#негорящиемысливдегусте

В революции нет радости. И не будет. Радость — слишком царственное чувство и никогда не попадет в объятия этого лакея.

Два измерения: и она не выше человеческого, а ниже человеческого. Она механична, она материалистична. Но это не случай, не простая связь с "теориями нашего времени"; это судьба и вечность. И в сущности, подспудная революция в душах обывателей, уже ранее возникшая, и толкнула всех их понести на своих плечах Конта-Спенсера и подобных.

Революция сложена из двух пластинок: нижняя и настоящая, arheus agens ее горечь, злоба, нужда, зависть, отчаяние. Это чернота, демократия. Верхняя пластинка — золотая. Это сибариты, обеспеченные и не делающие, гуляющие, не служащие. Но они чем-нибудь "на прогулках" были уязвлены, или просто слишком добры, мягки, уступчивы, конфетны. Притом в своем кругу они - только "равные" и кой-кого даже непременно пониже Переходя же в демократию, они тотчас становятся primi inter pares. Демократия очень и очень умеет "целовать в плечико", ухаживать, льстить, хотя для "искренности и правдоподобия" обходится грубовато, спорит, нападает, подшучивает над аристократом и его (теперь вчерашним) аристократизмом. Вообще, демократия тоже знает, "где раки зимуют".

Что "Короленко первый в литераторах своего времени" (после Толстого), что Герцен-аристократ и миллионер, что граф Толстой есть именно "граф", а князь Кропоткин был "князь" и, наконец, что Сибиряков имеет золотые прииски - это она при всем "социализме" отлично помнит, учтиво в присутствии всего этого держит себя и отлично учитывает. Учитывает не только как выгоду, но и как честь. Вообще, в социализме лакей не устраним, но только очень старательно прикрыт.

В. Розанов, «Опавшие листья»

СМЫСЛ КАК ДОВЕРИЕ ©АЛЕКСЕЙ ЧИПИГА
Колонка Алексея Чипиги

...Кажется, перед нами скороговорка или раскраска; в обоих случаях смысл уже задан, надо только повторить и раскрасить отчётливые в своих очертаниях вещи, подобно тому как велосипедисту надо крутить колеса.

Целиком: https://degysta.ru/kolonka-alekseya-chipigi/smysl-kak-doverie-aleksej-chipiga/

Меню № 24, Поэзия
КОНСТАНТИН МАТРОСОВ ‖ ГОРЕЛИ ПО РАЗДЕЛЬНОМУ БЫЛОМУ

Мы встретились в тамбуре, где закурить
Нельзя, как в прошедшее время.
Он первый затеял со мной говорить:
Щербинка, шрам, лысое темя…
Не помня его, я стеснялся спросить,
Терпя неуютное бремя.

Он долго рассказывал мне о себе,
О нашей совместной отчизне,
Об общих знакомых, о странной судьбе,
О школе, о жёнах, о жизни.
Ползли за стеклом фонари на столбе,
Сиречь — ядовитые слизни.

Полностью: https://degysta.ru/poeziya/konstantin-matrosov-goreli-po-razdelnomu-bylomu/

ИДИ ЛЕСОМ © ДАНИЛ ШВЕД
Колонка Данила Шведа

Я впервые пишу о такой книге. О такой книге, где целых три автора. Это уже настоящая организованная поэтическая группа. При желании они могут отловить меня в закоулке и побить. Стоит держать это в уме.

Ника Третьяк, Кирилл Шубин и Петр Кочетков — одни из главных голосов сегодняшней поэзии двадцатилетних, а может быть, и главные. Кого еще можно назвать таковыми? Зреет дискуссия...

Полностью: https://degysta.ru/kolonka-danila-shveda/idi-lesom-danil-shved/

Нет ничего более страшного для человека, чем другой человек, которому нет до него никакого дела.

О. Мандельштам

#негорящиемысливдегусте

Меню № 24, Проза
АЛЕКСЕЙ НЕБЫКОВ ‖ ВСЯКИХ ПОЛНО. ЖИВЫХ МАЛО

Солнце тонуло в море. Набегал не-свет. Виктор захотел приподняться, выглянуть из купола стекла, чтобы различить на море искристые камешки надежды, хлебные крошки спасения. Но силы давно оставили его, и он лишь чуть невесомо завис на руках, да так и опал обратно на спину в тесный туннель, окружающий стержень лампы фонаря, где он уже не первый день истощением томился.
Рука его левая, прихватившая дно стеклянного глаза, сорвала в ходе напрасной попытки будто наклейку какую-то.

Больше: https://degysta.ru/proza/aleksej-nebykov-vsyakih-polno-zhivyh-malo/

Меню № 24, Рецензия
МИХАИЛ ВИСТГОФ ‖ РУБЦОВ ДЛЯ БЕДНЫХ

Попытка Пономарева поговорить о художественном методе Заборцевой также проваливается: «Ее форма предельно проста и ясна: открытые звук и слог, короткая лаконичная фраза, называние предметов и явлений такими, какими их увидел автор — не приукрашивая и уж тем более не нанизывая на них лишние, красивые, но пустые слова». Удивительно: рецензент не понимает, что мотивы рождения, жизни и смерти, обоснованные с помощью религиозных мотивов, можно найти почти у всех поэтов, как и называние предметов и явлений такими, какими их увидел автор.

В полном объеме: https://degysta.ru/retsenziya/mihail-vistgof-rubtsov-dlya-bednyh/

Меню № 24, Детям
АННА МУЗЫКАНТОВА ‖ АДВОКАТ КОПЕРНИКОВА

— Я уже сплю, — буркнул Миха, — ты меня разбудил… Кто-то ходит вокруг нашей ёлки? И пусть ходит, мне не жалко. Если ему не холодно.
— Ты не понимаешь! — Я пытался объяснить, но мои мысли как назло скрутились в тугой узел и никак не хотели раскручиваться.
— Ёлку срубить хотят! — наконец выговорил я.
Телефон замолчал.
— Миха?
— Собирайся, идём ёлку спасать, — отрезал он и отключился.

Полностью: https://degysta.ru/detyam/anna-muzykantova-advokat-kopernikova/

Меню № 24, Пьесы
ТАНЗИЛЯ ИСКАНДАРОВА ‖ КУРИЦА

ОНА. Я ухожу.
ОН (откладывает курицу, ухмыляется). Хм… и для кого я стараюсь…  Зачем.
ОНА. Одно я точно поняла: мне нужен мужчина с воображением. Понимаешь, с во-о-бра-же-ни-ем! Человек, способный творить, созидать, парить над обыденностью. Ну, хоть чем-то удивлять! В общем романтик! (Указывая на курицу.) А это что, по-твоему, оригинально? Старается он.
ОН. Да что ты заладила-то опять! Оригинально, не оригинально! Романтично не романтично. (Трясёт курицей.) Я и так порхаю, как могу. Как умею!

Целиком: https://degysta.ru/pesami/tanzilya-iskandarova-kuritsa/

Главный редактор журнала «Дегуста» поделилась впечатлениями от мотивационных книг для женщин белорусской и американской писательниц

Нежный рерайт © Блог Ольги Девш

Чистая усталость выражается в отеках и желании бросить писать-выпускать вообще всё. Книжка Ольги Примаченко «К себе нежно» на пару дней лишь сгомеопатировала. Конечно, понимаю, почему при всей ее бесполезности как психологического руководства, о чем много сказано в комментариях читателей на Букмейте (не нравится новое название, кажется, антимонопольного не хватает), эта маленькая книжечка с инфантильно розовой обложкой несколько лет подряд лидер продаж в РЕШ.

Это по образцу и подобию «Дай пять!» Мел Роббинс. Такая же показательная история женщины, которая как Мюнхгаузен с бесконечной любовью вытащила себя за волосы из выгорания, стресса и депрессии. Надо всего-то давать пять своему отражению в зеркале и улыбаться, хвалить. Любому отражению. Чем хуже оно выглядит, тем жест поддержки активней, улыбка светоносней, комплименты изощренней. И ни кварка лжи. Искренно принять внешнюю оболочку, апгрейдить внутреннюю эфемерную девочку до женщины из плоти и крови, выйти из кокона иллюзий и соединить селфи с фронталкой, без мейкапа от ИИ. Создать привычку подбадривать, поднимать и влечь, сделать психологический подвиг ежедневной зарядкой. Голливудская мечта, которая работает на вас дома, прямо перед зеркалом.

У Примаченко тот же автофикшен, мотивационная акупунктура, работающая с самыми стереотипными точками уязвимости женской психики. Принцип аналогичный: нежно относиться к себе, никакого насилия, слово «нет» в лексиконе обязательно для самосохранения, прислушиваться к сердцу как вместилищу желаний... То есть снова принятие антитезы, работа вместе с ней, взрослость как слияние силы со слабостями в единое многогранное «нежное» чувство. Когда женщина самоценна и нежность ее к себе воплощается во взаимоотношениях с окружающими. Разумеется, это вариация на тему «дай пять!». Почему же популярность банальных уверений вроде «ты, моя хорошая, заслуживаешь самого лучшего, оно придет к тебе, позволь любить себя несмотря ни на что…»?

Стиль Примаченко скачет ― от сленговых словечек до пафосных метафор, ― лавируя между рацио и эмоцио, подстраиваясь под читательниц разного темперамента, но заметно, что моей тезке ближе эстетика романтизма, Ремарк и, не исключено, поэзия кого-то из символистов. Однако поднабирают объем и разделяют ответственность с автором постоянные цитаты из книг известных психологов и коучей (кстати, Роббинс, востребованный мотивационный оратор, написавшая несколько мировых бестселлеров, не упоминается, что понятно). Свой жизненный опыт Примаченко подробно не описывает, общими штрихами обозначены вехи и никаких подробностей, как у Роббинс или, например, у Старобинец в «Посмотри на него», где вся механика терапии завязана на детальной рефлексии, вклинивающейся в мировоззрение читающего и меняющей его, ибо сочувствие сродни соучастию. Тогда как Примаченко показывает носовой платок, взмахивает им в пределах своей зоны комфорта и быстро прячет. Он есть. Видели? Видели. Продолжаем разговор об избитых выгоранием, токсичными отношениями, комплексами женских душах, их недолюбленных сердцах и телах.

Повторенье и напоминание ранее сказанного ― не одно и то же, так ведь? Женщина в стрессе может забыть прописные истины, не говоря уже о прописанных установках и тренингах. В плохие моменты не хватает прежде всего внимания. И нежности. «Тихо, Машка, я Дубровский, увезу тебя я в тундру, будешь владычицей морской и семеро по лавкам», ― что-то типа этого хочется. Подсознательно, конечно. Пару секунд. За которые нежный рерайт Примаченко успевает зацепиться за потребность в безвозмездной ласке.

Современница редко позволяет себя погладить, приласкать, она/я сильная и в жалости не нуждается. С людьми это прокатывает на ура. Изо дня в день. А с книгой не страшно и расслабиться, дура ведь бесполезная, всё и без неё знаю…

#дегустатор

Спасибо проголосовавшим в опросе "Что мы делаем не так?", написавшим неравнодушные комментарии и спасибо также промолчавшим! Мы постараемся что-то изменить... к лучшему.

Второе крещенье

Открыли дверь мою метели,
Застыла горница моя,
И в новой снеговой купели
Крещен вторым крещеньем я.
И, в новый мир вступая, знаю,
Что люди есть, и есть дела,
Что путь открыт наверно к раю
Всем, кто идет путями зла.
Я так устал от ласк подруги
На застывающей земле.
И драгоценный камень вьюги
Сверкает льдиной на челе.
И гордость нового крещенья
Мне сердце обратила в лед.
Ты мне сулишь еще мгновенья?
Пророчишь, что весна придет?
Но посмотри, как сердце радо!
Заграждена снегами твердь.
Весны не будет, и не надо:
Крещеньем третьим будет — Смерть.

1907 г.

Александр Блок

(Илл.: Иван Шишкин. «На севере диком…». 1891 г.)