Подтверждение моей теории

Такой маленький, а уже хамелеон

Пост про потерянные части.
Что-то долго я формулировала, но тема стала актуальной снова. Попробую рассказать еще одну поучительную историю из психической жизни.


Мне нравится рассматривать психику как совокупность частей. Это не про голоса в голове, конечно, и не про множественную личность. Это про некоторые “кластеры” чувств, переживаний, потребностей, и иногда даже воспоминаний. Классические “внутренний ребенок, взрослый, родитель” - все из этой серии. Это не буквальных три поросенка в одной голове, это всего лишь метафоры. И мне такие метафоры нравятся.

Таких частей у нас обычно не три. Фактически в каждом возрасте у несчастных нас мама чем-то провинилась могли образоваться такие вот внутренние дети. И самая печальная история с этими детьми в том, что мы их… забыли.

Забыли, конечно, не из склероза, а, например, потому, что в нашем опыте быть обычным трехлетним ребенком было очень небезопасно, одиноко и трудно. Трехлетний ребенок должен капризничать, вопить “я сам”, пытаться делать это все сам (конечно, когда мама торопится), начать отделять себя от мамы на самом простом уровне, научиться злиться на маму и начать исследовать внешний мир (очень примерно). Но для родителей это такое испытание, - мама не горюй! - и выдерживают не все. Или дело и вовсе не в родителях, а в том, что у них в жизни творится что-то, и они не вывозят. Или по совокупности факторов, неважно.
Важно, что этого трехлетнего, такого, какой он был, не воспринимали, не распознавали, не замечали, не реагировали на него, и, например, наказывали за попытки быть собой. И постепенно все переживания и потребности трехлетки им самим же заменяются на что-то более для взрослых удобное. Потому что все-таки как ни крути, а ничего страшнее, чем остаться одному, без родителей, для ребенка нет. Наложим на это принцип детской психики “я пуп земли, а значит, все из-за меня!” и получим бомбу.
Например, ребенок видит, что, если, злиться на маму, мама отворачивается и уходит. А значит, он злой, и его больше не любят, и он вот-вот останется один. А значит, злиться нельзя. Вообще, никогда. (Знаю, что уже задолбала всех эта злость - но на это место можно поставить вообще любую эмоцию. Радость. например. Или нежность. Или любопытство.) Смысл в том, что на эту эмоцию (а точнее, на связанный пучок эмоций и потребностей) наложено табу. Вместо нее должно быть что-то другое. Например, если нельзя злиться наружу, я буду злиться внутрь (потому что мы ж помним, что мы пуп земли и все от нас зависит). И вуаля - у нас готовый рецепт депрессии.

Если метафорически посмотреть на этот процесс - внутри психики трехлетка остается заперт в сундуке/темной комнате/тюрьме/ закинут на другую планету - у кого как. Главное, что с ним больше нет контакта. Со злостью на взрослых, с желанием трогать всех гусениц в мире и лезть во все лужи, с радостным любопытством, с отчаянной потребностью залезть на ручки - ни с чем вот этим вот.
И вот вырастает взрослый, который ничего не помнит про себя-трехлетку, который злится на себя-трехлетку, и не умеет с собой трехлетним обращаться совершенно. А то, что он вырос, совсем не означает, что трехлетки внутри него больше нет. Еще как есть! И он хочет жить. И требует к себе внимания, как он умеет - в самый неподходящий момент.
В итоге на изоляцию какой-то своей части уходит очень много сил, а сама изолированная часть тоже требует много сил на попытку прорваться обратно. И будет этот взрослый раздражительный, злой, недовольный своей жизнью и самим собой, и вечно дохлый, потому что все ресурсы уходят на борьбу со своими внутренними детьми.
В терапии я пытаюсь этот контакт с внутренним детским садом постепенно восстановить. Для этого, конечно, должно быть прежде всего безопасно (и предсказуемо). Отсюда, например, и рамки терапии (время, место, оплата, прочие договоренности) - но это уже другая история. Главное, что постепенно клиенты учатся слышать, кто там плачет в темной комнате, видеть, как он туда попадает, как его туда отправляют, и придумывают, как снова с ним играть.
Это очень трогательно и очень трудно, и совсем не быстро. Но очень вдохновляюще, на самом деле, потому что очень про жизнь.

Иллюстративный материал

Кому?

Была в Ясной Поляне на выходных и узнала новое о Толстом.

Его мать умерла, когда ему было два года, и после неё не осталось никаких изображений. По легенде, она была такая страшная, что ее портретов не писали (тоже дичь). То есть он реально не знал, как она выглядит.
Ну в смысле, я понимаю, это не первый случай в истории, но я как-то раньше не задумывалась. По нынешним временам это разве что в детском доме может быть. Но вот реально - помнить, что мама вроде была, но не помнить, какая она вообще. Жуть.
Понятно, чего у него кукуха набекрень

Сегодня была очень интересная сессия с клиенткой - мы половину времени просто молчали. Это был такой спонтанный и очень нужный опыт, для меня в том числе - говорить не хотелось, ничего делать не хотелось, хотелось просто быть и чувствовать бытие. Без усилий. Без преодоления. Без решения важных и супер-пупер важных задач. Просто посидеть вместе и побыть.
Почувствовать, что все хорошо, по крайней мере на данном этапе, не бежать за новыми проблемами и результатами. Почесать Коржику пузо. Обнаружить себя и другого человека рядом - и ничего с ним не делать.
Удивительно было. Необычно.
Надо будет еще об этом подумать, но круто было ) Что-то ценное и важное пережила я - и как терапевт, и как человек, вообще-то.
А у вас бывает такая тишина?

Маленькая заметочка про работу.
"Я люблю свою работу, я приду туда в субботу"

Появляются у меня иногда клиентские запросы, связанные с работой - даже чаще, чем я ожидала.
Хотя, наверное, это закономерно - работа занимает огромную часть жизни, и было бы странно не иметь с ней никаких отношений. Отношения, конечно же, имеются. И даже, смею предположить, они чем-то похожи на партнерские.

Однажды клиентка мне сказала: “Я не верю, когда мне говорят, что любят свою работу! Это розовые сопли какие-то, так не бывает, я такого не видела!”
Тут я вынуждена частично согласиться. Розовых соплей не бывает. Точнее, бывают - в конфетно-букетном периоде ) А дальше начинается суровая реальность.
Было одно время очень модно искать свой “икигай”, но надежды на то, что не придется работать ни дня в своей жизни, если выберешь работу по душе - они несколько беспочвенны. Работать будешь, конечно.
Но и любовь вообще-то возможна!

Мой профессиональный путь был очень замысловат, прилично выражаясь, но сейчас я могу сказать, что люблю свою работу. Что это вообще значит - для меня, естественно?
Ну, иногда думаю, что ваще я красавчик и мы идеально друг другу подходим. А иногда, например, я хочу ее прибить и чтоб никогда в жизни больше зачем я сел за баранку этого пылесоса, сил нет все это вывозить. Иногда думаю, что я вообще не справляюсь и она меня добьет. Думаю, что денег хочу больше за эту свою работу наконец уже!
Часто я думаю, что моя работа важна и приносит пользу людям. И что я в ней на своем месте - потому что мне важно помогать. Ну, а иногда сомневаюсь, что терапия работает. (Во всех этих пертурбациях меня поддерживают коллеги и профессиональные отношения, конечно же!)
Короче, не простые у меня с работой отношения.
Но в конечном итоге я понимаю, что мы выбрали друг друга, и выбираем каждый день - и я считаю важным то, что я делаю, и люди мне доверяют и тела и души, и это что-то тоже очень важное - в большом, экзистенциальном смысле.

Вот что я подразумеваю под любовью к работе. А не то, что мне работать не приходится, один сплошной восторг. Нифига. Работа у меня конская, если честно.

Немного про теорию поля.

Сижу, значит, веду сессию с клиенткой (первый раз). Вдруг звонок, стук в дверь, - за дверью пожарный стоит и спрашивает: "У вас ничего не горит?"

Ну, уважаемый, само ваше появление как бы намекает!.. ))))

Почему терапия - дело долгое.
Вообще это основная претензия и самый частый вопрос - а че так долго-то?
Ответов тоже множество, и я сегодня бы хотела тоже немножко ответить. Собственно, про два пункта хотела я поговорить.

Первый пункт - про запрос клиента к терапевту.
Про это есть даже дивная шутеечка, я ее картинкой прикреплю.
Вкратце суть такова: поначалу все, абсолютно все люди хотят, чтобы что-то в их жизни изменилось, но при этом внутри ничего не изменилось. Потому что все, что есть в вашей психике - оно не просто так там появилось, оно дырку на обоях загораживает, выполняет свои функции. Даже самый дурацкий способ жить был когда-то единственно возможным - потому и возник. И позволил жить дальше. Ничего нельзя “просто убрать” - ни гиперконтоль, ни желание нравиться, ни слияние и созависимость. Сначала нужно как минимум отрастить альтернативу.
Можно ли это сделать за пару сессий? Да вот уж нет, не получится никак. 9 женщин и 1 месяц, как в том анекдоте, проблему не решат.
Кому сколько надо - в зависимости от. Есть, конечно, приблизительные прогнозы на разные типы случаев, но любая типология всегда условна.

И тут мы плавно подходим к другому пункту.
Для отращивания альтернатив, да и вообще для изменений в глубинах души, нужна безопасная, надежная, проверенная, теплая связь с терапевтом. Образуется ли она за пару сессий? Да вот уж хрен, даже за 10 не образуется, если у человека и опыта такого в жизни не было (а часто его не было)! На это время нужно. Иногда очень много времени. Но хорошая новость в том, что оно само по себе меняет многое )

Если вы думаете, что у вас сколиоз, просто вспомните это сингапурское дерево.

Стала на сессиях свечи зажигать. Осень требует, ничего не могу поделать.
А вы как спасаетесь?