к нам опека пришла. гудбай

так называемое следственный комитет забрал у меня телефон и я пользуюсь полу сломанным бубафоном, коему осталось две понедельника
пока ниче конкретнее сказать не могу
ноутбук забрать не дали

это не износ был если что. но типа там тоже нихуя весёлого
щас думаю что с телефоном делать. получу карту в руки то смогу хотя бы открыть сбор. получу ноут смогу открыть коммишки. все решится в течении нескольких дней

Обновление : у меня есть телефон, народ, ура!

если у меня будет ноутбук я нарисую голого Юрия.
вроде бы я даже придумала ему сюжет, весьма гомоэротичный!

потерянным ходом по высокой траве, держа в руках гладкоствольное ружье. идти в лёгком сюртуке по ноябрю всё то же, что босиком по снегу и в одной рубахе - холод через все тело пробирается, жмёт кости, проглядывает сквозь ткань и бьёт по ладоням, совсем окоченевшим. да и по ногам тоже.
кажется, пришёл, когда поместье в четырехста туазах отсюда уже не приветствует своей заказной резьбой. устал, но не телом. не от ходьбы, не от тяжести ружья - она-то уже давно привычна. по рукам бьёт мелкий дождь. бранится под нос негромко.
встал и стоит, и хоть бы ружье поставить. руки в тряске, удивление промелькает в душе: будто снова молод.
в этой траве даже не видно где начинается земля. думает, будто чего-то ждёт ещё, будто вот-вот подойдёт кто-то из-за спины и остановит. нет.
прихватил ружье левой рукой, точно вернулся на войну.
Ouvrez le bassinet.
Prenez la cartouche.
Dechirez la cartouche.
Amorcez.
приходится стоять, склонившись лицом вниз - иначе порох отсыреет.
Fermez le bassinet.
L’arme a gauche.
Cartouche dans le canon.
Tirez la baguette.
Bourrez.
Remettez la baguette.
Portez vos armes не было.
приклад в земле, дуло во рту. полку все равно надо закрыть от дождя. ствол - не самое вкусное, что можно попробовать когда либо.
руки, даже такие длинные, не дотягиваются. проклятье. проклятье!
встать по-другому. подтянуть приклад, чтобы по бедру пошли игривые мурашки с холоду, словно не дуло во рту.
в душе колебания, хотя планировалось давно.
спуск! спуск!
стреляй. порох отсыреет. большой палец взводит курок. порох отсыреет. порох отсыреет. порох отсыреет. порохотсыреет.порохотсыреетпорохотсыреетпорохотсыреет.
СТРЕЛЯЙ.
ДОЖДЬ.
СТРЕЛЯЙ.

щелчок. тишина. разметавшиеся волосы, сырой сюртук, замерзшие плечи. порох отсырел. дуло во рту. дышит... загнанный зверь.
полное неспокойствие во взгляде, трясущиеся руки. отстаёт от ствола, и смотрит прямо на него. прожигающим взглядом проходится до полки, рука растирает порох. сырой.
сучья осечка.

клокочет в груди от усталости и бешенства. ещё одна попытка...

мелкий, мелкий дождик и порох. это все от враков. проделать все 11 шагов заново - сгорбившаяся фигура в ржаном поле, рожь высокая, но фигура выше, словно сама собой потянулась к Всевышнему Господу Богу. грешник без покаяния засыпает новый порох, приклад скользит едва-едва, не находит ёбаной опоры в земле. выстрелит не так и раздробит челюсть. зажимающе снова к бедру, ствол снова во рту. по зубам ударил - ничего, это все ничего.
щелчок, взвел курок.
в третий раз будет ружье браниться, коль ничего не выйдет во второй. оу, по краям мелькают мушки, бегут и бегут. нереально.
« умирать изволю, прошу вашего позволения! ». нет, да, нет, нет. это все бред.
когда лакей хватится пропаже?
длинные руки несут смерть русским, длинные руки несут смерть французам, длинные руки несут смерть хозяину за все грехи и за все прогрешения, война не выгодна никому, безбожный человек в летнем сюртуке.

красное и желтое, серое небо. дождь не смоет это, даже будь он проливным ливнем.
гладкоствольное ружье имеет поразительную силу выстрела вблизи.
в его объятиях не так холодно, как если идти босиком и в одной рубахе по снегу.
ничего, все забудется.
грешников не хоронят на кладбище.

в 19 веке суицид был страшным грехом. священники отказывались хоронить и отпевать умершего, его хоронили вне кладбища без креста, а на семью навлекался позор, поэтому военные, задумавшие убить себя, делали это так, чтобы все подумали, что это была случайность при небрежном обращении с ружьем.
мало кто использовал гладкоствольное - оно было слишком длинным. 1,52 метра в длину, почти как весь солдат среднего роста (около 170см). если и использовали, то для нажима на спусковой кручок снимали ботинок и садились, упирая ружье в землю, нажимая на спуск большим пальцем ноги.
закрепить ружье в земле было обязательным действием, ведь если оно соскочит во время выстрела, то случался промах - выстрел шёл в челюсть, оставляя человека калекой на всю жизнь.
Жюст Дюголь, достаточно высокий для того, чтобы это ружье было для него словно обычное (194см), смог выстрелить в себя, не используя ног.

постить ХУЙНЮ ✅

:
моя жена родила ребёнка. слышал, твой камердинер сдох, надеюсь ты сильно грустишь. и лошадь твоя сдохла. я приеду в марте, выпьём худшего вина, которое я только найду.
ps. у тебя все ещё нет жены, я не удивлён. видимо ты настолько противен, что даже камердинер твой оттого исдох.

Жюст :
слышал, по вашим краям гуляет свинка. смотри, чтобы твой ребёнок не заразился ею, иначе будет жаль не столь его, сколько врачей, которые будут его лечить. у тебя нет права писать про моего камердинера, он - не твоё дело, лечись от своих залысин, которые пошли, когда мы в последний раз виделись. и лошадь моя тебя тоже не касается.
ps. если ты приедешь, я прикажу конюху отвязать другую лошадь и она лягнет твою повозку со всем вином, что там будет!

надеюсь вам нормально, что я пощу посты онли текстового содержания. к сожалению условия к рисованию не распологают, а творить я что-то все ещё хочу

схвати мою руку и подумай о той любви, что нас связывает. схвати её и я схвачу твою в ответ. в этих тёплых чувствах мы утонем вдвоём. надеюсь.
день охоты и мы с тобой на лошадях! ружье в моих руках и глаза, смотрящие в мои, полные доверия, блестящие и живые. лошадь фыркает. я окидываю взором простирающиеся на много туазов луга вперед. и мы стоим под деревьями, солнце едва-едва припекает сквозь их кроны.
– если я умру первым - мне не нужна будет церковь. – замолкаю и думаю. выжидающе на меня смотрит пара глаз. странно. – похорони меня здесь. на этом холме...
стоит молчание. одна, две секунды. три.
– вы не умрёте первым, я ведь старше, Жюст. –
я прыскаю смехом, как и всегда. мне тепло и, кажется, счастье, часто мне недоступное, разливается по груди мягко, будто боится исчезнуть.
– упрямый. –
ружье в руках почти обжигает. смотрю на него. и на него.
схвати мою руку и я скажу тебе кто ты. я схвачу твою руку и ты скажешь мне кто я. и флирт с той женщиной из города, лёгкий как голубиное перо, не стоит даже секунды этого прекрасного момента.
ты поцелуешь меня и растворишься в воспоминаниях. дождь смоет их, как смыл мою любовь, как все, что я знал и что было для меня дорого. как мою попытку уйти от страха.
и я помню всё, словно это было вчера. по ноябрю очень холодно, забери меня и унеси с этого поля в тот мир, где тебе теперь извечно будет тепло.

прочитайте, пожалуйста