Памяти Мари Лафоре — и многих других
Для поколения 50-х годов одним из знаковых событий Оттепели был концерт Ива Монтана. С этого момента любовь к французским «шансонье» стала одной из самых пылких привязанностей советских людей.
Сегодня трудно понять, какие прихотливые окошечки открывались по временам в железном занавесе.
Большая часть важных событий музыкальной жизни 50-80-х годов проходила где-то очень далеко от СССР. Нам доставались в основном полуразоблачительные полувосторженные статьи об ужасах «музыки секса и наркотиков» или предсказания о том, что популярность «Ливерпульских жуков» продлится недолго. Иногда чудесным образом фирма «Мелодия» выпускала пластинку «Музыкальный калейдоскоп», где посреди разнообразного набора иностранных песен оказывалась песня «Девушка» - «слова и музыка народные». Исполняет «квартет Битлс». Так на советском пространстве впервые официально прозвучала песня Girl.
А вот с французами дело обстояло проще. Мне почему-то кажется, что тут во многом сказалось желание Франции показать союзникам по НАТО, что у них, как всегда, свой особый путь и никакая холодная война им не указ. Впрочем, может быть дело было не в этом, а в желании конкретных певцов съездить в далекую Россию и погулять по Красной площади – принимали их тут, конечно, по первому разряду. К тому же предел мечтаний французского шансонье – концертный зал «Олимпия» в Париже на 2000 мест, а в Большом зале кинотеатра «Октябрь» было почти две с половиной тысячи. Сальваторе Адамо вообще выступал в Лужниках.
Понятно, что в СССР не звали Джонни Холлидея – он был уж слишком «рОковым», или Сержа Гейнсбура – этот все время что-нибудь неприличное писал. Но зато в течение нескольких десятилетий мы получали пластинки , телепередачи, а потом и гастроли замечательных французских шансонье. И этот прекрасный, очаровательный, такой непривычный для нас шансон ( о, как же прекрасно тогда звучало это слово, и никаких ассоциаций с радио «Шансон»), где голос оказывался не главной составляющей, а куда важнее становились обаяние шансонье, удивительная индивидуальная интонация и рассказанная история – не случайно на многих концертах перед каждой песней выступал переводчик, сообщавший ее краткое содержание.
И вдруг мы увидели и услышали Сальваторе Адамо и Ги Беара, Сержа Реджани и Жильбера Беко. Оказалось, что можно петь, выглядеть, да просто стоять на сцене совсем не так, как это делали советские певцы – и это уже был удивительный опыт – мы вступали в контакт с абсолютно сказочным миром некоего идеализированного, прекрасного Парижа, откуда приезжают элегантные мужчины и невероятно обаятельные женщины, где есть загадочные «кабаре», и там полупоют, полурассказывают о жизни, любви, одиночестве. Две пластинки с очень хорошим подбором французского шансона так и назывались «Под крышами Парижа».
Потом появятся чудесные, но более «эстрадные» Мирей Матье и Джо Дассен – и это тоже будет чем-то невероятным и ни на что и окружавшем нас мире не похожим.
Наверное, одним из самых удивительных моментов, связанных с французской песней, было исполнение в программе «Время» мелодии «Манчестер-Ливерпуль», - песни, которую так прекрасно исполняла Мари Лафоре. С 1968 по 1981 год в главной официальной новостной программе страны после сообщений об очередной награде «дорогого Леонида Ильича» и о том, что происходит «на полях страны», играла небесной красоты музыка – и начинался прогноз погоды. В 1981 году, уже после вторжения в Афганистан, времена изменились, и мелодия вдруг исчезла. Стало совсем не до нее, да и вообще не до лирических мелодий шансона.
И только теперь, когда один за другим стали уходить французские шансонье, начинаешь понимать, как много для нас сделали их мелодии, их лица, их голоса.
Для поколения 50-х годов одним из знаковых событий Оттепели был концерт Ива Монтана. С этого момента любовь к французским «шансонье» стала одной из самых пылких привязанностей советских людей.
Сегодня трудно понять, какие прихотливые окошечки открывались по временам в железном занавесе.
Большая часть важных событий музыкальной жизни 50-80-х годов проходила где-то очень далеко от СССР. Нам доставались в основном полуразоблачительные полувосторженные статьи об ужасах «музыки секса и наркотиков» или предсказания о том, что популярность «Ливерпульских жуков» продлится недолго. Иногда чудесным образом фирма «Мелодия» выпускала пластинку «Музыкальный калейдоскоп», где посреди разнообразного набора иностранных песен оказывалась песня «Девушка» - «слова и музыка народные». Исполняет «квартет Битлс». Так на советском пространстве впервые официально прозвучала песня Girl.
А вот с французами дело обстояло проще. Мне почему-то кажется, что тут во многом сказалось желание Франции показать союзникам по НАТО, что у них, как всегда, свой особый путь и никакая холодная война им не указ. Впрочем, может быть дело было не в этом, а в желании конкретных певцов съездить в далекую Россию и погулять по Красной площади – принимали их тут, конечно, по первому разряду. К тому же предел мечтаний французского шансонье – концертный зал «Олимпия» в Париже на 2000 мест, а в Большом зале кинотеатра «Октябрь» было почти две с половиной тысячи. Сальваторе Адамо вообще выступал в Лужниках.
Понятно, что в СССР не звали Джонни Холлидея – он был уж слишком «рОковым», или Сержа Гейнсбура – этот все время что-нибудь неприличное писал. Но зато в течение нескольких десятилетий мы получали пластинки , телепередачи, а потом и гастроли замечательных французских шансонье. И этот прекрасный, очаровательный, такой непривычный для нас шансон ( о, как же прекрасно тогда звучало это слово, и никаких ассоциаций с радио «Шансон»), где голос оказывался не главной составляющей, а куда важнее становились обаяние шансонье, удивительная индивидуальная интонация и рассказанная история – не случайно на многих концертах перед каждой песней выступал переводчик, сообщавший ее краткое содержание.
И вдруг мы увидели и услышали Сальваторе Адамо и Ги Беара, Сержа Реджани и Жильбера Беко. Оказалось, что можно петь, выглядеть, да просто стоять на сцене совсем не так, как это делали советские певцы – и это уже был удивительный опыт – мы вступали в контакт с абсолютно сказочным миром некоего идеализированного, прекрасного Парижа, откуда приезжают элегантные мужчины и невероятно обаятельные женщины, где есть загадочные «кабаре», и там полупоют, полурассказывают о жизни, любви, одиночестве. Две пластинки с очень хорошим подбором французского шансона так и назывались «Под крышами Парижа».
Потом появятся чудесные, но более «эстрадные» Мирей Матье и Джо Дассен – и это тоже будет чем-то невероятным и ни на что и окружавшем нас мире не похожим.
Наверное, одним из самых удивительных моментов, связанных с французской песней, было исполнение в программе «Время» мелодии «Манчестер-Ливерпуль», - песни, которую так прекрасно исполняла Мари Лафоре. С 1968 по 1981 год в главной официальной новостной программе страны после сообщений об очередной награде «дорогого Леонида Ильича» и о том, что происходит «на полях страны», играла небесной красоты музыка – и начинался прогноз погоды. В 1981 году, уже после вторжения в Афганистан, времена изменились, и мелодия вдруг исчезла. Стало совсем не до нее, да и вообще не до лирических мелодий шансона.
И только теперь, когда один за другим стали уходить французские шансонье, начинаешь понимать, как много для нас сделали их мелодии, их лица, их голоса.
👍5❤2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
❤5
Дмитрию Киселеву, считающему, что от гуманитариев один вред, посвящается…
В этом тексте ничего не будет о российских гуманитариях – ни об Александре Блоке, учившемся на историко-филологическом факультете
Петербургского университета, ни о Евгении Тарле или Дмитрии Лихачеве, ни о тысячах людей, выбравших гуманитарное образование не только из любви к истории, литературе, философии, но и потому, что гуманитарные науки развивают человеческую душу. Здесь вообще речь будет не о России, а о Парагвае.
В 1811 году вице-королевство Рио-де-ла-Плата объявило о независимости от Испании, в 1813 году от этих земель отделилась республика Парагвай. Ее консулом, потом временным диктатором, потом просто диктатором, а потом Верховным диктатором стал Хосе Гаспар Родригес-де-Франсия, управлявший Парагваем до своей смерти в 1840 году.
За годы правления Франсия успел многое. Он арестовал политических противников – одних расстрелял, других сослал. Городское самоуправление упразднил и все города поставил под жесткий контроль государства.
Франсия резко ограничил влияние церкви и конфисковал церковные земли. Большая часть конфискованных земель была отдана крестьянам в аренду на выгодных условиях. Правда, государство решало, что будут производить крестьяне и ремесленники, определяло размеры их производительности, а за дурное качество – наказывало.
В страну был запрещен ввоз иностранных товаров (в том числе книг и газет) – и это способствовало подъему национальной торговли, правда, только внутри страны, так как Парагвай находился почти в полной изоляции. Въезд в страну ограничивался, а уж выезд - тем более.
А еще он запретил издание газет, создал библиотеку, где хранились только книги, изданные в Парагвае. И наконец, - тадаммм! – этот поклонник философов Просвещения вообще отменил высшее образование. А вот начальное зато сделал обязательным – и вскоре в стране все дети умели читать и писать. Ясно, что читали они книги, изданные в Парагвае.
До сегодняшнего дня многие восхищаются Франсией, наделившим крестьян землей и победившим олигархов. Его называют «отцом парагвайской нации». Против, конечно, выступают вредные гуманитарии. Парагвайский писатель Аугусто Роа Бастос написал о диктаторе роман «Я, верховный», где показал его не в самом приглядном свете. Франсия стал одним из прототипов героя романа Габриэля Гарсиа Маркеса «Осень Патриарха». В финале книги звучат знаменитые слова:
«И он умер так, как сказала смерть, умер тогда, когда меньше всего хотел этого, когда после стольких лет бесплодных иллюзий и самообмана стал догадываться, что люди не живут, а существуют, черт подери, что самой долгой и деятельной жизни хватает лишь на то, чтобы научиться жить -- в самом конце! Он умер, когда постиг свой итог: поверив некогда, в начале пути, что не способен любить, о чем будто бы свидетельствовали гладкие, лишенные линий ладони его рук и карты гадалок, он попытался заменить плотскую любовь любовью к власти, пестуя в своей душе демона властолюбия, отдав этому демону все; он стал добровольной жертвой и всю жизнь горел на медленном огне чудовищного жертвенника; он вскормил себя обманом и преступлениями, возрос на жестокости и бесчестии, подавил в себе свою неуемную жадность и врожденную трусость ради того, чтобы до самого конца света удержать в намертво стиснутом кулаке свой стеклянный шарик, не понимая, что жажда власти порождает лишь неутолимую жажду власти, не понимая, что насытиться властью невозможно не только до конца нашего света, но и до конца всех иных миров, мой генерал!»
Да, еще кое-что – сегодня Парагвай занимает по одним подсчетам 93, а по некоторым 98 место в мире по ВВП на душу населения. За чертой бедности живут около четверти населения страны.
В этом тексте ничего не будет о российских гуманитариях – ни об Александре Блоке, учившемся на историко-филологическом факультете
Петербургского университета, ни о Евгении Тарле или Дмитрии Лихачеве, ни о тысячах людей, выбравших гуманитарное образование не только из любви к истории, литературе, философии, но и потому, что гуманитарные науки развивают человеческую душу. Здесь вообще речь будет не о России, а о Парагвае.
В 1811 году вице-королевство Рио-де-ла-Плата объявило о независимости от Испании, в 1813 году от этих земель отделилась республика Парагвай. Ее консулом, потом временным диктатором, потом просто диктатором, а потом Верховным диктатором стал Хосе Гаспар Родригес-де-Франсия, управлявший Парагваем до своей смерти в 1840 году.
За годы правления Франсия успел многое. Он арестовал политических противников – одних расстрелял, других сослал. Городское самоуправление упразднил и все города поставил под жесткий контроль государства.
Франсия резко ограничил влияние церкви и конфисковал церковные земли. Большая часть конфискованных земель была отдана крестьянам в аренду на выгодных условиях. Правда, государство решало, что будут производить крестьяне и ремесленники, определяло размеры их производительности, а за дурное качество – наказывало.
В страну был запрещен ввоз иностранных товаров (в том числе книг и газет) – и это способствовало подъему национальной торговли, правда, только внутри страны, так как Парагвай находился почти в полной изоляции. Въезд в страну ограничивался, а уж выезд - тем более.
А еще он запретил издание газет, создал библиотеку, где хранились только книги, изданные в Парагвае. И наконец, - тадаммм! – этот поклонник философов Просвещения вообще отменил высшее образование. А вот начальное зато сделал обязательным – и вскоре в стране все дети умели читать и писать. Ясно, что читали они книги, изданные в Парагвае.
До сегодняшнего дня многие восхищаются Франсией, наделившим крестьян землей и победившим олигархов. Его называют «отцом парагвайской нации». Против, конечно, выступают вредные гуманитарии. Парагвайский писатель Аугусто Роа Бастос написал о диктаторе роман «Я, верховный», где показал его не в самом приглядном свете. Франсия стал одним из прототипов героя романа Габриэля Гарсиа Маркеса «Осень Патриарха». В финале книги звучат знаменитые слова:
«И он умер так, как сказала смерть, умер тогда, когда меньше всего хотел этого, когда после стольких лет бесплодных иллюзий и самообмана стал догадываться, что люди не живут, а существуют, черт подери, что самой долгой и деятельной жизни хватает лишь на то, чтобы научиться жить -- в самом конце! Он умер, когда постиг свой итог: поверив некогда, в начале пути, что не способен любить, о чем будто бы свидетельствовали гладкие, лишенные линий ладони его рук и карты гадалок, он попытался заменить плотскую любовь любовью к власти, пестуя в своей душе демона властолюбия, отдав этому демону все; он стал добровольной жертвой и всю жизнь горел на медленном огне чудовищного жертвенника; он вскормил себя обманом и преступлениями, возрос на жестокости и бесчестии, подавил в себе свою неуемную жадность и врожденную трусость ради того, чтобы до самого конца света удержать в намертво стиснутом кулаке свой стеклянный шарик, не понимая, что жажда власти порождает лишь неутолимую жажду власти, не понимая, что насытиться властью невозможно не только до конца нашего света, но и до конца всех иных миров, мой генерал!»
Да, еще кое-что – сегодня Парагвай занимает по одним подсчетам 93, а по некоторым 98 место в мире по ВВП на душу населения. За чертой бедности живут около четверти населения страны.
❤2
TOWNS AND GOWNS
В Средние века университеты были независимыми корпорациями, и одной из важных привилегий у них был университетский суд.
Жителям университетских городов это не всегда нравилось – студенты могли вести себя… ну, как ведут себя студенты во все столетия, а призвать их к порядку было практически невозможно. Одному такому столкновению Towns and Gowns ( городов и мантий) обязан своим возникновением Кембриджский университет. В 1209 году в Оксфорде городские власти обвинили двух студентов в убийстве женщины и не передали их университету, а сами повесили. Это вызвало такое возмущение, что многие преподаватели и студенты ушли из Оксфорда и основали новое учебное заведение в Кембридже.
Кстати, университетский суд не всегда был мягким. В Гейдельберге у университета была своя тюрьма – правда, сидевших там студентов каждый день водили на лекции – наказание наказанием, а прогуливать нельзя. В Кембридже университет отвечал даже за порядок в городе. Это продолжалось до конца XIX века, когда полиция арестовала 12 женщин по обвинению в проституции, а потом выяснилось, что они просто шли по улице без сопровождения мужчин. Весьма консервативные университетские власти считали это преступлением. Только после разразившегося скандала за порядком в Кембридже стала следить городская полиция.
В России университеты тоже обладали автономией – в какие-то времена, например, при Александре I и Александре II – большей, а вот Николай I, или, вернее, его министр просвещения граф Уваров, - вкладывал в высшее образование большие деньги, поощрял профессоров… но зато поставил университеты под жесткий контроль государства.
А еще бывало, что преподаватели заступались за студентов. Осенью 1861 года в Санкт-Петербургском университете произошли студенческие волнения. До введения нового университетского устава оставалось еще несколько лет, а студенты, уже почуявшие ветер приближавшихся реформ, хотели больше свободы. Выступления подавляли солдаты, жандармы, даже пожарные. Занятия начались с опозданием, но многие студенты отказывались посещать лекции. Университет был временно закрыт и больше половины студентов арестовали и уволили из университета. Некоторых выслали из столицы под надзор полиции.
После этого несколько профессоров взяли и уволились. Они наверняка слышали то, что всегда в таких случаях говорят – что их присутствие в университете важнее их отсутствия, что надо пытаться сохранить хоть что-то, если нельзя добиться больших перемен, то стоит бороться за малые... Но бывает, что просто стыдно оставаться.
Уволился известный историк и публицист Михаил Стасюлевич, знаменитый историк, один из основателей государственной школы в исторической науке Константин Кавелин, литературовед и этнограф Александр Пыпин, правовед и в будущем знаменитый адвокат Владимир Спасович, юрист и журналист Борис Утин, позже их примеру последовал еще один выдающийся историк – Николай Костомаров.
А в начале 1900 года, когда во многих городах в разгаре были студенческие волнения, в Московском университете произошла сходка, где обсуждали, как присоединиться к забастовке. Полиция потребовала от ректора, медика Дмитрия Николаевича Зернова предоставить список участников сходки. А он отказался. Зернова сняли с поста ректора, он остался в университете просто преподавателем. Тоже наверняка ведь ему говорили, как много пользы он мог бы принести, сидя в ректорском кабинете.
Когда ректор МГУ Садовничий говорит, что рассчитывает на справедливое решение суда по делу Азата Мифтахова, а ректор Вышки Ярослав Кузьминов заявляет, что вуз, конечно, окажет поддержку Егору Жукову, попавшему в тяжелую ситуацию, но призывает не делать из него «символической фигуры», то, в общем-то, ничего принципиально нового мы не узнаем. Но во рту почему-то появляется ужасно неприятный привкус.
В Средние века университеты были независимыми корпорациями, и одной из важных привилегий у них был университетский суд.
Жителям университетских городов это не всегда нравилось – студенты могли вести себя… ну, как ведут себя студенты во все столетия, а призвать их к порядку было практически невозможно. Одному такому столкновению Towns and Gowns ( городов и мантий) обязан своим возникновением Кембриджский университет. В 1209 году в Оксфорде городские власти обвинили двух студентов в убийстве женщины и не передали их университету, а сами повесили. Это вызвало такое возмущение, что многие преподаватели и студенты ушли из Оксфорда и основали новое учебное заведение в Кембридже.
Кстати, университетский суд не всегда был мягким. В Гейдельберге у университета была своя тюрьма – правда, сидевших там студентов каждый день водили на лекции – наказание наказанием, а прогуливать нельзя. В Кембридже университет отвечал даже за порядок в городе. Это продолжалось до конца XIX века, когда полиция арестовала 12 женщин по обвинению в проституции, а потом выяснилось, что они просто шли по улице без сопровождения мужчин. Весьма консервативные университетские власти считали это преступлением. Только после разразившегося скандала за порядком в Кембридже стала следить городская полиция.
В России университеты тоже обладали автономией – в какие-то времена, например, при Александре I и Александре II – большей, а вот Николай I, или, вернее, его министр просвещения граф Уваров, - вкладывал в высшее образование большие деньги, поощрял профессоров… но зато поставил университеты под жесткий контроль государства.
А еще бывало, что преподаватели заступались за студентов. Осенью 1861 года в Санкт-Петербургском университете произошли студенческие волнения. До введения нового университетского устава оставалось еще несколько лет, а студенты, уже почуявшие ветер приближавшихся реформ, хотели больше свободы. Выступления подавляли солдаты, жандармы, даже пожарные. Занятия начались с опозданием, но многие студенты отказывались посещать лекции. Университет был временно закрыт и больше половины студентов арестовали и уволили из университета. Некоторых выслали из столицы под надзор полиции.
После этого несколько профессоров взяли и уволились. Они наверняка слышали то, что всегда в таких случаях говорят – что их присутствие в университете важнее их отсутствия, что надо пытаться сохранить хоть что-то, если нельзя добиться больших перемен, то стоит бороться за малые... Но бывает, что просто стыдно оставаться.
Уволился известный историк и публицист Михаил Стасюлевич, знаменитый историк, один из основателей государственной школы в исторической науке Константин Кавелин, литературовед и этнограф Александр Пыпин, правовед и в будущем знаменитый адвокат Владимир Спасович, юрист и журналист Борис Утин, позже их примеру последовал еще один выдающийся историк – Николай Костомаров.
А в начале 1900 года, когда во многих городах в разгаре были студенческие волнения, в Московском университете произошла сходка, где обсуждали, как присоединиться к забастовке. Полиция потребовала от ректора, медика Дмитрия Николаевича Зернова предоставить список участников сходки. А он отказался. Зернова сняли с поста ректора, он остался в университете просто преподавателем. Тоже наверняка ведь ему говорили, как много пользы он мог бы принести, сидя в ректорском кабинете.
Когда ректор МГУ Садовничий говорит, что рассчитывает на справедливое решение суда по делу Азата Мифтахова, а ректор Вышки Ярослав Кузьминов заявляет, что вуз, конечно, окажет поддержку Егору Жукову, попавшему в тяжелую ситуацию, но призывает не делать из него «символической фигуры», то, в общем-то, ничего принципиально нового мы не узнаем. Но во рту почему-то появляется ужасно неприятный привкус.
❤3
ТОЛЬКО ФАКТЫ
25 октября 1917 года по старому стилю, 7 ноября по новому, большевики свергли Временное правительство. Одним из первых решений Съезда Советов был декрет о создании нового правительства – Совета Народных Комиссаров.
Теперь немного фактов. Состав первого Совнаркома:
Председатель – Владимир Ленин. Умер в 1924 г., последние месяцы провел оторванным от общественной жизни, окруженный доносчиками, следившими за каждым его шагом. Судя по последним работам Ленина, он с ужасом представлял, что будет со страной после его смерти и пытался придумать решения, которые вывели бы Россию из тупика, куда он ее загнал. Придумать ничего не удалось, кроме предложений вроде «как нам реорганизовать Рабкрин».
Нарком по внутренним делам – Алексей Рыков. В 20-е годы активно участвовал в политической борьбе. Выступал против свертывания НЭПа, за что Сталин назвал его взгляды «правым уклоном». В 1937 г. арестован, проходил по делу «Правотроцкистского антисоветского блока». Выступал с покаянными показаниями на открытом процессе. В 1938 г. расстрелян.
Нарком земледелия – Владимир Милютин. В 20-е годы – заместитель председателя Коммунистической академии, профессор экономического отделения факультета общественных наук. Один из создателей советской статистики. В 1937-м расстрелян, как член вымышленной контрреволюционной организации.
Нарком труда – Александр Шляпников. В 20-е годы возглавлял группу «рабочей оппозиции», члены которой не понимали, почему в государстве рабочих власть должна быть у партийных бюрократов, а не у профсоюзов. В 1933-м исключен из партии, затем выслан в Карелию, потом арестован, снова сослан. В 1936-м арестован по обвинению в создании контрреволюционной группировки «Рабочая оппозиция». Виновным себя не признал, но это ему не помогло и в 1937-м он был расстрелян.
Наркомат по военным и морским делам возглавляли трое – Владимир Антонов-Овсеенко, которому припишут руководство октябрьским восстанием в Петрограде, когда имя Троцкого окажется под запретом. Когда пришла его пора отправляться на расстрел в 1938 году, он отдал сокамерникам пиджак и ботинки, а сам пошел навстречу судьбе босиком. Николая Крыленко в 1917-м большевики отправили на фронт заключать перемирие с Германией. Генерал Духонин отказался выполнять приказ нового правительства, и Крыленко натравил на него солдат. Позже чекисты вместо расстрелять часто говорили «отправить к Духонину». Потом Крыленко произносил пламенные обвинительные речи на открытых процессах. В 1938-м его расстреляли – не за то, что он погубил столько невинных людей, а за якобы созданную им фашистскую организацию «альпинистов и туристов». Павел Дыбенко сначала разгонял Учредительное собрание, потом воевал против белых вместе с Махно, потом против махновцев, подавлял кронштадтское восстание, потом восстание крестьян в Тамбовской губернии. Уже в тридцатые годы вместе с другими военными осудил на казнь Тухачевского – а в 1938-м его самого казнили по обвинению в связях с Тухачевским и никакие письма Сталину его не спасли.
Нарком по иностранным делам Лев Троцкий продержался на этом посту всего несколько месяцев, дальше будет долгая борьба со Сталиным, высылка из СССР и гибель в 1940 году в Мексике от удара ледоруба, нанесенного сталинским агентом Рамоном Меркадером.
Нарком юстиции Георгий Ломов испытал прелести советской юстиции и был расстрелян в 1938 г. В 1937-м был расстрелян нарком продовольствия Иван Теодорович. Тогда же нарком почт и телеграфов Николай Авилов.
А Виктор Ногин, нарком по делам торговли и промышленности, успел умереть в 1924 г. Повезло и наркому народного просвещения Анатолию Луначарскому – он умер в 1933 г., да еще в Ментоне. Нарком финансов Иван Скворцов-Степанов умер в 1928 г. от тифа в Сочи. На этом список везунчиков заканчивается.
А, нет, был еще нарком по делам национальностей Иосиф Джугашвили, он же Сталин. Этот долго прожил – до 1953 года.
Революция – Сатурн, пожирающий своих детей. Впрочем, чужих тоже.
25 октября 1917 года по старому стилю, 7 ноября по новому, большевики свергли Временное правительство. Одним из первых решений Съезда Советов был декрет о создании нового правительства – Совета Народных Комиссаров.
Теперь немного фактов. Состав первого Совнаркома:
Председатель – Владимир Ленин. Умер в 1924 г., последние месяцы провел оторванным от общественной жизни, окруженный доносчиками, следившими за каждым его шагом. Судя по последним работам Ленина, он с ужасом представлял, что будет со страной после его смерти и пытался придумать решения, которые вывели бы Россию из тупика, куда он ее загнал. Придумать ничего не удалось, кроме предложений вроде «как нам реорганизовать Рабкрин».
Нарком по внутренним делам – Алексей Рыков. В 20-е годы активно участвовал в политической борьбе. Выступал против свертывания НЭПа, за что Сталин назвал его взгляды «правым уклоном». В 1937 г. арестован, проходил по делу «Правотроцкистского антисоветского блока». Выступал с покаянными показаниями на открытом процессе. В 1938 г. расстрелян.
Нарком земледелия – Владимир Милютин. В 20-е годы – заместитель председателя Коммунистической академии, профессор экономического отделения факультета общественных наук. Один из создателей советской статистики. В 1937-м расстрелян, как член вымышленной контрреволюционной организации.
Нарком труда – Александр Шляпников. В 20-е годы возглавлял группу «рабочей оппозиции», члены которой не понимали, почему в государстве рабочих власть должна быть у партийных бюрократов, а не у профсоюзов. В 1933-м исключен из партии, затем выслан в Карелию, потом арестован, снова сослан. В 1936-м арестован по обвинению в создании контрреволюционной группировки «Рабочая оппозиция». Виновным себя не признал, но это ему не помогло и в 1937-м он был расстрелян.
Наркомат по военным и морским делам возглавляли трое – Владимир Антонов-Овсеенко, которому припишут руководство октябрьским восстанием в Петрограде, когда имя Троцкого окажется под запретом. Когда пришла его пора отправляться на расстрел в 1938 году, он отдал сокамерникам пиджак и ботинки, а сам пошел навстречу судьбе босиком. Николая Крыленко в 1917-м большевики отправили на фронт заключать перемирие с Германией. Генерал Духонин отказался выполнять приказ нового правительства, и Крыленко натравил на него солдат. Позже чекисты вместо расстрелять часто говорили «отправить к Духонину». Потом Крыленко произносил пламенные обвинительные речи на открытых процессах. В 1938-м его расстреляли – не за то, что он погубил столько невинных людей, а за якобы созданную им фашистскую организацию «альпинистов и туристов». Павел Дыбенко сначала разгонял Учредительное собрание, потом воевал против белых вместе с Махно, потом против махновцев, подавлял кронштадтское восстание, потом восстание крестьян в Тамбовской губернии. Уже в тридцатые годы вместе с другими военными осудил на казнь Тухачевского – а в 1938-м его самого казнили по обвинению в связях с Тухачевским и никакие письма Сталину его не спасли.
Нарком по иностранным делам Лев Троцкий продержался на этом посту всего несколько месяцев, дальше будет долгая борьба со Сталиным, высылка из СССР и гибель в 1940 году в Мексике от удара ледоруба, нанесенного сталинским агентом Рамоном Меркадером.
Нарком юстиции Георгий Ломов испытал прелести советской юстиции и был расстрелян в 1938 г. В 1937-м был расстрелян нарком продовольствия Иван Теодорович. Тогда же нарком почт и телеграфов Николай Авилов.
А Виктор Ногин, нарком по делам торговли и промышленности, успел умереть в 1924 г. Повезло и наркому народного просвещения Анатолию Луначарскому – он умер в 1933 г., да еще в Ментоне. Нарком финансов Иван Скворцов-Степанов умер в 1928 г. от тифа в Сочи. На этом список везунчиков заканчивается.
А, нет, был еще нарком по делам национальностей Иосиф Джугашвили, он же Сталин. Этот долго прожил – до 1953 года.
Революция – Сатурн, пожирающий своих детей. Впрочем, чужих тоже.
❤3👍3
ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ЗАЩИЩАЮТ ДРУГИХ ЛЮДЕЙ
Памяти Сергея Шарова-Делоне
Защищать людей тяжело. Для этого нужно много времени и сил, иногда приходится вступать в противостояние с общественным мнением или с властью. Благодарность потомков далеко не всегда уравновешивает моральные и физические затраты.
Именно поэтому восхищение вызывают люди, которые упорно продолжают защищать других людей.
В 1892 году 10 крестьян вотяков из деревни Старый Мултан обвинили в ритуальном убийстве. Суд отправил семерых на каторгу. Адвокат Михаил Дрягин, дважды подавал кассационную жалобу, журналисты из Вятки писали об этом деле, а затем передали материалы Владимиру Короленко. Короленко тоже начал писать о мултанском деле, а его читала вся страна. Он привлек к защите знаменитого адвоката Николая Карабчевского (тот отказался от гонорара), а сам выступал в роли общественного защитника. В 1895 году обвиняемых оправдали.
В 1911 году в Киеве нашли тело убитого мальчика Андрюши Ющинского и был арестован заводской приказчик Менахем Мендель Бейлис. Короленко писал статьи о ходе процесса, составил письмо, разоблачавшее недобросовестное следствие и сам факт «кровавого навета» - обвинения евреев в использовании крови христианских младенцев. Письмо подписало множество деятелей русской культуры. Бейлис был оправдан – во многом благодаря прекрасно организованной защите и поддержке общественного мнения.
Когда произошла революция, Короленко защищал жертв большевистского террора. Его письма к Луначарскому может быть более мужественное действие, чем участие в защите мултанцев и Бейлиса.
В 1964 год в Ленинграде судили Иосифа Бродского, и литератор и журналистка Фрида Вигдорова сумела записать весь ход процесса. Запись Вигдоровой пошла в самиздат, ее прочли сотни людей, а чем больше людей знают о происходящем, тем труднее государству, даже самому людоедскому, проглотить человека. О деле Бродского узнали за границей и под давлением иностранных деятелей культуры поэта освободили.
Когда в 1960-е годы начались процессы над правозащитниками, в стране не было возможности поднять общественное мнение так, как это делал Короленко. Тем большее мужество потребовалось для небольшой группы адвокатов, не боявшихся не просто защищать политзаключенных, а даже доказывать их невиновность.
«Откуда ж берется охота,
Азарт, неподдельная страсть,
Машинам – доказывать что-то,
Властям – корректировать власть?» – писал Юлий Ким в своем прекрасном «Адвокатском вальсе».
Дину Каминскую, защищавшую Владимира Буковского, Юрия Галанскова, Мустафу Джемилева, Илью Габая и многих других вынудили уехать из страны. Против Софьи Калистратовой, защищавшей Наталью Горбаневскую, Петра Григоренко в 1981 году возбудили уголовное дело. Бориса Золотухина, защищавшего Александра Гинзбурга, уволили из адвокатуры.
Сергей Шаров-Делоне, двоюродный брат поэта Вадима Делоне, которого в 1967 году защищала Софья Каллистратова, большую часть жизни занимался реставрацией. А потом понял, что дальше терпеть произвол невозможно. Он участвовал в общественном расследовании событий на Болотной площади, помогал десяткам людей – от нескольких «болотников», до школьницы, у которой пытались ( безуспешно) получить показания на ее товарищей, начал работать в «Руси Сидящей», не только сам стал общественным защитником, но и создал Школу общественного защитника и учил других.
Сегодня десятки людей написали, как нам всем будет не хватать Сергея. Но мне хочется думать еще и о том, что во все времена в нашей печальной стране сохранялась цепочка людей, которые продолжали несмотря ни на что защищать других людей. Моя выпускница, занимавшаяся в Школе общественного защитника, теперь тоже выступает как общественный защитник, ей даже удалось добиться нескольких оправданий – большая редкость в наше время.
«Ой, правое русское слово
Луч света в кромешной ночи!
И все будет вечно хреново…
И все же ты вечно звучи».
Вечная память…
Памяти Сергея Шарова-Делоне
Защищать людей тяжело. Для этого нужно много времени и сил, иногда приходится вступать в противостояние с общественным мнением или с властью. Благодарность потомков далеко не всегда уравновешивает моральные и физические затраты.
Именно поэтому восхищение вызывают люди, которые упорно продолжают защищать других людей.
В 1892 году 10 крестьян вотяков из деревни Старый Мултан обвинили в ритуальном убийстве. Суд отправил семерых на каторгу. Адвокат Михаил Дрягин, дважды подавал кассационную жалобу, журналисты из Вятки писали об этом деле, а затем передали материалы Владимиру Короленко. Короленко тоже начал писать о мултанском деле, а его читала вся страна. Он привлек к защите знаменитого адвоката Николая Карабчевского (тот отказался от гонорара), а сам выступал в роли общественного защитника. В 1895 году обвиняемых оправдали.
В 1911 году в Киеве нашли тело убитого мальчика Андрюши Ющинского и был арестован заводской приказчик Менахем Мендель Бейлис. Короленко писал статьи о ходе процесса, составил письмо, разоблачавшее недобросовестное следствие и сам факт «кровавого навета» - обвинения евреев в использовании крови христианских младенцев. Письмо подписало множество деятелей русской культуры. Бейлис был оправдан – во многом благодаря прекрасно организованной защите и поддержке общественного мнения.
Когда произошла революция, Короленко защищал жертв большевистского террора. Его письма к Луначарскому может быть более мужественное действие, чем участие в защите мултанцев и Бейлиса.
В 1964 год в Ленинграде судили Иосифа Бродского, и литератор и журналистка Фрида Вигдорова сумела записать весь ход процесса. Запись Вигдоровой пошла в самиздат, ее прочли сотни людей, а чем больше людей знают о происходящем, тем труднее государству, даже самому людоедскому, проглотить человека. О деле Бродского узнали за границей и под давлением иностранных деятелей культуры поэта освободили.
Когда в 1960-е годы начались процессы над правозащитниками, в стране не было возможности поднять общественное мнение так, как это делал Короленко. Тем большее мужество потребовалось для небольшой группы адвокатов, не боявшихся не просто защищать политзаключенных, а даже доказывать их невиновность.
«Откуда ж берется охота,
Азарт, неподдельная страсть,
Машинам – доказывать что-то,
Властям – корректировать власть?» – писал Юлий Ким в своем прекрасном «Адвокатском вальсе».
Дину Каминскую, защищавшую Владимира Буковского, Юрия Галанскова, Мустафу Джемилева, Илью Габая и многих других вынудили уехать из страны. Против Софьи Калистратовой, защищавшей Наталью Горбаневскую, Петра Григоренко в 1981 году возбудили уголовное дело. Бориса Золотухина, защищавшего Александра Гинзбурга, уволили из адвокатуры.
Сергей Шаров-Делоне, двоюродный брат поэта Вадима Делоне, которого в 1967 году защищала Софья Каллистратова, большую часть жизни занимался реставрацией. А потом понял, что дальше терпеть произвол невозможно. Он участвовал в общественном расследовании событий на Болотной площади, помогал десяткам людей – от нескольких «болотников», до школьницы, у которой пытались ( безуспешно) получить показания на ее товарищей, начал работать в «Руси Сидящей», не только сам стал общественным защитником, но и создал Школу общественного защитника и учил других.
Сегодня десятки людей написали, как нам всем будет не хватать Сергея. Но мне хочется думать еще и о том, что во все времена в нашей печальной стране сохранялась цепочка людей, которые продолжали несмотря ни на что защищать других людей. Моя выпускница, занимавшаяся в Школе общественного защитника, теперь тоже выступает как общественный защитник, ей даже удалось добиться нескольких оправданий – большая редкость в наше время.
«Ой, правое русское слово
Луч света в кромешной ночи!
И все будет вечно хреново…
И все же ты вечно звучи».
Вечная память…
👍5❤2
ГОЛОСУЙ, ИЛИ ПРОИГРАЕШЬ…
Вдова Николая Бухарина через много лет после ареста и расстрела мужа вспоминала: «Квартира наша была мертва в дни, предшествовавшие аресту, ни одна живая душа не осмеливалась посетить того, кого газеты ежедневно обвиняли в неслыханных преступлениях. Решилась лишь на это Августа Петровна Короткова, работавшая секретарем Н.И. в «Известиях» … Гробовую тишину квартиры нарушали чаще всего фельдъегери, приносившие очередную пачку клеветнических показаний на Бухарина, да еще… звонил почтальон: принес письма от Бориса Пастернака и телеграмму от Ромэна Роллана».
Борис Леонидович просто не верил в то, что говорили о Бухарине в 1937 году – и написал, что никогда не поверит в его предательство. Он оставил письменное доказательство своего хорошего отношения к «врагу народа» в тот год, когда люди вырезали на фотографиях лица арестованных, вырывали из книг страницы с их именами. Бухарин называл Пастернака лучшим поэтом современности, Пастернак его уважал. Точка.
Через двадцать один год вся страна обрушилась на Пастернака, которому была присуждена Нобелевская премия за «Доктора Живаго» - («Я ПастернакА не читал, но скажу…), и речь уже не шла о жизни и смерти, как в 37-м. На кону стояли другие вещи – возможность печататься, материальное благополучие, хорошие отношения с начальством.
Сразу удивительным образом проявилась человеческая натура. То, что «генералы от литературы» рвались на трибуну, желая назвать Пастернака предателем, вряд ли кого-то удивило. Скорее удивляло то, что нашлись люди, которые этого не сделали. Как было отмечено в записке отдела культуры ЦК: «поэт Кирсанов, в свое время превозносивший Пастернака, не высказал своего отношения к обсуждавшемуся вопросу». Твардовский, Ваншенкин и еще несколько человек выходили то в буфет, то покурить – чтобы не присутствовать при происходившем. Всеволод Иванов, друживший с Пастернаком, не пришел, заявив, что он болен. А другой друг поэта, Николай Тихонов, председательствовал на одном из заседаний. На собрании московского отделения союза писателей председателем был Сергей Смирнов – уважаемый человек, незадолго до этого написавший нашумевшую книгу о Брестской крепости.
Прошли десятилетия, и вдруг мы видим возрождение официально организованных публичных шельмований. Собирается (заочно!) никому до вчерашнего дня не ведомая «Комиссия ученого совета НИУ ВШЭ по академической этике» и рекомендует выдающемуся ученому, замечательному филологу Гасану Гусейнову извиниться перед общественностью за то, что тот написал (как всегда умно и точно) о русском языке на своей личной странице в фейсбуке. Решение это принимается семью голосами против одного, и, очевидно для того, чтобы нам совсем уж не скучно было, еще и не говорится, кто был этот единственный приличный человек.
Не сомневаюсь, что имя этого человека достаточно быстро выяснится ( мне-то кажется, что я и так его знаю), только вот ведь какое дело – Галич писал о разоблачителях Пастернака: «Мы будем помнить этот смех и эту скуку, Мы поименно вспомним всех, кто поднял руку». Но если сегодня посмотреть на список выступавших с осуждением Пастернака, то понимаешь, что там почти некого и вспоминать – большая часть этих имен уже полностью забыта. И никого не интересуют те соображения, по которым они тогда замазались – страх, пресловутая партийная дисциплина, просто гнусность характера или еще что-то. А вот для Бориса Слуцкого воспоминание о его выступлении против Пастернака стало одним из самых ужасных мучений его жизни. Некоторые даже считают, что развившаяся у него к концу жизни душевная болезнь во многом была порождена многолетними укорами совести.
Вывод: если у тебя есть совесть, лучше бы ее поберечь, а то неизвестно, как она дальше с тобой поступит. А если у тебя совести нет, то будь готов к тому, что жизнь свою ты пройдешь унылым ничтожеством, сколько бы книг ты ни выпустил, сколько бы лекций ни прочитал.
Вдова Николая Бухарина через много лет после ареста и расстрела мужа вспоминала: «Квартира наша была мертва в дни, предшествовавшие аресту, ни одна живая душа не осмеливалась посетить того, кого газеты ежедневно обвиняли в неслыханных преступлениях. Решилась лишь на это Августа Петровна Короткова, работавшая секретарем Н.И. в «Известиях» … Гробовую тишину квартиры нарушали чаще всего фельдъегери, приносившие очередную пачку клеветнических показаний на Бухарина, да еще… звонил почтальон: принес письма от Бориса Пастернака и телеграмму от Ромэна Роллана».
Борис Леонидович просто не верил в то, что говорили о Бухарине в 1937 году – и написал, что никогда не поверит в его предательство. Он оставил письменное доказательство своего хорошего отношения к «врагу народа» в тот год, когда люди вырезали на фотографиях лица арестованных, вырывали из книг страницы с их именами. Бухарин называл Пастернака лучшим поэтом современности, Пастернак его уважал. Точка.
Через двадцать один год вся страна обрушилась на Пастернака, которому была присуждена Нобелевская премия за «Доктора Живаго» - («Я ПастернакА не читал, но скажу…), и речь уже не шла о жизни и смерти, как в 37-м. На кону стояли другие вещи – возможность печататься, материальное благополучие, хорошие отношения с начальством.
Сразу удивительным образом проявилась человеческая натура. То, что «генералы от литературы» рвались на трибуну, желая назвать Пастернака предателем, вряд ли кого-то удивило. Скорее удивляло то, что нашлись люди, которые этого не сделали. Как было отмечено в записке отдела культуры ЦК: «поэт Кирсанов, в свое время превозносивший Пастернака, не высказал своего отношения к обсуждавшемуся вопросу». Твардовский, Ваншенкин и еще несколько человек выходили то в буфет, то покурить – чтобы не присутствовать при происходившем. Всеволод Иванов, друживший с Пастернаком, не пришел, заявив, что он болен. А другой друг поэта, Николай Тихонов, председательствовал на одном из заседаний. На собрании московского отделения союза писателей председателем был Сергей Смирнов – уважаемый человек, незадолго до этого написавший нашумевшую книгу о Брестской крепости.
Прошли десятилетия, и вдруг мы видим возрождение официально организованных публичных шельмований. Собирается (заочно!) никому до вчерашнего дня не ведомая «Комиссия ученого совета НИУ ВШЭ по академической этике» и рекомендует выдающемуся ученому, замечательному филологу Гасану Гусейнову извиниться перед общественностью за то, что тот написал (как всегда умно и точно) о русском языке на своей личной странице в фейсбуке. Решение это принимается семью голосами против одного, и, очевидно для того, чтобы нам совсем уж не скучно было, еще и не говорится, кто был этот единственный приличный человек.
Не сомневаюсь, что имя этого человека достаточно быстро выяснится ( мне-то кажется, что я и так его знаю), только вот ведь какое дело – Галич писал о разоблачителях Пастернака: «Мы будем помнить этот смех и эту скуку, Мы поименно вспомним всех, кто поднял руку». Но если сегодня посмотреть на список выступавших с осуждением Пастернака, то понимаешь, что там почти некого и вспоминать – большая часть этих имен уже полностью забыта. И никого не интересуют те соображения, по которым они тогда замазались – страх, пресловутая партийная дисциплина, просто гнусность характера или еще что-то. А вот для Бориса Слуцкого воспоминание о его выступлении против Пастернака стало одним из самых ужасных мучений его жизни. Некоторые даже считают, что развившаяся у него к концу жизни душевная болезнь во многом была порождена многолетними укорами совести.
Вывод: если у тебя есть совесть, лучше бы ее поберечь, а то неизвестно, как она дальше с тобой поступит. А если у тебя совести нет, то будь готов к тому, что жизнь свою ты пройдешь унылым ничтожеством, сколько бы книг ты ни выпустил, сколько бы лекций ни прочитал.
❤3
СТЕНЫ РУХНУТ, РУХНУТ, РУХНУТ…
В III веке до н.э. император Цинь Ши Хуанди приказал соединить укрепления, стоявшие на северной границе Китая. Так началось строительство Великой китайской стены. Есть много историй о том, как на строительстве погиб миллион человек, как Цинь Ши Хуанди приказывал замуровывать в стены живых людей, чтобы придать постройке прочность. Наверное, многое в них преувеличено, но ясно, что строительство потребовало от страны огромного напряжения. Точная длина Китайской стены в древности неизвестна, не исключено, что она достигала 21 тысячи километров.
Быстро выяснилось, что стена не всегда выполняет свою функцию. Через нее много раз прорывались кочевники. Когда на Китай двинулись воины Чингис-хана, Стена была в таком упадке, что они ее практически не заметили. В XIV веке династия Мин укрепила Стену, но уже в XVII веке в Китай с севера ворвались маньчжуры и после этого поддержание Стены стало бессмысленным. Да, и из космоса она не видна – это сказка.
В 112 году н.э. римский император Адриан приказал возвести стену на севере римских владений в Британии. Знаменитый Адрианов вал был длиной около 117 километров, шириной где-то 2, а где-то 3 метра и высотой от 6 до 3,5 метров. Каменную постройку покрыли штукатуркой и побелили, чтобы она сияла на солнце и показывала, как велик Рим.
Ученые спорят, зачем император это задумал. Может быть для защиты от нападений с севера. Но с севера особенно никто на римские земли не нападал. Есть версия, что стену построили, преграждая путь разбойникам, похищавшим скот, и контрабандистам, а у ворот взымали таможенную пошлину. Некоторые ученые вообще считают, что это была символическая постройка.
В 142 году император Антонин приказал построить еще одну стену севернее. Антонинов вал протянулся на 63 километра, и был 3 метра высоты и 5 метров ширины. Его строили 12 лет, но уже через шесть лет после завершения работ легионы отошли за Адрианов вал, и стена была заброшена. А в начале V века римские гарнизоны покинули Британию, стена пришла в упадок, камни местные жители растащили на постройки, а главный удар по Британии был нанесен не с севера, а из-за моря, когда на оставленный римлянами остров устремились англы, саксы и юты.
В ночь с 12 на 13 августа 1961 году по приказанию Хрущева власти ГДР начали строительство стены между Восточным и Западным Берлином. К 1989 году Стена состояла из бетонных блоков высотой примерно в 3,6 метра, протянувшихся на расстояние более 100 км, проволочной сетки, ограждений, через которые был пропущен ток, сторожевых вышек, противотанковых укреплений, земляных рвов и полос с острыми шипами.
Чтобы избежать побегов через Стену, власти ГДР выселили сотни людей из соседних домов, заложили во многих зданиях окна кирпичами и отдали пограничникам приказ стрелять на поражение. Количество людей, погибших при попытке бежать в свободный мир оценивается по-разному – от 125 до 1245 человек. Последней жертвой Стены 6 февраля 1989 года стал Крис Геффрой.
9 ноября 1989 года представитель правительства ГДР Гюнтер Шабовски на пресс-конференции сообщил, что граждане Восточной Германии получат право свободного выезда из страны. На вопрос итальянского журналиста о том, когда эправила вступят в силу, Шабовски ответил: «Немедленно». Пресс-конференция транслировалась в прямом эфире и дальше произошло одно из самых удивительных событий ХХ века: тысячи людей бросились к Стене и потребовали пропустить их на Запад, а там уже собирались толпы встречавших. Так рухнула Берлинская стена, от которой властям с трудом удалось сохранить кусок, ставший музейным экспонатом – все остальные ее части разобрали.
Президенту Трампу, который собирается строить стену между США и Мексикой, да и вообще всем правителям, полагающим, что их постройки могут остановить людей, стоит вспомнить, что все стены в конце концов рушатся. В Вестеросе стена 8 тысяч лет стояла и была построена с помощью магии – и все равно обрушилась.
В III веке до н.э. император Цинь Ши Хуанди приказал соединить укрепления, стоявшие на северной границе Китая. Так началось строительство Великой китайской стены. Есть много историй о том, как на строительстве погиб миллион человек, как Цинь Ши Хуанди приказывал замуровывать в стены живых людей, чтобы придать постройке прочность. Наверное, многое в них преувеличено, но ясно, что строительство потребовало от страны огромного напряжения. Точная длина Китайской стены в древности неизвестна, не исключено, что она достигала 21 тысячи километров.
Быстро выяснилось, что стена не всегда выполняет свою функцию. Через нее много раз прорывались кочевники. Когда на Китай двинулись воины Чингис-хана, Стена была в таком упадке, что они ее практически не заметили. В XIV веке династия Мин укрепила Стену, но уже в XVII веке в Китай с севера ворвались маньчжуры и после этого поддержание Стены стало бессмысленным. Да, и из космоса она не видна – это сказка.
В 112 году н.э. римский император Адриан приказал возвести стену на севере римских владений в Британии. Знаменитый Адрианов вал был длиной около 117 километров, шириной где-то 2, а где-то 3 метра и высотой от 6 до 3,5 метров. Каменную постройку покрыли штукатуркой и побелили, чтобы она сияла на солнце и показывала, как велик Рим.
Ученые спорят, зачем император это задумал. Может быть для защиты от нападений с севера. Но с севера особенно никто на римские земли не нападал. Есть версия, что стену построили, преграждая путь разбойникам, похищавшим скот, и контрабандистам, а у ворот взымали таможенную пошлину. Некоторые ученые вообще считают, что это была символическая постройка.
В 142 году император Антонин приказал построить еще одну стену севернее. Антонинов вал протянулся на 63 километра, и был 3 метра высоты и 5 метров ширины. Его строили 12 лет, но уже через шесть лет после завершения работ легионы отошли за Адрианов вал, и стена была заброшена. А в начале V века римские гарнизоны покинули Британию, стена пришла в упадок, камни местные жители растащили на постройки, а главный удар по Британии был нанесен не с севера, а из-за моря, когда на оставленный римлянами остров устремились англы, саксы и юты.
В ночь с 12 на 13 августа 1961 году по приказанию Хрущева власти ГДР начали строительство стены между Восточным и Западным Берлином. К 1989 году Стена состояла из бетонных блоков высотой примерно в 3,6 метра, протянувшихся на расстояние более 100 км, проволочной сетки, ограждений, через которые был пропущен ток, сторожевых вышек, противотанковых укреплений, земляных рвов и полос с острыми шипами.
Чтобы избежать побегов через Стену, власти ГДР выселили сотни людей из соседних домов, заложили во многих зданиях окна кирпичами и отдали пограничникам приказ стрелять на поражение. Количество людей, погибших при попытке бежать в свободный мир оценивается по-разному – от 125 до 1245 человек. Последней жертвой Стены 6 февраля 1989 года стал Крис Геффрой.
9 ноября 1989 года представитель правительства ГДР Гюнтер Шабовски на пресс-конференции сообщил, что граждане Восточной Германии получат право свободного выезда из страны. На вопрос итальянского журналиста о том, когда эправила вступят в силу, Шабовски ответил: «Немедленно». Пресс-конференция транслировалась в прямом эфире и дальше произошло одно из самых удивительных событий ХХ века: тысячи людей бросились к Стене и потребовали пропустить их на Запад, а там уже собирались толпы встречавших. Так рухнула Берлинская стена, от которой властям с трудом удалось сохранить кусок, ставший музейным экспонатом – все остальные ее части разобрали.
Президенту Трампу, который собирается строить стену между США и Мексикой, да и вообще всем правителям, полагающим, что их постройки могут остановить людей, стоит вспомнить, что все стены в конце концов рушатся. В Вестеросе стена 8 тысяч лет стояла и была построена с помощью магии – и все равно обрушилась.
👍6❤2
ОСЕНЬ ПАТРИАРХОВ
Леонид Ильич Брежнев, покинувший этот мир 37 лет назад, управлял Советским Союзом 18 лет – и это казалось целой жизнью, даже тем, кто родился задолго до его прихода к власти. А ведь его правление далеко не самое длительное в мире.
Если отбросить королей-долгожителей, вроде Людовика XIV и королевы Виктории, то из избранных, или так сказать избранных правителей на сегодняшний день лидирует Поль Бийя, который с 1975 по 1982 год был премьер-министром Камеруна, а с 1982 ( как раз с года смерти Брежнева) и до сегодняшнего дня – президент страны. За это время он успел оттеснить от власти предыдущего президента, потом вынудить его уехать из страны, обвинить в попытке переворота, приговорить к смертной казни и заменить ее пожизненным заключением ( приговоренный, впрочем, жил за границей), подавить попытку военного переворота, повоевать с Нигерией, резко увеличить внешний долг Камеруна, способствовать усилению и без того сильной коррупции, несколько раз переизбираться президентом, причем один раз посадить в тюрьму своего главного соперника, протестовавшего против фальсификаций результатов, попасть в разнообразные списки мировых диктаторов и даже занять 19 место в списке худших правителей. Сегодня Полу Бийя 86 лет.
А вот Теодоро Обианг Нгема Мбасого уже 40 лет президент Экваториальной Гвинеи. Этот тоже много успел – начал с того, что сверг собственного дядю ( тот собирался править пожизненно, но продержался только 11 лет), судил его и расстрелял, впрочем, вообще-то родственников он любит и назначил на разные важные посты двух сыновей, брата, трех дядюшек, трех двоюродных братьев, одну двоюродную сестру, двух племянников, трех братьев жены и одну сестру жены. Он даже в какой-то момент установил в стране многопартийную систему, но на следующих выборах выиграл, получив 97,1% голосов – удивительно, что не больше, потому что считается, что он «подобен богу на небесах», находится в постоянном контакте с Господом, а также «обладает властью над людьми и вещами». Его несколько раз пытались свергнуть, но ничего не получается, а участников заговоров обычно казнят; предъявляемые ему обвинения в каннибализме, он, конечно же, с презрением отвергает. Он считается одним из самых богатых людей мира. Сейчас ему 79 лет – для диктатора совсем еще молодой, но у него рак, поэтому не исключено, что он передаст власть сыну, который тоже не бедняк – одна только его вилла в Малибу стоит 35 миллионов долларов, а сколько еще этих вилл.
Ох, какие длинные получаются фразы, впрочем, намного короче, чем в знаменитом романе Габриэля Гарсиа Маркеса «Осень патриарха», герой которого правит уже больше ста лет и медленно бродит по огромным пустым залам своего дворца, придерживая огромную опухоль и как будто сам превращается в опухоль, разъедающую всю страну. Медленные фразы Маркеса, занимающие подчас по несколько страниц, заставляют физически ощущать медленное течение времени во время душного правления диктатора.
Так что наш обвешанный побрякушками Леонид Ильич, со своей коллекцией Мерседесов и заплетающимся языком, может показаться просто невинным младенцем. А ведь 18 лет – это очень много… И не такое еще бывает, и не такое еще может быть…
Леонид Ильич Брежнев, покинувший этот мир 37 лет назад, управлял Советским Союзом 18 лет – и это казалось целой жизнью, даже тем, кто родился задолго до его прихода к власти. А ведь его правление далеко не самое длительное в мире.
Если отбросить королей-долгожителей, вроде Людовика XIV и королевы Виктории, то из избранных, или так сказать избранных правителей на сегодняшний день лидирует Поль Бийя, который с 1975 по 1982 год был премьер-министром Камеруна, а с 1982 ( как раз с года смерти Брежнева) и до сегодняшнего дня – президент страны. За это время он успел оттеснить от власти предыдущего президента, потом вынудить его уехать из страны, обвинить в попытке переворота, приговорить к смертной казни и заменить ее пожизненным заключением ( приговоренный, впрочем, жил за границей), подавить попытку военного переворота, повоевать с Нигерией, резко увеличить внешний долг Камеруна, способствовать усилению и без того сильной коррупции, несколько раз переизбираться президентом, причем один раз посадить в тюрьму своего главного соперника, протестовавшего против фальсификаций результатов, попасть в разнообразные списки мировых диктаторов и даже занять 19 место в списке худших правителей. Сегодня Полу Бийя 86 лет.
А вот Теодоро Обианг Нгема Мбасого уже 40 лет президент Экваториальной Гвинеи. Этот тоже много успел – начал с того, что сверг собственного дядю ( тот собирался править пожизненно, но продержался только 11 лет), судил его и расстрелял, впрочем, вообще-то родственников он любит и назначил на разные важные посты двух сыновей, брата, трех дядюшек, трех двоюродных братьев, одну двоюродную сестру, двух племянников, трех братьев жены и одну сестру жены. Он даже в какой-то момент установил в стране многопартийную систему, но на следующих выборах выиграл, получив 97,1% голосов – удивительно, что не больше, потому что считается, что он «подобен богу на небесах», находится в постоянном контакте с Господом, а также «обладает властью над людьми и вещами». Его несколько раз пытались свергнуть, но ничего не получается, а участников заговоров обычно казнят; предъявляемые ему обвинения в каннибализме, он, конечно же, с презрением отвергает. Он считается одним из самых богатых людей мира. Сейчас ему 79 лет – для диктатора совсем еще молодой, но у него рак, поэтому не исключено, что он передаст власть сыну, который тоже не бедняк – одна только его вилла в Малибу стоит 35 миллионов долларов, а сколько еще этих вилл.
Ох, какие длинные получаются фразы, впрочем, намного короче, чем в знаменитом романе Габриэля Гарсиа Маркеса «Осень патриарха», герой которого правит уже больше ста лет и медленно бродит по огромным пустым залам своего дворца, придерживая огромную опухоль и как будто сам превращается в опухоль, разъедающую всю страну. Медленные фразы Маркеса, занимающие подчас по несколько страниц, заставляют физически ощущать медленное течение времени во время душного правления диктатора.
Так что наш обвешанный побрякушками Леонид Ильич, со своей коллекцией Мерседесов и заплетающимся языком, может показаться просто невинным младенцем. А ведь 18 лет – это очень много… И не такое еще бывает, и не такое еще может быть…
❤2👍2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
❤1
В ПОГОНЕ ЗА ГРАНФАЛЛОНАМИ
Когда летом 1914 года началась Первая мировая война, то, как ни удивительно, многие обрадовались. Австрийцы хотели отомстить сербам за убийство эрцгерцога Франца-Фердинанда ( хотя его убийца уже был арестован и сидел в австрийской тюрьме), а заодно усилить свое влияние на Балканах, русские жаждали помочь братьям-славянам, на которых напали австрийцы, а заодно добраться до Константинополя и наконец водрузить крест над Святой Софией, немцы собирались поддержать австрийцев в соответствии с заключенными договорами и расширить свои территории, французы жаждали вернуть Эльзас и Лотарингию, англичане – защитить свои колонии и может быть приобрести новые. Все это казалось в 1914 году невероятно важным – и далеко не только политикам.
Улицы Санкт-Петербурга, Вены, Берлина, Парижа, Лондона вдруг наполнились толпами, уверенными, что немцы/русские/французы/австрийцы/англичане или кто-то еще «заплатят за все», а мальчики, радостно уходившие на войну под всеобщие рукоплескания, будут дома к Рождеству.
Когда в 11 утра 11 числа 11 месяца ноября 1918 года было подписано перемирие между Германией и странами Антанты и 101 артиллерийский залп возвестил об окончании войны, мир был уже совершенно другим. Из него исчезли миллионы молодых мужчин, которые могли бы еще долго жить, рожать детей, работать, творить и радоваться жизни, зато появились миллионы искалеченных физически и морально, контуженных, лишившихся рук и ног людей.
Исчезли многие страны, начинавшие войну – Российская империя уже год как вышла из войны и теперь была охвачена огнем войны гражданской, Австрийская империя развалилась на множество государств, Германская империя рухнула, а на улицах немецких городов коммунисты уже дрались с фашистами и где-то попивал пиво ефрейтор, рассуждавший о величии арийской расы, Османская империя развалилась, Британская империя пока что удержалась, но ее величию уже был нанесен тяжелый удар.
А еще – исчез радостный оптимизм XIX века с его верой в прогресс, разум, силы человека, в великую цивилизационную миссию белой расы и «бремя белых», с его национальной гордостью. Оказалось, что чем быстрее темпы прогресса, тем больше человеческий разум придумывает новых способов убивать людей, и все те идеи, ради которых миллионы пошли убивать друг друга, теперь казались людям «потерянного поколения» совершенно бессмысленными.
Боконон, мудрый проповедник из романа Курта Воннегута «Колыбель для кошки» называл объединения близких по духу людей карассами. А противоположностью карасса является гранфаллон. Герой книги встречает женщину, которая постоянно разыскивает «хужеров» - уроженцев штата Индиана и невероятно горда тем, что она сама хужер.
«То, что Хэзел как одержимая искала хужеров по всему свету, - классический пример ложного карасса, кажущегося единства какой- то группы людей, бессмысленного по самой сути, с точки зрения божьего промысла, классический пример того, что Боконон назвал гранфаллон. Другие примеры гранфаллона - всякие партии, к примеру Дочери американской Революции, Всеобщая электрическая компания и Международный орден холостяков - и любая нация в любом месте в любое время. И Боконон приглашает нас спеть вместе с ним так:
«Что такое гранфаллон? Хочешь ты узнать,
Надо с шарика тогда пленку ободрать!»
Похоже, что Первая мировая война, как и многие другие войны, была войной множества огромных гранфаллонов, сражавшихся непонятно за что и непонятно почему. Только за осознание этого пришлось заплатить миллионами жизней.
Теперь вроде бы считается, что Третьей мировой не будет, потому что атомное оружие – великая сдерживающая сила. Надеюсь, что так оно и есть. Но зато мы видим огромное количество мелких войн, уносящих сотни, а то и тысячи жизней. Неплохо бы нам почаще вспоминать, что когда война заканчивается, то обычно те, кто дожили до ее конца, стоят на пепелище и безуспешно пытаются вспомнить, зачем они ввязались в эту заваруху.
Когда летом 1914 года началась Первая мировая война, то, как ни удивительно, многие обрадовались. Австрийцы хотели отомстить сербам за убийство эрцгерцога Франца-Фердинанда ( хотя его убийца уже был арестован и сидел в австрийской тюрьме), а заодно усилить свое влияние на Балканах, русские жаждали помочь братьям-славянам, на которых напали австрийцы, а заодно добраться до Константинополя и наконец водрузить крест над Святой Софией, немцы собирались поддержать австрийцев в соответствии с заключенными договорами и расширить свои территории, французы жаждали вернуть Эльзас и Лотарингию, англичане – защитить свои колонии и может быть приобрести новые. Все это казалось в 1914 году невероятно важным – и далеко не только политикам.
Улицы Санкт-Петербурга, Вены, Берлина, Парижа, Лондона вдруг наполнились толпами, уверенными, что немцы/русские/французы/австрийцы/англичане или кто-то еще «заплатят за все», а мальчики, радостно уходившие на войну под всеобщие рукоплескания, будут дома к Рождеству.
Когда в 11 утра 11 числа 11 месяца ноября 1918 года было подписано перемирие между Германией и странами Антанты и 101 артиллерийский залп возвестил об окончании войны, мир был уже совершенно другим. Из него исчезли миллионы молодых мужчин, которые могли бы еще долго жить, рожать детей, работать, творить и радоваться жизни, зато появились миллионы искалеченных физически и морально, контуженных, лишившихся рук и ног людей.
Исчезли многие страны, начинавшие войну – Российская империя уже год как вышла из войны и теперь была охвачена огнем войны гражданской, Австрийская империя развалилась на множество государств, Германская империя рухнула, а на улицах немецких городов коммунисты уже дрались с фашистами и где-то попивал пиво ефрейтор, рассуждавший о величии арийской расы, Османская империя развалилась, Британская империя пока что удержалась, но ее величию уже был нанесен тяжелый удар.
А еще – исчез радостный оптимизм XIX века с его верой в прогресс, разум, силы человека, в великую цивилизационную миссию белой расы и «бремя белых», с его национальной гордостью. Оказалось, что чем быстрее темпы прогресса, тем больше человеческий разум придумывает новых способов убивать людей, и все те идеи, ради которых миллионы пошли убивать друг друга, теперь казались людям «потерянного поколения» совершенно бессмысленными.
Боконон, мудрый проповедник из романа Курта Воннегута «Колыбель для кошки» называл объединения близких по духу людей карассами. А противоположностью карасса является гранфаллон. Герой книги встречает женщину, которая постоянно разыскивает «хужеров» - уроженцев штата Индиана и невероятно горда тем, что она сама хужер.
«То, что Хэзел как одержимая искала хужеров по всему свету, - классический пример ложного карасса, кажущегося единства какой- то группы людей, бессмысленного по самой сути, с точки зрения божьего промысла, классический пример того, что Боконон назвал гранфаллон. Другие примеры гранфаллона - всякие партии, к примеру Дочери американской Революции, Всеобщая электрическая компания и Международный орден холостяков - и любая нация в любом месте в любое время. И Боконон приглашает нас спеть вместе с ним так:
«Что такое гранфаллон? Хочешь ты узнать,
Надо с шарика тогда пленку ободрать!»
Похоже, что Первая мировая война, как и многие другие войны, была войной множества огромных гранфаллонов, сражавшихся непонятно за что и непонятно почему. Только за осознание этого пришлось заплатить миллионами жизней.
Теперь вроде бы считается, что Третьей мировой не будет, потому что атомное оружие – великая сдерживающая сила. Надеюсь, что так оно и есть. Но зато мы видим огромное количество мелких войн, уносящих сотни, а то и тысячи жизней. Неплохо бы нам почаще вспоминать, что когда война заканчивается, то обычно те, кто дожили до ее конца, стоят на пепелище и безуспешно пытаются вспомнить, зачем они ввязались в эту заваруху.
👍6❤2
В Гоголь-Центре прошла дискуссия о смертнй казни.
Вроде бы почти все высказались против смертной казни, но все равно было о чем поговорить, обсудили ее с социологической, политической, моральной, исторической точек зрения.
- https://youtu.be/5mFAGkJQWQA
Вроде бы почти все высказались против смертной казни, но все равно было о чем поговорить, обсудили ее с социологической, политической, моральной, исторической точек зрения.
- https://youtu.be/5mFAGkJQWQA
❤2
ЧТО СКАЗАТЬ ОБ ЭВО МОРАЛЕСЕ?
Пытаюсь понять, как я отношусь к Эво Моралесу.
Представляю мальчика, родившегося в нищей крестьянской семье, где из семи детей до взрослого возраста дожили только трое, потому что о врачах речи не было. Мальчика, который в шесть лет отправился с отцом в Аргентину на заработки. Молодого человека из народа аймара, осознавшего, что индейцы в Боливии люди второго сорта.
Я представляю, как он с упоением читает Маркса, с восторгом слушает новости о Кубе, не думая о правах человека.
Он поддерживает бедных крестьян, попадает в тюрьму, выходит известным политиком и в декабре 2005-го побеждает на выборах. Голосовали 84,5% избирателей. Моралес получил 53,7%, а его главный противник – 28,6%. Таких результатов Боливия не знала уже почти полвека.
Почему столько людей проголосовало за него? Потому что он был индейцем в стране, где индейское большинство считает себя обделенным? Потому что обещал провести реформы? Потому что поддерживал крестьян, выращивающих коку? Или просто из-за харизматичности?
Моралес ругал капиталистов и США, демонстративно поменял условия работы нефтяных корпораций. До этого они платили государству 18% от прибыли, оставляя 82 себе, теперь отдают 82% государству.
Государственное вмешательство выросло, но частная собственность осталась, и в годы правления Моралеса Боливия пережила фантастический экономический подъем. Количество людей, живущих в бедности и за чертой бедности сократилось, минимальная зарплата выросла, строились дороги, больницы, росло количество врачей, бедняки получали пособия.
При этом Моралес приказал чиновникам выучить хотя бы один индейский язык, поддерживал производство коки и появлялся на публике с венком из ее листьев. В ответ на обвинения в поддержке наркотрафика провозгласил лозунг «Кока – да, кокаин – нет». С его точки зрения – жевание листьев коки – традиция Андских народов. А еще в какой-то момент в его правительстве половину составляли женщины, был принят закон против домашнего насилия, он поддерживал борьбу ЛГБТ за права.
Представителей среднего класса пугала марксистская риторика, белые заявляли, что теперь угнетают их, несколько регионов требовали автономии. И все равно Моралесу верили.
Новые выборы в 2009 г. дали беспрецедентную явку в 90%, 64% отдали голоса Моралесу, его главный противник получил 27%. Перед выборами Моралес торжественно поклялся, что в 2014-м выдвигаться не будет – но обманул. По закону нельзя было выдвигаться больше двух раз подряд ( Ой, это где? Ну да, в Боливии), но была принята новая конституция, и первое президентство «не считалось». Стал приближаться четвертый срок. В 2016 г. прошел референдум - имеет ли Моралес право выдвигаться еще раз – ответ был положительный, но с маленьким перевесом. Где-то в эти годы его популярность покачнулась.
Объединились недовольные – белый средний класс, сторонники либерального развития, автономисты? Крестьяне ожидали большего? Всех вывело из себя жонглирование конституцией?
20 октября 2019 г. прошли выборы. Результаты огласили через сутки. Сообщили, что Моралес выиграл, получив 47,1% голосов. Начались волнения.
9 ноября Организация Американских Государств заявила о «явных манипуляццих» на выборах Тут Моралес снова повел себя неожиданно – сообщил, что назначит новые, честные выборы. Но было уже поздно. 10 ноября на сторону возмущенных толп перешли полицейские и военные. На улицах кричали : «Боливия – не Куба и не Венесуэла». Бывший президент покинул столицу, а остался ли в стране – непонятно. Глава избиркома и ее заместитель пытались скрыться, но уже арестованы.
И все же я не знаю, как относиться к Эво Моралесу. Я вижу злоупотребления властью, провожу понятные параллели, но вижу и живого человека, а не зажравшегося бесчувственного диктатора, смотрю на линию экономического роста Боливии и думаю об офтальмологических центрах, где в год получают бесплатное лечение 100 тысяч боливийцев. Правда, и про Советский Союз в 30-е годы благодушные европейцы и американцы говорили: «А у них там безработицы нет, школы строят, больницы».
Пытаюсь понять, как я отношусь к Эво Моралесу.
Представляю мальчика, родившегося в нищей крестьянской семье, где из семи детей до взрослого возраста дожили только трое, потому что о врачах речи не было. Мальчика, который в шесть лет отправился с отцом в Аргентину на заработки. Молодого человека из народа аймара, осознавшего, что индейцы в Боливии люди второго сорта.
Я представляю, как он с упоением читает Маркса, с восторгом слушает новости о Кубе, не думая о правах человека.
Он поддерживает бедных крестьян, попадает в тюрьму, выходит известным политиком и в декабре 2005-го побеждает на выборах. Голосовали 84,5% избирателей. Моралес получил 53,7%, а его главный противник – 28,6%. Таких результатов Боливия не знала уже почти полвека.
Почему столько людей проголосовало за него? Потому что он был индейцем в стране, где индейское большинство считает себя обделенным? Потому что обещал провести реформы? Потому что поддерживал крестьян, выращивающих коку? Или просто из-за харизматичности?
Моралес ругал капиталистов и США, демонстративно поменял условия работы нефтяных корпораций. До этого они платили государству 18% от прибыли, оставляя 82 себе, теперь отдают 82% государству.
Государственное вмешательство выросло, но частная собственность осталась, и в годы правления Моралеса Боливия пережила фантастический экономический подъем. Количество людей, живущих в бедности и за чертой бедности сократилось, минимальная зарплата выросла, строились дороги, больницы, росло количество врачей, бедняки получали пособия.
При этом Моралес приказал чиновникам выучить хотя бы один индейский язык, поддерживал производство коки и появлялся на публике с венком из ее листьев. В ответ на обвинения в поддержке наркотрафика провозгласил лозунг «Кока – да, кокаин – нет». С его точки зрения – жевание листьев коки – традиция Андских народов. А еще в какой-то момент в его правительстве половину составляли женщины, был принят закон против домашнего насилия, он поддерживал борьбу ЛГБТ за права.
Представителей среднего класса пугала марксистская риторика, белые заявляли, что теперь угнетают их, несколько регионов требовали автономии. И все равно Моралесу верили.
Новые выборы в 2009 г. дали беспрецедентную явку в 90%, 64% отдали голоса Моралесу, его главный противник получил 27%. Перед выборами Моралес торжественно поклялся, что в 2014-м выдвигаться не будет – но обманул. По закону нельзя было выдвигаться больше двух раз подряд ( Ой, это где? Ну да, в Боливии), но была принята новая конституция, и первое президентство «не считалось». Стал приближаться четвертый срок. В 2016 г. прошел референдум - имеет ли Моралес право выдвигаться еще раз – ответ был положительный, но с маленьким перевесом. Где-то в эти годы его популярность покачнулась.
Объединились недовольные – белый средний класс, сторонники либерального развития, автономисты? Крестьяне ожидали большего? Всех вывело из себя жонглирование конституцией?
20 октября 2019 г. прошли выборы. Результаты огласили через сутки. Сообщили, что Моралес выиграл, получив 47,1% голосов. Начались волнения.
9 ноября Организация Американских Государств заявила о «явных манипуляццих» на выборах Тут Моралес снова повел себя неожиданно – сообщил, что назначит новые, честные выборы. Но было уже поздно. 10 ноября на сторону возмущенных толп перешли полицейские и военные. На улицах кричали : «Боливия – не Куба и не Венесуэла». Бывший президент покинул столицу, а остался ли в стране – непонятно. Глава избиркома и ее заместитель пытались скрыться, но уже арестованы.
И все же я не знаю, как относиться к Эво Моралесу. Я вижу злоупотребления властью, провожу понятные параллели, но вижу и живого человека, а не зажравшегося бесчувственного диктатора, смотрю на линию экономического роста Боливии и думаю об офтальмологических центрах, где в год получают бесплатное лечение 100 тысяч боливийцев. Правда, и про Советский Союз в 30-е годы благодушные европейцы и американцы говорили: «А у них там безработицы нет, школы строят, больницы».
👍4❤3
Зашла на канал «Пути истории» и сначала не могла понять – а почему там все только про Корею? Потом разобралась - автор канала придумал очень остроумную организацию материалов – он публикует их блоками.
Вот самый новейший у него блок про Корею – от средневековья до сегодняшнего дня, с наибольшим акцентом на ХХ век. Здесь же опрос – объединятся ли в ближайшее время две Кореи? Большинство считает, что да – я не уверена, но кто знает.
А до этого были материалы и про Вторую мировую войну, и про древнюю Грецию и еще много про что.
Получается, что если следить за каналом, то можно прочитать много маленьких текстов, раскрывающих одну тему с разных сторон – очень удобно.
#взаимный_пиар
Вот самый новейший у него блок про Корею – от средневековья до сегодняшнего дня, с наибольшим акцентом на ХХ век. Здесь же опрос – объединятся ли в ближайшее время две Кореи? Большинство считает, что да – я не уверена, но кто знает.
А до этого были материалы и про Вторую мировую войну, и про древнюю Грецию и еще много про что.
Получается, что если следить за каналом, то можно прочитать много маленьких текстов, раскрывающих одну тему с разных сторон – очень удобно.
#взаимный_пиар
Telegram
Пути истории
История это не просто список дат и имён, это настоящая наука со своими законами и правилами. У каждого события есть причины и следствия, их мы и разбираем.
Связь - @jazis
Связь - @jazis
❤2
ДЖЕК-ПОТРОШИТЕЛЬ И ЕГО ПОКЛОННИКИ
В 3-40 утра 31 августа 1888 года извозчик Чарльз Аллен Кросс обнаружил изуродованное тело немолодой проститутки Мэри Энн Николз на одной из грязных улиц Уайтчепела – лондонского района, где жили в основном бедняки, люди, связанные с лондонскими доками, и иммигранты. Считается, что с этого убийства началась деятельность Джека Потрошителя.
За два с лишним месяца – до 9 ноября 1888 года были убиты еще четыре женщины. Все они были проститутками, тела их была найдены примерно в одной и той же части Уайтчепела, у каждой было перерезано горло, а у четверых еще вырезаны внутренние органы, возможно, над телом одной жертвы убийца просто не успел надругаться.
Иногда к жертвам убийцы, которого пресса вскоре стала называть Джеком Потрошителем, причисляют и других женщин, убитых до и после этих пятерых, но безусловное сходство в способе убийства, сопутствующих обстоятельствах, месте и времени видны только у «канонической пятерки».
Убийства быстро стали сенсацией, а когда 30 сентября с небольшим интервалом убили сразу двух женщин, то началась даже паника. Полицию все время критиковали за ее неспособность найти убийцу, хотя следствие велось тщательно. Полицейские ходили по Уайтчепелу от одного дома к другому, пытаясь найти свидетелей. Были установлены передвижения каждой из женщин в ночи их гибели. Следователи допросили около двух тысяч человек, более трехсот оказались под подозрением, 80 из них даже задерживали, но затем отпускали. Убийца так и не был найден.
Та легкость, с которой Джек Потрошитель перерезал горло своим жертвам, и ужасы, совершенные ими с их уже мертвыми телами, породили предположения, что он был либо мясником, либо доктором. Следователи изучили передвижения всех мясников Уайтчепела и их помощников – безуспешно. Ни в одной из больниц не было найдено ни малейших улик.
Возникло предположение, что убийца был моряком, забредшим сюда из огромных лондонских доков, – полиция изучила корабли, баржи, лодки, приходившие и уходившие в дни убийств, но никакой закономерности обнаружено не было.
Джека Потрошителя считали то гомосексуалом, проявлявшим таким образом свое отвращение к женщинам, то человеком из высшего света, скрывавшим свои низкие похождения ( уже в ХХ веке вдруг будет высказано ничем не обоснованное предположение, что убийцей был внук королевы Виктории герцог Кларенс), то женщиной, мстившей проституткам, с которыми ей изменял муж, или знаменитым актером Ричардом Мэнсфилдом, очень убедительно игравшим в это время в театре злодея мистера Хайда из Стивенсоновской повести. Подозревали многочисленных мигрантов – регулярно выходили антисемитские статьи, несколько еврейских жителей Уайтчепела были даже задержаны. Был среди подозреваемых и странный русский, действовавший под характерным именем Михаил Острог.
Как мы знаем, Джек Потрошитель стал одной из самых знаменитых лондонских легенд. Во результатам опроса Би-би-си провозгласила его самым дурным британцем всех времен и народов. О нем написано множество книг, сняты фильмы, по-прежнему рождаются все новые и новые легенды, формулируются новые версии, в музее мадам Тюссо он представлен не восковой фигурой, а зловещей тенью, в другом знаменитом аттракционе - «Лондонских подземельях» - разыгрывают сцену нападения Джека на его жертву.
История Джека Потрошителя вызывает интерес, как любое нераскрытое преступление, но все-таки в основном ужас. И поэтому когда сегодня, среди жутких сообщений о петербургском Наполеончике-потрошителе, чья судьба и история, похоже, не менее грязная, чем та, что происходила в трущобах Лондона, попадаются рассуждения о том, что «выдающегося человека довели до страшного преступления и греха» или «мы никак не можем из-за одного проступка в настоящем обнулить все его достоинства в прошлом» и даже «Можем сказать, что мы его понимаем», то хочется закрыться с головой одеялом и не выглядывать из окошка – вдруг там еще чьи-то руки тащат в реку.
В 3-40 утра 31 августа 1888 года извозчик Чарльз Аллен Кросс обнаружил изуродованное тело немолодой проститутки Мэри Энн Николз на одной из грязных улиц Уайтчепела – лондонского района, где жили в основном бедняки, люди, связанные с лондонскими доками, и иммигранты. Считается, что с этого убийства началась деятельность Джека Потрошителя.
За два с лишним месяца – до 9 ноября 1888 года были убиты еще четыре женщины. Все они были проститутками, тела их была найдены примерно в одной и той же части Уайтчепела, у каждой было перерезано горло, а у четверых еще вырезаны внутренние органы, возможно, над телом одной жертвы убийца просто не успел надругаться.
Иногда к жертвам убийцы, которого пресса вскоре стала называть Джеком Потрошителем, причисляют и других женщин, убитых до и после этих пятерых, но безусловное сходство в способе убийства, сопутствующих обстоятельствах, месте и времени видны только у «канонической пятерки».
Убийства быстро стали сенсацией, а когда 30 сентября с небольшим интервалом убили сразу двух женщин, то началась даже паника. Полицию все время критиковали за ее неспособность найти убийцу, хотя следствие велось тщательно. Полицейские ходили по Уайтчепелу от одного дома к другому, пытаясь найти свидетелей. Были установлены передвижения каждой из женщин в ночи их гибели. Следователи допросили около двух тысяч человек, более трехсот оказались под подозрением, 80 из них даже задерживали, но затем отпускали. Убийца так и не был найден.
Та легкость, с которой Джек Потрошитель перерезал горло своим жертвам, и ужасы, совершенные ими с их уже мертвыми телами, породили предположения, что он был либо мясником, либо доктором. Следователи изучили передвижения всех мясников Уайтчепела и их помощников – безуспешно. Ни в одной из больниц не было найдено ни малейших улик.
Возникло предположение, что убийца был моряком, забредшим сюда из огромных лондонских доков, – полиция изучила корабли, баржи, лодки, приходившие и уходившие в дни убийств, но никакой закономерности обнаружено не было.
Джека Потрошителя считали то гомосексуалом, проявлявшим таким образом свое отвращение к женщинам, то человеком из высшего света, скрывавшим свои низкие похождения ( уже в ХХ веке вдруг будет высказано ничем не обоснованное предположение, что убийцей был внук королевы Виктории герцог Кларенс), то женщиной, мстившей проституткам, с которыми ей изменял муж, или знаменитым актером Ричардом Мэнсфилдом, очень убедительно игравшим в это время в театре злодея мистера Хайда из Стивенсоновской повести. Подозревали многочисленных мигрантов – регулярно выходили антисемитские статьи, несколько еврейских жителей Уайтчепела были даже задержаны. Был среди подозреваемых и странный русский, действовавший под характерным именем Михаил Острог.
Как мы знаем, Джек Потрошитель стал одной из самых знаменитых лондонских легенд. Во результатам опроса Би-би-си провозгласила его самым дурным британцем всех времен и народов. О нем написано множество книг, сняты фильмы, по-прежнему рождаются все новые и новые легенды, формулируются новые версии, в музее мадам Тюссо он представлен не восковой фигурой, а зловещей тенью, в другом знаменитом аттракционе - «Лондонских подземельях» - разыгрывают сцену нападения Джека на его жертву.
История Джека Потрошителя вызывает интерес, как любое нераскрытое преступление, но все-таки в основном ужас. И поэтому когда сегодня, среди жутких сообщений о петербургском Наполеончике-потрошителе, чья судьба и история, похоже, не менее грязная, чем та, что происходила в трущобах Лондона, попадаются рассуждения о том, что «выдающегося человека довели до страшного преступления и греха» или «мы никак не можем из-за одного проступка в настоящем обнулить все его достоинства в прошлом» и даже «Можем сказать, что мы его понимаем», то хочется закрыться с головой одеялом и не выглядывать из окошка – вдруг там еще чьи-то руки тащат в реку.
❤2
Сталин и школа
для издания Вести Образования
— https://vogazeta.ru/articles/2019/11/12/edpolitics/10362-stalin_i_shkola
Вот радость неожиданная для всех историков и просто любителей истории – 21 и 22 декабря в Москве пройдет «научно-просветительская конференция “Сталинские чтения”». В самом факте проведения такой конференции ничего вроде бы страшного нет – сталинская эпоха, как и любая другая, заслуживает изучения.
Но вот открываем анонс и сразу узнаем, что она приурочена ко дню рождения – не кровавого тирана, а «выдающегося советского государственного деятеля».
Кроме того, «в силу масштаба личности Сталин до сих пор остается действующим фактором в политической сфере. Именно поэтому против него и государства, построенного им, и сегодня ведется информационная война».
То, что Сталин, увы, действительно остается «действующим фактором» – с этим не поспоришь. Думаю, только не из-за масштаба личности, а из-за той сталинистской пропаганды, которая с каждым днем набирает силу, из-за возводимых ему памятников, появляющихся даже в тех местах, где тысячи и тысячи погибали в лагерях, из-за лживых сериалов и тщательно оберегаемых мифов.
Судя по программе конференции, она как раз и будет воспевать, закреплять и тиражировать сталинистские мифы – начнется все с доклада «Сталин в прошлом и будущем», потом будут выступления на такие увлекательные темы, как «Экономика Сталина» (это о разорении страны во время первых пятилеток, о создании совершенно извращенной дефицитной экономики, о голоде во время коллективизации?), «Сталин как Верховный главнокомандующий» (старые песни о главном «а зато Сталин выиграл войну»), «Религиозная политика Сталина» (ну да, вернул патриарха, а о сотнях убитых и замученных священников можно и не думать). И две чудесные вишенки на торте – доклад «Сталинские спецслужбы», с которым выступит человек, называющий себя «историком спецслужб», и «СМЕРШ – главный козырь Сталина» – об этом расскажет президент Общества изучения истории отечественных спецслужб.
Что-то вдруг повеяло запахом крови, кажется, что зашевелились замученные, забитые, расстрелянные, уморенные голодом люди, над памятью о которых будет совершено надругательство на этой «научно-просветительской конференции».
Но в конце концов, пусть соберутся эти сталинисты и произносят свои речи, что здесь такого?
Да вроде бы ничего, если бы не два заключительных доклада. Один называется «Сталинский кинематограф», и автор его – Алексей Лубков, ректор Московского педагогического государственного института. Второй – «Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах» – автор Евгений Спицын, советник при ректоре МПГУ. Кино 30–40-х годов – очень интересная тема, но уже от слов «сталинский кинематограф» коробит. А когда видишь торжественные слова «советская держава», да еще в сочетании с маркесовской «осенью патриарха», то начинается нервный смех.
А вообще-то здесь совсем не до смеха. На сборище поклонников убийцы, садиста и разрушителя выступят люди, возглавляющие крупнейший педагогический вуз страны. И будут они сидеть в зале рядом с «историками спецслужб», слушать о величии смершевцев и борьбе с вредителями и шпионами. А потом вернутся к себе на работу и примутся дальше обучать будущих учителей. Историков, литераторов, физиков, химиков – неважно каких. Учителей. Тех, кто потом будет учить детей. И пусть даже большинство студентов никогда лично не соприкоснется ни с ректором, ни с его советником, все равно рыба тухнет с головы, все равно сталинизм пойдет распространяться все дальше и дальше, он проникнет в студенческие аудитории, как отравляющий газ, а оттуда – в школьные классы.
И это одна из самых ужасных вещей, которая может с нами произойти.
для издания Вести Образования
— https://vogazeta.ru/articles/2019/11/12/edpolitics/10362-stalin_i_shkola
Вот радость неожиданная для всех историков и просто любителей истории – 21 и 22 декабря в Москве пройдет «научно-просветительская конференция “Сталинские чтения”». В самом факте проведения такой конференции ничего вроде бы страшного нет – сталинская эпоха, как и любая другая, заслуживает изучения.
Но вот открываем анонс и сразу узнаем, что она приурочена ко дню рождения – не кровавого тирана, а «выдающегося советского государственного деятеля».
Кроме того, «в силу масштаба личности Сталин до сих пор остается действующим фактором в политической сфере. Именно поэтому против него и государства, построенного им, и сегодня ведется информационная война».
То, что Сталин, увы, действительно остается «действующим фактором» – с этим не поспоришь. Думаю, только не из-за масштаба личности, а из-за той сталинистской пропаганды, которая с каждым днем набирает силу, из-за возводимых ему памятников, появляющихся даже в тех местах, где тысячи и тысячи погибали в лагерях, из-за лживых сериалов и тщательно оберегаемых мифов.
Судя по программе конференции, она как раз и будет воспевать, закреплять и тиражировать сталинистские мифы – начнется все с доклада «Сталин в прошлом и будущем», потом будут выступления на такие увлекательные темы, как «Экономика Сталина» (это о разорении страны во время первых пятилеток, о создании совершенно извращенной дефицитной экономики, о голоде во время коллективизации?), «Сталин как Верховный главнокомандующий» (старые песни о главном «а зато Сталин выиграл войну»), «Религиозная политика Сталина» (ну да, вернул патриарха, а о сотнях убитых и замученных священников можно и не думать). И две чудесные вишенки на торте – доклад «Сталинские спецслужбы», с которым выступит человек, называющий себя «историком спецслужб», и «СМЕРШ – главный козырь Сталина» – об этом расскажет президент Общества изучения истории отечественных спецслужб.
Что-то вдруг повеяло запахом крови, кажется, что зашевелились замученные, забитые, расстрелянные, уморенные голодом люди, над памятью о которых будет совершено надругательство на этой «научно-просветительской конференции».
Но в конце концов, пусть соберутся эти сталинисты и произносят свои речи, что здесь такого?
Да вроде бы ничего, если бы не два заключительных доклада. Один называется «Сталинский кинематограф», и автор его – Алексей Лубков, ректор Московского педагогического государственного института. Второй – «Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах» – автор Евгений Спицын, советник при ректоре МПГУ. Кино 30–40-х годов – очень интересная тема, но уже от слов «сталинский кинематограф» коробит. А когда видишь торжественные слова «советская держава», да еще в сочетании с маркесовской «осенью патриарха», то начинается нервный смех.
А вообще-то здесь совсем не до смеха. На сборище поклонников убийцы, садиста и разрушителя выступят люди, возглавляющие крупнейший педагогический вуз страны. И будут они сидеть в зале рядом с «историками спецслужб», слушать о величии смершевцев и борьбе с вредителями и шпионами. А потом вернутся к себе на работу и примутся дальше обучать будущих учителей. Историков, литераторов, физиков, химиков – неважно каких. Учителей. Тех, кто потом будет учить детей. И пусть даже большинство студентов никогда лично не соприкоснется ни с ректором, ни с его советником, все равно рыба тухнет с головы, все равно сталинизм пойдет распространяться все дальше и дальше, он проникнет в студенческие аудитории, как отравляющий газ, а оттуда – в школьные классы.
И это одна из самых ужасных вещей, которая может с нами произойти.
Вести образования – экспертный взгляд на образование
Сталин и школа
❤2
НЕКОТОРЫЕ БОЛЕЕ РАВНЫ, ЧЕМ ДРУГИЕ?
В 1480 г. правитель государства в Нижнем Поволжье, в районе нынешней Астраханской области, отправился со войском против правителя Москвы, Звенигорода, Коломны, Ярославля, Костромы и многих других городов. Незадолго до этого московскому правителю покорились новгородцы, но Тверь и земли вокруг нее считались другим государством, Рязань подчинялась указаниям Москвы, но ей формально управлял другой человек, а в Пскове все еще собиралось вече.
Правителю государства, которое находилось в Астраханской области, раньше подчинялись обширные земли, но к 1480 г. он утратил контроль над Казанью, Крымом и землями между Волгой и Уралом. Но правители Москвы все еще отправляли ему дань, иногда, правда, отделываясь богатыми подарками. Однако предыдущие несколько лет ни дани, ни подарков в Астраханскую область не отправляли.
Возмущенный правитель Нижнего Поволжья пошел требовать того, что, по его мнению, полагалось ему по праву. Он дошел до реки Угры, протекающей по нынешним Смоленской и Калужской областям. Неподалеку отсюда, по Оке, проходила граница между владениями того, кто управлял Нижним Поволжьем, и того, кто управлял Москвой и другими землями. На запад от этих мест, в районе Смоленска, начинались владения совсем другого государя, правившего из Вильно или из Кракова.
Московский правитель судя по всему не очень хотел сражаться с правителем поволжским, свою казну и семью он отправил подальше – на север, сам явился к Угре, потом уехал в Москву, чем вызывал большое возмущение горожан, которые требовали, чтобы он их защищал. Часть приближенных уговаривала уступить, другие говорили, что надо сражаться. Ростовский архиепископ Вассиан призывал москвича к решительным действиям, даже назвал его «беглецом», прислал ему сердитое послание – и убедил сражаться с врагом.
Сражения на Угре, правда, не было. В какой-то момент отряд, подчинявшийся правителю Поволжья, попытался переправиться через реку, но московский отряд их остановил. Так продолжалось чуть больше месяца – до середины ноября. В конце концов похолодало, в войске правителя Поволжья стало нечем кормить коней, и они отошли в свои земли.
Они были сердиты на виленского правителя, не оказавшего им помощь, и в отместку разграбили его владения – Мценск, который сегодня находится в Орловской области, Серпейск и Козельск – в Калужской.
Так закончилось Стояние на Угре. Хан Ахмат вернулся в столицу Большой Орды Сарай-Берке, а великий князь Московский Иван Васильевич – в Москву. Через год на Ахмата напал сибирский хан Ибак, столица которого находилась в Тюмени. В это время ставка Ахмата находилась в устье Северского Донца, впадающего в Дон неподалеку от Азовского моря. Там он и нашел свою смерть.
Иван Васильевич через пять лет начал войну против Тверского князя и присоединил к Москве его владения, позже он будет воевать с литовским князем и польским королем Казимиром IV и его потомками и в конце концов уже сын Ивана III получит власть над Смоленском и другими землями, которые в тот момент считались литовскими.
И я никак не могу понять, почему мы должны отмечать тот день, когда жители одной части земель, которые сегодня входят в состав нашей страны, не подчинились жителям другой части? Почему мы не отмечаем присоединение Новгорода или Твери? Потому что новгородцы и тверичи были христианами, а подданные хана Ахмата исповедовали ислам? Потому что они говорили на другом языке? А может быть жители Тюмени предложат отпраздновать убийство хана Ахмата их правителем?
Вообще-то в 3 статье нашей Конституции написано: «Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ». Мне всегда казалось, что это значит, что все жители России, независимо от языка и вероисповедания обладают равными правами. Каким же образом победа предков одних россиян над другими может стать поводом для празднования. Я что-то неправильно понимаю?
В 1480 г. правитель государства в Нижнем Поволжье, в районе нынешней Астраханской области, отправился со войском против правителя Москвы, Звенигорода, Коломны, Ярославля, Костромы и многих других городов. Незадолго до этого московскому правителю покорились новгородцы, но Тверь и земли вокруг нее считались другим государством, Рязань подчинялась указаниям Москвы, но ей формально управлял другой человек, а в Пскове все еще собиралось вече.
Правителю государства, которое находилось в Астраханской области, раньше подчинялись обширные земли, но к 1480 г. он утратил контроль над Казанью, Крымом и землями между Волгой и Уралом. Но правители Москвы все еще отправляли ему дань, иногда, правда, отделываясь богатыми подарками. Однако предыдущие несколько лет ни дани, ни подарков в Астраханскую область не отправляли.
Возмущенный правитель Нижнего Поволжья пошел требовать того, что, по его мнению, полагалось ему по праву. Он дошел до реки Угры, протекающей по нынешним Смоленской и Калужской областям. Неподалеку отсюда, по Оке, проходила граница между владениями того, кто управлял Нижним Поволжьем, и того, кто управлял Москвой и другими землями. На запад от этих мест, в районе Смоленска, начинались владения совсем другого государя, правившего из Вильно или из Кракова.
Московский правитель судя по всему не очень хотел сражаться с правителем поволжским, свою казну и семью он отправил подальше – на север, сам явился к Угре, потом уехал в Москву, чем вызывал большое возмущение горожан, которые требовали, чтобы он их защищал. Часть приближенных уговаривала уступить, другие говорили, что надо сражаться. Ростовский архиепископ Вассиан призывал москвича к решительным действиям, даже назвал его «беглецом», прислал ему сердитое послание – и убедил сражаться с врагом.
Сражения на Угре, правда, не было. В какой-то момент отряд, подчинявшийся правителю Поволжья, попытался переправиться через реку, но московский отряд их остановил. Так продолжалось чуть больше месяца – до середины ноября. В конце концов похолодало, в войске правителя Поволжья стало нечем кормить коней, и они отошли в свои земли.
Они были сердиты на виленского правителя, не оказавшего им помощь, и в отместку разграбили его владения – Мценск, который сегодня находится в Орловской области, Серпейск и Козельск – в Калужской.
Так закончилось Стояние на Угре. Хан Ахмат вернулся в столицу Большой Орды Сарай-Берке, а великий князь Московский Иван Васильевич – в Москву. Через год на Ахмата напал сибирский хан Ибак, столица которого находилась в Тюмени. В это время ставка Ахмата находилась в устье Северского Донца, впадающего в Дон неподалеку от Азовского моря. Там он и нашел свою смерть.
Иван Васильевич через пять лет начал войну против Тверского князя и присоединил к Москве его владения, позже он будет воевать с литовским князем и польским королем Казимиром IV и его потомками и в конце концов уже сын Ивана III получит власть над Смоленском и другими землями, которые в тот момент считались литовскими.
И я никак не могу понять, почему мы должны отмечать тот день, когда жители одной части земель, которые сегодня входят в состав нашей страны, не подчинились жителям другой части? Почему мы не отмечаем присоединение Новгорода или Твери? Потому что новгородцы и тверичи были христианами, а подданные хана Ахмата исповедовали ислам? Потому что они говорили на другом языке? А может быть жители Тюмени предложат отпраздновать убийство хана Ахмата их правителем?
Вообще-то в 3 статье нашей Конституции написано: «Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ». Мне всегда казалось, что это значит, что все жители России, независимо от языка и вероисповедания обладают равными правами. Каким же образом победа предков одних россиян над другими может стать поводом для празднования. Я что-то неправильно понимаю?
👍4❤2🥰1
Природа зла
Природа зла – одна из самых болезненных и мучительных проблем, которую люди пытаются решить уже много веков. Почему на нас обрушиваются несчастья? Почему люди вредят друг другу, зачем убивают и мучают друг друга?
Иногда причину ищут «снаружи» - это может быть коварство злых духов, зависть богов, расплата за грехопадение, результат того, что «среда заела». Иногда кажется, что все идет «изнутри» - где-то в человеческих душах живет темное начало, которое регулярно приводит к войнам, казням, террору, убийствам.
Почему зло так легко вырывается наружу? С тех пор, как Ханна Арендт придумала формулировку «банальность зла», к этим словам возвращаются снова и снова. Выясняется, что страшные злодеи – вовсе не романтические мрачные демоны, а обычные людишки, вдруг превратившиеся в убийц. Неужели все так просто? Неужели в каждом из нас живет злодей? Знаменитый психолог Филипп Зимбардо, написал, что хочет «банальности зла» противопоставить «банальность героизма». Неужели это тоже возможно?
Смотрим новый выпуск Уроков истории на Youtube
Природа зла – одна из самых болезненных и мучительных проблем, которую люди пытаются решить уже много веков. Почему на нас обрушиваются несчастья? Почему люди вредят друг другу, зачем убивают и мучают друг друга?
Иногда причину ищут «снаружи» - это может быть коварство злых духов, зависть богов, расплата за грехопадение, результат того, что «среда заела». Иногда кажется, что все идет «изнутри» - где-то в человеческих душах живет темное начало, которое регулярно приводит к войнам, казням, террору, убийствам.
Почему зло так легко вырывается наружу? С тех пор, как Ханна Арендт придумала формулировку «банальность зла», к этим словам возвращаются снова и снова. Выясняется, что страшные злодеи – вовсе не романтические мрачные демоны, а обычные людишки, вдруг превратившиеся в убийц. Неужели все так просто? Неужели в каждом из нас живет злодей? Знаменитый психолог Филипп Зимбардо, написал, что хочет «банальности зла» противопоставить «банальность героизма». Неужели это тоже возможно?
Смотрим новый выпуск Уроков истории на Youtube
YouTube
Природа зла
🏺 Мой авторский курс «История древних цивилизаций».
Записывайтесь по ссылке https://l.curiosophy.io/x4YwG5
Вас ждут не только захватывающие видеолекции, но и авторские письма, дополняющие истории о жизни и быте Египта, Месопотамии, Индии, Китая, Иудеи, Греции…
Записывайтесь по ссылке https://l.curiosophy.io/x4YwG5
Вас ждут не только захватывающие видеолекции, но и авторские письма, дополняющие истории о жизни и быте Египта, Месопотамии, Индии, Китая, Иудеи, Греции…
❤4
О толстом коте и других друзьях человека
«Я очистил рот теленка от слизи, изо всех сил подул ему в горло и принялся делать искусственное дыхание. После трех-четырех нажатий теленок судорожно вздохнул, и веки его задергались. Скоро он уже начал дышать нормально и пошевелил ногой».
Английский ветеринар Джеймс Хэрриот, написавший одну из самых добрых книг на свете «О всех созданиях – больших и малых», описывает, как он мучительно принимал роды у коровы. «Ну вот что теперь требуется малышу, - сказал я, ухватив теленка за передние ноги, и подтащил к морде матери. Корова лежала на боку, устало положив голову на булыжник... Но стоило ей почувствовать возле морды тельце теленка, как она преобразилась... С каждой секундой ее интерес возрастал: она перекатилась на грудь, тычась мордой в теленка и утробно урча, а затем начала тщательно его вылизывать … Малыш выгнул спину и минуту спустя встряхнул головой и попытался сесть. Я улыбнулся до ушей. Мне никогда не надоедало вновь и вновь быть свидетелем этого маленького чуда, и, казалось, оно не может приесться… »
Почему-то у нас сразу теплеет на сердце, как только рядом оказывается теленок или цыпленок, собака или кот. Сколько бы нам ни говорили, что не надо очеловечивать животных, невозможно этого не делать. Святой Франциск Ассизский, проповедовавший птицам, обращался с животными, как с братьями. Когда рядом с итальянским городом Губбио появился страшный волк, разорявший окрестные стада и нападавший на людей, Франциск отправился поговорить с ним. Он пристыдил «брата волка» и попросил больше не причинять зла людям. Волк подошел к святому и протянул ему лапу. А после этого святой Франциск попросил жителей Губбио кормить его – и тот до конца жизни дружил с ними.
Здесь прекрасен не только добрый и наивный рассказ о чуде, но и то, что, оказывается, обе стороны должны заботиться друг о друге – волк больше не нападает на людей, а люди его кормят.
Рассказов о святых, любивших животных, и о животных, отвечавших им взаимностью, очень много. Один из самых трогательных повествует о святом Кутберте, шотландском пастухе, ставшем в VII веке отшельником и жившем на маленьком острове, где он защищал птиц от охотников, а по вечерам заходил по пояс в холодную морскую воду и молился. Когда же замерзший Кутберт выходил на берег, то прибегали выдры и согревали ему ноги. Сегодня он считается покровителем выдр.
Английский аристократ Филипп Говард, граф Арундел, жил в XVI веке, когда в Англии католикам приходилось несладко. Вся семья графа исповедовала католичество, и поэтому они попытались тайно покинуть Англию, но это им не удалось. Графа посадили в Тауэр и приговорили к смерти. Правда королева Елизавета не подписала смертный приговор, но узнику об этом никто не удосужился сообщить. В результате он провел 10 лет в одиночной камере, каждый день ожидая казни. Единственным его компаньоном был пес. Пса, в отличие от хозяина, выпускали погулять, и он приносил ему записочки от других заключенных. Когда граф Арундел умирал от дизентерии, королева предложила вернуть ему свободу и богатство, если он отречется от веры, но тот отказался и так и умер, не увидев больше своей жены и детей. Католическая церковь признала Филиппа Говарда святым, на его могиле стоит статуя графа, а рядом сидит верный четвероногий друг.
Впрочем, не обязательно быть святым, чтобы любить животных. В XVII веке чешский художник Вацлав Холлар сделал эстамп с портретом любимого котика царя Алексея Михайловича, и это первое изображение домашнего животного в русской истории. Царь должен был сильно любить кота, чтобы решить, что его внешность должна быть увековечена.
Так что «страшное преступление», которое совершил владелец толстого кота Виктора, не захотевший отправлять своего друга в багажный отсек, наверное, вызвало бы понимание и сочувствие и у Алексея Михайловича, и у графа Арундела, а уж у Джеймса Хэрриота тем более. Хочется пожелать Виктору ценить своего хозяина, - и не очень толстеть.
«Я очистил рот теленка от слизи, изо всех сил подул ему в горло и принялся делать искусственное дыхание. После трех-четырех нажатий теленок судорожно вздохнул, и веки его задергались. Скоро он уже начал дышать нормально и пошевелил ногой».
Английский ветеринар Джеймс Хэрриот, написавший одну из самых добрых книг на свете «О всех созданиях – больших и малых», описывает, как он мучительно принимал роды у коровы. «Ну вот что теперь требуется малышу, - сказал я, ухватив теленка за передние ноги, и подтащил к морде матери. Корова лежала на боку, устало положив голову на булыжник... Но стоило ей почувствовать возле морды тельце теленка, как она преобразилась... С каждой секундой ее интерес возрастал: она перекатилась на грудь, тычась мордой в теленка и утробно урча, а затем начала тщательно его вылизывать … Малыш выгнул спину и минуту спустя встряхнул головой и попытался сесть. Я улыбнулся до ушей. Мне никогда не надоедало вновь и вновь быть свидетелем этого маленького чуда, и, казалось, оно не может приесться… »
Почему-то у нас сразу теплеет на сердце, как только рядом оказывается теленок или цыпленок, собака или кот. Сколько бы нам ни говорили, что не надо очеловечивать животных, невозможно этого не делать. Святой Франциск Ассизский, проповедовавший птицам, обращался с животными, как с братьями. Когда рядом с итальянским городом Губбио появился страшный волк, разорявший окрестные стада и нападавший на людей, Франциск отправился поговорить с ним. Он пристыдил «брата волка» и попросил больше не причинять зла людям. Волк подошел к святому и протянул ему лапу. А после этого святой Франциск попросил жителей Губбио кормить его – и тот до конца жизни дружил с ними.
Здесь прекрасен не только добрый и наивный рассказ о чуде, но и то, что, оказывается, обе стороны должны заботиться друг о друге – волк больше не нападает на людей, а люди его кормят.
Рассказов о святых, любивших животных, и о животных, отвечавших им взаимностью, очень много. Один из самых трогательных повествует о святом Кутберте, шотландском пастухе, ставшем в VII веке отшельником и жившем на маленьком острове, где он защищал птиц от охотников, а по вечерам заходил по пояс в холодную морскую воду и молился. Когда же замерзший Кутберт выходил на берег, то прибегали выдры и согревали ему ноги. Сегодня он считается покровителем выдр.
Английский аристократ Филипп Говард, граф Арундел, жил в XVI веке, когда в Англии католикам приходилось несладко. Вся семья графа исповедовала католичество, и поэтому они попытались тайно покинуть Англию, но это им не удалось. Графа посадили в Тауэр и приговорили к смерти. Правда королева Елизавета не подписала смертный приговор, но узнику об этом никто не удосужился сообщить. В результате он провел 10 лет в одиночной камере, каждый день ожидая казни. Единственным его компаньоном был пес. Пса, в отличие от хозяина, выпускали погулять, и он приносил ему записочки от других заключенных. Когда граф Арундел умирал от дизентерии, королева предложила вернуть ему свободу и богатство, если он отречется от веры, но тот отказался и так и умер, не увидев больше своей жены и детей. Католическая церковь признала Филиппа Говарда святым, на его могиле стоит статуя графа, а рядом сидит верный четвероногий друг.
Впрочем, не обязательно быть святым, чтобы любить животных. В XVII веке чешский художник Вацлав Холлар сделал эстамп с портретом любимого котика царя Алексея Михайловича, и это первое изображение домашнего животного в русской истории. Царь должен был сильно любить кота, чтобы решить, что его внешность должна быть увековечена.
Так что «страшное преступление», которое совершил владелец толстого кота Виктора, не захотевший отправлять своего друга в багажный отсек, наверное, вызвало бы понимание и сочувствие и у Алексея Михайловича, и у графа Арундела, а уж у Джеймса Хэрриота тем более. Хочется пожелать Виктору ценить своего хозяина, - и не очень толстеть.
❤2
У меня приятная новость - в прекрасном издательстве "Пешком в историю" на днях выйдет моя книга для детей "20 загадок русской истории". Я выбрала самые разнообразные сюжеты из русской истории - от призвания варягов до создания атомной бомбы и постаралась показать, что историки совершенно по-разному их рассказывают и объясняют. А кто прав? Это решать читателям. Книга вот-вот выйдет из типографии и будет продаваться на выставке "Нон-фикшн" с 5 по 9 декабря , которая в этом году будет проходить в Гостином дворе по адресу Ильинка, д. 4
👍6❤3
НЕ ЗАКЛАДЫВАЙ ЧЕРТУ СВОЕЙ ГОЛОВЫ
У меня дома стоит большая фотография Хемингуэя - ее когда-то поставил на книжную полку мой отец. Для его поколения Хемингуэй был символом свободы и крутизны ( хотя слова такого еще не было).
И вот в издательстве «Альпина Нон Фикшн» появляется книга о Хемингуэе, написанная неожиданным автором, - Николас Рейнольдс занимался военной историей, работал в ЦРУ («на родине и за границей»), то бишь шпионом. Потом был историком в закрытом музее ЦРУ, а теперь преподает в университете Джона Хопкинса.
Первое, что выясняется из книги Рейнольдса «Тайная жизнь Эрнеста Хемингуэя 1935-1961. Писатель, моряк, солдат, шпион», - это то, как сильно писателю нравилось выполнять секретные поручения и рисковать своей и чужими головами. Правило, запрещающее журналистам участвовать в боевых действиях, для Хемингуэя не существовало – он ходил в атаку с республиканцами в в Испании, в 1944 году самочинно объявил себя главой отряда французских партизан-коммунистов и двинулся с ними к Парижу, а потом чуть не попал за это под трибунал.
После вступления США во Вторую мировую войну Хемингуэй создал на Кубе Crook Factory ( Фабрику проходимцев) – разношерстный отряд, члены которого рыскали в поисках фашистских шпионов, докладывали об этом Хемингуэю, а тот строчил донесения американскому послу.
Когда стало ясно, что толка от их деятельности немного, писатель решил бороться с немецкими подводными лодками, которые в первые годы войны часто подходили в Атлантическому побережью Америки. Он бороздил прибрежные воды на своей яхте «Пилар», серьезно рассчитывая захватить или обезвредить противника. К счастью для Хемингуэя и для мировой литературы, им не встретилась ни одна лодка.
Но это не все.
Существуют документы, скопированные в 90-е годы, а затем тайно вывезенные из страны бывшим сотрудником КГБ Александром Васильевым, пишущим теперь в Великобритании об истории разведки. Из них явствует, что в 1940 году Хемингуэй встречался с тайным сотрудником НКВД Яковом Голосом, заявил, что не прочь сотрудничать и даже дал Голосу редкие кубинские марки, чтобы потом по ним опознавать связных.
Никакой шпионской информации Хемингуэй предоставить советской разведке не мог. Но агенты НКВД встречались с ним еще несколько раз, ему была присвоена кличка «Арго», на него завели досье.
Симпатии Хемингуэя в Советскому Союзу объяснимы его ненавистью к фашизму, но переговоры с Голосом произошли в 1940 году, когда СССР был союзником гитлеровской Германии. И это писателя не остановило. Не остановило его и все то, что сталинские советники творили в его любимой Испании, и гибель этих советников по возвращению в СССР. Когда его спрашивали о сталинских чистках, он или говорил, что ничего об этом не знает, или же заявлял «ни одного человека из тех, кто мне нравился в Испании, не расстреляли», а вот те, кого «я хотел, чтобы расстреляли, были расстреляны». Большой политик был Папа Эрнесто.
В последние годы жизни у Хемингуэя развилась такая паранойя, что он повсюду видел якобы следивших за ним агентов ФБР. Дело дошло до того, что доктор в больнице, где писатель лечился, обратился в ФБР и попросил разрешения сказать писателю, что никакого дела на него не заведено. Те разрешили. По мнению Рейнольдса паранойя, которая в конце концов довела Хемингуэя до самоубийства, помимо многих других причин, была вызвана страхом разоблачения. Возлюбленная Голоса после его смерти свидетельствовала перед комиссией сенатора Маккарти и называла множество людей, завербованных советским разведчиком. Хемингуэя она не назвала. Повезло. Но ведь могли появиться какие-то еще данные.
Конечно, на 100% доказать свою версию Рейнольдс не смог – Хемингуэй никому не рассказал ни о своих встречах с энкавэдэшниками, ни о своих страхах. Но кто знает?
Просто лишнее напоминание нам всем – коготок увяз, и тебе уже присвоили кодовое имя, и завели досье, которое где-то лежит и может вдруг вылезти на свет божий. «Не закладывай черту своей головы» - назвал свой рассказ Эдгар По.
У меня дома стоит большая фотография Хемингуэя - ее когда-то поставил на книжную полку мой отец. Для его поколения Хемингуэй был символом свободы и крутизны ( хотя слова такого еще не было).
И вот в издательстве «Альпина Нон Фикшн» появляется книга о Хемингуэе, написанная неожиданным автором, - Николас Рейнольдс занимался военной историей, работал в ЦРУ («на родине и за границей»), то бишь шпионом. Потом был историком в закрытом музее ЦРУ, а теперь преподает в университете Джона Хопкинса.
Первое, что выясняется из книги Рейнольдса «Тайная жизнь Эрнеста Хемингуэя 1935-1961. Писатель, моряк, солдат, шпион», - это то, как сильно писателю нравилось выполнять секретные поручения и рисковать своей и чужими головами. Правило, запрещающее журналистам участвовать в боевых действиях, для Хемингуэя не существовало – он ходил в атаку с республиканцами в в Испании, в 1944 году самочинно объявил себя главой отряда французских партизан-коммунистов и двинулся с ними к Парижу, а потом чуть не попал за это под трибунал.
После вступления США во Вторую мировую войну Хемингуэй создал на Кубе Crook Factory ( Фабрику проходимцев) – разношерстный отряд, члены которого рыскали в поисках фашистских шпионов, докладывали об этом Хемингуэю, а тот строчил донесения американскому послу.
Когда стало ясно, что толка от их деятельности немного, писатель решил бороться с немецкими подводными лодками, которые в первые годы войны часто подходили в Атлантическому побережью Америки. Он бороздил прибрежные воды на своей яхте «Пилар», серьезно рассчитывая захватить или обезвредить противника. К счастью для Хемингуэя и для мировой литературы, им не встретилась ни одна лодка.
Но это не все.
Существуют документы, скопированные в 90-е годы, а затем тайно вывезенные из страны бывшим сотрудником КГБ Александром Васильевым, пишущим теперь в Великобритании об истории разведки. Из них явствует, что в 1940 году Хемингуэй встречался с тайным сотрудником НКВД Яковом Голосом, заявил, что не прочь сотрудничать и даже дал Голосу редкие кубинские марки, чтобы потом по ним опознавать связных.
Никакой шпионской информации Хемингуэй предоставить советской разведке не мог. Но агенты НКВД встречались с ним еще несколько раз, ему была присвоена кличка «Арго», на него завели досье.
Симпатии Хемингуэя в Советскому Союзу объяснимы его ненавистью к фашизму, но переговоры с Голосом произошли в 1940 году, когда СССР был союзником гитлеровской Германии. И это писателя не остановило. Не остановило его и все то, что сталинские советники творили в его любимой Испании, и гибель этих советников по возвращению в СССР. Когда его спрашивали о сталинских чистках, он или говорил, что ничего об этом не знает, или же заявлял «ни одного человека из тех, кто мне нравился в Испании, не расстреляли», а вот те, кого «я хотел, чтобы расстреляли, были расстреляны». Большой политик был Папа Эрнесто.
В последние годы жизни у Хемингуэя развилась такая паранойя, что он повсюду видел якобы следивших за ним агентов ФБР. Дело дошло до того, что доктор в больнице, где писатель лечился, обратился в ФБР и попросил разрешения сказать писателю, что никакого дела на него не заведено. Те разрешили. По мнению Рейнольдса паранойя, которая в конце концов довела Хемингуэя до самоубийства, помимо многих других причин, была вызвана страхом разоблачения. Возлюбленная Голоса после его смерти свидетельствовала перед комиссией сенатора Маккарти и называла множество людей, завербованных советским разведчиком. Хемингуэя она не назвала. Повезло. Но ведь могли появиться какие-то еще данные.
Конечно, на 100% доказать свою версию Рейнольдс не смог – Хемингуэй никому не рассказал ни о своих встречах с энкавэдэшниками, ни о своих страхах. Но кто знает?
Просто лишнее напоминание нам всем – коготок увяз, и тебе уже присвоили кодовое имя, и завели досье, которое где-то лежит и может вдруг вылезти на свет божий. «Не закладывай черту своей головы» - назвал свой рассказ Эдгар По.
👍5❤2