#мемы
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
😁34 16 9
который я собрал по вашим комментам
Настасья Реньжина — «Бабушка сказала сидеть тихо»
Бытовой деревенский хоррор с ужасом, сидящим в соседней комнате.
Баба Зоя живёт одна и кормит кого-то, кто сидит в старом шкафу. Сначала это похоже на деревенскую причуду, но постепенно становится ясно: в доме прячется не домовой, а что-то гораздо более неприятное.
Наталья Матушкина, Анна Лунёва, Наталия Колмакова — «Чёрная изба»
Фолк-хоррор с пугающими призраками и полной человеческой беззащитностью.
Катя проваливает поступление в консерваторию и оказывается в аграрном колледже, где её новая знакомая исчезает после поездки в глухую сибирскую деревню, а возвращается уже будто чужим человеком. Катя начинает выяснять, что произошло, и постепенно выходит на историю о зимнем обряде, деревенской общине и силе, которая перемалывает тех, кто не может себя защитить.
Анна Пестерева — «Пятно»
Камерный зимний хоррор про плен, вину и травму.
Настя пропадает на три с половиной недели, возвращается живой, но молчит о случившемся. Чтобы выбраться из травмы, ей приходится снова приблизиться к месту и людям, которые оставили на ней это внутреннее пятно.
Адам Нэвилл — «Ритуал»
Плотный лесной хоррор про усталость, панику и древнее зло среди деревьев.
Четверо друзей идут в поход по шведскому лесу, сбиваются с маршрута и находят следы древних кровавых обрядов. Чем глубже они забираются в чащу, тем яснее становится: лес не пустой, и за ними кто-то охотится.
Анна Старобинец — «Переходный возраст»
Мать замечает, что её сын Максим меняется: замыкается, странно ест, распухает и всё меньше похож на прежнего ребёнка. Обычный подростковый кризис превращается в телесный и психологический кошмар.
Спасибо всем, кто поучаствовал, я точно заберу себе как минимум три книги из списка.
Видимо, меня ждёт месяц хорроров
#подборка
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Любите ли вы кино?
Как любит его Гоша.
Олды помнят самого харизматичного гостя нашего подкаста.
Но я не рассказывал, что этот сексульный мужчина обожает кино. Поэтому я взял у него комментарий по поводу самых топовых фильмов, вышедших в 2026-м.
😌 «Посторонний»
🌞 «Здесь был Юра»
🤴 «Вот это драма!»
🔫 «Ограбление в Лос-Анджелесе»
🤪 «Грация»
У него есть офигенный канал «Матавкин Дейли».
Где, кроме рецензий, есть куча крутых фактов, которыми я постоянно козыряю в компаниях, чтобы казаться умнее.
А ещё я сильно хохочу с Гошиных историй, например про бесячего человека, который есть на каждом квизе.
Ну и главная причина, почему я подписан на канал, — это его собака Вафля. Я клянусь, вы милее существа в жизни не видели.
Не считая Гоши.
В общем, обязательно подписывайтесь на него. А ещё я оставил там личный топ спылусжарных книг 2026 года.
Как любит его Гоша.
Олды помнят самого харизматичного гостя нашего подкаста.
Но я не рассказывал, что этот сексульный мужчина обожает кино. Поэтому я взял у него комментарий по поводу самых топовых фильмов, вышедших в 2026-м.
Близкая к тексту экранизация Камю, оч стильная.
Наш «Человек дождя» с Хабенским вместо Хоффмана.
Если надо выбрать один фильм года, это он. Очень модный и совсем не глупый.
Неплохой боевичок в духе великого фильма «Схватка».
Новый Паоло Соррентино — великая, что называется, красота.
У него есть офигенный канал «Матавкин Дейли».
Где, кроме рецензий, есть куча крутых фактов, которыми я постоянно козыряю в компаниях, чтобы казаться умнее.
А ещё я сильно хохочу с Гошиных историй, например про бесячего человека, который есть на каждом квизе.
Ну и главная причина, почему я подписан на канал, — это его собака Вафля. Я клянусь, вы милее существа в жизни не видели.
В общем, обязательно подписывайтесь на него. А ещё я оставил там личный топ спылусжарных книг 2026 года.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Максим Жегалин — «Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века»
Лет 10 назад я с упоением слушал The Hatters, о которых тогда ещё никто не знал,а сейчас хочется забыть уже мне.
Однажды вышло так, что я оказался на их вечеринке и всю ночь нещадно с ними куралесил. Даже выиграл у солиста тёмные очки. Но после этой тусовки я больше не мог их слушать, словно во мне что-то сломалось.
🤴 Максим Жегалин, другого мнения в вопросе «стоит ли узнавать своих кумиров?».
И перед нами предстают воссозданные биографии поэтов Серебряного века через летопись исторического маршрута. Судьбы героев здесь переплетаются словно нити в причудливом восточном ковре, образуя неповторимый узор. Вот они,BTS слева направо: Блок, Белый, Гиппиус, Гумилёв, Ахматова, Цветаева, Маяковский и прочие.
Роман работает на пересечении прозы и литературной документалистики. Серебряный век мы видим словно увлекательный сериал, где в одной сюжетной ветке мистики восстают против оккультистов Востока, параллельно кто-то влюбляется, вызывает на дуэль или собирает новую творческую тусовку. С точки зрения работы с источниками и превращения их в увлекательную эпопею Жегалин справляется искусно. Но вот качество самого сериала…
🫠 Представьте, что кто-то собрал «Санта-Барбару», «Клон», «Эйфорию» и «Три метра над уровнем неба», закинул в блендер и подал эту мелодраму вам в качестве основного блюда. Боже, дай мне сил, какие же они все неприятные люди. Я дочитывал искренне только из уважения к талантливейшей работе Жегалина.
Погружаясь глубже в их личности, ты понимаешь, насколько эти люди больны. Больны своим наваждением. Они способны существовать только в экзальтации. Бесконечные наркоманы ярких эмоций, им словно не дано чувствовать жизнь без этого. Именно поэтому в каждом из них нет счастья, есть только пропащее страдание.
🙈 Эти люди словно не выросли из подростковых взбркисов. Их быт не имеет ничего общего с жизнью нормальных людей. Они сами создали себе бесконечное количество симулякров, наделив важностью фантомы и потом страдая от того, что призраки исчезли.
Думаете, история Маяковского и семьи Брик была странной? Да Володя там почти самый адекватный. В этой высокопарной коммуне спят все со всем, что движется, а то, что не движется, описывают в стихах и мастурбируют на это.
🤡 Они бесконечно совершают широкие пафосные жесты, как 15-летние подростки; принимают наркотики и манипулируют просто чтобы почувствовать вкус жизни. Я всем сердцем надеюсь, что никогда не встречу подобных людей в реальной жизни.
Да, я всё понимаю, Серебряный век обожал идею того, что жить надо так, чтобы само существование было художественным актом. Но красиво названное насилие всё равно насилие, даже если оно произносится языком поэзии.
📇 Книга родилась из желания собрать разрозненную биографическую энергию эпохи в одну движущуюся форму. По словам Максима Жегалина, его интерес к Серебряному веку начался за семь лет до выхода книги, когда он писал колонку про Анну Ахматову и впервые глубже вошёл в биографический материал; затем он наткнулся на «Башню» Иванова — и понеслись абзацы по эпохе.
Которая в книге выглядит как незримый кукловод. Герои живут словно на краю обрыва, хотя часто смотрят не туда. В 1905 году, когда вокруг стреляют и старый порядок очевидно начинает скрипеть, они спорят о мистике, любви, Дионисе, символах и поцелуях. Это отлично показывает нашу особенность: катастрофа почти всегда начинается где-то рядом, пока ты занят личной драмой.
💅 Для меня «Бражники и блудницы» — идеальное название, а главное — потрясающая антропологическая работа Максима Жегалина. Но работа эта о крайне истеричных, зависимых и конченых отталкивающих людях. Чей строгий взгляд с обложки книг мне нравился сильно больше, чем понимание того, какими они были.
Если вы готовы к разбитым очкам восприятия великих поэтов, то эта книга для вас. А я в очередной раз убедился в избитой максиме Экклезиаста: «Многие знания — многие печали».
Что думаете?
Стоит узнавать о том как жили великие, или лучше очищать искусство от автора?🔽
#отзыв
Лет 10 назад я с упоением слушал The Hatters, о которых тогда ещё никто не знал,
Однажды вышло так, что я оказался на их вечеринке и всю ночь нещадно с ними куралесил. Даже выиграл у солиста тёмные очки. Но после этой тусовки я больше не мог их слушать, словно во мне что-то сломалось.
И перед нами предстают воссозданные биографии поэтов Серебряного века через летопись исторического маршрута. Судьбы героев здесь переплетаются словно нити в причудливом восточном ковре, образуя неповторимый узор. Вот они,
Роман работает на пересечении прозы и литературной документалистики. Серебряный век мы видим словно увлекательный сериал, где в одной сюжетной ветке мистики восстают против оккультистов Востока, параллельно кто-то влюбляется, вызывает на дуэль или собирает новую творческую тусовку. С точки зрения работы с источниками и превращения их в увлекательную эпопею Жегалин справляется искусно. Но вот качество самого сериала…
Погружаясь глубже в их личности, ты понимаешь, насколько эти люди больны. Больны своим наваждением. Они способны существовать только в экзальтации. Бесконечные наркоманы ярких эмоций, им словно не дано чувствовать жизнь без этого. Именно поэтому в каждом из них нет счастья, есть только пропащее страдание.
Думаете, история Маяковского и семьи Брик была странной? Да Володя там почти самый адекватный. В этой высокопарной коммуне спят все со всем, что движется, а то, что не движется, описывают в стихах и мастурбируют на это.
Да, я всё понимаю, Серебряный век обожал идею того, что жить надо так, чтобы само существование было художественным актом. Но красиво названное насилие всё равно насилие, даже если оно произносится языком поэзии.
Которая в книге выглядит как незримый кукловод. Герои живут словно на краю обрыва, хотя часто смотрят не туда. В 1905 году, когда вокруг стреляют и старый порядок очевидно начинает скрипеть, они спорят о мистике, любви, Дионисе, символах и поцелуях. Это отлично показывает нашу особенность: катастрофа почти всегда начинается где-то рядом, пока ты занят личной драмой.
Если вы готовы к разбитым очкам восприятия великих поэтов, то эта книга для вас. А я в очередной раз убедился в избитой максиме Экклезиаста: «Многие знания — многие печали».
Что думаете?
Стоит узнавать о том как жили великие, или лучше очищать искусство от автора?
#отзыв
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Перманентно-периодическая рубрика #книжныелокации привела меня к питерским пространствам Бражников и блудниц
🤩 «Башня»
🐶 «Бродячая собака»
🍎 Квартира Хармса
25 июля поэт Вячеслав Иванов и его жена Лидия Зиновьева-Аннибал въезжают в квартиру на углу Тверской и Таврической. Квартира находится в башне — из окон виден весь город. Полукруглые стены, покрытые плесенью, четыре просторные комнаты, выход на крышу
Постепенно весь богемный Петербург узнает о вечерах на “башне”, и башня становится главным местом встречи писателей, поэтов, художников, режиссеров, мыслителей
Читают стихи… Сидят до пяти утра, пьют вино, но не пьянеют
Пронину пришла в голову идея создать что-то наподобие клуба, где могла бы собираться богема. “Башня” завяла, все скучно, веселиться больше негде
У “Собаки” своя точка зрения на жизнь, на мир, на искусство. Принимайте или идите прочь
Ночью 1905 года в одной из квартир Петербурга с плачем просыпается младенец. Младенцу две недели, его зовут Даниил Ювачев. О чем плачет этот ребенок?
30 декабря 1921. Даниилу Ювачеву исполняется шестнадцать лет. Он что-то пишет, много смеется и думает взять псевдоним. Хармс?
Даниил Хармс умер в ленинградской психиатрической больнице при тюрьме “Кресты” во время блокады, в 1942 году
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Салли Руни — «Нормальные люди»
Хоть я совершенно не поклонник мелодрам, эта книга давно была у меня в списке по двум причинам: она была в топе 25 главных книг XXI века, и Салли Руни — одна из любимых писательниц моей подруги.
😭 На первый взгляд перед нами базовый текст об отношениях. Двое молодых людей любят друг друга, но на протяжении нескольких лет с завидным упорством ебут друг другу мозги сходятся, расходятся чаще, чем в бразильских сериалах. И каждый раз кажется, что теперь-то они наконец научились говорить словами через рот. Но нет. Вот уже новое молчание аккуратно закладывает фундамент очередной эмоциональной катастрофы.
В целом можно было бы списать всё на подростковые аляпования, но книга скорее интересно подсвечивает тему созависимости. Современная культура любит представлять взрослого человека как герметичный контейнер с армированными личными границами. Он никому ничего не должен, ни в ком не нуждается, самостоятельно закрывает все потребности, а ещё желательно просыпается в пять утра, чтобы медитировать перед работой. Похоже ли это на правду? Сомнительно.
😘 Так или иначе мы нуждаемся друг в друге и неизбежно меняем жизни вокруг себя. Это и показывает Салли Руни, вероятно, в немного гипертрофированной форме, но всё же. Герои формируют друг друга, чаще всего через недомолвки, которые отзываются травмами. Ну а кто из нас не совершал глупых поступков? Некоторые на этом карьеру построили. Довольно интересно выходит, что зрелость героев начинается именно тогда, когда зависимость становится взаимной, открытой и добровольной. Пройдя через немыслимое, порой сильно преувеличенное количество циклов расставаний, герои приходят к способности обсуждать свои поступки открыто.
Автор окончила тот же Тринити-колледж, в который отправляет героев, и явно хорошо знает среду молодых образованных людей, способных долго рассуждать о капитализме, но впадающих в кататонию, когда требуется честно ответить на личный вопрос. Они с лёгкостью могут разобрать чужие отношения с точностью патологоанатома и поставить диагноз газлайтера, абьюзера и остальных выдуманных слов, однако не способны на откровенный разговор друг с другом.
🕊 Стиль романа чарующе образный. И несмотря на то, что диалоги довольно обыденны, чувства здесь проявляются через покрасневшие уши, взгляд в пол или сообщение, которое человек пишет, стирает и снова пишет. Композиционно роман устроен так, что главы разделяют иногда дни, а иногда месяцы, благодаря чему мы можем оставить героев рядом, а встретить уже расставшимися. Причина обнаружится позже, в воспоминании о каком-нибудь разговоре, который в момент совершения почти не выглядел судьбоносным.
В «Нормальных людях» нет вселенского масштаба, сложного фантастического мира или экспериментов с формой. Это лёгкая, приятная книга о созидающей созависимости, а также о том, что нормальность — это когда у тебя есть странности, но ты воспринимаешь их как часть себя и продолжаешь жить счастливую жизнь.
#отзыв
Жизнь в Каррикли, казавшаяся им такой насыщенной и драматичной, просто закончилась без всякого итога, и к ней уже не вернуться — такой же она все равно не будет.
Хоть я совершенно не поклонник мелодрам, эта книга давно была у меня в списке по двум причинам: она была в топе 25 главных книг XXI века, и Салли Руни — одна из любимых писательниц моей подруги.
Марианна — богатая, умная и совершенно одинокая школьница, которую одноклассники считают странной. Коннелл — классический альфа, но с несвойственным его типажу интеллектом. По законам жанра они влюбляются и начинают спать друг с другом, но тайно. В школе же Коннелл делает вид, что почти её не знает, потому что Марианну все считают странной. После они оба поступают в Тринити-колледж и переезжают в Дублин. Там всё переворачивается, и уже Марианна — звезда, вокруг которой всегда есть воздыхатели, а Коннелл чувствует себя колхозником, случайно пробравшимся в пространство обеспеченных и уверенных студентов. На протяжении книги их любовь бесконечно меняет форму. То это публичный роман, то дружба, то FWB. Иногда всё сразу.
В целом можно было бы списать всё на подростковые аляпования, но книга скорее интересно подсвечивает тему созависимости. Современная культура любит представлять взрослого человека как герметичный контейнер с армированными личными границами. Он никому ничего не должен, ни в ком не нуждается, самостоятельно закрывает все потребности, а ещё желательно просыпается в пять утра, чтобы медитировать перед работой. Похоже ли это на правду? Сомнительно.
Автор окончила тот же Тринити-колледж, в который отправляет героев, и явно хорошо знает среду молодых образованных людей, способных долго рассуждать о капитализме, но впадающих в кататонию, когда требуется честно ответить на личный вопрос. Они с лёгкостью могут разобрать чужие отношения с точностью патологоанатома и поставить диагноз газлайтера, абьюзера и остальных выдуманных слов, однако не способны на откровенный разговор друг с другом.
В «Нормальных людях» нет вселенского масштаба, сложного фантастического мира или экспериментов с формой. Это лёгкая, приятная книга о созидающей созависимости, а также о том, что нормальность — это когда у тебя есть странности, но ты воспринимаешь их как часть себя и продолжаешь жить счастливую жизнь.
#отзыв
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1 32 15 6
Для серьезных занятых людей у которых совсем нет времени на чтение #подборка на ход ноги.
Рассказы которые можно прочитать за 30 минут
Сигизмунд Кржижановский — «Квадратурин».
Фёдор Сологуб — «Маленький человек».
Виктор Некрасов — «Мамаев курган на бульваре Сен-Жермен».
Татьяна Толстая — «Соня».
Виктор Пелевин — «Жизнь и приключения сарая Номер XII»
Рассказы которые можно прочитать за 30 минут
Сигизмунд Кржижановский — «Квадратурин».
Жилец тесной коммунальной комнаты получает чудесное средство, способное расширять пространство. Но комната продолжает расти без остановки, превращая мечту о свободе в бесконечную тёмную пустыню.
Фёдор Сологуб — «Маленький человек».
Низкорослый чиновник, страдающий от насмешек окружающих, приобретает средство, которое должно уменьшить его огромную жену, но по ошибке выпивает его сам. Он постепенно превращается в крошечного человечка, которого близкие и предприниматели используют как живую рекламу.
Виктор Некрасов — «Мамаев курган на бульваре Сен-Жермен».
Увиденная в мирном Париже киркомотыга возвращает рассказчика к воспоминаниям о Сталинграде, где подобный инструмент был для сапёров настоящим сокровищем. Через один маленький предмет Некрасов соединяет уют настоящего с тяжёлой, но удивительно живой памятью о войне.
Татьяна Толстая — «Соня».
Компания ленинградских интеллектуалов ради развлечения придумывает для простодушной Сони несуществующего возлюбленного и годами пишет ей от его имени. Жестокий розыгрыш неожиданно становится для неё настоящей любовью.
Виктор Пелевин — «Жизнь и приключения сарая Номер XII»
Сарай мечтает вырваться из унылого двора и стать велосипедом, чтобы обрести движение, свободу и настоящую жизнь. Но человеческий мир использует вещи по своему усмотрению, поэтому его романтическое стремление к переменам оборачивается горькой притчей о предопределённости, надежде и невозможности сбежать от собственной формы.
старая портовая проститутка прожигала в этой машине свою жизнь и обивку салона.
Я чуть не поперхнулся, когда начал читать пост Кати. Сначала я, конечно, подумал: «Не такая уж ты и старая», а потом понял, что так начинается ее история переезда на Кипр.
Олды канала и слушатели нашего подкаста точно помнят мою незабвенную Кэтрин, с которой мы вместе начинали всю эту книжную заварушку.
Хочу прокричать во Вселенную о том, как я обожаю её канал загибаю уголки.
Она буквально один из немногих книжных блогеров, которых я читаю
Вот топ-пьять причин, почему вам срочно надо подписаться!
Подписывайтесь на Катю и инвестируйте своё внимание в правильный контент!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
В день рождения Маяковского вот вам факт о его особенности.
Привычка носить с собой мыло напрямую связана с одной из самых сильных психологических травм в его жизни.
Когда Маяковскому было 13 лет, его отец, Владимир Константинович, умер от заражения крови из-за случайного укола канцелярской булавкой.
Приятель Владимира и писатель Валентин Катаев рассказывал:
#факты
Привычка носить с собой мыло напрямую связана с одной из самых сильных психологических травм в его жизни.
Когда Маяковскому было 13 лет, его отец, Владимир Константинович, умер от заражения крови из-за случайного укола канцелярской булавкой.
Приятель Владимира и писатель Валентин Катаев рассказывал:
Он привык носить с собой в коробочке кусочек мыла и особую салфеточку, и, высморкавшись, он каждый раз шёл в кухню и там, над раковиной, мыл руки этим своим особым мылом и вытирался собственной, особой салфеточкой…
#факты