться собственных поступков.
Те, кто вышел на улицы российских городов, чтобы протестовать против войны, — благородные и смелые люди. Прямо сейчас я не в России, и поэтому не смогла к ним присоединиться — но, увы, боюсь, что будут и другие поводы выйти.
Те, кто отдали приказ начать войну, заслуживают трибунала. А солдаты идут туда, куда их посылают. Да-да, я знаю про преступный приказ, и с моей точки зрения вообще любая война преступна. Но значит ли это, что мальчики, которых забрали в армию, а теперь силой принуждаются из срочников становиться контрактниками, ОБЯЗАНЫ дезертировать, обрекая себя на трибунал и многолетнюю (возможно, вечную) разлуку с близкими? Я уважаю тех, кто сегодня решается дезертировать из армии в районе боевых действий, но не могу позволить себе ТРЕБОВАТЬ от людей этого. Каждый решает сам, что он в силах сделать.
Погибших российских солдат, заложников режима, мне жаль так же, как и пограничников, защищавших остров Змеиный, и жителей городов, которые сидят под обстрелом.
Я не собираюсь восклицать, как мне стыдно, что я родилась в России. Я не испытываю стыда. Я испытываю ярость и презрение по отношению к обезумевшей российской власти. И прежде всего я хочу понять, что лично мне надо сейчас делать.
Не поддаваться милитаристской пропаганде? Протестовать? С этим проще всего. Я никогда не голосовала за Путина, я выступала против аннексии Крыма, много раз выступала против войны и буду выступать ещё.
Поддерживать людей и организации, защищающие мир, свободу и демократию? Да, конечно. Я подписана на регулярные пожертвования в пользу многих фондов, в том числе и ОВД-Инфо (признанного властями иноагентом, с чем я, конечно, не согласна). В Интернете уже появились списки организаций, помогающих беженцам и поддерживающих украинских врачей и больницы: я внимательно их изучу, чтобы решить, куда перевести деньги.
Распространять свои идеи? Мои друзья и родные — мои единомышленники. Если говорить о более широком круге, то, наверное, эффективнее всего это делать с помощью лекций и постов. Где теперь легче будет это делать — в России, где установилась кровавая диктатура, или в свободном мире, заплатив за это потерей дома, круга общения и многих других важных вещей — я должна буду решить в ближайшие недели.
К сожалению, я не вижу для себя других способов — и это вызывает самую сильную ярость. Я буду делать всё, о чем сказано выше, но с болью вижу, что этого недостаточно. Я буду всеми силами стараться понять, что ещё можно сделать. И вот это для меня сейчас самое главное.
Делай, что должно — и пусть будет, что будет. Осталось чётко понять, что должно.
На обвинения в великодержавном шовинизме, еврейском цинизме и бандеровском национализме отвечать не буду. Времени нет, надо готовиться к лекциям.
👍53💩12👎9❤3🔥2
Дорогие друзья,
В эту субботу на канале «Уроки истории с Тамарой Эйдельман» должна была выйти лекция, посвященная истории инквизиции. Но мы решили, что в тот момент, когда вокруг нас происходят такие страшные и трагические события, когда российские войска вторглись в Украину, когда жители Киева, Харькова и других городов укрываются от ракетных обстрелов, — в такой ситуации выпускать историческую лекцию, посвященную давно прошедшим временам, просто невозможно.
В эту субботу лекции на канале не будет — это проявление нашей солидарности с народом Украины.
Нет войне!
В эту субботу на канале «Уроки истории с Тамарой Эйдельман» должна была выйти лекция, посвященная истории инквизиции. Но мы решили, что в тот момент, когда вокруг нас происходят такие страшные и трагические события, когда российские войска вторглись в Украину, когда жители Киева, Харькова и других городов укрываются от ракетных обстрелов, — в такой ситуации выпускать историческую лекцию, посвященную давно прошедшим временам, просто невозможно.
В эту субботу лекции на канале не будет — это проявление нашей солидарности с народом Украины.
Нет войне!
👍45💩14❤12👎4🔥1
ДОБРО ПОБЕДИТ
Несколько дней назад, еще в иной жизни, я написала пост вроде бы как на чисто историческую тему. Потом начался ужас, и я решила его не публиковать. А теперь мысленно к нему возвращаюсь.
На «Арзамасе» вышел замечательный курс лекций историка Галины Ульяновой «Деловые люди XIX века». Слушаешь — и поражаешься тому, насколько образ той России, о которой она рассказывает, отличается от привычного. Что такое в нашем представлении Россия XIX века? Лишние люди, тургеневские девушки, жандармы и революционеры. «Темное царство», которое нет-нет да прорезает луч света.
А слушая Галину Ульянову, понимаешь, как много было в России людей, совершенно не вписывавшихся в привычную нам картину, обладавших невероятной энергией, жаждавших не просто обогатиться, а добиться чего-то стоящего. Кстати, людей из народа, а не представителей «мыслящего меньшинства». Крестьян, выкупавшихся из крепостной неволи, староверов, чья жизнь не сводилась к смерти за двуперстное знаменье, купцов, не похожих на героев Островского, женщин, вовсе не угнетенных , а независимых и энергичных. .
Огромное впечатление производит история одного из крупнейших российских торговцев чаем Константина Попова. Родился он в посаде Большие Соли между Костромой и Ярославлем — не самая выгодная стартовая площадка. Отец умер, когда мальчику было четыре года, мать отправила его через несколько лет на заработки.
Мальчик так тосковал по дому, что пытался зимой бежать к матери и чуть не замерз до смерти. И среди этой тоски и безысходности он сам нашел учебник арифметики и научился решать задачки. Читал и перечитывал «Историю государства Российского» Карамзина. Стал приказчиком, пытался завести собственное дело в Петербурге.
И вот удивительный поворот. Гуляя по Невскому, Попов встретил знакомого и рассказал, что собирается уехать из столицы. Хочет завести свое дело, но денег не хватает. А знакомый убедил его, что у Попова уже такая хорошая репутация честного человека, что ему многие дадут товары в кредит. Так началась его дорога к миллионному состоянию…
Понимаете? Знакомый не сказал: «Ну ладно, знаю я тут кое-кого, они тебе кредит, а ты мне откат». Он сказал: «Ты честный. Тебе доверяют. Я тебе помогу».
А еще Константин Попов, по замечательному выражению Ульяновой, «не культивировал свои травмы, а вместо этого помогал другим». Его детство было тяжелым из-за смерти отца, поэтому огромные деньги шли на помощь вдовам и сиротам. Он мечтал учиться, но не мог — и учредил стипендии, дававшие бедным мальчикам возможность учиться в университете или в коммерческом училище… И так поступали еще многие.
Какое все это имеет отношение к сегодняшнему дню? Самое прямое. Потому что энергичные, способные — и добрые — люди существуют во все времена.
Сегодня пример поразительного великодушия дает нам Украина — страна, которую пытаются уничтожить российские танки и ракеты. Там создают горячую линию «Вернись живым из Украины», чтобы дать возможность родственникам попавших в плен российских солдат найти их. И это потрясающе. И это пример для нас всех.
Один из моих любимых писателей, Уильям Фолкнер, постоянно осмыслял опыт войны между Севером и Югом. Это была страшная, жестокая, жуткая война. И Фолкнер, писавший о войне и о временах после войны, заглядывал в страшные глубины человеческих душ. А получая Нобелевскую премию, он произнес знаменитые слова:
«Я отказываюсь принять конец человека. Легко сказать, что человек бессмертен просто потому, что он выстоит; что когда с последней ненужной твердыни, одиноко возвышающегося в лучах последнего багрового и умирающего вечера, прозвучит последний затихающий звук проклятия, что даже и тогда останется еще одно колебание — колебание его слабого неизбывного голоса. Я отказываюсь это принять. Я верю в то, что человек не только выстоит — он победит. Он бессмертен не потому, что только он один среди живых существ обладает неизбывным голосом, но потому, что обладает душой, духом, способным к состраданию, жертвенности и терпению».
Я тоже верю.
Несколько дней назад, еще в иной жизни, я написала пост вроде бы как на чисто историческую тему. Потом начался ужас, и я решила его не публиковать. А теперь мысленно к нему возвращаюсь.
На «Арзамасе» вышел замечательный курс лекций историка Галины Ульяновой «Деловые люди XIX века». Слушаешь — и поражаешься тому, насколько образ той России, о которой она рассказывает, отличается от привычного. Что такое в нашем представлении Россия XIX века? Лишние люди, тургеневские девушки, жандармы и революционеры. «Темное царство», которое нет-нет да прорезает луч света.
А слушая Галину Ульянову, понимаешь, как много было в России людей, совершенно не вписывавшихся в привычную нам картину, обладавших невероятной энергией, жаждавших не просто обогатиться, а добиться чего-то стоящего. Кстати, людей из народа, а не представителей «мыслящего меньшинства». Крестьян, выкупавшихся из крепостной неволи, староверов, чья жизнь не сводилась к смерти за двуперстное знаменье, купцов, не похожих на героев Островского, женщин, вовсе не угнетенных , а независимых и энергичных. .
Огромное впечатление производит история одного из крупнейших российских торговцев чаем Константина Попова. Родился он в посаде Большие Соли между Костромой и Ярославлем — не самая выгодная стартовая площадка. Отец умер, когда мальчику было четыре года, мать отправила его через несколько лет на заработки.
Мальчик так тосковал по дому, что пытался зимой бежать к матери и чуть не замерз до смерти. И среди этой тоски и безысходности он сам нашел учебник арифметики и научился решать задачки. Читал и перечитывал «Историю государства Российского» Карамзина. Стал приказчиком, пытался завести собственное дело в Петербурге.
И вот удивительный поворот. Гуляя по Невскому, Попов встретил знакомого и рассказал, что собирается уехать из столицы. Хочет завести свое дело, но денег не хватает. А знакомый убедил его, что у Попова уже такая хорошая репутация честного человека, что ему многие дадут товары в кредит. Так началась его дорога к миллионному состоянию…
Понимаете? Знакомый не сказал: «Ну ладно, знаю я тут кое-кого, они тебе кредит, а ты мне откат». Он сказал: «Ты честный. Тебе доверяют. Я тебе помогу».
А еще Константин Попов, по замечательному выражению Ульяновой, «не культивировал свои травмы, а вместо этого помогал другим». Его детство было тяжелым из-за смерти отца, поэтому огромные деньги шли на помощь вдовам и сиротам. Он мечтал учиться, но не мог — и учредил стипендии, дававшие бедным мальчикам возможность учиться в университете или в коммерческом училище… И так поступали еще многие.
Какое все это имеет отношение к сегодняшнему дню? Самое прямое. Потому что энергичные, способные — и добрые — люди существуют во все времена.
Сегодня пример поразительного великодушия дает нам Украина — страна, которую пытаются уничтожить российские танки и ракеты. Там создают горячую линию «Вернись живым из Украины», чтобы дать возможность родственникам попавших в плен российских солдат найти их. И это потрясающе. И это пример для нас всех.
Один из моих любимых писателей, Уильям Фолкнер, постоянно осмыслял опыт войны между Севером и Югом. Это была страшная, жестокая, жуткая война. И Фолкнер, писавший о войне и о временах после войны, заглядывал в страшные глубины человеческих душ. А получая Нобелевскую премию, он произнес знаменитые слова:
«Я отказываюсь принять конец человека. Легко сказать, что человек бессмертен просто потому, что он выстоит; что когда с последней ненужной твердыни, одиноко возвышающегося в лучах последнего багрового и умирающего вечера, прозвучит последний затихающий звук проклятия, что даже и тогда останется еще одно колебание — колебание его слабого неизбывного голоса. Я отказываюсь это принять. Я верю в то, что человек не только выстоит — он победит. Он бессмертен не потому, что только он один среди живых существ обладает неизбывным голосом, но потому, что обладает душой, духом, способным к состраданию, жертвенности и терпению».
Я тоже верю.
👍32🤮4💩4👎2❤1
Дорогие друзья!
Мы долго думали, советовались — и решили, что пока что по субботам лекции на нашем канале выходить не будут. Они были записаны до начала войны, совсем в другом мире, с другим настроением, с весёлой рекламой — все это сегодня кажется неуместным.
Но канал «Уроки истории с Тамарой Эйдельман» продолжает работать. Мы начинаем серию прямых эфиров, связанных с сегодняшними проблемами. Я не политолог, я историк, поэтому это будет не новостная программа, не анализ непосредственных событий последних дней, а разговор о тех исторических явлениях, которые явно связаны с нашим сегодняшним днём.
Поэтому сегодня, 2 марта в 21 час по московскому времени на канале пройдет первый прямой эфир: «Какой мир сложился после Второй мировой войны и как он рухнул». После эфира я отвечу на вопросы в чате.
До встречи! Нет войне!
Мы долго думали, советовались — и решили, что пока что по субботам лекции на нашем канале выходить не будут. Они были записаны до начала войны, совсем в другом мире, с другим настроением, с весёлой рекламой — все это сегодня кажется неуместным.
Но канал «Уроки истории с Тамарой Эйдельман» продолжает работать. Мы начинаем серию прямых эфиров, связанных с сегодняшними проблемами. Я не политолог, я историк, поэтому это будет не новостная программа, не анализ непосредственных событий последних дней, а разговор о тех исторических явлениях, которые явно связаны с нашим сегодняшним днём.
Поэтому сегодня, 2 марта в 21 час по московскому времени на канале пройдет первый прямой эфир: «Какой мир сложился после Второй мировой войны и как он рухнул». После эфира я отвечу на вопросы в чате.
До встречи! Нет войне!
👍13💩6🤮2❤1👎1
Друзья, прямой эфир: https://www.youtube.com/watch?v=NvL2jjPZMq4
Лекция «Какой мир сложился после Второй мировой войны и как он рухнул».
После лекции обязательно поговорим.
Лекция «Какой мир сложился после Второй мировой войны и как он рухнул».
После лекции обязательно поговорим.
YouTube
Какой мир сложился после Второй мировой войны и как он рухнул
*** https://www.donationalerts.com/r/eidelmantn — донат на работу канала
* Поддержите выходы новых уроков истории на платформе Patreon — https://patreon.com/eidelman
* Поддержите выходы новых уроков истории став спонсором на YouTube – https://www.youtub…
* Поддержите выходы новых уроков истории на платформе Patreon — https://patreon.com/eidelman
* Поддержите выходы новых уроков истории став спонсором на YouTube – https://www.youtub…
👍15💩6👎3❤1
Дорогие друзья,
Хотим попросить вас помочь нам принять решение. Мы решили не выпускать субботние лекции пока идет война. Они записаны еще в «мирное» время, в них не слишком уместная по нынешним временам реклама, в них другое настроение. Но в то же время мы получаем множество просьб от людей, которые хотят слушать новые лекции. Некоторые из них пишут даже из украинских бомбоубежищ.
Как нам поступить? Пожалуйста, проголосуйте, и мы согласимся с мнением большинства.
Хотим попросить вас помочь нам принять решение. Мы решили не выпускать субботние лекции пока идет война. Они записаны еще в «мирное» время, в них не слишком уместная по нынешним временам реклама, в них другое настроение. Но в то же время мы получаем множество просьб от людей, которые хотят слушать новые лекции. Некоторые из них пишут даже из украинских бомбоубежищ.
Как нам поступить? Пожалуйста, проголосуйте, и мы согласимся с мнением большинства.
💩7👍6👎1
👍11💩5🤮2
Вчера на канале «Уроки истории с Тамарой Эйдельман» мы провели первый прямой эфир — и будем теперь проводить их регулярно.
Речь шла о мире после Второй мировой войны — о той системе международных отношений и международной безопасности, которую пытались создать державы-победительницы, чтобы предотвратить новую войну.
Именно для этого была создана ООН — организация, поставившая своей задачей «избавить грядущие поколения от бедствий войны» и «создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права, и
содействовать социальному прогрессу и улучшению условий жизни при большей свободе».
Сегодня к ООН есть много претензий — постоянные члены Совета Безопасности имеют право вето и обладают контролем над основными решениями. Без решения СБ невозможно ни объявить страну агрессором, ни принять решение о вводе миротворцев. Сам состав СБ, безусловно, сформирован давно устаревшими реалиями. Постоянные члены — США, Великобритания, Россия, Франция, Китай. Как видим, здесь нет ни Германии, ни Японии, ни одного представителя Латинской Америки или Африки.
Но дело даже не в этом. ООН безусловно делала и делает очень много добра — оказывая гуманитарную помощь и развивая свои программы во многих странах. Но может ли эта организация избавить нас от войны, как это гордо заявлено в ее уставе?
В течение многих десятилетий, прошедших после основания ООН в 1945 году, мир прошел через много кризисов, когда казалось, что Третья мировая неизбежна — блокада Берлина в 1948-49 годах, возведение Берлинской стены, Карибский кризис. А были и войны — но локальные — Корейская, Вьетнамская, многочисленные войны на Ближнем Востоке.
Миротворцы ООН выступали в роли наблюдателей, создавали буфер между воюющими сторонами, способствовали реконструкции стран после окончания конфликта, помогали беженцам.
Но войны все продолжались и продолжаются. После падения Берлинской стены и распада СССР мир принципиально изменился. Казалось, что теперь, когда кончилась Холодная война, и войн будет меньше, а может, и вообще не будет. Увы. Начались войны на территории бывшего СССР и бывшей Югославии. Прошли еще годы и с новой силой запылали конфликты на Среднем и Ближнем Востоке — Ирак, Ливия, Сирия…
Как остановить кровавое безумие? Сегодня этот вопрос невероятно актуален. Миротворцы ООН уже неоднократно показывали свою слабость — когда не смогли защитить жителей Сребреницы в Боснии или тутси в Руанде. Можно ли останавливать войну с помощью силы? И это уже неоднократно пробовали — в Ираке, в Ливии — война останавливалась, диктатора свергали, но начинался новый виток насилия и хаоса.
Что же, мы бессильны? Я отказываюсь в это верить. Во-первых, я уверена, что в ближайшие десятилетия мучительно, медленно, но будут выработаны некие новые принципы международных отношений, будут созданы какие-то новые международные организации или реорганизованы старые на новых началах. Ну а кроме того, есть вещи, которые никто не может отменить — например, уважение к границам государств, невозможность применения насилия для разрешения международных проблем. Об этом надо помнить. За это надо бороться.
Нет войне!
Следующий прямой эфир будет завтра, в пятницу.
Речь шла о мире после Второй мировой войны — о той системе международных отношений и международной безопасности, которую пытались создать державы-победительницы, чтобы предотвратить новую войну.
Именно для этого была создана ООН — организация, поставившая своей задачей «избавить грядущие поколения от бедствий войны» и «создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права, и
содействовать социальному прогрессу и улучшению условий жизни при большей свободе».
Сегодня к ООН есть много претензий — постоянные члены Совета Безопасности имеют право вето и обладают контролем над основными решениями. Без решения СБ невозможно ни объявить страну агрессором, ни принять решение о вводе миротворцев. Сам состав СБ, безусловно, сформирован давно устаревшими реалиями. Постоянные члены — США, Великобритания, Россия, Франция, Китай. Как видим, здесь нет ни Германии, ни Японии, ни одного представителя Латинской Америки или Африки.
Но дело даже не в этом. ООН безусловно делала и делает очень много добра — оказывая гуманитарную помощь и развивая свои программы во многих странах. Но может ли эта организация избавить нас от войны, как это гордо заявлено в ее уставе?
В течение многих десятилетий, прошедших после основания ООН в 1945 году, мир прошел через много кризисов, когда казалось, что Третья мировая неизбежна — блокада Берлина в 1948-49 годах, возведение Берлинской стены, Карибский кризис. А были и войны — но локальные — Корейская, Вьетнамская, многочисленные войны на Ближнем Востоке.
Миротворцы ООН выступали в роли наблюдателей, создавали буфер между воюющими сторонами, способствовали реконструкции стран после окончания конфликта, помогали беженцам.
Но войны все продолжались и продолжаются. После падения Берлинской стены и распада СССР мир принципиально изменился. Казалось, что теперь, когда кончилась Холодная война, и войн будет меньше, а может, и вообще не будет. Увы. Начались войны на территории бывшего СССР и бывшей Югославии. Прошли еще годы и с новой силой запылали конфликты на Среднем и Ближнем Востоке — Ирак, Ливия, Сирия…
Как остановить кровавое безумие? Сегодня этот вопрос невероятно актуален. Миротворцы ООН уже неоднократно показывали свою слабость — когда не смогли защитить жителей Сребреницы в Боснии или тутси в Руанде. Можно ли останавливать войну с помощью силы? И это уже неоднократно пробовали — в Ираке, в Ливии — война останавливалась, диктатора свергали, но начинался новый виток насилия и хаоса.
Что же, мы бессильны? Я отказываюсь в это верить. Во-первых, я уверена, что в ближайшие десятилетия мучительно, медленно, но будут выработаны некие новые принципы международных отношений, будут созданы какие-то новые международные организации или реорганизованы старые на новых началах. Ну а кроме того, есть вещи, которые никто не может отменить — например, уважение к границам государств, невозможность применения насилия для разрешения международных проблем. Об этом надо помнить. За это надо бороться.
Нет войне!
Следующий прямой эфир будет завтра, в пятницу.
YouTube
Какой мир сложился после Второй мировой войны и как он рухнул
*** https://www.donationalerts.com/r/eidelmantn — донат на работу канала
*** НЕ-Реклама: Купить дешёвые авиабилеты на Авиасейлс: https://i.avs.io/1558n
* Поддержите выходы новых уроков истории на платформе Patreon — https://patreon.com/eidelman
* Поддержите…
*** НЕ-Реклама: Купить дешёвые авиабилеты на Авиасейлс: https://i.avs.io/1558n
* Поддержите выходы новых уроков истории на платформе Patreon — https://patreon.com/eidelman
* Поддержите…
👍20💩5👎2❤1
ХЛЕБ ИЗГНАНЬЯ
20 февраля я приехала в отель в приморском городке под Афинами. Молодой человек на ресепшене заметил: «Здесь сейчас очень спокойно» — «Так за этим я сюда и приехала», — бодро ответила я. Прошло четыре дня и спокойствие кончилось. Я выбросила свой обратный билет в Москву и купила билет в Лиссабон. Здесь сегодня и пишу…
О том, что жизнь на чужбине невесела, написано столько, что трудно придумать что-то новое. А новые изгнанники все пишут и пишут. Данте слышит в Раю предсказание, которое в его реальной жизни уже сбылось:
«Ты бросишь все, к чему твои желанья
Стремились нежно; эту язву нам
Всего быстрей наносит лук изгнанья.
Ты будешь знать, как горестен устам
Чужой ломоть, как трудно на чужбине
Сходить и восходить по ступеням».
Пока искала в интернете цитату, наткнулась на рассуждение о том, что, вообще-то, Данте констатировал факт — в оригинале хлеб изгнания не горек, а солон — и дело в том, что в Тоскане пекут пресный хлеб, а на севере, куда он отправился в изгнание — соленый, непривычный для флорентийца. И это, кстати, удивительное наблюдение. Непривычная еда — одна из вроде бы мелочей, которые часто очень сильно бьют по уехавшим. Помню, как тосковала сестра моей бабушки в Израиле по черному хлебу.
А вот набоковский Годунов-Чердынцев бродит по берлинской улице, вид колеблющегося от ветра «призрачного круга на сыром асфальте» вдруг пробуждает в нем стихи — и он начинает повторять «Благодарю тебя, отчизна», а потом в душе рождается еще «за злую даль благодарю».
Ремарковский Равик (который в современных переводах стал Равичем) выходит на площадь Звезды в Париже и ощущает абсолютное одиночество: «Перед ними раскинулась только сама площадь, широченная, с разбросанными тут и там тусклыми лунами фонарей и мощной каменной аркой посередине, чья громада, пропадая в мглистой дымке, казалось, подпирает собой насупленное небо, укрывая исполинскими сводами сиротливое, бледное и трепетное пламя на могиле неизвестного солдата, словно это последняя могила рода человеческого, затерянная среди безлюдья вечной ночи».
Мне, вообще-то, намного лучше (пока), чем всем этим и многим другим реальным и придуманным изгнанникам. Я гуляю с внучкой, окружена заботой близких, интернет позволяет (пока) общаться с теми, кто остался дома, я могу заниматься своим делом, мой канал (пока) работает. И, кстати, я могу говорить все, что хочу, не думая о том, как это может повредить моей школе или фонду моего сына. Надо сказать, что это ОЧЕНЬ большое удовольствие — возможность называть все своими именами, не оглядываясь.
Но интернет каждую минуту приносит что-то жуткое. И помимо страшных сообщений о разрушенных городах, горящей АЭС, потерянных жизнях — еще и постоянные посты о том, кто героически решил остаться, а кто покинул страну. И это дополнительный ужас. Ясно, что на фоне новостей о бомбежках и о безумии в России новости об очередных друзьях, выпускниках, знакомых, родственниках, добравшихся до Еревана, Тбилиси или Стамбула, — это, скорее, радостные известия, но кто знает, что будет со всеми нами дальше?
На мой взгляд, одна из самых печальных историй изгнания, это судьба великого правителя Афин Фемистокла. Фемистокл был изгнан, другие греческие города не хотели его принимать, и он был вынужден отправиться к своим злейшим врагам — в Персию. Он попросил «личной аудиенции» с царем, и его предупредили, что у персов принято простираться ниц перед государем. И пришлось свободному афинянину пасть ниц. А царь выделил ему богатые города в управление, но прошло время, и он сообщил Фемистоклу, что пришла пора расплатиться. Царь хотел, чтобы Фемистокл помогал ему в войне с Афинами. И тогда изгнанник принял яд, чтобы не идти против родного города.
Скорее всего, это сказка, и есть другие версии судьбы Фемистокла. Будем надеяться, что нас минуют самые тяжелые искушения и унижения эмигрантской жизни. А пока что будем жрать «хлеб изгнанья, не оставляя корок», читать новости и пользоваться свободой слова. Свобода — очень неплохая штука.
Нет войне!
20 февраля я приехала в отель в приморском городке под Афинами. Молодой человек на ресепшене заметил: «Здесь сейчас очень спокойно» — «Так за этим я сюда и приехала», — бодро ответила я. Прошло четыре дня и спокойствие кончилось. Я выбросила свой обратный билет в Москву и купила билет в Лиссабон. Здесь сегодня и пишу…
О том, что жизнь на чужбине невесела, написано столько, что трудно придумать что-то новое. А новые изгнанники все пишут и пишут. Данте слышит в Раю предсказание, которое в его реальной жизни уже сбылось:
«Ты бросишь все, к чему твои желанья
Стремились нежно; эту язву нам
Всего быстрей наносит лук изгнанья.
Ты будешь знать, как горестен устам
Чужой ломоть, как трудно на чужбине
Сходить и восходить по ступеням».
Пока искала в интернете цитату, наткнулась на рассуждение о том, что, вообще-то, Данте констатировал факт — в оригинале хлеб изгнания не горек, а солон — и дело в том, что в Тоскане пекут пресный хлеб, а на севере, куда он отправился в изгнание — соленый, непривычный для флорентийца. И это, кстати, удивительное наблюдение. Непривычная еда — одна из вроде бы мелочей, которые часто очень сильно бьют по уехавшим. Помню, как тосковала сестра моей бабушки в Израиле по черному хлебу.
А вот набоковский Годунов-Чердынцев бродит по берлинской улице, вид колеблющегося от ветра «призрачного круга на сыром асфальте» вдруг пробуждает в нем стихи — и он начинает повторять «Благодарю тебя, отчизна», а потом в душе рождается еще «за злую даль благодарю».
Ремарковский Равик (который в современных переводах стал Равичем) выходит на площадь Звезды в Париже и ощущает абсолютное одиночество: «Перед ними раскинулась только сама площадь, широченная, с разбросанными тут и там тусклыми лунами фонарей и мощной каменной аркой посередине, чья громада, пропадая в мглистой дымке, казалось, подпирает собой насупленное небо, укрывая исполинскими сводами сиротливое, бледное и трепетное пламя на могиле неизвестного солдата, словно это последняя могила рода человеческого, затерянная среди безлюдья вечной ночи».
Мне, вообще-то, намного лучше (пока), чем всем этим и многим другим реальным и придуманным изгнанникам. Я гуляю с внучкой, окружена заботой близких, интернет позволяет (пока) общаться с теми, кто остался дома, я могу заниматься своим делом, мой канал (пока) работает. И, кстати, я могу говорить все, что хочу, не думая о том, как это может повредить моей школе или фонду моего сына. Надо сказать, что это ОЧЕНЬ большое удовольствие — возможность называть все своими именами, не оглядываясь.
Но интернет каждую минуту приносит что-то жуткое. И помимо страшных сообщений о разрушенных городах, горящей АЭС, потерянных жизнях — еще и постоянные посты о том, кто героически решил остаться, а кто покинул страну. И это дополнительный ужас. Ясно, что на фоне новостей о бомбежках и о безумии в России новости об очередных друзьях, выпускниках, знакомых, родственниках, добравшихся до Еревана, Тбилиси или Стамбула, — это, скорее, радостные известия, но кто знает, что будет со всеми нами дальше?
На мой взгляд, одна из самых печальных историй изгнания, это судьба великого правителя Афин Фемистокла. Фемистокл был изгнан, другие греческие города не хотели его принимать, и он был вынужден отправиться к своим злейшим врагам — в Персию. Он попросил «личной аудиенции» с царем, и его предупредили, что у персов принято простираться ниц перед государем. И пришлось свободному афинянину пасть ниц. А царь выделил ему богатые города в управление, но прошло время, и он сообщил Фемистоклу, что пришла пора расплатиться. Царь хотел, чтобы Фемистокл помогал ему в войне с Афинами. И тогда изгнанник принял яд, чтобы не идти против родного города.
Скорее всего, это сказка, и есть другие версии судьбы Фемистокла. Будем надеяться, что нас минуют самые тяжелые искушения и унижения эмигрантской жизни. А пока что будем жрать «хлеб изгнанья, не оставляя корок», читать новости и пользоваться свободой слова. Свобода — очень неплохая штука.
Нет войне!
👍28💩6👎2🤬2❤1
ВОЙНА: ОТ КРЕСТОВЫХ ПОХОДОВ ДО ЯДЕРНОЙ КНОПКИ
Мы продолжаем наши прямые эфиры. Сегодня, в пятницу, в 20.15 по московскому времени будем говорить о войнах. О том, как менялась война с течением веков: от занятия маленьких отрядов и удела военного сословия — и до сегодняшней тотальной войны, которая может уничтожить всё человечество.
Как это происходило? Почему развитие прогресса и человеческого разума привело нас в тот ужасный тупик, в котором мы находимся сегодня?
Ссылку на трансляцию опубликуем сразу же после начала.
Мы продолжаем наши прямые эфиры. Сегодня, в пятницу, в 20.15 по московскому времени будем говорить о войнах. О том, как менялась война с течением веков: от занятия маленьких отрядов и удела военного сословия — и до сегодняшней тотальной войны, которая может уничтожить всё человечество.
Как это происходило? Почему развитие прогресса и человеческого разума привело нас в тот ужасный тупик, в котором мы находимся сегодня?
Ссылку на трансляцию опубликуем сразу же после начала.
👍5💩5👎2❤1
Друзья, прямой эфир: https://www.youtube.com/watch?v=nBRKwVdd_MM
YouTube
Война: от крестовых походов до ядерной кнопки
*** https://www.donationalerts.com/r/eidelmantn — донат на работу канала
Прямой эфир на канале «Уроки истории с Тамарой Эйдельман» — о том, как менялась война с течением веков: от занятия маленьких отрядов и удела военного сословия — и до сегодняшней тотальной…
Прямой эфир на канале «Уроки истории с Тамарой Эйдельман» — о том, как менялась война с течением веков: от занятия маленьких отрядов и удела военного сословия — и до сегодняшней тотальной…
💩6👍2❤1👎1
ИНКВИЗИЦИЯ И МЫ
Лекция про историю инквизициибыла записана в совершенно иной жизни — до начала войны. Впрочем, уже тогда вопрос о том, каким образом людям навязывалась одна-единственная точка зрения и как боролись с теми, кто думал по-другому, — этот вопрос был весьма актуален.
Что уж говорить о сегодняшнем дне. Я пишу эти строки, когда следователи шуруют в здании Международного Мемориала, одной из самых благородных общественных организаций из всех, существовавших в последние десятилетия. Силовики пришли в офис «Гражданского содействия» — организации, помогающей мигрантам, — людям, оказавшихся в нашей стране совсем уж бесправными. «Эхо Москвы» закрыто, «Дождь» закрыт. Другие издания сами приостанавливают свой выход. Сотни людей покупают билеты на самолет по диким ценам, чтобы успеть вырваться из захлопывающейся мышеловки.
И в этой ситуации я думаю не только о том, как сжигали еретиков или заставляли Галилея отречься от своих мыслей, но и о том, почему с веками инквизиция все больше слабела. Ответ простой — потому что появлялось уже так много свободомыслящих людей, так много книг, написанных этими людьми, что этот поток было уже просто невозможно остановить.
Просто к сведению.
Нет войне!
https://youtu.be/SAcKZUM11Ts
Лекция про историю инквизициибыла записана в совершенно иной жизни — до начала войны. Впрочем, уже тогда вопрос о том, каким образом людям навязывалась одна-единственная точка зрения и как боролись с теми, кто думал по-другому, — этот вопрос был весьма актуален.
Что уж говорить о сегодняшнем дне. Я пишу эти строки, когда следователи шуруют в здании Международного Мемориала, одной из самых благородных общественных организаций из всех, существовавших в последние десятилетия. Силовики пришли в офис «Гражданского содействия» — организации, помогающей мигрантам, — людям, оказавшихся в нашей стране совсем уж бесправными. «Эхо Москвы» закрыто, «Дождь» закрыт. Другие издания сами приостанавливают свой выход. Сотни людей покупают билеты на самолет по диким ценам, чтобы успеть вырваться из захлопывающейся мышеловки.
И в этой ситуации я думаю не только о том, как сжигали еретиков или заставляли Галилея отречься от своих мыслей, но и о том, почему с веками инквизиция все больше слабела. Ответ простой — потому что появлялось уже так много свободомыслящих людей, так много книг, написанных этими людьми, что этот поток было уже просто невозможно остановить.
Просто к сведению.
Нет войне!
https://youtu.be/SAcKZUM11Ts
YouTube
Инквизиция — борьба со свободной мыслью
🏺 Мой авторский курс «История древних цивилизаций».
Записывайтесь по ссылке https://l.curiosophy.io/x4YwG5
Вас ждут не только захватывающие видеолекции, но и авторские письма, дополняющие истории о жизни и быте Египта, Месопотамии, Индии, Китая, Иудеи, Греции…
Записывайтесь по ссылке https://l.curiosophy.io/x4YwG5
Вас ждут не только захватывающие видеолекции, но и авторские письма, дополняющие истории о жизни и быте Египта, Месопотамии, Индии, Китая, Иудеи, Греции…
👍10💩5👎2❤1