Я давно характеризовал русских как анархоэтатистов. Это люди, которые на себе знают, к какому ужасу приводит крах государства. Два раза за столетие: отсюда подсознательный страх перед бурной общественно-политической жизнью и недоверие к чересчур активным искателям перемен: обжегшись на молоке, дуют на кефир, классика.

Но при этом русские осознают и всю порочность и несовершенство государственной машины. В отличие от европейцев предпочитая не доверять государственным институтам и лишний раз с ними не связываться, а от них наоборот немного прятаться (хоть бы и за профнастил) или с них тупо кормиться.

Поэтому русский идеал государства — это государство сильное и ненавязчивое. То есть, сводящее общение с гражданами в максимально необременительный для них ритуал, слабо затрагивающий реальную жизнь. «Эту бумажку надо сходить получить, потому что таковы издержки работы государственного механизма. Мы же не хотим, чтоб было, как в 1917, как в 1991 или вот как на Украине».

Из этого произрастают корни ностальгии по брежневскому СССР — гораздо более глубокие, чем «трава была зеленее и девки краше». Из всех эпох русской истории именно застой, при множестве понятных оговорок, соответствует русскому идеалу государства. В обмен на спокойствие (у нас есть танки и атомная бомба) нужно было всего-то делать вид, что ты не против строительства социализма, и жить себе в своё удовольствие.

Единственная по-настоящему серьёзная проблема застоя заключалась в культурной бедности руководства — старые сельские хохлы просто не понимали, что у интеллигентных горожан удовольствия не исчерпываются баней-водкой-рыбалкой, и вместо того, чтоб спокойно дать людям слушать их Пинк Флойд и катать любовниц в Париж, устраивали для них сельскую дискотеку и искренне не понимали, что не так и чем тут вообще можно быть недовольным, всё же хорошо. В этом смысле СССР действительно развалила интеллигенция — именно в её глазах режим, обрекавший людей на подобное существование, выглядел максимально нелегитимным.

Путин и его команда, кстати, очень хорошо всё это понимают, и потому в пропаганде своей стараются транслировать повестку максимально абстрактную и одновременно указывающую на государственную мощь (Сирия, противостояние с Западом, большие общенациональные дела). Всё же, что касается более приземлённых и частных вещей, вытеснено из политической жизни в сферу коммунальных склок (программы Малахова, шоу-бизнес и т.п.) Поскольку наша нация как раз и сложилась в эпоху коммуналок — схема работает хорошо. Ну а интеллигенции разрешили играть свой Пинк Флойд и жить своей жизнью. Когда начинает жить чужой (политической) — дают подзатыльники.

Не вижу причин, по которым подобный режим может «рухнуть» и «обречён». В русских условиях он обречён скорее на бессмертие.