КАК СКАЗКА СТАНОВИТСЯ БЫЛЬЮ

2 июня 1953 года произошло важное событие в истории Великобритании — и в истории СМИ…

Молодая королева Елизавета, вступившая на престол 6 февраля 1952 года, была торжественно коронована в Вестминстерском аббатстве.

Коронация проходила по установленной традиции. Несли королевские регалии, произносили предписанные фразы, присутствующие восклицали: «Боже, храни королеву!» Королева садилась на Коронационное кресло, стоящее в аббатстве с конца XIII века. Под креслом находился Скунский камень, он же Камень судьбы, захваченный Эдуардом I во время войны в Шотландии. Говорили, что это тот камень, на который положил голову праотец Иаков, когда заснул в пути и увидел во сне лестницу, ведущую в небо.

За три года до коронации четыре шотландских студента похитили камень из аббатства, доставили в Шотландию и передали в одно шотландское аббатство. Было ясно, что его вернут в Лондон, но похищение носило символический характер. Студентам предъявили обвинение, но делу не был дан ход — а Шотландия была в восторге. В июне 1953 камень лежал на своем месте.

Сэр Норман Хартнелл, одевавший женщин королевской семьи, сделал коронационное платье — девятый вариант был одобрен — белое шелковое платье с вышивкой — всего лишь Тюдоровская роза, шотландский чертополох, валлийский лук-порей, ирландский трилистник клевера, австралийская акация, канадский кленовый лист, новозеландский серебряный папоротник, южноафриканский цветок протея, два лотоса, представлявших Индию и Цейлон, а для Пакистана пшеница, хлопок и джут. Вот что значит быть главой Британского Содружества.

В мантии и с короной идти было нелегко, но Елизавета тренировалась — и много ходила с короной на голове по Букингемскому дворцу, — чтобы не дай бог не упала.

Все празднество обошлось Великобритании чуть больше, чем в полтора миллиона фунтов — сегодня это было бы более 43 миллионов. Для покрытия части расходов 8 тысяч гостей, присутствовавших в аббатстве, получили право купить стулья, на которых они сидели.

А еще коронация Елизаветы стала невероятным пиар-событием. Три миллиона британцев собрались в Лондоне, чтобы посмотреть, как проедут в аббатство королева-мать в диадеме, увенчанной алмазом Кохинур, и сама Елизавета, совершившая круг по Лондону в золотой карете, как пройдет по городу процессия, состоявшая почти из 30 тысяч человек, как проедут монархи со всего мира, промаршируют гвардейцы.

А еще коронация 1953 года стала первой в истории Великобритании, в которой на новом уровне были использованы средства массовой информации. Вдоль дороги, по которой двигалась процессия, 750 журналистов вели трансляцию на 39 языках. И это была первая коронация, которую показывали по телевизору — не только то, что происходило на улице, но и то, что совершалось в Вестминстерском аббатстве.

Сегодня трудно понять, почему Черчилль выступал против трансляции. Кому в нынешнем мире придет в голову лишить миллионы зрителей возможности наблюдать за подобным событием? В тот момент телевизионная трансляция казалась чем-то, лишающим монархию ее священного ореола. Но по всему миру трансляцию смотрели около 277 миллионов. ( Увы, что-то мне подсказывает, что из «всего мира» надо вычесть шестую часть земли …) Американские и канадские телекомпании так хотели показать коронацию в тот же день, что запись церемонии отправляли в Новый Свет на самолетах — причем по частям, чтобы не дожидаться окончания. В Австралию тоже помчался самолет с пленкой — и добрался за рекордное время… всего за 53 часа 28 минут.

И с тех пор все знают, как люди любят смотреть на королевские сказочные свадьбы, юбилеи, парады. Оказалось, что священный характер монархии от этого не теряется — наоборот.

А Скунский камень в 1996 году вернули шотландцам — теперь он хранится в Эдинбургском замке. На следующую коронацию, правда, его привезут в Лондон. Но не будем об этом — Боже, храни королеву!

КАК ЭТО ДЕЛАЛ ГАНДИ

В 1918 году британские власти в Индии создали комитет для изучения связей между существовавшим в Индии терроризмом, германским правительством и большевиками. Главой комитета был назначен судья Сидней Роулэтт. Вскоре был разработан закон Роулэтта, по которому тех, кто был заподозрен в антиправительственных действиях, можно было задерживать на неопределенный срок и арестовывать без суда.

Индия была возмущена. В феврале 1919 года Ганди отправил вице-королю телеграмму, предупредив, что если закон будет принят, он призовет страну к гражданскому неповиновению. 21 марта закон был принят.

Начались мирные протесты. 30 марта войска открыли огонь по демонстрантам. Протесты перестали быть мирными. Возмущение этих людей можно понять, не правда ли? А вот Ганди не понял. 6 апреля он призвал своих сторонников не применять насилия, не нападать на англичан и выражать негодование только с помощью бойкота британских товаров и сжигания британской одежды. Он объявил однодневный «хартал» - всеобщую забастовку, соединенную с молитвой и постом.

Власти предупредили Ганди, чтобы он ни в коем случае не приезжал в Дели. Он не послушался и был арестован, что привело к бунтам по всей стране. 12 апреля в Амритсаре во время волнений убили несколько европейцев. На следующий день крестьяне из окрестных деревень собрались в парке, чтобы отметить индуистский праздник. Предполагалось одновременно выразить возмущение из-за ареста двух последователей Ганди. Между тем генерал Дайер запретил в Амритсаре публичные сборища – и рассматривал это собрание как бунт.

Войска перекрыли выход из парка и начали стрелять. Было убито по крайней мере 379 человек, а более 1000 ранено. Возмущение – вполне объяснимое – всколыхнуло всю страну.

Какова была реакция Ганди? Он выразил возмущение – но прежде всего насильственными действиями своих соотечественников, призвал немедленно прекратить насилие и объявил, что будет голодать, пока убийства и поджоги не прекратятся, или же пока он сам не умрет.

Ганди не раз прибегал к такому способу – за годы борьбы за независимость Индии он голодал 17 раз, иногда протестуя против действий властей, а иногда – против действий индийцев. В 1948 году, когда Индия получила независимость, Махатма – Великая душа – как его уже давно называли – с ужасом узнал о страшных столкновениях между индусами и мусульманами по всей стране. 79-летний Ганди начал новую голодовку, заявив, что умрет, если не будут выполнены условия, поставленные им собственному народу: он требовал возвращения мусульманам мечетей, которые в Дели сделали индуистскими храмами, возможности для мусульман спокойно передвигаться по Дели и ездить на поездах, предоставить возможность мусульманам, бежавшим в Пакистан, при желании вернуться домой в Индию, отменить бойкот мусульманских товаров, расселять индусов в мусульманских домах только с согласия местных мусульманских общин.

Авторитет Махатмы был настолько велик, что через шесть дней представители религиозных общин согласились на переговоры и выработали совместный план восстановления спокойствия. Ганди заплатил жизнью за свою победу – через две недели он был убит фанатиком-индуистом.

Сегодня, когда я читаю, как тысячи людей разного цвета кожи вышли в американских городах на мирные демонстрации против действий полицейских, применивших к чернокожему нарушителю «удушающий захват», от которого тот погиб, то думаю о том, что за паренька, которого росгвардейцы застрелили в Екатеринбурге, потому что он кажется украл (а может быть и нет) четыре рулона обоев, на пикеты в Москве вышли только 20 человек. И еще сделали 14 тысяч постов в твиттере. И мне стыдно, что полицейское насилие для нас не проблема…

Но когда я спрашиваю себя, хотела бы я, чтобы в знак протеста против гнусного убийства толпы громили магазины в Екатеринбурге и Москве, то вспоминаю Ганди, который был готов голодать до смерти ради того, чтобы кровь не проливалась.

КОРОЛЬ И СЫР

Французский король Карл VI был несчастным человеком. Он вступил на престол в 1380 году, в 11 лет. За предыдущие десятилетия Франция прошла через несколько поражений в войне с Англией, через крестьянское восстание – знаменитую Жакерию, через восстание парижан. Дед Карла, Иоанн Добрый, попал в плен, а наследник не мог собрать нужный выкуп. Англичане отпустили Иоанна под честное слово, чтобы он собрал деньги, - но оставили заложником одного из его сыновей – а тот сбежал. Благородный король вернулся в плен и оставался там до смерти.

Карл V, отец Карла VI, воспользовался перемирием, чтобы привести страну в порядок, отменил многие налоги и вообще хорошо управлял. После его смерти власть получили его братья и, пока длилось их регентство, разворовали тщательно собранную предыдущим правителем казну.

Но когда Карл VI стал править сам, он отставил дядюшек, вернул мудрых советников отца – и начал хорошо управлять. Увы, через некоторое время он заболел.

Первый приступ произошел в лесу, через который король ехал с большим отрядом. Было очень жарко, а к нему кинулся босой прокаженный, который стал умолять государя никуда не ехать, потому что предатели задумали его убить. В голове у Карла помутилось – он набросился на придворных – и, прежде чем его успели остановить, нескольких убил.

После этого Карл по несколько лет нормально жил, но потом болезнь снова обострялась. За него правила жена, Изабелла Баварская, а за влияние боролись несколько родственников короля. Противостояние между сторонниками герцога Бургундского и герцога Орлеанского выливалось в вооруженные столкновения. Герцог Орлеанский был убит неизвестными прямо на улице Парижа. Через несколько лет сын убитого отомстит бургундскому герцогу – его пригласят на переговоры и убьют безоружного – причем нанесут такие же раны, как те, от которых погиб Людовик Орлеанский.

Англичане снова вторглись во Францию, опять разгромили французов и вынудили подписать ужасающий мир. Франции предстояло дождаться появления Жанны д’Арк и многих других событий, которые помогут им изгнать англичан и завершить Столетнюю войну. Но это уже произойдет после смерти Карла VI – который сначала носил прозвище Возлюбленный, а остался в истории как Карл Безумный.

Но среди всех этих событий – борьбы с дядюшками, приступов безумия, соперничества группировок, побед англичан – у короля нашлось время, чтобы издать очень «французский» указ.

4 июня 1411 года, за четыре года до поражения французов в битве при Азенкуре, за девять лет до подписания мира в Блуа, по которому Карл лишил наследства собственного сына и вынужденно вступил с ним в конфликт, за 11 лет до смерти Карла Безумного, за 18 лет до появления Жанны д’Арк, за 42 года до окончания Столетней войны...

Карл VI даровал жителям городка Рокфор-сюр-Сульзон на юге Франции монопольное право на производство того сыра, который делали здесь уже с Х века. Жители Рокфора иногда утверждают, что их сыром восхищался еще римский ученый Плиний Старший, тот самый, который погиб во время извержения Везувия, погубившего Помпеи. Но Плиний просто писал о том, какой в Галлии вкусный сыр. Доказательств того, что речь шла о рокфоре, увы, нет.

Также, как нет доказательств, подтверждающих рассказ о том, как молодой человек, присевший перекусить хлебом и овечьим сыром неподалеку от пещеры, увидел прекрасную девушку – оставил свою еду в пещере и побежал за красоткой. Через несколько месяцев он нашел покрытые плесенью остатки сыра. Так родился рокфор.

Было это или нет – мы не знаем. Но после указа Карла VI точно известно, что настоящий рокфор можно делать только в известковых пещерах рядом с Рокфором-сюр-Сульзон и только из молока здешней породы овец. Так последние шестьсот (!!!!!) лет его и делают.

Хорошо, что у короля в 1411 году было просветление!

УШЕДШАЯ СКАЗКА

5 июня 1883 года из Парижа выехал поезд. Больше ста лет ничто его не могло остановить – ни мировые войны, ни железный занавес. И только скоростные поезда и дешевые билеты на самолет нанесли смертельный удар сказочному Восточному экспрессу. Или все-таки не нанесли?

При словах «Восточный экспресс» сразу представляешь Эркюля Пуаро, пассажиров, мстящих гнусному гангстеру, роскошный поезд, застрявший где-то в снегах на Балканах… Связка «Агата Кристи - Восточный экспресс» закреплена навечно.

А между тем книг и фильмов, действие которых происходит в Восточном экспрессе, невероятное количество – это и путевые заметки, и комические истории, но из под тени великой Агаты выбраться нелегко –преобладают детективы. На Восточном экспрессе едут Джеймс Бонд и Татьяна Романова в «Из России с любовью», есть «Загадка Восточного экспресса», «Смерть, обман и судьба в Восточном экспрессе» и даже сборник страшных рассказов разных авторов под названием «Безумие в Восточном экспрессе». А выглядело все так респектабельно…

Жорж Нагельмакерс был сыном и внуком бельгийских банкиров, в 22 года он попытался жениться на собственной кузине, и возмущенная родня отправила его в США. На корабле в 1867 году он познакомился с Сэмюэлем Кунаром, основателем Cunard Line, - компании, проводившей роскошные трансатлантические рейсы. Здесь Жоржу впервые пришла в голову мысль о возможности запуска не менее роскошных поездов. В Америке он много путешествовал в пульмановских вагонах, но отметил, как в этих поездах не хватало комфорта.

Вернувшись в Европу, Нагельмакерс начал заниматься одной из ветвей семейного бизнеса – производством доменных печей, но разработал план создания принципиально новых - спальных! – вагонов: wagons-lits. Родные возмутились и лишили его финансовой поддержки, но Нагельмакерс получил помощь от бельгийского короля, затем объединил усилия с американским предпринимателем, тоже мечтавшим о создании вагонов «класса люкс». В 1882 году Нагельмакерс предложил друзьям прокатиться с ним в «Молниеносном поезде люкс» от Парижа до Вены, а с 5 июня 1883 года рейс Париж-Вена стал регулярным.

Через год поезд следовал через Вену до румынского городка Джурджу, где пассажиров на пароме перевозили через Дунай, они садились в другой поезд в Варне, а затем добирались до Стамбула. В главных пунктах остановок экспресса Нагельмакерс создавал «Гранд-отели» - так возник в Стамбуле «Пера-палас отель», где Агата Кристи в 1933 году написала свою великую книгу.

Во время Первой мировой войны было не до роскошного поезда, но уже в Сен-Жерменском мирном договоре, которым война завершилась для Австрии, отдельно оговаривалось, что Восточный экспресс получит возможность проезжать по австрийским землям. Популярность маршрута росла, у него появлялись новые ответвления.

Еще один удар - Вторая мировая война – но уже в 1945 году движение возобновилось, хотя возникали проблемы при пересечении югославско-греческой, а позже - болгарско-турецкой границы, и в соцстранах приходилось вылезать из роскошных вагонов и садиться в вагоны местные.

В 60-е былая роскошь казалась вульгарной, миллионеры предпочитали летать самолетами. Каждый день поезда ходили только до Белграда, а до Стамбула – два раза в неделю. Когда Европа покрылась сетью скоростных поездов, спрос на Восточный экспресс совсем упал. Последний раз поезд прошел от Вены до Страсбурга 10 декабря 2009 года, а 11 декабря вернулся в Вену. Вот и все.

Сегодня паровоз, возивший Восточный экспресс, стоит у вокзала в Стамбуле. Вагон, в котором снимали фильм «Убийство в Восточном экспрессе», - в музее в Салониках. Несколько частных компаний возят туристов по отдельным кусочкам былого маршрута, пытаясь возродить былое величие.

Но приятно, что всегда можно открыть книгу и отправиться вместе с Эркюлем Пуаро из зимнего Стамбула по заснеженным Балканам – туда, где двенадцать пассажиров Восточного экспресса будут вершить правосудие.

ВЕЛИКИЙ ИМПЕРАТОР И ЕГО ГРОБНИЦА
Новое видео на нашем YouTube-канале

Велик и страшен был император Цинь Шихуанди.

Правитель, объединивший разрозненные китайские княжества и создавший единую империю, торжественно заявивший о том, что в Поднебесной установлен мир — и даже переплавивший захваченное у врагов оружие в колокола, начавший объединять разрозненные укрепления на севере Китая в стену, которая должна была защитить страну от кочевников, прокладывавший каналы и дороги, возводивший огромные дворцы, заложивший могущество Китая.

Кровавый тиран, во время правления которого тысячи людей погибали от непосильного труда, конфуцианских монахов закапывали живыми в землю, наказанием за любое невыполнение приказа была смерть, — и его любимый министр предлагал вообще сжечь все книги и закрыть школы, чтобы подданным в их глупые головы не вкладывали неподобающие мысли.

И как всегда такой государь у кого-то вызывает восхищение — вот, мол, какую мощную державу он создал ( заметим в скобках, что правление династии Цинь закончилось вскоре после его смерти, потому что в начавшейся гражданской войне перерезали всех его потомков); а у кого-то — ужас ( и тут заметим в скобках — не исключено, что рассказы о его страшных жестокостях преувеличены последующими поколениями, правда, мы не можем точно сказать, насколько преувеличены).

А больше всего Цинь Шихуанди знаменит своей гробницей, которую много веков охраняла терракотовая армия — и которая, как это ни дико звучит, — полностью не раскопана до сегодняшнего дня. Как мы знаем, многие правители готовят для себя место захоронения еще при жизни, рассчитывая хотя бы таким образом победить смерть и остаться в вечности. У Цинь Шихуанди борьба со смертью с годами стала навязчивой идеей — как смириться с тем, что перед ним, великим государем, склоняются все — но умирать все равно придется. Мысль, которая, наверное, приходит в голову всем тиранам, но не все достаточно часто об этом вспоминают.

Пройдет много веков после смерти Цинь Шихуанди, и Державин напишет:

Цари! Я мнил, вы боги властны,
Никто над вами не судья,
Но вы, как я подобно, страстны,
И так же смертны, как и я.

И вы подобно так падете,
Как с древ увядший лист падет!
И вы подобно так умрете,
Как ваш последний раб умрет!

Вот с этим император мириться не хотел — и беспрерывно искал какое-нибудь зелье, таблетку, микстуру, которые помогли бы ему победить и смерть тоже. Ну, а одновременно строил для себя гигантскую гробницу, которую и гробницей-то не назовешь — огромный подземный город начали возводить с того момента, когда ее будущий обитатель, который тогда еще не был императором и носил имя Ин Чжэн — вступил на престол в своем царстве Цинь.

Как Цинь Шихуанди управлял страной, как он искал бессмертие, и как возводил для себя гробницу — об этом пойдет речь в новом выпуске «Уроков истории с Тамарой Эйдельман».

НЕФТЬ-УБИЙЦА

2 августа 1990 года войска Ирака, где в то время еще правил Саддам Хуссейн, вторглись на территорию Кувейта. Два государства никак не могли договориться о том, кому принадлежат некоторые месторождения нефти. Саддама еще выводило из себя, что Кувейт производил нефти больше, чем позволяли квоты ОПЕК, а значит – сбивал мировые цены на нефть.

Кувейт был оккупирован и коалиция многочисленных стран во главе с США нанесла удар по войскам Ирака. Война началась 17 января 1991 года, а уже 23 января, опасаясь высадки американских морских пехотинцев, Ирак вылил в Персидский залив полтора миллиона кубометров нефти. Тогда же были подожжены около 700 нефтяных скважин в Кувейте.

Очень хорошо помню, как в тот год, рассказывая ученикам о творчестве Босха, я вдруг увидела на заднем плане «адской» части триптиха «Сад земных наслаждений» невероятно знакомые огни. Похоже, Босх знал, как выглядит горящая нефть – как адское пламя.

В это время загрязнение воздуха в Багдаде выросло более чем на 700 процентов, дым от горевших скважин был виден в нескольких соседних странах, а в Турции, Сирии и Афганистане выпали черные дожди. В заливе погибло более 100 тысяч морских животных и рыб, а в пустыне в тех местах, где горела нефть, образовался непригодный для жизни слой глубиной до трех метров.

20 апреля 2010 года безо всякой войны произошла авария на огромной плавучей буровой установке в Мексиканском заливе, Deepwater Horizon. На буровой взорвался метан, скорее всего из-за того, что компания BP экономила на каких-то технологиях.

Платформа была разрушена, тела одиннадцати рабочих так и не были найдены, 94 человека удалось спасти. Нефть выливалась из скважины 87 дней, но только в сентябре Deepwater Horizon объявили «полностью мертвой».

Все это время специалисты пытались остановить распространение огромного нефтяного пятна, а множество добровольцев очищали берега и пытались спасать облепленных нефтью морских животных и птиц.

По обитателям Мексиканского залива, места с одной из самых разнообразных экосистем в мире, был нанесен ужасающий удар. Нефть склеивала крылья птиц, приводила к невероятной смертности у новорожденных дельфинов, вызывала аномалии в развитии. В крови участников спасательной операции были обнаружены химические вещества, чья концентрация во много раз превышала допустимую. Через несколько лет океан все еще выбрасывал на берег нефтяные сгустки, на островах в заливе погибали деревья и кусты и начиналась эрозия почвы.

И это только две величайших катастрофы, связанных с нефтью, а их было очень много.

На их фоне те жалкие 20 тысяч тонн нефтепродуктов, которые вылились 29 мая на ТЭЦ-3 в Норильске кажутся совсем не страшными. Потанин пообещал, что для ликвидации последствий аварии не понадобятся бюджетные деньги, разлив дизеля уже локализовали. 6 тысяч тонн, которые попали в грунт, растворились где-то в вечной мерзлоте, а те 15 тысяч, что вылились в реки Амбарную и Далдыкан, а оттуда в озеро Пясино – ну это же не Мексиканский залив, там нет такого фантастического разнообразия флоры и фауны…

Только знаете – я решила посмотреть, какая живность водится в озере Пясино. Представила себе прекрасное северное ледниковое озеро с прозрачной водой, с северными птицами. Открыла Википедию и обнаружила, что озеро Пясино – мертвое. Оно мертво, потому что туда все время сбрасывают отходы Норникеля. Его поверхность – 735 квадратных километров, оно забирает воду нескольких других соседних озер – и оно мертвое.

А теперь, кстати, ученые опасаются, чтобы часть этих вылившихся тонн не попала в Карское море и не распространилась по Мировому океану. Оказывается, люди до сих пор не научились справляться с разливами нефти в ледовых условиях. И даже в Мексиканском заливе, где действовать было легче, собрали только 16% разлившейся нефти. А остальная пошла к дельфинам и пеликанам.

А что будет под Норильском?

ОЧЕНЬ НЕПРИЯТНАЯ ПЕРСПЕКТИВА

В конце февраля 532 года нашей эры византийскому императору Юстиниану приснился сон – ангел показал ему модель собора, который следовало воздвигнуть на месте храма, сгоревшего за 40 дней до этого во время восстания «Ника», жестоко подавленного войсками под командованием полководца Велизария.

Наверное, Юстиниан хотел показать, что ситуация в Константинополе налаживается. А может быть, загладить вину за пролитие крови подданных. Считается, что люди Велизария перебили на константинопольском ипподроме десятки тысяч людей – это преувеличение, но ясно, что резня была ужасной.

Начинается великое строительство. Исидор Милетский и Анфимий из Тралл делают проект огромного храма, каменщикам якобы помогают ангелы – и огромные камни передвигаются сами, а когда строители уходят обедать и оставляют молодого человека сторожить инструменты, то ему является «некто», кто обещает посторожить за него – пока тот не вернется. Мастера тут же отправили юношу в Рим, велев не возвращаться никогда, - и теперь ангел вечно охраняет здание святой Софии.

Чего только не говорили о Софии– и что ее купол свисает на золотом канате с неба, и что по его сиянию ориентируются корабли как по маяку, и что главные врата сделаны из досок Ноева ковчега. Посланники князя Владимира, зайдя в Софию, не могли понять – на земле они или в раю. Сюда приходили десятки императоров и императриц, полководцев и мудрецов, викинги из «варяжской гвардии» сидели на верхней галерее, с тоской ожидая окончания бесконечной службы, заодно лениво вырезая на мраморе ножом свои имена. А на женской половине галереи какая-то средневековая красавица задумчиво вырезала имя некоего Тимофея…

30 мая 1453 года великий султан Мехмет II вошел в главный храм завоеванного им города. Легенда гласит, что он въехал в него на коне (что неправда), но конь поскользнулся на полу, покрытом кровью. Поэтому на стене показывают якобы оставшийся след от ладони Мехмета ( судя по его высоте конь был великанский) и полосу от его сабли. А в другой стороне собора всегда стоит очередь желающих просунуть палец в дыру, за которой скрывается священник, спрятавшийся в колонне от турок, - пор выполняющий желания. Турки сбили потрясающие мозаики – к счастью, не все, возвели рядом с Софией минареты и сделали ее мечетью, и после этого каждая вторая древняя мечеть Стамбула стала подозрительно смахивать на Софию.

Прошло еще время, и в 1934 году американский искусствовед уговорил Ататюрка превратить Айя-Софию в музей – это вполне соответствовало его планам по созданию светской Турции. С тех пор уже почти сто лет в Софии толпятся туристы, внутри стоят строительные леса, так как постоянно идет реставрация, но от этого впечатление хуже не становится, - просто прибавляется еще один слой к бесконечной череде культурных ассоциаций.

А вот теперь, может быть, в истории великого собора произойдет новый поворот. 2 июля Государственный совет Турции будет рассматривать обращение взволнованных граждан ( ох, знакомая история), которые в очередной раз требуют, чтобы Софию снова сделали мечетью. Прямо скажем, они требовали этого уже много раз, но сейчас, при Эрдогане, что-то уж очень благоприятная ситуация для таких выступлений.

Конечно, можно утешать себя тем, что если это будет мечеть, то вход в нее станет бесплатным, но это слабенькое утешение при мысли о том, что для посещения надо будет подстраиваться под время службы, и главное – что будет с мозаиками?

В общем, к бесконечному списку неприятных новостей добавляется еще и эта. Остается надеяться, что здравый смысл ( или просто желание и дальше получать огромные деньги от толп туристов) окажутся сильнее. Но в нашем мире уповать на здравый смысл, - не самая перспективная идея.

РУСИ ЕСТЬ ВЕСЕЛИЕ ПИТИ?

Когда князь Владимир задумался, какую веру выбрать, то к нему приходили послы из разных стран и рассказывали, как и во что они верят. Рассказ мусульман о гуриях рая сластолюбивому князю, у которого якобы было несколько сотен жен, очень понравился, - и могла бы Русь стать мусульманской страной, но дальше выяснилось, что Коран запрещает пить. И тогда Владимир произнес знаменитые слова: «Руси есть веселие пити, не можем без того быти».

Так рассказывает летописец. Монах. И рассказывает с симпатией, даже с сочувствием. Ну действительно, как же без питья-то? Так и повелось. А Петр Первый по поводу и без повода любил напиваться до чертиков и подпаивать свое окружение. Помните про Кубок Большого Орла, который были обязаны выпивать те, кто нарушали правила на ассамблеях? Это у Пушкина в «Арапе Петра Великого» так мило описано, как франту Корсакову пришлось осушить кубок и оскандалиться. А вообще-то на петровских застольях пили много и грязно. И омерзительный Всешутейший и Всепьянейший собор сопровождался совершенно гнусными ритуалами.

Говорили, что муж племянницы Петра, Анны Иоанновны, герцог Курляндский, умер, не доехав после свадьбы до родной Курляндии, потому что пытался перепить самого императора - нет, брат, шалишь, нас не перепьешь.

Так с тех пор и повелось. И все мои тридцать с лишним лет работы в школе я знаю, что пьянство подростков – ой, ну что вы, какое пьянство, ну баловство все это, - никто не считает чем-то особенным. Все же так делают, это инициация, вход во взрослую жизнь. Если поймают старшеклассника пьяным, то будут, конечно, ругать и учителя, и родители, но душу-то мало кто в это вложит, все же знают, что «Руси есть веселие пити», - что тут такого?

Я видела интеллигентных девочек, валявшихся на полу или заблевывавших унитаз так, что его потом чинить надо было, и мальчиков из хороших семей, распивавших на переменах или перед экзаменом – а потом еще хвастливо и со смешком об этом рассказывавших. Действительно , смешно - обхохочешься. Потом кто-то из этих милых мальчиков и девочек начинал нормально жить, ну, в смысле, пить «в меру», а кто-то не начинал и вылетал из института и с работы, и превращался в отброс – а мы продолжаем снисходительно улыбаться, ну слава богу, что не наркотики.

А еще у нас в ГИБДД все продажные – остановят тебя, и ну взятку вымогать, вот гады. Но вот только это же так удобно – поехал пьяный, откупился и дальше едешь, и через неделю тоже.

И такая меня от этого всего тоска берет, такой безысходностью веет. Я знаю, что далеко не все, слава богу, пьют так, как несчастный Михаил Ефремов, и, слава богу, даже не все пьющие сбивают людей насмерть. Это утешение?

Мы же все воспринимаем выпивку как данность, как нечто, без чего не может быть застолья, молодого ( и не очень) веселья, а если боремся с пьянством, то так тупо, как это делали в перестройку. А если вдруг среди нас оказывается человек, который бросил пить, то сразу же все друзья начинают его уговаривать: «Да ладно тебе, ну не порти компанию, ну одна рюмка – это же ничего».

И все это – и у старшеклассников, и у знаменитых артистов – происходит как-то невыносимо мерзко, грязно и уныло. Не просмаковать бокал вина, а нажраться до соплей, до блевотины, до положения риз, в зюзю, в сиську – кстати, давно замечено, сколько в нашем великом и могучем русском языке образных выражений, описывающих столь мерзкое дело. А сколько уж героев-пьяниц, от Мармеладова до Венички…

И даже в этом мы ухитряемся находить какую-то гордость – наши писатели пьют, потому что не могут вынести «свинцовые мерзости жизни», то есть очень переживают за Россию, наша молодежь пьет, потому что силушка в ней гуляет, и вообще она очень веселая, а на машинах гонять – так это тоже удаль молодецкая. «Не можем без того быти…»

Давайте расскажем об этом вдове Сергея Захарова.

ГЛЕБ ЖЕГЛОВ И ВОЛОДЯ ШАРАПОВ

Несколько дней назад, обсуждая судьбу того парня, которого в Екатеринбурге убили росгвардейцы, один человек написал, что, мол, он был преступником, и что же, как говорил Глеб Жеглов, ему теперь талоны на усиленное питание выдавать? Вот ведь идут годы, меняется жизнь, а Глеб Жеглов остается для нас авторитетом и примером.

Глеб Жеглов, который подбрасывал задержанному в трамвае кошелек, прикладывал огромные усилия, чтобы посадить невинного человека, собственного коллегу и друга воспитывал, украв дело у того со стола… В общем, вот он, наш герой. И думаю, что дело совсем не в обаянии Высоцкого, а просто он вполне соответствует нашим представлениям о справедливости: вор должен сидеть в тюрьме, талонами на усиленное питание разбрасываться не надо…

«Несчастненькими» называли в былые времена арестантов, независимо от того, какие ужасные преступления они совершили. Несчастненькими считались те, кто шли по этапу, кто сидели за решеткой, а на Пасху люди брали своих детей и с ними шли в тюрьму, чтобы угостить арестантов куличами и яйцами.

Можно в очередной раз вспомнить ответ доктора Гааза митрополиту Филарету, заявившему, что каждый преступник нарушил законы не только государственные, но и божеские… «А Христос?» — спросил доктор, много лет жизни положивший на то, чтобы облегчать положение арестантов — любых. И здесь, наверное, интересен не только этот замечательный ответ, но и то, что жесткий и гордый митрополит поблагодарил Гааза, напомнившего ему о его, митрополита, долге. Кто, интересно, из тех, кто сегодня призывает к очередной расправе, смог бы так ответить? Да нет, у нас же сегодня авторитет Глеб Жеглов…

А вот еще роман есть такой, «Преступление и наказание», все мы его в школе проходили. Там герой совершил убийство преднамеренное, обдуманное, все заранее подготовил, и кроме мерзкой Алены Ивановны еще и ее сестру Лизавету прикончил. А Лизавета вечно оказывалась беременна, значит, и ребеночка неродившегося он тоже убил. А Соня Мармеладова, которой дано имя, означающее божественную мудрость, поверила в то, что он сможет раскаяться и возродиться, и пошла за ним на каторгу.

Оправдываю ли я Михаила Ефремова? Да конечно нет. То, что он совершил, ужасно. А езда в пьяном виде отвратительна, независимо от того, приводит она к трагедии или нет. И кое в чем я согласна в Глебом Жегловым — вор должен сидеть в тюрьме, а уж убийца тем более.

Но что же за зверство какое-то лезет со всех сторон? Я не говорю сейчас о тех, кто с восторгом объясняет, что все дело в его политических взглядах. Смешно думать, что эти люди могут испытывать к кому-то жалость или сочувствие. Они не знают жалости, точно так же, как не знают и совести, да, наверное, и других простых человеческих чувств. Они куда хуже Глеба Жеглова, у того хотя бы была смелость и свои представления о чести…

Но ведь помимо этих кадавров есть и вполне нормальные люди. Почему же мы все время, и не только в этом случае, идем за Глебом Жегловым, а не за Володей Шараповым? Уж про доктора Гааза я и не говорю. Почему опять пляски на костях? И опять какие-то старые песни о главном: жалость унижает человека, если враг не сдается, его уничтожают, ну и рожа у тебя, Шарапов…

Римский Колизей — место, где совершались страшные вещи. Где гладиаторы сражались друг с другом, а потом император мог поднять палец и спасти жизнь, но очень часто опускал его, и победитель добивал свою жертву. Там разыгрывали грандиозные сражения, но актеры погибали по-настоящему, убивали диких зверей, или смотрели, как люди сражаются со зверями, и сами зрители тоже зверели.

А с 2000 года каждый раз, когда где-то в мире отменяют смертный приговор, или из законодательства убирают смертную казнь, то стены Колизея заливает золотой цвет. Чтобы все посмотрели и порадовались: где-то какого-то преступника, может быть, совершившего ужасные вещи, не казнят. К нему проявят милосердие…

Михаил Хайми любит историю — это сразу понимаешь, когда слушаешь его подкаст «Изюм без булки» Он не вдается в научные подробности — да это и не нужно, его выпуски — непринужденный разговор со слушателями человека, который любит историю и получает удовольствие от увлекательных событий прошлого — и от того, что делится рассказами о них в своем подкасте.

Пока что Михаил рассказал о великом Шлимане, открывшем Трою, а заодно и о его эпохе, об Иване Владимировиче Цветаеве, создателе Музея изобразительных искусств, о великих покорителях Арктики — Амундсене и Нобиле. Разброс, как видим, велик. И это хорошо — на то это и «Изюм без булки», чтобы добывать в огромном океане мировой истории вкусные «изюминки» и скармливать слушателям.

Приятного аппетита!

#реклама

УКРАДЕННЫЙ ПРАЗДНИК

Каждый год в июне я сталкиваюсь с одним и тем же явлением: кто-нибудь да обязательно забудет о том, что 12 июня – это праздник. На этот день пытаются назначать экзамены, важные дела, деловые встречи – а потом бьют себя по лбу, восклицают – ой, ну да, конечно, праздник. А про себя думают – а что за праздник такой? Ощущение, что наше коллективное бессознательное постоянно выталкивает, не принимает празднование Дня России, хотя, если вдуматься, то что в нем плохого-то?

Вообще-то, в этот день тридцать лет назад произошло очень важное событие – Съезд народных депутатов РСФСР принял декларацию о независимости России. С тех пор само это событие неоднократно вызывало насмешки и ехидный вопрос: а от кого, собственно говоря, Россия должна была стать независимой?

В те бурные годы только ленивый не провозглашал независимость. Советская империя рушилась на глазах, во всех республиках уже бушевали национальные страсти, повсюду возникали то Национальный фронт, то Народный фронт. Республики требовали независимости, а внутри каждой из них с не меньшим жаром хотели независимости те, кому не повезло, потому что большевики не признали их достойными быть членами федерации, сделали их только автономиями. Уже вспыхивали конфликты, уже лилась кровь – Советский Союз трещал по швам. Но Россия-то? Ладно, Эстония или Грузия хотели выйти из Союза, а почему Россия?

Вообще-то, в тот момент это казалось совершенно логичным. Россия ведь тоже была загнана в коммунистическую империю и пострадала от нее не меньше других. То, что и тогда, и сегодня в разных местах бывшего СССР с упорством, достойным лучшего применения, называют «властью русских» - на самом-то деле было властью коммунистов. Вот от этой власти хотели отделиться бунтовавшие республики, и с этой властью в тот момент хотели покончить и очень многие в России.

Декларация независимости России, противопоставление российского триколора красному советскому знамени, появление российского телевидения с невероятно прогрессивной и любимой ( о Боже! Как давно это было!) программой «Вести» - все это можно рассматривать как борьбу за власть между Ельциным и Горбачевым, а можно – как попытку России найти свое новое историческое место, порвать с коммунистическим прошлым, начать новую жизнь, в которую так бодро неслась тройка на заставке «Вестей».

Наверное поэтому сегодня этот праздник, который должен был бы быть замечательным Днем независимости и праздноваться с искренней радостью, с поздравлениями друзей и близких ( вы кого-нибудь поздравляете с Днем России?), с гордостью за страну, - превратился просто в возможность выехать на дачу на шашлыки или уткнуться в телевизор, где будут показывать очередной «патриотический» концерт и что-нибудь вроде фильма «Офицеры».

Потому что хоть Советский Союз и приказал долго жить, хоть спустили с Кремлевской башни красный флаг, а подняли триколор, но только птица-тройка помчалась в каком-то неясном направлении, и никак не может удрать от преследующего ее по пятам мрачного прошлого, от «великого товарища Сталина», от военных парадов, от всевластья спецслужб. Эх, сколько всего было впереди 12 июня 1990 года…

«Русь, куда несешься ты? Дай ответ? Не дает ответа…»

ГОРЕ ПОБЕЖДЕННЫМ
Новое видео на YouTube-канале

Нравится нам это или нет, но мы смотрим на прошлое глазами победителей. Те, кто выиграли войну, конечно, вели ее ради благородных целей. Тот, кто пришел к власти, обычно считается победившим дурного правителя. Иногда это действительно так, а иногда — нет. Audiatur et altera pars — говорили в древнем Риме — да будет выслушана и другая сторона!

Увы, далеко не всегда это оказывается возможным. Бывает, что победитель осознанно уничтожает все сведения о своих поверженных врагах или, наоборот, всячески распространяет — но совершенно искаженные. Бывает, что на стороне победителя оказываются мощные союзники. Шекспир рассказал всему миру, что Ричард III был страшным злодеем и убийцей, и сколько бы сегодня историки ни писали о том, что эта версия вызывает сомнения и, скорее всего, была политически мотивирована — ведь пьеса создана во время правления королевы Елизаветы, внучки Генриха VII, который сверг Ричарда — но кто может спорить с Шекспиром?

Сегодня далеко не все историки согласны с тем, что Борис Годунов действительно подослал убийц к царевичу Дмитрию. Но все многочисленные исследования бледнеют перед словами «И мальчики кровавые в глазах…» — кто будет спорить с Пушкиным?

Царевне Софье в какой-то мере «повезло» больше — не нашлось никого равного Шекспиру и Пушкину, кто бы описал ее как страшную злодейку, мешавшую преобразованиям ее великого брата. Но с другой стороны, то место, которое Петр Первый занимает в нашей истории, уже делает всех, кто ему противостоит — «реакционерами» или, во всяком случае, жалкими неудачниками, чьи достижения меркнут в лучах славы великого преобразователя.

А почему бы не выслушать противоположную сторону? Не подумать о том, каким интересным человеком была Софья, как много у нее было общего с Петром, ее сводным братом? Софья и Петр испытывали сильнейшую ненависть друг к другу — так сложилось из-за сочетания семейных и политических обстоятельств. А ведь могли бы быть союзниками, могли бы действовать вместе. Или — другой вариант — как бы пошло развитие России, если бы власть на много лет, а не всего на семь, получила Софья и ее фаворит Василий Голицын?

Говорите, история не имеет сослагательного наклонения? Еще как имеет. Один мой друг — выдающийся историк, но, к сожалению, сильно пьющий человек, однажды сказал: «История не имеет сослагательного наклонения? Да я бы тем, кто это утверждает, опохмеляться не давал». Это, может быть, слишком суровое наказание, но все-таки — что сделали Софья и Голицын, и что они могли сделать? Может быть, повели бы страну в том же направлении, что и Петр, но только не стали бы «вздергивать Россию на дыбы»?

Новый выпуск «Уроков истории с Тамарой Эйдельман» будет посвящен этой удивительной, незаурядной и безусловно недооцененной женщине — царевне Софье. На нее можно посмотреть не только как на досадное препятствие на пути петровских преобразований, но как на живого человека, который мог сыграть важную роль в истории России — но не вышло. Не повезло. Горе побежденным…

И все-таки давайте относиться к ним с уважением.

КАКОВО ЭТО – ПРОЩАТЬ?

31 мая 1980 года 16-летняя Дебби Куэвас и ее 20-летний молодой человек Марк Брюстер сидели в машине Марка на берегу реки. К ним подъехали Роберт Уилли и Джозеф Ваккаро, заставили выйти из машины, увезли в лес, где они издевались над Марком, жгли его сигаретами, а затем убили. После этого они в течение тридцати часов избивали и насиловали Дебби, объясняли, какими различными способами они могут ее убить, а потом привезли на кладбище в ее родном городе Мэдисонвилл, штат Луизиана, и отпустили.

Через некоторое время Уилли и Ваккаро арестовали и судили – не только за нападение на Брюстера и Куэвас. До этого они изнасиловали и убили еще одну молодую девушку – Фейс Хатауэй. На суде Уилли заявил, что получил большое удовольствие, когда насиловал Хатауэй. Позже он еще признался, что вместе со своим кузеном Перри Тейлором убил человека, чтобы украсть у него марихуану – на 10 тысяч долларов.

Тейлор получил 21 год заключения. Уилли приговорили к смертной казни. Ваккаро чудом отделался пожизненным – одна из присяжных проголосовала против смертной казни, а по законам штата Луизиана такое решение должно быть единогласным. А дальше начинается совершенно другая история.

Судьба Роберта Уилли стала известна всему миру благодаря монахине Элен Прежан, которая начала писать, а затем навещать Уилли в камере смертников. Она сопровождала его до последней минуты – до казни на электрическом стуле.

Поведение Уилли перед смертью вызвало самые разные оценки. Родителям Хатауэй он сказал: «Надеюсь, вам станет легче после моей смерти». А потом, обращаясь ко всем: «Убивать – неправильно. И за это вы приговорили меня к смерти. Неважно, кто убивает: люди, страны или правительства. Убивать - неправильно». Что это? Признание вины или протест против вынесенного приговора? Перед казнью он… подмигнул Элен Прежан. Она истолковала это как знак того, что преступник ощутил умиротворение. Другие люди увидели в этом «вызов и насмешку». Позже, когда Дебби Куэвас спросила сестру Элен, проявил ли Уилли какие-либо признаки раскаяния, та печально покачала головой и сказала: «Я думаю, он не был на это способен».

Элен Прежан, которая за свою жизнь была духовным наставником шести приговоренных к смерти, стала борцом против смертной казни и написала книгу о судьбе Роберта Уилли – Dead Man Walking. За исполнение роли монахини в одноименном фильме Сюьзен Сарандон получила Оскара. Но сейчас речь не о них…

Дебби Куэвас была свидетелем на процессе и прекрасно отдавала себе отчет в том, что ее показания способствовали вынесению смертного приговора. Легко можно себе представить, как она хотела, чтобы этого негодяя казнили. В день казни ей звонили друзья, поздравляли и уверяли, что теперь ей станет намного легче. А ей не стало.

И дальше Дебби, которая вышла замуж, родила двух детей и теперь носит имя Дебби Моррис, - поняла, что ей необходимо простить Роберта Уилли. Простить гнусного убийцу и насильника, циничного преступника, который так и не раскаялся в том, что сделал. Она сказала в одном интервью, что сделала это «по эгоистическим соображениям» - это нужно было ей, и Дебби в течение многих лет работала над собой… чтобы простить. Она объясняет, что невозможно просто решить: «Я прощаю» и что-то почувствовать, и рассказывает, как день за днем искала в душе силы, в конце концов «простила его настолько, насколько смогла», - и ей стало легче.

Ясно, что далеко не каждый способен на такие героические усилия. Но все равно невозможно не восхититься ее стойкостью и силой.

И еще: Понтий Пилат в «Мастере и Маргарите» разговаривает с Левием Матвеем после казни Иешуа и предлагает ему денег. «Левий отрицательно покачал головой, а прокуратор продолжал: – Ты, я знаю, считаешь себя учеником Иешуа, но я тебе скажу, что ты не усвоил ничего из того, чему он тебя учил. Ибо, если бы это было так, ты обязательно взял бы у меня что-нибудь»

КАК В ИСПАНИИ МЕНЯЛИ КОНСТИТУЦИЮ

20 ноября 1975 года в Испании сменилась эпоха – умер «каудильо» - генералиссимус Франко.

Франко пришел к власти в 1939 году, победив в кровавой гражданской войне, и обрушил ужасающий террор на своих противников. Единственной политической партией в стране была признана консервативная и националистическая Фаланга, а карикатурой на парламент стал «Совет национального движения» - руководящий орган Фаланги.

В 1942 году торжественно открылись кортесы – испанский парламент – хотя толку от этого не было никакого. Часть депутатов Франко назначал сам, а остальных выбирали представители корпораций и созданных государством организаций. Кортесы ничего не решали – министров назначал сам каудильо, он же решал и вопросы бюджета.

Были еще референдумы, где могли голосовать только главы семейств старше 21 года и замужние женщины старше 25 лет. Референдум проводили дважды – один раз в 1947 году, когда решено было возродить монархию. Пожизненным «регентом» при будущем короле был все тот же Франко, впрочем, кандидатуру короля он утвердил только через много лет.
Второй раз в 1966-м, когда был введен пост премьер-министра, который занял… ну вы догадались кто…

И вот Франко умер… Через полгода после этого адвокат Адольфо Суарес сформировал по поручению короля новое правительство и заявил, что будет проводить реформы. Был подготовлен закон о политической реформе, по которому должны были быть созданы новые кортесы для разработки новой конституции. Но этот закон должны были утвердить старые, франкистские кортесы, которым таким образом предстояло уничтожить самих себя.

Суарес кого-то он давил, намекая, что можно ведь и должности потерять, кого-то подкупал, обещая помочь с избранием в новый парламент. В общем, кортесы проголосовали за то, чтобы в будущем все было по-другому.

Еще через месяц был проведен демократический референдум по утверждению нового законопроекта. Почти 78% избирателей явились на избирательные участки и 97% проголосовали за.

1 апреля 1977 года было распущено «Национальное движение» - пресловутая Фаланга. А 15 июня 1977 года состоялись нормальные, человеческие выборы – с всеобщим тайным голосованием. Ситуация была бурная – где-то взрывались бомбы, где-то проходили демонстрации, кого-то не внесли в списки избирателей, но все-таки это были действительно свободные выборы. Большинство получила созданная Суаресом умеренная партия Союз демократического центра, на втором месте оказались социалисты, крайне левые и крайне правые получили намного меньше голосов.

Дальше ситуация в Испании еще много раз менялась – будет еще попытка военного переворота, которая к счастью не удалась во многом благодаря твердой позиции короля Хуана-Карлоса. Будет еще много разных выборов, политическая обстановка будет меняться – леветь, праветь, Суареса будут обвинять ( резонно) в том, что он не может справиться с экономическими проблемами, но дело было сделано – в Испании появился демократический парламент, главной задачей которого было разработать новую конституцию. К концу 1978 года она была готова – и утверждена на референдуме. В начале 1979 года прошли выборы в новые кортесы уже на основании новой конституции.

Вот так это было. В 1981 году король присвоил Суаресу титул герцога и сделал его грандом Испании. Это, впрочем, не помогло ему дальше удержаться в политике – судя по всему он был прекрасным «кризисным менеджером», необходимым для переходного периода, а вот дальше обошлись без него. В 1991 году Суарес заявил, что уходит из политики – и ушел, чтобы ухаживать за заболевшей раком женой.

В общем, когда нынешняя пандемия закончится на самом деле, а не на словах, и можно будет снова путешествовать, - те, кто прилетят в Мадрид в аэропорт, который носит имя Адольфо Суареса, - вспомните, что это был человек, который смог спокойно, последовательно, законно привести свою страну к новой конституции и к новой, свободной жизни.

Бывает и так…

РУКОПИСИ НЕ ГОРЯТ

16 июня – Bloomsday – когда в 1904 году житель Дублина Леопольд Блум отправился в путь по городу и познакомился со Стивеном Дедалом. Это день романа «Улисс».

Уже в 1924 году Джойс упоминает в письме «группу людей, которые отмечают то, что они называют Днем Блума». В 1954 году несколько человек в Дублине решили проехать весь маршрут «Улисса». Каждый из участников изображал кого-то из персонажей романа, но на полпути они так напились и устали, что решили прервать свое путешествие и отправиться в паб.

Интенсивный контакт с «Улиссом» безусловно утомляет. Вспоминаю потрясающий Bloomsday в 2004 году в Школе драматического искусства, придуманный Игорем Яцко. Он начался 16 июня в 8 утра и закончился ровно через 24 часа. Я несколько раз приходила и уходила, потому что надо было прийти в себя и переварить это фантастическое сочетание гениального текста и удивительного театрального действа.

В Bloomsday в Дублине ходят по маршруту Блума, посещают пабы, заказывают блюда, которые упоминаются в романе. В Венгрии, в городе Сомбатхей, откуда был родом отец Блума, венгерский еврей, собираются или рядом с остатками древнего храма Изиды, оставшегося здесь с римских времен, или рядом с домом, который когда-то действительно занимала семья по фамилии Блум. В других местах просто читают роман.

Как здорово, что сегодня множество прекрасных людей, среди которых есть и мои друзья, будут читать онлайн «Улисса» и по-русски тоже.

А ведь в 1921 году американский журнал «Литл Ревью» был признан непристойным, в частности, потому, что там был опубликован отрывок из «Улисса» с описанием мастурбации. В результате сам роман тоже объявили непристойным и до нового решения суда в 1933 году экземпляры, попадавшиеся в руки американской почте, сжигали.

«Любовника леди Чаттерлей» Лоуренса считали порнографией в течение тридцати лет, «Лолиту» Набокова долго воспринимали ( а может, и воспринимают?) как педофильскую книгу.

Возмущает не только секс. В СССР уже в 1929 году профсоюзы требуют (!!!) предоставить им список книг «с мещанским уклоном» - и начинается грандиозная идеологическая чистка библиотек. А в 1933 году в 70 немецких городах загорелись на кострах книги, противоречившие «немецкому духу».

Сколько уже попыток делалось убрать из американской школьной программы «Приключения Гекльберри Финна» - одну из величайших книг американской литературы? Есть, оказывается, школы, где не разрешают изучать еще и «Убить пересмешника». И, конечно же, мне уже объяснили в фейсбуке, что это очень хорошо и справедливо, - в конце-то концов, их не сжигают, просто изучать не будут.

Каким же бедным и тусклым был бы мир, если бы в нем действительно смогли запретить «Улисса» и «Лолиту», сжечь романы Ремарка и труды Фрейда, выкинуть из библиотек великие книги «с мещанским уклоном» и оставить школьников без истории Аттикуса и Глазастика Финча. Рэй Брэдбери, показавший в «451 по Фаренгейту» всю неизбывную тоску такого мира, вложил в уста одного из пожарных, сжигающих книги, знаменитые слова: «Цветным не нравится книга «Маленький чёрный Самбо». Сжечь её. Белым неприятна «Хижина дяди Тома». Сжечь и её тоже. Кто-то написал книгу о том, что курение предрасполагает к раку лёгких. Табачные фабриканты в панике. Сжечь эту книгу. Нужна безмятежность, Монтэг, спокойствие. Прочь всё, что рождает тревогу. В печку!»

Да, книги не дают нам успокоиться, они тревожат, шокируют, вызывают сильные эмоции, дают возможность задуматься. «Рукописи не горят» - сказал когда-то герой еще одной книги, которую долго пытались запретить – а не вышло. Не вышло, не выйдет сегодня, не выйдет и завтра.

Леопольд Блум будет вечно бродить по Дублину, а Аттикусу Финчу никто не запретит сидеть на крыльце его дома и разговаривать со своими детьми о том, как надо себя вести в подлых обстоятельствах. Никто у нас этого не отнимет.

ЧЕМ ДОЛЬШЕ ЖДАТЬ, ТЕМ БОЛЬШЕ ВЗРЫВ…

17 июня 1789 года те, кто должны были подчиняться, подчиняться перестали… А ведь все начиналось так красиво.

5 мая 1789 года в Версале собрались Генеральные Штаты – собрание представителей трех сословий – духовенства, дворянства и буржуазии. Ликование по всей стране было огромным – казалось, что теперь все проблемы наконец будут разрешены.

Графа Мирабо, знаменитого защитника народа, которого дворянство отказалось избирать, в Генеральные Штаты отправило третье сословие Прованса, его еще торжественно провожали до границ провинции. Все ожидали чудесных перемен.

Генеральные Штаты к 1789 году были полузабытым учреждением – последний раз их созывали в 1614 году, а после этого усиливавшейся королевской власти помощь общества была не нужна. А теперь, когда Франция оказалась в тисках жесточайшего финансового кризиса, помощь понадобилась.

Но как только депутаты начали свои заседания в огромном королевском Зале малых забав, выяснилось, что они не для забав съехались. Начались споры из-за регламента ( каждый раз, когда рассказываю об этом, вспоминаю 1989 год, тоже май-июнь, Первый съезд советов – и тогдашние споры о регламенте. Бывают странные сближенья).

По традиции сословия в Генеральных Штатах заседали по-отдельности. Духовенство отдельно принимало решение, дворянство отдельно, третье сословие отдельно –голосование сводилось к трем голосам. И если, скажем, на предложение перераспределить налоги дворяне и священники ответят «нет», то мнение буржуазии уже значения иметь не будет. Именно поэтому депутаты от третьего сословия начали требовать общих заседаний.

И конечно же, король этого не хотел. А они решили, что все равно сделают. Аббат Эммануэль-Жозеф Сийес, прославленный своей брошюрой «Что такое третье сословие?», предложил 17 июня переименовать Генеральные Штаты в Национальное собрание – считать депутатов представителями не отдельных сословий, а всей нации. Так и сделали.

20 июня депутаты, явившись на заседание, обнаружили, что Зал малых забав закрыт – им предлагалось разойтись. А они не разошлись. Несмотря на дождь депутаты пошли по Версальскому парку, обнаружили огромный пустой зал «для игры в мяч» - и там дали торжественную клятву не расходиться. 23 июня к депутатам явился король, который заявил, что заседания будут проходить по-старому. После его ухода обер-церемониймейстер Анри-Эврар де Дрё-Брезе приказал исполнить повеление короля. И вот тут выяснилось, что графа Мирабо выбирали не зря.

Он вышел вперед и своим громовым голосом произнес: «Передайте вашему господину, что мы собрались здесь по воле народа и что нас нельзя удалить иначе, как силой штыков!»

И король уступил. И Французская революция началась с того момента, когда люди перестали подчиняться королю.

Сегодня можно сказать: не созвал бы Людовик Генеральные Штаты, не дал бы слабину, а созвав, не позволил бы им заседать всем вместе, и не было бы ни взятия Бастилии, ни казни короля, ни якобинского террора. Людовик XIV говорил: «Государство – это я!» и правил как хотел, а Людовик XV считал: «После нас хоть потоп!» - и спокойно прожил жизнь. Можно сказать – не начал бы Горбачев перестройку, не созвал бы Первый съезд советов, и дальше бы ничего не было.

А можно сказать по-другому: созвал бы Людовик Генеральные Штаты на десять лет раньше, провел реформы быстрее, наверное, все равно рвануло, так же, как в конце концов рвануло бы и в СССР, но могло бы все пройти спокойнее , действовал бы король по собственной «доброй воле», а не под давлением обстоятельств и общества, - глядишь, и голову сохранил бы на плечах.

ПУСТЬ СМЕРТЬ ПРИДЕТ КО МНЕ ПО-РЫЦАРСКИ

Стоит только посмотреть на фотографию Амундсена, чтобы понять, что это не тот человек, с которым приятно было бы дружить.

Суровый и жесткий путешественник из семьи, где все были либо капитанами, либо владельцами кораблей, он был создан для полярных путешествий.

Мать Амундсена взяла с него слово, что он станет доктором. И он отправился учиться медицине, но, как только мать умерла, ушел в море. Ему был 21 год.

Жизнь Амундсена проходила или в экспедициях, или в подготовках к ним, или в рассказах о них. Три года он шел на яхте «Йоа» по Северо-Западному проходу из Атлантического в Тихий океан с экипажем из шести человек, где все перессорились, но выдержали три зимовки во льдах. Можно было пройти и быстрее, но Амундсен не хотел, чтобы его экспедиция оказалась короткой.

Когда речь идет о безумной гонке к Южному полюсу, все вспоминают капитана Скотта и его погибшую экспедицию, Лоуренса Оатса, «настоящего джентльмена», ушедшего босиком в метель, чтобы не помешать остальным двигаться дальше, надпись на могиле Скотта «Бороться и искать, найти и не сдаваться». Но при всем моем сочувствии к погибшим британцам, во многом это произошло потому, что Скотт просто хуже подготовился к путешествию.

У Амундсена все было продумано до мельчайших деталей. Он получил у Нансена потрясающий «Фрам», специально сконструированный для полярных экспедиций корабль. Он выбрал место для начала продвижения на 96 километров ближе к полюсу, чем Скотт, использовал то, чему научился у инуитов – как путешествовать на собаках ( а не на лошадях, как Скотт), как выживать в снегах, и – увы – как использовать собак не только для перевозки саней, но и как запас свежего мяса.

Про путешествие Амундсена к Южному полюсу невозможно рассказать так же романтично, как про путешествие Скотта, – там не было никаких особых событий. Единственная неудача - первая попытка отправиться к полюсу. Когда 8 человек и 86 собак стали возвращаться обратно на базу, то Амундсен помчался вперед, не оглядываясь на своих спутников. Когда те – с большим трудом – все же добрались до базы, Амундсен отчитал их за то, что они медленно двигались.

Ну а затем был совершен второй рывок – всего пятеро людей и 52 собаки. Когда по дороге решено было забить 24 собаки, то Амундсен сам в этом не участвовал… но зато приготовил своей команде отличный обед из свежего мяса. Так они подкрепились и пошли дальше, 14 декабря 1911 года добрались до Южного полюса и выкурили там сигары.

После триумфального возвращения Амундсен путешествовал, выступал по всему миру с лекциями, высказывал свою печаль из-за гибели Скотта, но вряд ли по-настоящему горевал.

Потом он – как всегда устремленный в будущее – увлекся авиацией и в 1926 году на дирижабле «Норвегия» вместе с итальянцем Умберто Нобиле пролетел над Северным полюсом.

Так жил этот холодный, высокомерный, властный – но удивительный человек. На вопрос о том, не страшно ли ему, он ответил: «О, если бы вам когда-нибудь довелось увидеть своими глазами, как там чудесно, в высоких широтах! Там я хотел бы умереть, только пусть смерть придет ко мне по-рыцарски, настигнет меня при выполнении великой миссии, быстро и без мучений».

Надо надеяться, что так и произошло. 18 июня 1928 года Амундсен принимал участие в поиска своего бывшего друга Нобиле, с которым он уже успел поссориться. Итальянец отправился в полет на дирижабле «Италия» и потерпел крушение. Амундсен и еще пять человек вылетели на поиски и не вернулись. Позже были найдены только поплавок и бензобак от самолета. Если летчики оказались в ледяной воде, то смерть пришла к ним действительно по-рыцарски.

Через несколько дней экспедицию Нобиле обнаружили и спасли. Американская полярная станция на Южном полюсе называется Амундсен-Скотт. А в Кембридже перед полярным музеем имени Роберта Скотта стоит памятник собакам, участницам полярных экспедиций…

ГИБЕЛЬ ЛЮБИТЕЛЯ БАБОЧЕК

«В ночном саду под гроздью зреющего манго
Максимильян танцует то, что станет танго», - с этого эротического образа начинается стихотворение Бродского «1867».

Эрцгерцог Максимилиан принадлежал к австрийскому императорскому дому. В детстве все отмечали его ум, живость, обаяние – но возмущались пренебрежением дисциплиной. Юный Максимилиан любил розыгрыши и милые шалости. Еще он любил ботанику и собирал коллекции бабочек.

Он часто пытался доказать, что ничем не уступает своему старшему брату. Но когда в 1848 году Франц-Иосиф стал императором, то тягаться с ним было уже трудновато. Может быть, поэтому Максимилиан прислушался к предложению мексиканских консерваторов, которые в 1859 году пригласили его… стать императором Мексики.

Это было совершенно безумное предложение. В Мексике в начале 1820-х годов уже был император, но его вынудили отречься и провозгласили республику. С тех пор страну уже несколько десятилетий лихорадило – менялись правители, вспыхивали восстания, войны, в дела Мексики вмешивались то Франция, то Англия. В конце 50-х в Мексике был президент – Бенито Хуарес, - но его признавала далеко не вся страна. Можно снова вспомнить Бродского:

«В ночной тиши под сенью девственного леса
Хуарец, действуя как двигатель прогресса,
забывшим начисто, как выглядят два песо,
пеонам новые винтовки выдает».

Максимилиан спросил, хочет ли мексиканский народ, чтобы он ими правил. Его заверили, что да, все хотят. На самом деле этого хотел французский император Наполеон III, но эрцгерцогу об этом не сказали. Он поколебался, потом подумал, что жизнь в Мексике поможет ему расширить коллекцию бабочек – и согласился…

Когда Максимилиан прибыл в Мексику, выяснилось, что его не ждут. Максимилиан быстро махнул на все рукой и занялся изучением флоры и бабочек. Он, правда, издал приказ о том, что любой человек, участвующий в вооруженной борьбе против власти, должен быть казнен, - этот-то приказ его в конце концов и погубил.

Хуарес добивался все больших успехов, а французские войска покинули Мексику – Наполеон III потерял интерес к этой авантюре. Максимилиан продолжал собирать бабочек и «танцевать то, что будет танго» с мулатками. Все уговаривали императора покинуть Мексику, но он сказал, что не может оставить своих приверженцев. Несколько недель он сидел в осаде в городе Сантьяго-де-Керетаро, а потом революционеры подкупили одного из его генералов – и тот открыл ворота. Сделал он это при условии, что Максимилиану позволят бежать, но когда тот пробирался через вражеский лагерь, его узнали и схватили.

В наказание за то, что Максимилиан приказал расстреливать революционеров, его приговорили к смерти. Друзья свергнутого императора придумали план побега, но когда он услышал, что для этого придется сбрить бороду, то отказался – если его поймают и увидят без бороды, то это будет унизительно.

Расстреляли его 19 июня 1867 года. Перед расстрелом он выдал по золотой монете каждому солдату и попросил не стрелять в голову, чтобы его мать смогла посмотреть на его лицо. Последние его слова были: « Я прощаю всех и прошу всех простить меня. Пусть моя кровь, которая сейчас прольется, пойдет на пользу этой стране. Да здравствует Мексика! Да здравствует независимость!»

Тело Максимилиана набальзамировали, через некоторое время доставили в Вену и похоронили в императорском склепе Габсбургов.

Остается только завершить рассказ словами Бродского:

«Затворы клацают; в расчерченной на клетки
Хуарец ведомости делает отметки.
И попугай весьма тропической расцветки
сидит на ветке и так поет:
Презренье к ближнему у нюхающих розы
пускай не лучше, но честней гражданской позы.
И то, и это порождает кровь и слезы.
Тем паче в тропиках у нас, где смерть, увы,
распространяется, как мухами — зараза,
иль как в кафе удачно брошенная фраза,
и где у черепа в кустах всегда три глаза,
и в каждом — пышный пучок травы».

ЗАГАДКИ МАЙЯ
Новое видео на нашем YouTube канале

Древние майя — тема, о которой рассказывать — одно удовольствие. Таинственные заброшенные города, заросшие лианами храмы, пирамиды и священный колодец, загадочный Пакаль и его маска из священного нефрита, иероглифы — и подвиг Юрия Кнорозова, сумевшего прочитать их в те годы, когда сама мысль о поездке в Мексику или Гватемалу должна была казаться смешной. Мы знаем о майя очень много — и в то же время невероятно мало.

В XIX веке цивилизация майя оказалась, как это ни странно, «открытой заново» — после испанского завоевания древние города были забыты, «потеряны» и понадобились усилия многих путешественников и археологов, чтобы вернуть их нам. Невероятное появление древней цивилизации, было настолько неожиданным, что породило — и продолжает порождать — массу фантастических предположений. Майя — потомки атлантов! Нет, майя строили свои пирамиды, ожидая возвращения тех космических пришельцев, которые прилетали к ним. Майя были знакомы с викингами! Нет, с египтянами! Ну и, конечно, самое свежее — майя предсказали конец света, который должен был обрушиться на нас в 2012 году…

А ведь на самом деле в истории майя есть реальные, куда более важные вопросы — как были устроены их города? Неужели действительно все эти гигантские постройки создавались только для богослужений и наблюдений за звездами, а вовсе не для того, чтобы люди могли здесь жить? Почему эти постройки забрасывались? Почему для майя был так невероятно важен их календарь? Все древние народы считали, что правильное определение времени суток и длины года важно для существования мира, но мало кто придавал этому такое огромное значение как майя.

Чему майя научились у других народов? Ольмеки, тольтеки — эти названия говорят нам меньше, чем три самых «раскрученных» цивилизаций — майя, ацтеков и инков, — а жаль — с ними связан огромный пласт развития доколумбовой Америки.

В общем, о майя можно говорить долго — задавать вопросы и получать на них ответы, а иногда оставаться в недоумении и только надеяться, что ответы будут получены в будущем.

Этим я и занимаюсь в новом выпуске «Уроков истории с Тамарой Эйдельман».

ВОЙНА НА ДАЛЕКИХ ОСТРОВАХ

У северного побережья Шотландии находятся Оркнейские острова. Здесь нет романтических шотландских гор и суровых замков. Сначала кажется, что тут ничего нет – плоская поверхность и море вокруг. Потом понимаешь, что это место совершенно неземной красоты – с фантастическими видами, первобытными памятниками, невероятным собором святого Магнуса.

А еще на Оркни есть залив, который называется Scapa Flow. Здесь очень удобная гавань, но говорят, что много веков назад колдунья наложила на нее проклятье, и поэтому рядом с ней перестали водиться киты.

А во время Первой мировой войны тут держали 74 немецких корабля, попавших в плен. В 1919 году немцы поняли, что пленные корабли вот-вот отдадут англичанам и поэтому приступили к выполнению заранее разработанного плана. Они прямо на глазах у англичан, стали готовили свои корабли к затоплению. Выбрасывали в воду разные «затычки», укладывали тяжести в нужных частях корабля, открывали двери между переборками.

21 июня 1919 года вице-адмирал Людвиг фон Рейтер поднял условный флаг, на котором был изображен жутковатый черный крест с двумя кругами – словно глазами - и корабли были затоплены. Анличане пытались их спасти, но смогли отбуксировать к берегу лишь небольшую часть, а 52 пошли на дно. Был даже открыт огонь. И 9 немецких моряков, погибших в перестрелке, считаются последними жертвами Первой мировой.

Адмирала фон Рейтера полгода продержали в тюрьме в Великобритании, потом он вернулся в Германию, где его встретили как героя, но предложили подать в отставку – по условиям Версальского договора в Германии почти не оставалось флота. 29 августа 1939 года, в преддверии начала Второй мировой войны в Германии, вице-адмирала фон Рейтера сделали полным адмиралом. Он умер в 1943 году и не увидел, каким ужасающим крахом для его страны завершилась новая военная авантюра.

Некоторые корабли смогли поднять и отправить на металлолом, но большая часть так и лежит на дне гавани Скапа Флоу – к большой радости дайверов.

В начале Второй мировой в этой гавани произошло еще одно жуткое событие. Теперь тут стоял в укрытии британский флот, который охранял шедшие на север конвои. 14 октября 1939 года немецкая подводная лодка пробралась сюда и потопила британский броненосец Royal Oak. Погибло 833 человека.

После этого Черчилль, который был еще не премьер-министром, а лордом адмиралтейства, приказал построить барьеры между островами и загородить гавань. Так появились четыре искусственных перешейка, сделанных из огромных бетонных плит. Их так и называют «Барьеры Черчилля». Строили их итальянские военнопленные.

Итальянцев, захваченных в Северной Африке, было 1300 человек, они жили на Оркни в разборных домиках. Два домика соединили вместе и сделали прекрасную церковь. Внутреннее убранство создал человек по имени Domenico Chiocchetti. Перед концом войны итальянцев перевезли в Йоркшир, чтобы отправить их на родину. Можно себе представить, как им хотелось скорее домой. Но Кьокетти ( не знаю, правильно ли транскрибирую?) задержался, потому что надо было закончить оформление церкви. Потом он уехал, но сначала взял слово с владельца местных земель, что за церковью будут присматривать. Они и присматривают. Сюда приезжает около 100 тысяч туристов в год, в том числе, конечно, множество итальянцев.

Среди огромного пустого пространства, распахнутого во все стороны, рядом с заливом, где на дне лежат затопленные корабли, стоит белая церквушка, сделанная из деревянных домиков, покрытая внутри чудесными украшениями и странными деревянными иконами, сделанными итальянцем, воевавшим в Северной Африке непонятно за что и оказавшимся в плену в такой точке Земного шара, которую даже найдешь не сразу.

Вот так причудливо идут пути истории и судьбы людей.

ПОЧЕМУ ВЫ НЕ ЗАЩИЩАЛИ ЕГО?

В те дни, когда в нашей стране один за другим штампуют ужасающие, незаконные, ни на чем не основанные и невероятно жестокие приговоры, поневоле начинаешь вспоминать о других позорных процессах, существовавших в истории.

Жорж Дантон, знаменитый деятель Великой Французской революции, был очень популярен. Он мог потягаться известностью и количеством сторонников с самим Робеспьером. Он сам не был воплощением справедливости и много сделал для захвата якобинцами власти, но, когда начался террор, Дантон и стал публично выступать за милосердие. Когда стало ясно, что за ним скоро придут, друзья предлагали ему бежать, на что он ответил: «Отечество нельзя унести на подошвах своих башмаков».

Дантона и его друзей арестовали 31 марта 1794 года и уже 2 апреля начался суд. Дантона обвиняли во многих грехах, но прежде всего в том, что он получил огромную взятку от французской Ост-индской компании – мы не знаем, правда ли это, но ясно, что дело о коррупции было использовано как повод для проведения политического процесса. Робеспьер, получив доклад с подробным описанием механизма жульничества, тут же заявил, что за этим стоит сам британский премьер-министр Уильям Питт-младший. Так уже возникло обвинение в измене родине и революции.

Чтобы скомпрометировать Дантона, якобинцы использовали свой любимый способ «амальгамы» - на скамье подсудимых рядом с Дантоном, Демуленом и другими «снисходительными», требовавшими прекращения террора, сидели мутные людишки, замешанные в финансовых махинациях.

Дантон блестяще защищался, требовал вызывать в суд свидетелей ( в том числе Робеспьера), произносил длинные речи, обвиняя Комитет общественного спасения ( главную опору Робеспьера) в нарушении законов. Все это производило огромное впечатление на слушателей и на судей.

Свидетели, которых требовал Дантон, , вызваны не были, Робеспьер в суд не явился. Когда в Конвенте робко предложили, чтобы Дантону дали возможность выступить перед депутатами, Робеспьер возразил, что несправедливо будет предоставить ему то право, которого были лишены другие люди. Ну действительно, - «своим все, врагам закон».

А когда возникло опасение, что Дантон сейчас переубедит судей или вызовет возмущение парижан, то якобинцы отреагировали молниеносно. Сен-Жюст, один из лидеров якобинцев, внес к Конвенте законопроект: если подсудимый проявляет неуважение к суду, то его следует лишить права высказываться, а приговор вынести в его отсутствие.

Депутаты Конвента трусливо проголосовали за. Сен-Жюст привез решение в суд, где Дантон как раз громогласно доказывал несправедливость обвинений и предвзятость суда, а его молодой друг Камилл Демулен готовился к выступлению. Речи были прерваны. Демулен скомкал текст своей непрозвучавшей речи и бросил в лицо Сен-Жюсту.

По дороге на эшафот Демулен плакал, а Дантон бранился площадными словами. Проезжая неподалеку от дома Робеспьера, он закричал: «Максимилиан, ты скоро последуешь вслед за мной». Его казнили последним из 15 человек, что считалось «невезением» - нож гильотины тупился с каждой отрубленной головой. «Покажи мою голову народу, она стоит этого», - сказал Дантон палачу.

Всего через несколько месяцев 9 термидора по революционному календарю (27 июля 1794 года) власть якобинцев была свергнута. Когда депутаты Конвента набросились на Робеспьера с обвинениями, тот пришел в такой ужас, что ничего не мог ответить. Один из депутатов воскликнул: «Его душит кровь Дантона!»

И тут Робеспьер, которому оставалось жить всего один день, обрел голос: «Вы сожалеете о Дантоне? – закричал он. – Трусы, почему же вы не защищали его?»