сплетни

мы собрались в кружке
по обмену щенками
пищащими в сердце

негласно каждый член кружка
повинуется команде – мысли
она рикошетит случайно
от стенки к стенке
колизей для пинбола
и стенки становятся дверцами
отворяющимися друг за другом
выпуская глаза на шухер
никого продолжаем
так точно

сушите фрукты

капелькой на дне стакана
не умыться, не напиться
не наесться молоком
пока оно не станет кислым
варево отчаянно
по стеночке ползёт в гробницу
раскаляясь в сито, явно
есть причины разбурлиться
и уделать кухню

выругавшись, соскребёт работник
недоварившийся кефир / сыр / творог
и поставит новый: злиться
он умел когда-то лучше
но разок уже свернувшись
стал он менее текучим
стал упругим, а под случай
обернулся коркой сучьей
и ссушился-таки, персик,
называться стал урюк
килограмм зато не двести –
девяносто, да и плесень
ему больше не страшна

***
и я улыбаюсь во все
двадцать с чем-то зубов
это если без мудрости

и без города
лишён лишая от зрелости
и не способен к смеху
пахнущему естественно
а не как груша
которую кусаешь
и на зубах пенопласт

птицы

от умиления
свербит за переносицей
с богородицей вспоминается
что-то забытое
прихожане не плачут от здравия
только за
атеисты летают стаями
но никуда не летят
любопытство без билета цепляется
и легко очень трогается
взгляд
полон птенчиков, кажется
вот-вот вывалятся

переезд

удар дверцей кухонного шкафа
по затылку
не привык к мувсету квартиры
двигаюсь наугад
не танцуя

Want to be free...
Подготовил-таки серию снимков из Диско Элизиума

край земли

мир закончится когда
вновь земля здесь станет морем
и уже прибрежьем пахнет
веет за текстурками
за краем карты будто
плещется волна пасхалка
волна безвкусного гудрона
если хочешь искупаться
сбрось нам бомбу из окна
но дождись пока пока
мы не сойдёмся на опоре
в позе девяносто шесть
я не волен выбрать климат
этот воздух всё что есть
у меня я ношу его слим фит
ни дня ни огня только бит бит бит
закрасит пиксели на стенах
улиц заприваченных
тэгами каждого жителя
аналоговый тиндер
соскучишься дай
винчика бутылочку засунь себе
в карман пальто и прыгай
на перспективный транспортный
маршрут до сердца города
смотря на стены оба два
используй органа чувств
(любых на выбор)
тогда-то ты найдёшь себя
по проспектам гладким
как по тз широким
растянутым прокладкам
без повода на выгуле
на поводу амбиции
зачатой в магазине
миномёта запланированной
гнётом для завода
нет заботы жрать горнилом
все народы и сажать
на цепь фасона
моветон для коренного
умереть вдали от дома
ты не умеешь открывать консоль смирись
/gamerule keepinventory false
волной залита клавиша f3
точку смерти не найти
ты остался наг внутри
и не выйти в меню
только падай смотри
как отдаляется карта
купайся тони
в режиме наблюдателя не только
без возможности приземлиться но и
без режима полёта знакомься
так выглядит хаос вы
на сервере с ним одни
пытаясь искать вверх по вектору высоты
битый пиксель края земли
не срывайся с него держись
за свой shift
нырять
не торопись
весной затопит

Недавно вместе с другими авторами из Ингейма снимал в Vampire the Masquerade – Bloodlines для видео AgoraVisual

не беспокоить

голос затухает искрится лампа
смотрю по сторонам мне ничего не надо
в тёмной комнате выключатель щёлкнув
в тёмной комнате глухо сдохнул

свет не горит его не слышно
пойду погляжу в чужие окна
смотрю на соседа у него всё отлично
топлёным молоком налиты обои
зарядил телефон у него
у второго сел снова
красный светодиод мне всё расстроил
у третьего на пурпурной грядке
прилёг на беззвучке вновь сил в достатке

голос затухает искрится лампа
смотрю по сторонам мне ничего не надо
в тёмной комнате выключатель щёлкнув
в тёмной комнате глухо сдохнул

на ощупь я дошёл до шкафа
еле откопал в пыли отвёртку
расковырял выключатель попытки с пятой
всем пробки выбил да пошли они к чёрту
дополз до заветной стены обратно
смотрю в никуда я обречён
на слепоту но слышу щелчок аккуратный
режим не беспокоить включён

первый снег

зима чуть слышно дышит
ещё не раскрылись лёгкие даже
а акушер уже слышит слышит
хруст ёлочной игрушки под ногой
и ёб твою мать кому было сказано
что ими нельзя играть?
саше

смысл в теле

осенним дождём
умываясь
теряясь
в немаленькой луже
подёрнутой скрипучими пластинками
(на них записана ностальгия
игла проигрывателя в стопе аж зачесалась)
центр удовольствий затопило
кроноса слюной
и всё же
есть охота
и чтобы порыбачить
разбил ботинком лёд
некрасиво теперь
губы треснули тоже
а вчера
были такие мягкие
укуси их ещё раз, согрей
подлей каплю в море
желудочного сока
я что-то почувствую
снова
может
быть даже выпадет снег
и будет вновь чисто-чисто
нетронутая скатерть
так хочется залезть
на этот стол ногами
залезть можно
наступить и след оставить
снова заметёт
и что же
я всё же наступлю

***
снежок
на завтрак разливается по полу
забыл снять крышку и сболтнул
что скоро ёлку здесь построят новую
это будет секретом
завтра уже
вытрут начисто
но сегодня – ты
смотри
не подскользнись

67

улица восточная
всё равно что сточная канава
здесь чувства солнечное опахало
в путь привычный подсушив сдувало
лишь отличный отражением рожи
в луже – ну а так всё то же

блестит боеголовка в небе
дофаминовая бомба
не разорвётся здесь
спокойно
она упадёт и закопается в грязи
которая на срезе через теплосети
до куйбышева пропуская рынок

снег растаял я бежал там
глаз выколол и чуть не увяз
едва ли подошву оттёр
застряла как промеж зубов
подошвочистка нужна
остального хватает

небо чуть затёрлось облаками
требуется полировка солнцем
вот и я вернулся грязными ногами
глаз теперь держу я за оконцем
а на горбинке синяки от штуки
ну которая на нос кладётся
и держит взгляд на мир

***
в ряд построились деревья
штабелями ляжем мы
по порядку можно ветви рассчитать
они готовятся ко встрече
снег принять приказ был свыше
благо не торопится с визитом
тише, тише
нет, не торопите
он и нас накроет
веки не закрывши
будем в небо пялить
и как будто бы плакать

ой, точно
об нас тогда снег не растает
просто заметёт
слёзы-то для живых

***
сомнение схватило
сердце в кулак
и перебирает костяшками

я выдохнул сплюнул
возник и обмяк
запнулся обо что-то страшное

уткнулся я лбом
к сожалению не в твой
в свой собственный лоб изнутри

запнулся об слово
в карман положил
но посмотри на него ты пойми

последовал зову
доверился мысли
на мыслины грабли ступил

и стал я изгоем
и мысль гоняет
и сердце моё забери

***
дом шатается дырявый
развеваясь на ветрах
окно сквозит течёт стояк
諸行無常 увы и ах

нехочунебуду

мне не хватает веры
мне не хватает моря
я взращиваю горе
на пластмассовом поле

парус продувает
сквозь рваные расщелины
ветер свищет в голове
от недостатка семени

не хватает удобрений
но пора перестать рыскать по холодным полкам
глаза-разбегаются-насколько-огромных
магазинов «для сада и дома»

для сада не бывает удобных удобрений с полки
собственное производство
языком достаётся
фу как противно взрослеть

доставать руками пыль
из пылесоса привычек
рвать волосы застрявшие
говорят в них знания

меньше знать и меньше думать
и учиться ничему
и сравнять с себя землёй
и забыться чтоб напиться
мочи симурга

пока отобъёшь своё мясо
нарежешь оторвёшь сгустки кровавых соплей
тебя уже бросит в жар
сколько ни старайся это чувство заесть
жуют тебя прямо сейчас
и сладко под ложечкой от мысли
как проглотят тебя наконец
и раз уж готовишь, то голоду вопреки теперь

***
ржавый клён
зима уже давно, а он
всё не стрижётся, перхотью покрылся

​Тень Будды — моя тень

Пару постов назад упоминала, что наткнулась на уже знакомое хайку Танэды Сантоки, которое внезапно показалось мне совершенно чудесным.


Стихотворения Сантоки можно охарактеризовать, как обладающие "сложной простотой". "Сложной простотой" я называю внешнюю простоту и безыскусность, которые становятся результатом огромного внутреннего труда — как керамика раку, или медитация дзадзен. Такая простота — это качество эстетики ваби, позволяющей вещам быть как они есть, без прикрас и усложнений. А мы любим усложнения — они отвлекают нас от нас самих, и поэтому от них так тяжело отказаться. Если вы когда-нибудь пробовали практиковать дзадзен или любую медитацию осознанности, то, вероятно, согласитесь со мной. Дзадзен — это очень просто, нам нужно всего лишь оставаться (с) собой в каждом новом моменте времени, но каких же душевных усилий стоит не пытаться быть кем-то другим где-то еще.

Есть в стихах Сантоки качество глубокого медитативного присутствия — спонтанного пристуствия, за которым читаются годы практики. Это придает им почти магические свойства для меня. Бывает, зачитаешься его хайку, и на несколько часов заражаешься этим присутствием. Похожим образом я себя чувствую только после ретритов.
Я бы сказала, что такая медитативная внимательность к миру и к себе, наполненная ласковым любопытством, свойственна вообще всему жанру хайку. Но у некоторых поэтов эта внимательность становится недвусмысленным выражением и продолжением практики дзадзен.

Итак, покажу стихотворение, которое зацепило меня в этот раз:

こゝにかうしてみほとけのかげわたしのかげ
Коко-ни ко:ситэ Михотокэ-но кагэ Ватаси-но кагэ

Перевод буквальный:
cюда вот так сделав, (и) тень Будды — моя тень.

Или не настолько буквально:
Вот сюда вот так сел, и тень Будды стала моей тенью.

Поэт сел рядом со статуей Будды, и стало казаться, словно тень от статуи стала его тенью. Словно он сам — стал Буддой.

Звучит как детская игра: почувствуй себя буддой. Но что случится, если действительно попытаться ощутить себя буддой? Не вообразить себя совершенным просветлённым существом, а согласиться на минутку с одним из самых радикальных буддийских постулатов: каждое живое существо уже обладает совершенной природой (т.н. природой будды).

И тогда можно перестать предаваться невротическим попыткам построить "лучшую версию себя", потому что с текущей версией якобы что-то не так. Можно перестать всё усложнять и увидеть, как эта совершенная природа несовершенным образом проявляется прямо здесь и сейчас. Это не значит "остановиться в развитии" (может ли вообще что-то по-настоящему остановиться в этом мире?), а значит перестать чинить то, что не сломано.

Легко в теории, но на деле — очень сложно:) немного легче, если представить себя сидящим под тенью Будды:
тень Будды — твоя тень, и природа будды — твоя природа.

#hk_Танэда_Сантока
#hk_пробуддимся
#hk_бессезоннье