БЕЗДНА ЧЕЛЛЕНДЖЕРА

Сегодня никакой политики, никаких размышлений о судьбах родины – просто история, от которой душа сладко замирала в детстве – и продолжает замирать до сих пор.

23 января 1960 года швейцарский океанолог Жак Пикар и американский моряк Дон Уолш опустились в батискафе на дно Марианской впадины - самого глубокого места в мировом океане.

Жак Пикар происходил из семьи, как будто сошедшей со страниц романа Жюль Верна. Его отец Огюст Пикар в начале тридцатых изучал стратосферу и для своих исследований сконструировал такой воздушный шар, на котором смог подняться один раз, вместе с Полом Кипфером, на высоту 15 871 метр, а второй, с Максом Косинсом, на высоту 16 201 метр. У Огюста был еще брат-близнец Жан-Феликс Пикар, который с женой Жанетт тоже всю жизнь поднимался на воздушных шарах на немыслимые высоты. Своего сына Дона, тоже всю жизнь летающего на воздушных шарах, они впервые захватили с собой в 1933 году, когда ему было 7 лет – Жанетт записала его в полетные документы, как «члена команды».

А Жак Пикар решил не подниматься в небо, а спуститься под воду. ( Правда, его сын Бернар в 1999 году совершил первый беспосадочный перелет вокруг Земного шара на воздушном шаре). Огюст Пикар еще в 30-е годы занялся конструированием то, что потом назовут батискафом, а Жак изучал в университете экономику, но потом решил заняться чем-то более увлекательным. В конце 40-х он опускался с отцом под воду, а в 50-е они сконструировали батискаф «Триест», названный в честь итальянского города, где он был построен.

Жак Пикар попросил поддержки у американского флота, те заинтересовались и 60 лет назад Пикар и Уолш стали медленно опускаться на дно Тихого океана. «Бездна Челленджера» - самая глубокая точка Марианской впадины. В 1951 году британский корабль «Челленджер II» определил ее глубину, как 10899 метров. В 1957 году советский «Витязь» получил результат 11 034, который потом уточнили до 11 023. Примерно такое же расстояние, на которое Огюст Пикар поднимался в небо. И спуск не менее страшный, чем подъем.

«Триест» опускали около пяти часов, при этом уже почти достигнув дна Пикар и Уолш услышали громкий треск – в иллюминаторе начали появляться трещины. Но батискаф все-таки опустили на дно, покрытое вязким песком табачного цвета. Путешественники увидели за окном плоскую рыбу, но биологи говорят, что на такой глубине рыб быть не может. Проверить их утверждение пока никому не удалось.

Пробыв на дне 20 минут и съев шоколадку, они начали подниматься и через 3 часа 15 минут вернулись на поверхность.

Я не знаю, чем меня завораживает эта история. Может быть название «Бездна Челленджера» вызывает ассоциации с двумя любимыми книгами Конан Дойля –профессором Челленджером из «Затерянного мира» и с «Маракотовой бездной», где профессор Маракот со своими помощниками тоже опускаются на дно, правда Атлантики.

Может быть, меня приводит в восторг история семьи Пикаров – идет ХХ век, войны, ужасы, а они строят то воздушные шары, то батискафы и взлетают или опускаются под воду.

А может быть, я пытаюсь представить себе тишину и темноту Марианской впадины и медленный, постепенный спуск в неизвестность.

Когда я уже собралась писать этот текст, то вдруг в моей памяти выплыло воспоминание, спавшее уже лет 50. Я совершенно отчетливо вспомнила, как иду с папой в гости к его однокласснику Игорю Белоусову, океанологу, как раз ходившему на «Витязе». Жил он в Доме Полярников на Никитском бульваре, который тогда еще был Суворовским, потому что его отец, Михаил Белоусов, был знаменитым капитаном и руководителем Арктического флота.

И я вдруг отчетливо увидела маленькую пробирку с морским илом, которую мне показывал дядя Игорь и объяснял, что во время изучения дна Марианской впадины лот поднял со дна лишь немного песка – и вот он, этот песок. Тот самый вязкий ил табачного цвета, на который опускался батискаф «Триест». Это воспоминание делает для меня историю освоения Марианской впадины уже частью моего детства, и я завидую и морякам «Витязя», и семейству Пикаров, и думаю, что надо бы перечитать «Маракотову бездну».

Снимаем новые серии для цикла «Загадки русской истории» про библиотеку Ивана Грозного, Александра I и Ивана Сусанина. Ждите скоро на нашем канале в YouTube.

Отдельное всем, кто поддерживает нас на платформе Patreon, благодаря вам у нас есть возможность выпускать новые уроки истории.

Если вы ещё не поддерживаете нас, то самое время присоединиться :-)

Лекции в субботу и воскресенье в 11-30 в лектории «Прямая речь».

Первая — об истории Великой китайской стены, вторая — о том, как несколько раз «открывали» Америку.

Приходите, приводите деток!

«ДОКОЛЕ НАМ МЕЖДУ СОБОЙ ССОРИТЬСЯ…»

У Александра Невского был младший брат Андрей Ярославич. В 1247 году, уже после монгольского нашествия, они отправились к великому хану Гуюку, который дал ярлык на великое княжение Андрею.

Андрей женился на дочери князя Даниила Галицкого – того, кто упорнее всех противостоял монголам и искал союзников – в Западной Европе, в соседней Литве. Похоже, Андрей Ярославич был готов вместе с тестем выступать против Орды. Но великим князем он пробыл недолго.

В 1252 году Александр Невский отправился к хану Сартаку и донес, что великий князь утаивает часть дани.

На Северо-Восточную Русь обрушилась страшная «Неврюева рать», когда царевич Неврюй разорил множество русских городов, разбил в бою Андрея Ярославича, которому пришлось бежать в Швецию, и увел в плен людей «без числа». Великим князем стал Александр Невский.

В это же время на владения Даниила Галицкого пошли войска под командованием полководца Куремсы – но Даниил с сыновьями разбили его.

У Карамзина прав в этой не слишком приглядной истории Александр Невский. «Брат его, Андрей… не мог избавить Россию от ига: по крайней мере, следуя примеру отца и брата, мог бы деятельным, мудрым правлением и благоразумною уклончивостью в рассуждении монголов облегчить судьбу подданных: в сем состояло тогда истинное великодушие».

Прошло уже 200 лет после выхода «Истории государства Российского», а мы продолжаем на все лады воспевать истинное великодушие тех, кто «мудро» лизал все возможные места у завоевателей.

А рассказать вам, как было в Грузии? Монгольские войска вторглись туда раньше, чем на Русь, и там тоже были новые и новые походы монголов, разорение, необходимость платить жуткие налоги, уничтожение большой части знати, пытки, казни. Правда, с 1259 года в разных частях Закавказья вспыхивают бунты – примерно в то же время, когда новгородцы и жители других русских городов бунтуют против переписи, нужной для обложения данью. Александр Невский «мудро» подавил бунты и заставил всех платить дань.

Из восьми правителей грузинских провинций, поставленных монголами, шестеро участвовали в заговоре против захватчиков. Монголы узнали об этом и схватили их. Вот что рассказывает Дональд Рейфилд в своей истории Грузии: «Они упорствовали и не признавались, настаивая, что собрались только для того, чтобы распределить налоговые обязанности. Монголы раздели всех догола, связали руки и ноги и оставили под жарким армянским солнцем, смазанных от головы до ног медом, чтобы их съели муравьи. Цотнэ Дадиани уже возвращался с дружиной из своей вотчины… , когда узнал, что заговор провалился; с двумя спутниками он смело отправился в Ани, чтобы сдаться монголам, а когда увидел своих осужденных товарищей, разделся и стал в их ряды. На допросе он отвечал монголам так же, как другие, и требовал, чтоб его казнили, если таков будет приговор. Это произвело такое впечатление, что монголы освободили всех заговорщиков и восстановили их в должности».

В течение второй половины XIII века несколько грузинских правителей пытались оказывать монголам сопротивление и искали союзников –обращались за помощью даже к папе римскому и к египетскому султану, не думая о различиях в вере.

В 1327 году Иван Калита «мудро» подавил антимонгольское восстание в Твери и добился изгнания своего соперника тверского князя, а сам начал собирать дань со всех княжеств вместо ордынских баскаков. Монгольское иго сохранится еще полтора века.

В 1327 году Грузия освободилась от монгольского ига. Царь Гиорги V Блистательный перебил промонгольски настроенных феодалов и к 1334 году контролировал всю Грузию.

И не надо писать, что грузины все герои, украинцы, на чьих землях правил Даниил Галицкий, все вольнолюбивые, а русские трусы. Это неправда. В России достаточно мужественных людей – и в прошлом, и сегодня. Но Александр Невский и Иван Калита подкачали со своей мудростью.

А князь Андрей Ярославич, узнав о приближении Неврюя, воскликнул: «Доколе нам между собой ссориться и наводить татар; лучше бежать в чужую землю, чем дружиться с татарами и служить им!» И правда, доколе?

Лекцию «Наказание без преступления» я прочитала в Ельцин-центре в Екатеринбурге. Это была первая лекция курса о гражданском неповиновении, и поэтому я выбрала для нее разговор об одной из удивительных и, прямо скажем, нелегких форм мирного сопротивления.

Сегодня в международной базе способов гражданского неповиновения есть 199 разных наименований – среди них создание карикатур, высмеивающих политических врагов, обидные прозвища, бойкоты, раздача листовок или сидячие забастовки, голодовки. Но один из самых удивительных способов сопротивления, когда люди добровольно ( и мирно!) нарушают закон, понимая, а иногда даже требуя, чтобы их за это посадили в тюрьму.

В какой-то мере изобретателем этого способа ( как и вообще родоначальником гражданского неповиновения) можно считать Сократа. Он, конечно, не нарушал закон и не добивался своего ареста, но когда его привели в суд, обвинив в развращении молодежи и пропаганде безбожия, то философ осознанно провоцировал судей, объясняя им, что будет продолжать заниматься философией, даже если ему будет угрожать смерть ( а она вообще-то ему уже угрожала).

Через много веков после Сократа Генри Дэвид Торо заявит, что в Массачусетсе, выдающем беглых рабов обратно в южные штаты, честным людям место только в тюрьме, а Ганди в Южной Африке поднимет на борьбу за свои права тысячи индийцев – и даже индийских женщин. Они будут осознанно нарушать все те запреты, которые на них накладывали власти. В ответ на требование особой унизительной регистрации –отказывались регистрироваться и сжигали регистрационные карточки. Им запрещали въезжать в самую богатую здешнюю провинцию – Трансвааль, а они демонстративно шли маршем к границе и пересекали ее. А когда было объявлено, что государство не признает законность индуистских и мусульманских браков, то на марш вышли сотни тихих и покорных индийских женщин, которые теперь совсем не были тихими и покорными. И когда в тюрьму стали бросать женщин, то на улицы вышли уже тысячи мужчин.

Позже Ганди перенесет эти методы в Индию – здесь он бросил свой знаменитый лозунг «Заполним тюрьмы». А еще через несколько десятилетий Мартин Лютер Кинг скажет своим сторонникам, что не надо бояться попасть в тюрьму за правое дело. И они пойдут в тюрьмы, - в Индии за то, что незаконно выпаривали соль из морской воды, нарушая государственную монополию, а Америке – за то, что нарушали существовавшую в южных штатах сегрегацию белых и цветных.

В городе Бирмингеме по призыву Кинга на улицы вышла такая «школота», какая Навальному и не снилась. Судя по фотографиям, в «крестовом походе детей» участвовали школьники лет одиннадцати-двенадцати. И они прекрасно понимали, что сейчас их будут обливать водой из шлангов, бившей с такой силой, что кора отлетала с деревьев, и будут забирать и сажать в камеры с настоящими уголовниками, - белыми и совсем не одобрявшими их борьбу.

Одна из активисток детских выступлений в Бирмингеме через много лет с гордостью сказала: «Если бы мы тогда не вышли, то не было бы потом речи доктора Кинга «У меня есть мечта», и, наверное, Барака Обамы тоже не было бы».

При этом даже когда 60 тысяч человек добровольно идут в тюрьму, как это произошло в 1930 году в Индии, это еще не гарантирует немедленного выполнения их требований. Но что-то все равно меняется. Прежде всего в самих этих людях, а потом и в стране.

НИ ОДНОГО ДОЛЛАРА ПРАВИТЕЛЬСТВУ

Так называлась моя вторая лекция в Ельцин-центре, прочитанная в рамках курса о гражданском неповиновении. Неуплата налогов – довольно странно звучащая для российского уха форма протеста, а вот в англо-саксонском мире, где к налогам относятся куда серьезнее, чем у нас, она сильно распространена.

В XVII веке одной из причин, по которой король Карл I сложил голову на плахе, стало то, что он хотел собирать все новые и новые налоги. Парламенту это, конечно же, не нравилось, конфликт нарастал – и в конце концов король не придумал ничего лучшего, как просто распустить его.

Но деньги-то все равно были нужны, и тогда возникла дебютная идея, показавшаяся сначала продуктивной – надо ввести такой налог, который можно собирать без разрешения парламента. Дальнейшее могло произойти только в Англии, где неотмененные законы считаются действующими, даже если их не применяли много веков.

Почти за тысячу лет до правления Карла I, в IX веке, прибрежные районы Англии страдали от нападений викингов и для защиты от них в стране собирали так называемую корабельную подать. Парламент ее не утверждал по той простой причине, что парламента в то время еще не было. И вот, в первой половине XVII века, когда викингов уже след простыл, король стал собирать корабельную подать, да еще к тому же распространил ее и на те районы, который находились далеко от моря.

Считается, что столь мудрый совет королю дал бывший оппозиционный депутат парламента, который в какой-то момент перешел на сторону власти – граф Страффорд. Кончилось все это очень плохо и для короля, и для Страффорда.

Сначала казалось, что все придумано прекрасно – но нашелся некто Джон Гемпден, который наотрез отказался платить новый налог – и был отправлен за это в тюрьму. Выйдя из тюрьмы, Гемпден стал одним из вождей парламентской оппозиции – а королю тем временем пришлось все-таки созвать парламент снова. Одним из первых решений парламента стало объявление изменниками всех, кто предлагает королю вводить незаконные налоги. Из-за этого решения граф Страффорд был приговорен к смерти, а король трусливо утвердил это решение.

Вслед за этим король попытался арестовать оппозиционных депутатов, в том числе Гемпдена, но тех предупредили, они бежали на территорию Сити, где воспользовались древним правом убежища, а Карлу пришлось с позором покинуть здание парламента, а затем и Лондон. Так начались гражданские войны, которые в конце концов приведут к казни короля.

А Джон Гемпден стал символом гражданского сопротивления - его статуя стоит в британском парламенте, в его часть названы города, улицы, а во время американской войны за независимость был даже корабль «Гемпден».

Через сто лет жители американских колоний переняли опыт Гемпдена и стали отказываться платить налоги, которые считали незаконными. У них, правда, было для этого другое обоснование – они считали, что парламент в Лондоне, где нет представителей американцев, не имеет права вводить налоги в колониях. «Никаких налогов без представительства» - один из лозунгов американской войны за независимость.

А еще были и в XVIII, и в XIX веках, и сегодня есть люди, которые отказываются платить налоги, потому что не хотят, чтобы их деньги финансировали войну или другие неприятные действия правительства. При этом не платят они не скрываясь – наоборот, сообщают налоговой службе о своем протесте.

Те, кто не хотят иметь неприятностей с налоговой, все-таки платят, но каждый раз заявляют протест. Есть даже те, кто осознанно начинают зарабатывать как можно меньше, чтобы не платить налоги. А одна экологическая активистка уже в наше время отказалась платить 150 тысяч долларов налогов, объяснив, что на самом деле она их заплатила. Джулия Хилл перевела эти деньги различным НКО, заявив, что на самом деле налоги должны идти именно сюда.

ИНКВИЗИТОРЫ, ВЕЛИКИЕ И НЕ ОЧЕНЬ

В 1459 году настоятелем монастыря в кастильском городе Сеговии был назначен Томас де Торквемада. Вскоре он стал духовником инфанты Изабеллы, которую ее брат, сидевший на престоле, предпочитал держать в Сеговии, подальше от претендентов на ее руку.

Торквемада давал Изабелле советы по существенным вопросам и помог добиться желанного брака с Фердинандом Арагонским. Когда Изабелла вступила на престол, под их с Фердинандом властью оказалась большая часть современной Испании, и они приложили огромные усилия, чтобы сломить своеволие аристократии и горожан.

Одним из важнейших инструментов, с помощью которого «католические короли» делали людей всех слоев одинаково подчиненными короне, была инквизиция, а Торквемада – умный, талантливый, фанатичный стал первым Великим инквизитором.

В мусульманской части полуострова христиане, мусульмане и евреи спокойно исповедовали свои религии. На христианских землях нехристианам жить было тяжеловато, но можно – пока не появился Торквемада, использовавший свои таланты для того, чтобы увеличить количество трибуналов и хорошо организовать их деятельность.

Когда Фердинанд и Изабелла завоевали мусульманские земли в Испании, перед Торквемадой встали новые задачи. Католические короли быстро нарушили данное ими при заключении мира с маврами обещание религиозной терпимости. Вскоре мусульмане и евреи были поставлены перед выбором – креститься или покинуть Испанию. Те, кто решили креститься, вечно находились под подозрением в том, что сделали это только внешне.

В еврейской традиции существует рассказ, как испанские евреи собрали огромную сумму денег в надежде убедить Фердинанда и Изабеллу не изгонять их, - и монархи были готовы уступить, когда появился Торквемада, воскликнувший: «Разве есть та сумма, которой можно выкупить кровь Христа?» Торквемада сам был потомком крещеных евреев, может быть, впрочем, это только усиливало фанатизм и рвение инквизитора.

Сегодня трудно сказать, сколько человек были отправлены на костер великим инквизитором. Оценки разных историков сильно отличаются, но похоже, что это количество измеряется тысячами.

После смерти Торквемады новым великим инквизитором и духовником королевы стал кардинал Сиснерос – человек огромных знаний и культуры, основатель университета в Алкала-де-Энарес. Если о Торквемаде одни говорили, что он живет в христианской простоте, а другие обращали внимание на его дворцы, то Сиснерос явно был аскетом. Он спал на полу, носил власяницу, постился куда больше, чем полагалось.

Торквемада в основном обрушивался на евреев, а Сиснерос – на мусульман, он принуждал их креститься и с таким энтузиазмом превращал мечети в церкви, что довел уже крещеных мусульман до восстания.

Что можно сказать об этих людях? Что они были искренни, верили в то, что делали, считали, что служат не только церкви, но и объединившейся Испании. С другой стороны, даже помимо того, что на руках у них кровь тысяч сожженных и замученных людей, они были одними из тех, кто заложил порочные основы жизни Испании – фанатизм, господство инквизиции, которая быстро стала тормозом развития страны.

Изгнав евреев и мавров, составлявших основу торгово-ремесленного населения, инквизиторы усилили и без того распространенное представление о том, что торговля – дурное занятие для настоящего христианина. Испания, бывшая в XVI веке величайшей и богатейшей державой, не смогла модернизироваться и через два века оказалась одной из самых бедных европейских стран. Конечно, в этом виноваты не только Торквемада и Сиснерос, но и они руку приложили.

С интересом вижу, что в моей ленте фейсбука об отце Всеволоде Чаплине сегодня пишут не только плохое. Вспоминают его хорошие качества и добрые дела. Наверное, это правильно – даже применительно к человеку, который говорил, что убивать людей сам Бог велел, особенно если они враги государства. Впрочем, теперь – он вышел из под человеческой юрисдикции, как и Торквемада, и Сиснерос, и многие другие, искренне считавшие, что ради благих намерений можно и даже нужно проливать кровь. Теперь их Бог им судья.

Очень люблю такие книги, сайты, каналы, где рассказывают о неочевидных вещах – впрочем, всем, наверное, нравятся такие рассказы. И тогда вам явно дорога на канал theatrumorbis, посвященный, по словам его создателя «успешным и не очень примерам сохранения и переосмысления нашего прошлого». Проще говоря, тому, как люди в разных странах и в разные времена использовали наследие прошлых веков и тому, какие следы прошлого сохранились в нашей жизни.

И речь здесь идет об очень милых и увлекательных вещах. О том, как во время Крымской войны лорд Кардиган придумал новый вариант свитера для замерзавших солдат британской армии – и теперь у нас есть кардиганы. Или о том, как коктейль в Венеции назвали в честь великого художника Беллини, и теперь все, кто потягивают персиковый сок с игристым вином, вспоминают дивные оттенки его картин. Или о том, как в Бостоне церковь XIX века превратили в роскошные апартаменты.

В общем, здесь можно найти информацию на любой вкус и по любому поводу, и она гарантированно будет увлекательной.

#реклама

НЕ СЛИШКОМ УДАЧЛИВЫЙ ДИКТАТОР

Не устаю поражаться параллелям в истории Испании и России – при всех различиях. Посмотрим на первые десятилетия ХХ века.

И в России, и в Испании богатая буржуазия – достаточно взглянуть на роскошные дома, построенные в это время в Петербурге и Москве или в Барселоне и Мадриде, - но в экономике множество проблем, - отсталое сельское хозяйство, безземелье крестьян.

Обе страны ввязались в войны, показав свою неготовность и коррумпированность, – Ахматова говорила, какое огромное впечатление сдача Порт-Артура и Цусима произвели на ее поколение. А в Испании есть понятие «поколение 1898 года» - те, чье детство и молодость прошли в тени национального позора – поражения в войне с США.

Дальше начинаются отличия, - Испания не участвовала в Первой мировой войне и сохранила монархию. Правда, ненадолго.

Первые десятилетия века прошли в Испании на фоне долгой борьбы за сохранение владений в Марокко. Колониальная война, как и все колониальные войны, проходила с невероятной жестокостью и порождала кризис внутри страны. Можно перенестись в конец ХХ века и вспомнить Афганистан и Чечню.

В Испании начала 20-х годов недовольство нарастало, оживились левые, в Барселоне активизировались сепаратисты, война в Марокко не заканчивалась, и никто не знал, что делать. Тут появился уверенный в себе генерал Мигель Примо де Ривера, который подавлял выступления анархистов и сепаратистов в Барселоне.

В 1923 году он распустил парламент, приостановил действие конституции, ввел жесточайшую цензуру. Король Альфонсо XIII решил, что Примо сможет ему помочь – и назначил его главой военной директории, премьер-министром/диктатором.

Ясно, что Примо де Ривера брал пример с Муссолини. Он тоже много говорил о том, что старые политики ни на что не способны, и обещал проведение чудесных реформ. Как и Муссолини, он объединял профсоюзы в государственные корпорации, где конфликты между рабочими и предпринимателями разрешало государство.

Он попытался в интересах бедных ввести налог на богатых, но когда богачи возмутились, тут же стал финансировать социальную политику за счет огромных займов и породил такую инфляцию, что от помощи бедным не осталось и следа. Впрочем, экономическая политика была в целом успешной, может быть, из-за действий его талантливого министра финансов.

Примо даже хотел вывести испанские войска из Марокко, но тут восставшие берберы напали еще и на французскую колонию, французы и испанцы объединились – и Примо де Ривера смог записать в свой актив успешное завершение войны.

Все эти успехи сопровождались удушением свободной прессы, запретом неугодных партий, жестоким подавлением забастовок, борьбой с каталонским сепаратизмом. А главная проблема заключалась в том, что Примо не мог создать устойчивой политической системы и предложить что-либо, кроме высокопарных речей.

Как написал один английский историк, «Испания нуждалась в радикальных реформах, а он мог править, только опираясь на две самых реакционных силы в стране – армию и церковь». Пытаясь найти для себя новую опору, он создал «аполитичную» партию «Патриотический союз» - как любой диктатор, Примо не доверял демократическим институтам и пытался апеллировать прямо к народу.

Через два года, в 1925 году, Примо создал гражданское правительство, - но Конституция по-прежнему бездействовала. Диктатор планировал изменения в Конституции ( господа офицеры, молчать!) – и созвал Национальное собрание для подготовки нового проекта.

Он планировал утвердить новую Конституцию с помощью всенародного голосования, но не успел. Подъем экономики сменился спадом, и диктатору перестали прощать наступление на гражданские права. Примо де Ривера обратился за поддержкой к генералам, получил прохладные ответы и предпочел 28 января 1930 года уйти в отставку и покинуть страну.

На муниципальных выборах 1931 года большинство получили республиканцы. Теперь уже король предпочел не рисковать – и покинул страну. Начался новый виток истории Испании. Впереди была гражданская война.

В ПОИСКАХ ПОТЕРЯННЫХ СОКРОВИЩ: Библиотека Ивана Грозного — Загадки русской истории

Как же мы все любим искать клады, слушать истории о потерянных, а потом, конечно, обретенных сокровищах. По всему Поволжью вам обязательно расскажут, что именно у них зарыл свои сокровища Стенька Разин ( вариант – Пугачев), во Франции, что где-то неподалеку спрятаны великие богатства ордена тамплиеров, и даже про колонну Нельсона на Трафальгарской площади в Лондоне говорят, что таким образом отмечено место, где зарыты бриллианты мадам Помпадур.

Но ведь сокровища, это не только золото и бриллианты. Сколько стоит Библия Гутенберга? Наверное, она застрахована на сколько-то миллионов, но ведь эта сумма не определяет ее цену, потому что такая книга бесценна. В мире есть миллионы печатных копий Библий, но почему-то они не могут ее заменить.

А сколько стоят те книги, которые до нас не дошли? Обо всех великих древнегреческих драматургах мы знаем, что они писали десятки пьес, а дошли до нас единицы. Куда делись несохранившиеся части исторических сочинений Тита Ливия или Полибия? Какие бесценные сведения содержались в них, которых мы теперь лишены? Книги сгорали во время нашествий и войн, древних и современных, они рассыпались от плохого хранения, гнили от сырости – и исчезали.

Именно поэтому так привлекательно и завораживающе звучат рассказы о потерянной «библиотеке Ивана Грозного», знаменитой «либерее», где, если верить легендам, хранились бесценные книги, привезенные в Москву его бабушкой Софьей Палеолог, племянницей последнего византийского императора.

А ведь в Византии вполне могло сохраниться то, что погибло в Западной Европе. Восточная часть Римской империи куда меньше пострадала от нашествий варварских племен, здесь сохранялась традиция древней учености, кто знает, может быть, те книги, которые мы считаем навсегда погибшими, уцелели в Константинополе, а потом кружным путем добрались до Москвы?

Как привлекательна эта мечта, опирающаяся на не совсем ясные, а подчас даже сомнительные рассказы тех людей, которые якобы видели потрясающие книги – при дворе Василия III, отца Грозного, а потом и у самого Грозного. Есть даже список книг из «либереи», якобы найденный неким немецким ученым в XIX веке – и от названий в этом списке у человека, любящего древнюю историю и культуру, просто подгибаются ноги от восторга и одновременно ужаса. Неужели эти книги были у Грозного? Куда же они пропали? Сгорели во время одного из многочисленных московских пожаров? Были похищены? Так и лежат где-то под землей?

История поисков «либереи» может дать материал на несколько романов – люди простукивали кремлевские стены и копали землю в Коломенском, непонятные авантюристы утверждали, что совершенно точно видели ящики с книгами в заброшенном здании в Александрове, - вот только непонятно, куда они делись.

Увы, на сегодняшний день большинство ученых сходятся на том, что рассказы о бесценной «либерее» - это миф. Или, вернее, так – у Грозного, безусловно, было много книг – кровопийца был образованным человеком и любил читать. Но книги, принадлежавшие Грозному, известны. Вот, например, Псалтирь – великолепный памятник книжного дела, написанная изысканным шрифтом, украшенная дивными миниатюрами. Она спокойно хранится в Российской Государственной библиотеке.

Конечно, какие-то книги из собрания Грозного до нас не дошли. Но увы – странно предполагать, что не дошли как раз те самые, доставленные из Византии, а вот остальные почему-то сохранились. Но все равно – как же хочется мечтать о том, что где-то лежат сундуки с бесценными томами.

Как раз источникам и развитию легенды о библиотеке Ивана Грозного и посвящен очередной выпуск «Уроков истории с Тамарой Эйдельман»

⁠В ОЖИДАНИИ КОНЦА СВЕТА

Как минимум последние две тысячи лет, человечество напряженно ожидает конца света, и надо сказать, для этого ожидания постоянно существуют какие-то основания.

В 410 году вестготы под предводительством Алариха грабят Рим. Вера в то, что с Вечным городом ничего не может произойти, была настолько сильна, что сразу же распространилась мысль о конце света, резко возрос интерес к Апокалипсису.

Вот приближается тысячный год. Вера в то, что христианский мир просуществует тысячу лет, была сильно распространена, и у все начинают ждать второго пришествия Христа и Страшного суда. Правда, далеко не все жители средневековой Европы точно знали, когда же тысячный год наступит, поэтому ожидания конца света были и до наступления точки 1000, и после нее.

Вот на улицах Москвы появляются одетые в черное опричники, следующие за своим кровожадным царем. К седлам у них приторочены метлы, а к шеям коней – отрубленные собачьи головы, - они вынюхивают, выгрызают и выметают крамолу. Сегодня историки высказывают мнение, что жуткие мучения, на которые Иван Грозный обрекал своих подданных, - это не просто порождения его больного ума, они связаны с символами ожидавшегося в скором времени Страшного суда.

Вот наступает 2000 год, и все ждут конца света, забывая, что до завершения тысячелетия еще год. Но все равно «Ошибка 2000» обрушит все компьютеры, и это окажется пострашнее Страшного суда.

Только пережили 2000 и 2001 год, как подоспел конец света по календарю майя. Майя предполагали, что 21 декабря 2012 года завершится одна долгая эра и, возможно, начнется новая. При окончании предыдущих эр каждый раз происходили неприятные события – сначала боги сделали людей из грязи, но те оказались настолько бессильными, что их пришлось уничтожить. В конце следующей эры деревянных людей съели ягуары, потом происходили разнообразные катастрофы, в которых погибали божественные герои. Но, похоже, что пятая эра майя завершилась вполне спокойно.

Конечно, особые чувства люди испытывали, когда начинались эпидемии. Распространение болезней всегда неприятно, а в той ситуации, когда никто не знает, что такое микробы или вирусы , легко поверить в то, что эпидемия - кара божья.

Самая знаменитая эпидемия чумы – Черная смерть XIV века, но похоже что эпидемия VI века, начавшаяся в Византии при императоре Юстиниане, а затем охватившая всю Европу, была не менее ужасной.

Но удивительно, сколько раз мы уже ожидали конца света в современном мире. Довольно долго все ждали гибели человечества в огне ядерной войны. Это, в общем, вполне логичный, а главное, увы, реалистичный вариант. В последнее время страх перед атомным апокалипсисом ослабел, но теперь на первый план вышли два других варианта всеобщей гибели – от изменений климата и от эпидемий.

За последние десятилетия миру предрекали разрушение от СПИДа, от птичьего и свиного гриппа, от вируса эбола – и каждый раз, несмотря на серьезность эпидемии и вполне реальные человеческие жертвы, медицина справлялась с ситуацией, или просто эпидемия затихала.

Теперь появился загадочный и действительно очень неприятный коронавирус. И так же, как в XIV веке считали, что чума возникла, потому что евреи отравили колодцы, теперь идут разговоры о том, что просочилось биологическое оружие, которое (Совершенно точно! По данным безошибочной разведки!) делали в Ухане. А вслед за этим другая любимая тема – коронавирус запустили американцы.

Чем же еще им заняться? А 10 миллионов, отправленных фондом Билла и Мелинды Гейтс на борьбу с новым вирусом, – это маскировка. На самом деле ЦРУ в очередной раз задумало погубить весь мир в целом и своих экономических соперников-китайцев в частности. Спорить с этими утверждениями абсолютно невозможно, можно только вздохнуть, оценив общий уровень тревожности, который всегда порождает представления о прячущихся за каждым кустом врагах.

Ну что же, будем ждать, пока врачи не остановят эпидемию – надеюсь, это произойдет достаточно быстро. А для подбадривания, шутка, пришедшая сегодня в фейсбук из твиттера:

⁠БАБЫ НОВЫХ НЕ НАРОЖАЮТ

27 июня 1976 года палестинские террористы, члены Организации освобождения Палестины (за 18 лет до того, как их лидеру присудят Нобелевскую премию мира) захватили самолет авиакомпании Эйр Франс, летевший из Тель-Авива в Париж и приземлились в аэропорту Энтеббе в Уганде, где правил гнусный диктатор Иди Амин, с большой радостью оказавший им гостеприимство.

В следующие несколько дней террористы отпустили тех заложников, у которых не было израильских паспортов, оставив 94 пассажиров –израильтян и нескольких евреев, неграждан Израиля, и 12 членов экипажа. Захватчики требовали освободить из тюрем Израиля и других стран 53 арестованных террористов, а в случае отказа угрожали убить заложников.

Очень хорошо помню эти напряженные дни, - я готовилась к вступительным экзаменам, но все дни на даче наша семья сидела, прильнув к радиоприемнику и слушала «вражеские голоса», которые подробно сообщали о происходившем.

Через неделю, 4 июля, 100 израильских коммандос пролетели 4 тысячи километров, высадились в Энтеббе, за полтора часа освободили 102 заложников и, что, как сейчас помню, вызвало особый восторг на нашей дачной террасе, - раздолбали в пух и прах стоявшие в аэропорту 11 советских МИГов. Весь мир точно узнал, что израильтяне своих не бросают.

Конечно, освобождение заложников досталось дорогой ценой. К сожалению, во время операции Энтеббе погибли трое заложников и командир десантников Йонатан Нетаньяху. 75-летняя Дора Блох, которой стало плохо в самолете, находилась во время освобождения заложников в больнице. Позже выяснилось, что по приказанию Иди Амина ее вытащили из больничной палаты и застрелили. Кажется, одновременно убили еще несколько докторов, которые пытались защитить свою пациентку. Иди Амин был не в силах отомстить израильтянам и поэтому обрушил свою ярость на кенийцев, так как Кения оказала помощь Израилю. В Уганде было убито 245 кенийцев, а нескольким тысячам пришлось бежать.

Можно долго обсуждать цену этого освобождения, хотя если сравнить эту ситуацию с тем, что произошло с заложниками во время «Норд-Оста» и тем более в Беслане, то разница бросается в глаза. Йонатан Нетаньяху знал, на что шел, а предсказать гибель трех заложников, и уж тем более исчезновение Доры Блох и атаку на кенийцев было практически невозможно.

И дело касается не только терактов. Когда по субботам в стране останавливается весь общественный транспорт ( что вызывает вполне, на мой взгляд, резонное возмущение большой части израильтян), то скорая помощь все равно ездит, потому что «жизнь важнее Торы» - ради спасения человека можно преступить религиозную заповедь.

Недавно обсуждала со своими учениками устав израильской армии, в котором военным, попавшим в окружение, предписывается сдаваться в плен, чтобы не подвергать опасности свою жизнь, а если в плену им угрожает смерть или пытки, то надо выдать все известные тайны. У моих старшеклассников это вызвало недоумение – как же тайны выдавать? И что же это за армия, в которой можно в плен сдаваться, а не сражаться до конца?

Армия, как мы знаем, вполне боеспособная, но речь сейчас вообще не об этом, а о том, сколько значит человеческая жизнь – сотни заложников, или одного больного, или солдат, попавших в плен. Много значит. Как и любая другая жизнь.

И поэтому захваченного в плен солдата Гилада Шалита обменяли на 477 террористов, сидевших в израильских тюрьмах. А теперь израильтяне выкупили Нааму Иссахар, отдав за нее ценный кусок недвижимости. Слава богу, никого не понадобилось для этого убивать, все улыбались, никто никого не называл террористами, и девушка наконец вернулась домой.

У нас считается, что уступать требованиям террористов, значит проявлять слабость и провоцировать их на новые наглые требования. Израильтяне, вообще-то, как раз известны своей жесткой политикой. Но только они своих людей ценят, слишком многих еврейский народ потерял в ХХ веке. И никто не говорит: «Бабы новых нарожают».

⁠У ВАС НЕТ ДРУГОГО ГЛОБУСА?

Сколько сил потратило человечество, чтобы добиться всеобщего избирательного права. Оно было завоевано во время Великой французской революции… Но только для мужчин. И во время Американской войны за независимость… Но только для белых мужчин.

Выдвигались доводы о том, что люди, не имеющие независимости (женщины, слуги, рабы), не могут самостоятельно принимать решения. Все равно они проголосуют так, как им велят… Говорилось, что люди без собственности не осознают свою ответственность перед государством, как и люди, переезжающие/переходящие с места на место, а люди, не обладающие достаточным уровнем образования вообще не смогут разобраться, за кого голосовать.

Девятнадцатый век прошел в борьбе. Суфражистки в Англии пытались добиться своего мирными способами, потом начали бить витрины, приковывать себя к перилам парламента и объявлять голодовки.

Гражданская война в Америке уравняла цветное население в правах с белым, но понадобилось еще сто лет, чтобы цветные жители южных штатов на деле получили гражданские права и смогли голосовать.

Во время Первой мировой войны тысячи мужчин ушли на фронт, а женщины заменили их на рабочих местах. Возник вопрос – почему работать женщинам можно, а голосовать нельзя? И вообще, в ХХ веке так много говорилось о демократии, что лишать какие-либо группы населения права голоса стало невозможно.

После Второй мировой войны рухнули последние оплоты консерватизма. В Швейцарии в 1971 году мужчины проголосовали на референдуме за предоставление права голоса женщинам, а дольше всех сопротивлявшийся кантон Аппенцель-Иннерроден был вынужден подчиниться решению суда в 1990 году. Несмотря на существующие исключения, сегодня ограничения по гендерному, имущественному, религиозному, расовому признакам считаются возмутительными отклонениями. Свобода и демократия победили.

И что мы видим на этой картинке?

Американцы выбрали президентом человека, который хвастается своим гнусным отношением к женщинам и сажает детей мигрантов в клетки. Венгры голосуют за партию, которую возглавляет приверженец «нелиберальной демократии», государства, где выборы есть, а политические свободы урезаются.

Ну и последний удар – брексит. Большинство британцев – пусть не подавляющее, в основном состоящее из людей старшего возраста, не живущее в больших городах, - но все равно вполне демократическое большинство, - проголосовало за выход Великобритании из Европейского Союза.

Летом после первого голосования по брекситу я шла по Кембриджу с учителями языковой школы, куда каждый год ездят мои ученики. Рассуждали мы об итогах голосования – Кембридж, как университетский город, в основном голосовал против. Проходивший мимо мужчина, услышав наш разговор, решил поддержать его и бросил через плечо: «People are so stupid» - «Люди так глупы».

С тех пор я часто вспоминаю эти слова. Те, кто голосуют не так, как мы, часто кажутся нам глупыми. Я могу найти ряд рациональных объяснений тому, почему люди голосуют за Трампа или за брексит – страх перед мигрантами, усталость от зашкаливающей политкорректности… От этого, впрочем, их выбор не кажется мне менее диким.

И какой вывод? Мне трудно присоединиться к крику ибсеновского героя: «Большинство всегда неправо!» Если это так, то о какой демократии мы можем говорить? О нелиберальной? Или будем мечтать о возвращении просвещенного абсолютизма? А если он окажется непросвещенным? Рассчитывать на просвещение людей, развитие у них критического мышления? Английская система образования заточена именно под развитие мышления – и что? Немного, правда, утешает то, что образованные люди в основном голосовали против брексита. Может, надо было еще сильнее развивать мозги людей?

Я не буду говорить банальности вроде «Демократия – наихудший вид правления, если не считать всех остальных». В отличие от сэра Уинстона, я убеждена, что демократия – лучший вид правления. Но иногда хочется вслед за героем советского анекдота, которому предложили выбрать страну, куда его вышлют, воскликнуть: «У вас нет другого глобуса?»

«ТАК ПОХОЖЕ НА РОССИЮ, ТОЛЬКО ВСЕ ЖЕ НЕ РОССИЯ…»

Приходим с дочкой и трехмесячной внучкой в музей Пикассо в Барселоне. Билеты на выставку по времени – на 15-15, а мы явились на 15 минут раньше. Наверное, думаем, не пустят, заставят ждать. Молодой парень, сидящий на контроле, спокойно проверяет наши электронные билеты, смотрит на внучку, улыбается, гугукает и говорит: «Подождите, я сейчас распечатаю вам билет – это же ее первое посещение музея». Побежал куда-то, принес распечатанный билет и вручил нам.

Гуляю с собакой по кампусу близлежащего университета. Собак не боится вообще никто, это я давно заметила. Испанцы просто страха не знают, какой бы большой ни была собака, они кидаются к ней, начинают гладить, сообщать, что он хороший песик. Они просто привыкли к тому, что все песики – хорошие. Правда, азиатские студенты шарахаются, они к собакам не приучены. А мы с Чаби шарахаемся от них - вдруг коронавирус?

И вот я пытаюсь понять, откуда здешняя всеобщая доброжелательность. Опять размышляю о том, почему Испания и Россия так похожи и так непохожи. У Испании в анамнезе тоже множество войн, борьба с тем, что они считали «иноземным игом» - с владычеством мавров на юге полуострова, слабое развитие буржуазии, государство, «подсевшее на иглу» доходов из колоний и не развивавшее нормально экономику, надменность дворянства, презиравшего торговлю и ремесла и признававшего только войну достойным себя занятием, огромное влияние церкви, отчаянное сопротивление Наполеону, включая «дубину народной войны» похлеще нашей, а в ХХ веке - страшная гражданская война, диктатура, потом их собственная, куда более удачная чем у нас перестройка.

Что же такое где-то щелкнуло и переклинило, отчего здесь тебе все улыбаются, увидев младенца, радуются, а когда ребенок плачет, не возмущаются, здороваются на улицах с незнакомыми людьми и вообще ведут себя по-человечески. Почему женщина на ресепшене в детской поликлинике не смотрит на молодую маму, как на врага народа, а радостно улыбается и тут же начинает заигрывать с ребенком?

Начинаю думать про отличия в нашей истории – да, Испания была частью Римской империи, здесь нам явно не повезло. Еще испанцы принимали участие в крестовых походах, светская культура Нового времени сформировалась здесь раньше, чем в России – в XVI веке уже был написан «Дон Кихот», а в XVII творили Веласкес и Сурбаран. Еще Испания не участвовала в Первой мировой войне и почти не участвовала во Второй, и диктатура Франко, при всей ее жестокости, не сравнится со сталинской мясорубкой.

Может быть, как раз отсутствие травмы мировых войн помогло здесь людям меньше обозлиться, несмотря на колониальные войны, ужасы гражданской войны, которые, кстати, здесь, в отличие от нас, до сих пор не забыты, и в каждой семье помнят, кто на чьей стороне сражался? Может быть, дело в «Дон Кихоте»? Недаром Достоевский говорил, что если человечеству на страшном суде надо будет оправдаться за все совершенное, то достаточно будет предъявить роман Сервантеса. А как же гуманизм великой русской литературы? Неужели он уступает гуманизму «Дон Кихота»?

Я не знаю, в чем тут дело, но возвращаясь из солнечной и доброжелательной Барселоны в заснеженную и во всех смыслах холодную Москву, я в очередной раз думаю – у испанцев получилось создать для себя нормальную жизнь и человеческие отношения, значит, и у нас получится…

ТРОПИНКА ИЛИ СТОЛБОВАЯ ДОРОГА?

Не так давно я придумала для себя новый жанр – рассказ о «тропинках истории», сюжетах, часто незаслуженно–остающихся за пределами нашего внимания.

И вот, как это ни дико, я вдруг осознала, Господин Великий Новгород, при всей его известности, в нашей истории тоже превратился в своеобразную «тропинку», проходящую где-то неподалеку от «столбовой дороги». В какой-то мере это делалось по политическим соображениям, когда в советское время Новгород, находившийся под подозрительным влиянием иностранцев-варягов, был недостаточно хорош для важнейшего исторического центра – то ли дело Киев, представлявшийся исключительно славянским (хотя это и не так). Теперь по политическим соображениям пытаются забыть о Киевской Руси и поднять на щит «исконно русский» Север.

Но помимо политической конъюнктуры есть и другие факторы. Где живет главный правитель, там и история творится. Жил в Киеве, была Киевская Русь . Жил великий князь во Владимире, и там все основные события происходят. Если великий князь живет в Москве, то история творится там, а все, кто против него, выступают против главного направления в русской истории, а это нехорошо. В Твери восстали в 1327 году против ордынских сборщиков дани, так если почитать учебники, то можно решить, что не слишком хорошо они поступили, а молодец московский князь Иван Калита, который это восстание подавил.

А что было в Новгороде, скажем, в том же XIV веке, мы как будто не замечаем. А ведь там в это время накапливались богатства, начинали строить каменный Кремль, великий Феофан Грек расписал церковь Спаса на Ильине. В церкви святого Николая в немецком городе Штральзунде есть невероятно трогательные изображения новгородцев, вырезанные на дубовых панелях как раз в XIV веке. На них новгородцы с чудесными, заплетенными в косички бородами, охотятся на белок, сбивают их с деревьев, а потом несут продавать рижским купцам. Новгород в то время торговал с половиной Европы.

Но мы все равно замечаем Новгород, в основном когда на него обращает внимание Москва. Иван III совершает свои походы, якобы побеждает Марфу-посадницу и увозит из города вечевой колокол. Вот Иван Грозный через сто лет после своего деда почти стирает прекрасный город с лица земли. В следующий раз упоминания о Новгороде возникают разве что при рассказе о Второй мировой войне.

И это ужасно несправедливо. Новгород – с его удивительной историей, с разнообразным населением – славянами, финно-уграми, скандинавами. Древние поселения, мимо которых с незапамятных времен проходили варяжские ладьи. Бояре, не зависевшие от князя, сами себе хозяева. Новгородское вече,где бояре, решают судьбы города, - основа куда более вольной жизни, чем в других местах. Берестяные грамоты, показывающие, как много людей обоих полов были грамотными. Мальчик Онфим, нацарапавший на грамоте свое изображение в виде воина, побеждающего врага, а еще в виде страшного чудища – и чтобы точно было понятно, приписавший – «Я зверь». Неужели поездки московских князей в Орду важнее всех восхитительных деталей новгородской истории, «многоэтажной» деревянной мостовой, Ярославова дворища, маленьких грибочков-церквей, даже сегодня возникающих в городе на каждом шагу?

Когда сегодня начинаются разговоры о «рабстве, которое в крови у русского народа», о непреодолимом, вечном влиянии Орды и крепостного права на нашу жизнь, то так и хочется сказать – если вы верите, что Орда и крепостничество записаны где-то в загадочном генетическом коде, то значит, там же записаны и традиции новгородского вече, и готовность постоять за Господин Великий Новгород и Святую Софию, и мощные торговые обороты новгородцев. В общем, совсем другая, куда более вольная, открытая самым разным влияниям, связанная с Европой Русь.

И спасибо Валентину Лаврентьевичу Янину за то, что он показал уже нескольким поколениям такую Русь, рассказал нам про мостовые и мальчика Онфима и еще про многое-многое другое и не дал превратить историю Новгорода в боковую тропинку русской истории.

ОДНИМ НЕСОГЛАСНЫМ СТАЛО МЕНЬШЕ

Одно из сильнейших впечатлений последнего года - прослушивание на «Радио Arzamas» воспоминаний Теодора Шанина, записанных Александром Архангельским. Теперь они уже опубликованы в виде книги – и это замечательно, но послушать – а теперь уже и посмотреть на YouTube - рассказы Шанина это совершенно особое наслаждение.

Слушаешь, затаив дыхание. Казалось бы, ясно, что ХХ век порождал самые необыкновенные судьбы, и все равно полное ощущение, что тебе читают роман. Достаточно взглянуть на первую фразу – «Когда меня спрашивали: «Ты откуда родом?» — у меня всегда была проблема, как ответить. И в конце концов сложился такой речитатив: мой отец родился в России, моя мама родилась в Германии, я родился в Польше, при этом мы все родились в одном и том же городе, который теперь является столицей Литвы».

Уже здесь как в капле воды видно отражение разнообразных крутых поворотов российской и мировой истории в судьбе одного человека или одной семьи. А дальше – больше. Детство в предвоенной Литве, советская оккупация, арест отца, ссылка Теодора с матерью в Сибирь, потом голодные годы в послевоенном Самарканде, какие-то совершенно невероятные приключения в духе не то «Парижских тайн», не то советских детективов.

Возвращение отца, переезд в Польшу, учеба, сионизм, эмиграция в Израиль, война, наука, общественная деятельность. Переезд в Англию, опять наука, наука, наука. Социология, история, изучение крестьянства. Фантастические полевые экспедиции по всему миру. И, наконец, еще один поворот, совсем уж неожиданный – возвращение в 1989 году в Россию и создание «Шанинки» - «Московской высшей школы социальных и экономических наук».

Наверное, уже этого короткого перечисления достаточно, чтобы увидеть, какой необыкновенной была жизнь Шанина, сколько всего невероятного с ним происходило. По его биографии, наверное, будут когда-нибудь изучать историю страшного ХХ столетия, но это, в конце концов, можно сказать о многих людях. Впрочем, в жизни Теодора Шанина есть и другие уроки, куда реже встречающиеся и, может быть , более ценные, чем просто «судьба человека на фоне истории».

Александр Архангельский озаглавил воспоминания Шанина «Несогласный Теодор». Слушаешь спокойный, чуть насмешливый голос Шанина, и понимаешь – перед тобой сильный, умный, цельный, а главное – свободный, свободный, свободный человек. Тот, кто не смирился в сталинской России, кто выжил, несмотря на все ужасы, уготованные ему судьбой, кто и дальше не мирился – жил там, где считал нужным жить, занимался наукой так, как хотел ей заниматься, преподавал так, как считал правильным.

Масштаб личности Теодора Шанина понятен, когда он рассказывает о том, как добывали хлеб в голодном Самарканде, или о том, каково было учиться в послевоенной Польше, о социальной работе в Израиле или о научной работе в Англии или России. Его рассказ буквально завораживает.

Какое счастье, что эти записи теперь останутся с нами и можно будет через много лет снова слушать невероятные рассказы Несогласного Теодора. Как печально, что ушел такой огромный человек. Я не специалист по социологии и истории крестьянства и не могу оценить вклад Теодора Шанина в развитие науки. Но одно могу сказать точно – таких крупных, независимых, согласных только со своей совестью людей встречаешь нечасто. То, что два года назад жалкий Рособрнадзор отказал «Шанинке» в государственной аккредитации, говорит о многом – такие люди, как Теодор Шанин, и создаваемые такими людьми учебные заведения в сегодняшней России, увы, не ко двору.

Будем надеяться, что так будет не всегда. Вечная память Несогласному Теодору.

Совершал Иван Сусанин свой подвиг или нет? — Загадки русской истории

Вряд ли кому-то надо объяснять, кто такой Иван Сусанин и что он сделал. Или, вернее, что, по легенде, он сделал. История о подвиге Сусанина основывается на одном-единственном документе – грамоте об освобождении от податей, выданной его зятю Богдану Собинину через несколько лет после вступления на престол Михаила Романова. Все романтические истории о том, как костромской крестьянин завел врагов в непроходимые леса и болота, что он при этом восклицал и как себя вел – это домыслы историков и литераторов, подкрепленные замечательной оперой Михаила Глинки.

А что же мы на самом деле знаем о Сусанине? Еще в XIX веке замечательный ученый Николай Иванович Костомаров блистательно проанализировал как грамоту, выданную Богдану Собинину, так и позднейшие варианты легенды. Оказалось, что история о крестьянине, отдавшем «жизнь за царя», вызывает большие сомнения.

В новом выпуске «Уроков истории с Тамарой Эйдельман» мы попробуем разобраться в истоках и развитии знаменитой легенды.

ВЕЧНЫЕ АВГИЕВЫ КОНЮШНИ

В 1963 году начинающий драматург Михаил Рощин написал пьесу «Седьмой подвиг Геракла». Что такое 1963 год? Никто еще не знает, что заканчивается правление Хрущева и оттепель . ХХ съезд уже осудил «культ личности Сталина». Уже прошел XXII съезд, и Сталина вынесли из Мавзолея. Уже опубликован «Один день Ивана Денисовича». Уже появилось новое поколение писателей, поэтов, художников, кинематографистов, бардов, которое ищет новых путей в искусстве. Уже сформировались новые читатели и зрители.

Уже возведена Берлинская стена. Уже грянул Карибский кризис. Уже пообещали, что через 20 лет наша страна будет жить при коммунизме. Уже нарастает кризис сельского хозяйства, и в магазинах все меньше и меньше продуктов. Уже разгромлена выставка авангардистов в Манеже. Уже расстреляны рабочие в Новочеркасске.

А Михаил Рощин пишет пьесу о том, как в Элиду, где правит царь Авгий, являются Геракл и Тезей, потому что Геракл должен совершить подвиг – очистить Авгиевы конюшни. В Элиде люди задыхаются и умирают от вони. Но при этом никто эту вонь не замечает, а официально считается, что пахнет «розами и сандалом».

В пьесе есть Геракл, который жаждет очистить Элиду, но приходит в отчаяние от того, что вокруг никому ничего не нужно и всем правит богиня лжи. Есть правитель Авгий, который постоянно спрашивает, как поживают быки – гордость Элиды. Те самые быки, от которых идет невыносимый смрад. Есть ближайший помощник Авгия, отвечающий за идеологию, организующий парады и празднества, воспевающий прекрасных быков, считающий, что ради блага Элиды не надо выносить сор из избы и доносящий на собственного брата. Есть главный смотритель быков, которому велели сделать так, чтобы корова родила трех телят, и он, конечно же, пообещал, а теперь в ужасе за свою жизнь, потому что корова, естественно, родила одного теленка.

Есть молодые мальчики, которые жаждут избавиться от вони. Есть путешественник, который в чужих краях набрался мудрости и знает, как очистить конюшни, но вот только это никому не нужно. Есть работник скотного двора, который всю жизнь свою проводит в жуткой вони и знает что быков надо водить по жердочкам, иначе они провалятся в навоз, а навоз все нарастает и нарастает так, что крышу приходится перестраивать. Но он свыкся и уверен, что ничего уже изменить нельзя. Есть обычные люди, которые задыхаются, но терпят, потому что ничего другого не знают.

Пьеса, естественно, не была ни напечатана, ни поставлена. Прошло двадцать с лишним лет. Михаил Рощин был уже знаменитым драматургом, автором «Старого нового года», «Валентина и Валентины» и многих других пьес. И тут грянула перестройка. Все журналы стали гоняться за книгами, которые были забыты, запрещены, лежали под спудом. В 1987 году «Седьмой подвиг Геракла» был опубликован в журнале «Театр». На следующий год пьесу поставили в «Современнике». Выяснилось, что она совершенно не потеряла своей актуальности. Снова были люди, которые жаждали очистить авгиевы конюшни, а были те, кто говорил, что не надо выносить сор из избы и лишать народ веры, циничные лжецы, хотевшие любой ценой удержатся у власти, и те, кто считал, что все равно ничего нельзя изменить, нечего даже и пытаться. И снова была вера в то, что Геракл сможет за одну ночь очистить многолетние наслоения – и сделать это с помощью молодого поколения и обычных людей, которым надоело терпеть вонь.

На дворе 2020 год. В театре Фоменко Евгений Каменькович поставил очень красивый, живой и добрый спектакль «Седьмой подвиг Геракла». И выясняется, что пьеса не потеряла ни грамма актуальности. Авгиевы конюшни по-прежнему воняют, власти восхваляют роскошных быков, которые на поверку оказываются жалкими бычками, все поют «Слава Элиде» и «Слава Авгию» и делают вид, что не замечают вони, или правда настолько свыклись, что не замечают, а молодое поколение жаждет перемен.

Мне очень понравился спектакль. Но что же это за дурная бесконечность?

ФЕВРАЛЬ – НЕ ПЛАКАТЬ!

Первый календарь в древнем Риме ввел его основатель Ромул.
В нем было 10 месяцев и 304 дня, а начинался он с месяца бога Марса – марта.

Следующим царем Рима стал мудрый Нума Помпилий. Он произвел в Риме много перемен – и дело не только в уме, - его любила нимфа Эгерия, дававшая царю хорошие советы. Нума учредил правила поклонения богам, ввел жреческие должности, объединил ремесленников в цехи. Он сумел обхитрить Юпитера, который требовал, чтобы ему приносили жертвы головами… «Головками лука…» - успел сказать Нума. «Нет, человеческими…» - заревел Юпитер… «Волосами…» - перебил его царь. Так и повелось.

Царь реформировал календарь, удлинив его до 355 дней и добавив в конце года два месяца – январь в честь двуликого бога Януса, и февраль – месяц очищения.

Так на свет появился февраль. Когда в пьесе Маршака «Двенадцать месяцев» падчерица приходит в лес, то среди месяцев у костра обнаруживает «лохматого и хромого Февраля».

И когда месяцы начинают передавать друг другу посох, чтобы ускорить бег времени, то Февраль говорит: «Ветры, бури, ураганы
Дуйте что есть мочи.
Вихри, вьюги и бураны,
Разыграйтесь к ночи!
В облаках трубите громко,
Вейтесь над землею.
Пусть бежит в полях поземка
Белою змеею!»

У римлян никакой поземки не было, но январь и февраль, которые после реформы Юлия Цезаря перенеслись на начало года, все равно воспринимались как месяцы, когда природа засыпает. А в феврале ей пора готовиться к пробуждению.

Новый месяц стал порой очищения города, празднеств в честь подземных богов и, хоть его и считали «несчастливым», на самом деле тогда закладывались основы счастливой жизни в новом году.

Начинался февраль с амбурбий, - торжественная процессия обходила городские стены, а затем приносила очистительные жертвы богам. Другое название праздника было люстрация ( гм…) Благополучие во многом зависело от подземных богов, приносящих богатство и дарующих урожай, и в феврале им приносили жертвы, устраивали в их честь пиршества. А где подземные боги, там и память об ушедших предках, поэтому девять дней люди посещали могилы и оставляли там хлеб, вино, фиалки.

Одновременно закреплялись теплые отношения между живыми родственниками – родня собиралась на обильный пир.
Ехидные римские поэты говаривали, что сделать такой пир знаком всеобщей любви можно было, только не отправив приглашения особо противным родственникам. Похоже, проблемы новогодних застолий существовали уже тогда.

Главным февральским праздником были луперкалии, посвященные пастушескому богу Луперку - скорее всего в глубокой древности ему поклонялись в виде волка.

Участники праздника собирались в пещере Луперкал, где, как считалось, волчица выкормила Ромула и Рема. Здесь приносили в жертву козу и собаку, а потом жрец прикасался ко лбам двух знатных юношей клинком, смоченным в крови. Кровь со лба молодых людей стирали шерстью, вымоченной в молоке, и они должны были… рассмеяться. Смех –один из древнейших обрядов, гарантирующих процветание и плодородие. Козью шкуру, содранную с жертвенного животного, разрезали на длинные полосы, и полуобнаженные участники праздника бежали по Риму и хлестали женщин этими плетьми. Те с радостью подбегали к луперкам, - считалось, что удары помогут им забеременеть и легко родить.

В общем, «хромой и лохматый», несчастливый февраль – это месяц плодородия, смеха, пиршеств, любовных радостей и укрепления родственных связей.

Вы, наверное, догадались, что я пишу этот текст, поглядывая в окошко и утешая себя мыслями о том, что в февральской погоде есть свои преимущества. Будем радоваться этим преимуществам, опираясь на опыт древних. Как говорил Профессор в «Двенадцати месяцах»: «Ведь каждый месяц приносит нам свои подарки и забавы. Декабрь, январь и февраль – катанье на коньках, новогоднюю елку, масленичные балаганы».

В этом году двенадцать месяцев немного расшалились и нарушили порядок, но будем надеяться, что февраль нас не обидит. На что-то же надо надеяться.

⁠СЕМЕЙКА ДЮВАЛЬЕ

В детстве я посмотрела фильм «Комедианты». Тогда я мало что поняла и запомнила только, как пылко Ричард Бартон целовался с Элизабет Тейлор. А еще страшных людей в черных очках с непонятным названием «тонтон-макуты». Сегодня память подсказывает, что они ходили в фильме с резиновыми дубинками, хотя всюду написано, что тонтон-макуты пользовались мачете. Может быть, на давние воспоминания наложились более близкие…

Франсуа Дювалье был врачом, а к началу 1950-х занялся политикой. В стране у власти были образованные и богатые мулаты, а чернокожие жители считали себя угнетенными. Папа Док, как его называли, начал изображать защитника большинства. В отличие от многих диктаторов он не слишком притворялся. Выборы 1957 года, которые сделали его президентом, уже проходили с огромным количеством нарушений и запугиваний.

За 14 лет правления Дювалье уничтожил все демократические институты и провозгласил себя пожизненным президентом. Он уничтожал армейскую верхушку и политических оппонентов.

Грабеж стал государственной политикой. Гаити получал финансовую помощь от США на развитие социальных программ. Большая часть этих денег шла на счета диктатора. В бедных районах жители под страхом смерти выплачивали поборы, которые шли в карман Дювалье и его помощников. Люди исчезали навсегда. Иногда изуродованное тело оказывалось на дереве рядом с его домом, и если родственники пытались похоронить труп, то тоже исчезали.

Папа Док пропагандировал гаитянскую религию вуду и сам появлялся в длинном черном одеянии, напоминавшем о мрачном духе – Бароне Суббота. Тонтон-макуты – члены эскадронов смерти - ходили в черных очках днем и ночью, изображая зомби. Название этих гаитянских опричников восходило к вудуистскому духу, дядюшке ( Тонтон) по имени Макут, что значит Джутовый мешок. Он похищал непослушных детей, уносил их в джутовом мешке, а потом съедал на завтрак.

Франсуа Дювалье еще считал, что один из его противников превратился в черного пса, и тонтон-макуты некоторое время уничтожали всех черных собак.

Но всему приходит конец, даже правлению Барона Субботы. В 1971 году Папа Док отправился в ад, его сменил 19-летний Бэби Док. Незадолго до смерти любящий папа провел референдум по вопросу: «Гражданин доктор Франсуа Дювалье выбрал гражданина Жан-Клода Дювалье своим преемником на пост пожизненного президента республики. Отвечает ли этот выбор вашим устремлениям и желаниям?» Оказалось, что этот выбор отвечал устремлениям 100% жителей.

Жан-Клод сделал вид, что смягчает режим, окружил себя технократами, разрешил публичную критику власти (интересно, кто посмел), отправил в отставку жуткого главу тонтонов. Это не помешало ему продолжать опираться на эскадроны смерти, воровать международную помощь, потратить на свою свадьбу в голодающей стране два миллиона долларов.

Но терпению даже забитого гаитянского народа есть предел. В 1985 году Бэби Док объявил референдум о внесении поправок в Конституцию ( ой…). Его снова утверждали пожизненным правителем, и он собирался разрешить политические партии при условии принесения ими клятвы верности президенту. За поправки проголосовали не 100 , а только 99,98% - демократизация. Но что-то пошло не так.

В июле приняли поправки. В ноябре люди вышли на улицу, солдаты открыли огонь. Демонстрации начались по всей стране. В январе 1986 года студенты бойкотировали учебу, и власти закрыли университеты. Войска стреляли в толпы, а люди все выходили.

7 февраля 1986 года Жан-Клод Дювалье покинул страну.

Большую часть жизни в эмиграции Бэби Док проживал награбленные денежки. В начале двухтысячных швейцарский суд несколько раз блокировал его счета, потом их размораживали, потом снова блокировали. После землетрясения на Гаити он вернулся в страну, чтобы «быть со своим народом». Против него начали дело о коррупции, но он не дожил до его завершения.

Вот такая милая семейка. Кто-то скажет, что если бы сынок не смягчил папин режим, то так бы и правил до смерти. А может быть, дело не в этом – терпению-то в любом случае когда-то приходит конец.

На прошлой лекции в Ельцин-центре меня спросили, почему Ганди, боровшийся против иноземных колонизаторов, все-таки проповедовал ненасилие. И действительно, вроде бы против тех, кто захватил твою родину, все средства хороши. Но оказывается, это не всегда так. Один из моих любимых героев – Чарльз Стюарт Парнелл, тот, кто пытался добиться автономии Ирландии мирным путем, кто провел первый в истории бойкот и много всего еще сделал.

О нем, и о других людях, освобождавших свою страну мирным путем, пойдет речь в субботу на лекции в Ельцин-центре.

Приходите!