Меню № 24, Поэзия
СЕРГЕЙ АДАМСКИЙ ‖ ЗА БЕЗГОЛОСОСТЬ РЫБ
Я — снег. Я падаю не землю.
Земля безвидна и черна.
Но я собою чернь объемлю,
И обеляется она;
И принимает отдых нежный;
И не упорствует во зле.
Я снег; я белые одежды
Дарю изломанной земле...
Целиком: https://degysta.ru/poeziya/sergej-adamskij-za-bezgolosost-ryb/
СЕРГЕЙ АДАМСКИЙ ‖ ЗА БЕЗГОЛОСОСТЬ РЫБ
Я — снег. Я падаю не землю.
Земля безвидна и черна.
Но я собою чернь объемлю,
И обеляется она;
И принимает отдых нежный;
И не упорствует во зле.
Я снег; я белые одежды
Дарю изломанной земле...
Целиком: https://degysta.ru/poeziya/sergej-adamskij-za-bezgolosost-ryb/
ДЕГУСТА
Сергей Адамский ‖ За безголосость рыб
Смерть отменяется. Жизнь продолжается
Мы возвращаемся из праздничного ленивца и снова будем на связи чаще и больше.
Если есть предложения о сотрудничестве, пишите в сообщения.
[ДЕГУСТА]
— Подпишись —
Если есть предложения о сотрудничестве, пишите в сообщения.
[ДЕГУСТА]
— Подпишись —
Меню № 24, Рецензия
КИРИЛЛ ЯМЩИКОВ ‖ НИШТЯКИ ИЗ ПРЕИСПОДНЕЙ
Историй в книге тридцать три, и символическая эта сумма подчёркивает особую миссию, вложенную Эллисоном в принципы не слишком регулирующей себя новой волны. Они, в первую очередь, про избавление от комплексов, навязанных фантастике стереотипов (гетто, мол, дурной квартал, трущобы для подростков), высвобождение тех её потенций, что десятилетиями мирно посапывали в чулане.
Полностью: https://degysta.ru/retsenziya/kirill-yamshhikov-nishtyaki-iz-preispodnej/
КИРИЛЛ ЯМЩИКОВ ‖ НИШТЯКИ ИЗ ПРЕИСПОДНЕЙ
Историй в книге тридцать три, и символическая эта сумма подчёркивает особую миссию, вложенную Эллисоном в принципы не слишком регулирующей себя новой волны. Они, в первую очередь, про избавление от комплексов, навязанных фантастике стереотипов (гетто, мол, дурной квартал, трущобы для подростков), высвобождение тех её потенций, что десятилетиями мирно посапывали в чулане.
Полностью: https://degysta.ru/retsenziya/kirill-yamshhikov-nishtyaki-iz-preispodnej/
ДЕГУСТА
Кирилл Ямщиков ‖ Ништяки из преисподней
Восемьсот, что уже не шутка, страниц; обольщаться, впрочем, не стоит. Далеко не все из них занимают видения на оба предполагаемых ударения.
#вночьсдегустой
Олег Юрьев
ЗВЕНИ, ЗВЕНИ, МАЯК-ГОРА
Звени, звени, маяк-гора —
гора обратная, дыра близнечная
под шатким пологом голым-гола
шатра небесного — бесследно-млечная;
над валким порохом, поднятым с тла
костра безместного — мгла бесконечная.
С твоих ли звуков страшной прелести
гудит на черном желтизна?
Засну ли я, и в моря спелом шелесте
поет, звенит вся жизнь из сна!
VI, 2008
Олег Юрьев
ЗВЕНИ, ЗВЕНИ, МАЯК-ГОРА
Звени, звени, маяк-гора —
гора обратная, дыра близнечная
под шатким пологом голым-гола
шатра небесного — бесследно-млечная;
над валким порохом, поднятым с тла
костра безместного — мгла бесконечная.
С твоих ли звуков страшной прелести
гудит на черном желтизна?
Засну ли я, и в моря спелом шелесте
поет, звенит вся жизнь из сна!
VI, 2008
Меню № 24, Рецензия
БОРИС КУТЕНКОВ ‖ «ГРУЗ 200» ОТ СОВРЕМЕННОЙ ПОЭЗИИ
Рифмы «роза» не ждём — ещё и потому что эстетика в поэзии не новая: удивить читателя, кроме совсем уж наивного, сложно, он видал виды. Кроме уже упомянутых имён, тут в равной мере можно повести вектор размышлений хоть к Слуцкому с его «Кёльнской ямой», хоть — из современников — к Елене Фанайловой, а из прозаиков не обойтись без параллелей с Романом Сенчиным. И всё же дело не в стремлении продолжить традицию «русской хтони» или произвести эффект.
Больше: https://degysta.ru/retsenziya/boris-kutenkov-gruz-200-ot-sovremennoj-poezii/
БОРИС КУТЕНКОВ ‖ «ГРУЗ 200» ОТ СОВРЕМЕННОЙ ПОЭЗИИ
Рифмы «роза» не ждём — ещё и потому что эстетика в поэзии не новая: удивить читателя, кроме совсем уж наивного, сложно, он видал виды. Кроме уже упомянутых имён, тут в равной мере можно повести вектор размышлений хоть к Слуцкому с его «Кёльнской ямой», хоть — из современников — к Елене Фанайловой, а из прозаиков не обойтись без параллелей с Романом Сенчиным. И всё же дело не в стремлении продолжить традицию «русской хтони» или произвести эффект.
Больше: https://degysta.ru/retsenziya/boris-kutenkov-gruz-200-ot-sovremennoj-poezii/
ДЕГУСТА
Борис Кутенков ‖ «Груз 200» от современной поэзии
Определённое разнообразие в эту сюжетику привносят стихи, где сюжет прерывается метафизической загадкой.
Толпа мертва. Велика она или мала,
Не имеет значения. Толпа не превысит
Единственного человека.
Уоллес Стивенс, «Соединенные Дамы Америки»
(пер. Г. Кружкова)
Не имеет значения. Толпа не превысит
Единственного человека.
Уоллес Стивенс, «Соединенные Дамы Америки»
(пер. Г. Кружкова)
Меню № 24, Поэзия
ВАЛЯ ЧЕПИГА ‖ ПЫЛИНКА В ЕГО БОРОДЕ
1992-му году
сапожник Ваха
лежит на пороге своей мастерской
в набухшей от крови
белой сванской шапочке
как в праздник
у смерти тоже белая сванури:
теперь сапоги ей будет чинить сам Ваха
Целиком: https://degysta.ru/poeziya/valya-chepiga-pylinka-v-ego-borode/
ВАЛЯ ЧЕПИГА ‖ ПЫЛИНКА В ЕГО БОРОДЕ
1992-му году
сапожник Ваха
лежит на пороге своей мастерской
в набухшей от крови
белой сванской шапочке
как в праздник
у смерти тоже белая сванури:
теперь сапоги ей будет чинить сам Ваха
Целиком: https://degysta.ru/poeziya/valya-chepiga-pylinka-v-ego-borode/
ДЕГУСТА
Валя Чепига ‖ Пылинка в его бороде
Под ласковым солнцем Грузии своей
#негорящиемысливдегусте
В революции нет радости. И не будет. Радость — слишком царственное чувство и никогда не попадет в объятия этого лакея.
Два измерения: и она не выше человеческого, а ниже человеческого. Она механична, она материалистична. Но это не случай, не простая связь с "теориями нашего времени"; это судьба и вечность. И в сущности, подспудная революция в душах обывателей, уже ранее возникшая, и толкнула всех их понести на своих плечах Конта-Спенсера и подобных.
Революция сложена из двух пластинок: нижняя и настоящая, arheus agens ее горечь, злоба, нужда, зависть, отчаяние. Это чернота, демократия. Верхняя пластинка — золотая. Это сибариты, обеспеченные и не делающие, гуляющие, не служащие. Но они чем-нибудь "на прогулках" были уязвлены, или просто слишком добры, мягки, уступчивы, конфетны. Притом в своем кругу они - только "равные" и кой-кого даже непременно пониже Переходя же в демократию, они тотчас становятся primi inter pares. Демократия очень и очень умеет "целовать в плечико", ухаживать, льстить, хотя для "искренности и правдоподобия" обходится грубовато, спорит, нападает, подшучивает над аристократом и его (теперь вчерашним) аристократизмом. Вообще, демократия тоже знает, "где раки зимуют".
Что "Короленко первый в литераторах своего времени" (после Толстого), что Герцен-аристократ и миллионер, что граф Толстой есть именно "граф", а князь Кропоткин был "князь" и, наконец, что Сибиряков имеет золотые прииски - это она при всем "социализме" отлично помнит, учтиво в присутствии всего этого держит себя и отлично учитывает. Учитывает не только как выгоду, но и как честь. Вообще, в социализме лакей не устраним, но только очень старательно прикрыт.
В. Розанов, «Опавшие листья»
В революции нет радости. И не будет. Радость — слишком царственное чувство и никогда не попадет в объятия этого лакея.
Два измерения: и она не выше человеческого, а ниже человеческого. Она механична, она материалистична. Но это не случай, не простая связь с "теориями нашего времени"; это судьба и вечность. И в сущности, подспудная революция в душах обывателей, уже ранее возникшая, и толкнула всех их понести на своих плечах Конта-Спенсера и подобных.
Революция сложена из двух пластинок: нижняя и настоящая, arheus agens ее горечь, злоба, нужда, зависть, отчаяние. Это чернота, демократия. Верхняя пластинка — золотая. Это сибариты, обеспеченные и не делающие, гуляющие, не служащие. Но они чем-нибудь "на прогулках" были уязвлены, или просто слишком добры, мягки, уступчивы, конфетны. Притом в своем кругу они - только "равные" и кой-кого даже непременно пониже Переходя же в демократию, они тотчас становятся primi inter pares. Демократия очень и очень умеет "целовать в плечико", ухаживать, льстить, хотя для "искренности и правдоподобия" обходится грубовато, спорит, нападает, подшучивает над аристократом и его (теперь вчерашним) аристократизмом. Вообще, демократия тоже знает, "где раки зимуют".
Что "Короленко первый в литераторах своего времени" (после Толстого), что Герцен-аристократ и миллионер, что граф Толстой есть именно "граф", а князь Кропоткин был "князь" и, наконец, что Сибиряков имеет золотые прииски - это она при всем "социализме" отлично помнит, учтиво в присутствии всего этого держит себя и отлично учитывает. Учитывает не только как выгоду, но и как честь. Вообще, в социализме лакей не устраним, но только очень старательно прикрыт.
В. Розанов, «Опавшие листья»
СМЫСЛ КАК ДОВЕРИЕ ©АЛЕКСЕЙ ЧИПИГА
Колонка Алексея Чипиги
...Кажется, перед нами скороговорка или раскраска; в обоих случаях смысл уже задан, надо только повторить и раскрасить отчётливые в своих очертаниях вещи, подобно тому как велосипедисту надо крутить колеса.
Целиком: https://degysta.ru/kolonka-alekseya-chipigi/smysl-kak-doverie-aleksej-chipiga/
Колонка Алексея Чипиги
...Кажется, перед нами скороговорка или раскраска; в обоих случаях смысл уже задан, надо только повторить и раскрасить отчётливые в своих очертаниях вещи, подобно тому как велосипедисту надо крутить колеса.
Целиком: https://degysta.ru/kolonka-alekseya-chipigi/smysl-kak-doverie-aleksej-chipiga/
ДЕГУСТА
Смысл как доверие © Алексей Чипига
Пожалуй, дело в искренности, очищающей от незнания. Пока доверяют своему пути — та, что вверху и тот, что внизу. Идя по нему, можно увидеть то, что перехитрит выстрел.
Меню № 24, Поэзия
КОНСТАНТИН МАТРОСОВ ‖ ГОРЕЛИ ПО РАЗДЕЛЬНОМУ БЫЛОМУ
Мы встретились в тамбуре, где закурить
Нельзя, как в прошедшее время.
Он первый затеял со мной говорить:
Щербинка, шрам, лысое темя…
Не помня его, я стеснялся спросить,
Терпя неуютное бремя.
Он долго рассказывал мне о себе,
О нашей совместной отчизне,
Об общих знакомых, о странной судьбе,
О школе, о жёнах, о жизни.
Ползли за стеклом фонари на столбе,
Сиречь — ядовитые слизни.
Полностью: https://degysta.ru/poeziya/konstantin-matrosov-goreli-po-razdelnomu-bylomu/
КОНСТАНТИН МАТРОСОВ ‖ ГОРЕЛИ ПО РАЗДЕЛЬНОМУ БЫЛОМУ
Мы встретились в тамбуре, где закурить
Нельзя, как в прошедшее время.
Он первый затеял со мной говорить:
Щербинка, шрам, лысое темя…
Не помня его, я стеснялся спросить,
Терпя неуютное бремя.
Он долго рассказывал мне о себе,
О нашей совместной отчизне,
Об общих знакомых, о странной судьбе,
О школе, о жёнах, о жизни.
Ползли за стеклом фонари на столбе,
Сиречь — ядовитые слизни.
Полностью: https://degysta.ru/poeziya/konstantin-matrosov-goreli-po-razdelnomu-bylomu/
ДЕГУСТА
Константин Матросов ‖ Горели по раздельному былому
Но память та дверь, что закрытой нельзя держать
ИДИ ЛЕСОМ © ДАНИЛ ШВЕД
Колонка Данила Шведа
Я впервые пишу о такой книге. О такой книге, где целых три автора. Это уже настоящая организованная поэтическая группа. При желании они могут отловить меня в закоулке и побить. Стоит держать это в уме.
Ника Третьяк, Кирилл Шубин и Петр Кочетков — одни из главных голосов сегодняшней поэзии двадцатилетних, а может быть, и главные. Кого еще можно назвать таковыми? Зреет дискуссия...
Полностью: https://degysta.ru/kolonka-danila-shveda/idi-lesom-danil-shved/
Колонка Данила Шведа
Я впервые пишу о такой книге. О такой книге, где целых три автора. Это уже настоящая организованная поэтическая группа. При желании они могут отловить меня в закоулке и побить. Стоит держать это в уме.
Ника Третьяк, Кирилл Шубин и Петр Кочетков — одни из главных голосов сегодняшней поэзии двадцатилетних, а может быть, и главные. Кого еще можно назвать таковыми? Зреет дискуссия...
Полностью: https://degysta.ru/kolonka-danila-shveda/idi-lesom-danil-shved/
ДЕГУСТА
Иди лесом © Данил Швед
Если вам повезло, и «стрекозиный час» настал, то к этому времени у вас уже должен быть полный рот слез. Проглотите их.
Forwarded from Полка
Шесть новых книг о русской литературе:
📔 Время Сапгира. М.: РГГУ, 2025.
Подготовленная Юрием Орлицким монография об поэте лианозовской школы. В книгу входят статьи о поэтике стихов и прозы Сапгира, его жизни и творческих связях, а также избранные воспоминания о нём.
📗 Яков Гордин. Пушкин и власть. СПб.: Вита нова, 2025.
В иллюстрированный двухтомник, опубликованный к юбилею автора, вошли переиздания двух работ: «Гибель Пушкина» и «Право на поединок».
📓 Алексей Репин. Юлиан Семенов: детектив и политика. Оренбург: Оренбургское книжное издательство им. Г. П. Донковцева, 2026.
Второй том биографии знаменитого советскгго писателя, автора «Семнадцати мгновений весны» и «Петровки, 38», охватывает период с 1955 по 1985 годы.
📓 Елизавета Лочмелис. Русский рок и классическая литература XIX века: традиции и интерпретации. М.: АИРО — XXI; Серебряные нити, 2025.
Книга о диалоге русской рок-поэзии с классикой XIX века, в том числе Пушкиным, Достоевским и Чеховым.
📘 Бретт Кук. Человеческая природа в литературной утопии «Мы» Замятина / пер. с англ. Ольги Бараш. СПб.: Academic Studies Press; Библиороссика, 2026.
Переиздание книги американского слависта, рассматривающей роман Замятина с позиций биопоэтики.
📓 Игорь Кветной, Михаил Пальцев. Подлинная история профессора Преображенского. М.: Молодая гвардия, 2026.
Художественная биография хирурга и физиолога Самуила Воронова, послужившего прототипом профессора Преображенского из булгаковского «Собачьего сердца».
📔 Время Сапгира. М.: РГГУ, 2025.
Подготовленная Юрием Орлицким монография об поэте лианозовской школы. В книгу входят статьи о поэтике стихов и прозы Сапгира, его жизни и творческих связях, а также избранные воспоминания о нём.
📗 Яков Гордин. Пушкин и власть. СПб.: Вита нова, 2025.
В иллюстрированный двухтомник, опубликованный к юбилею автора, вошли переиздания двух работ: «Гибель Пушкина» и «Право на поединок».
📓 Алексей Репин. Юлиан Семенов: детектив и политика. Оренбург: Оренбургское книжное издательство им. Г. П. Донковцева, 2026.
Второй том биографии знаменитого советскгго писателя, автора «Семнадцати мгновений весны» и «Петровки, 38», охватывает период с 1955 по 1985 годы.
📓 Елизавета Лочмелис. Русский рок и классическая литература XIX века: традиции и интерпретации. М.: АИРО — XXI; Серебряные нити, 2025.
Книга о диалоге русской рок-поэзии с классикой XIX века, в том числе Пушкиным, Достоевским и Чеховым.
📘 Бретт Кук. Человеческая природа в литературной утопии «Мы» Замятина / пер. с англ. Ольги Бараш. СПб.: Academic Studies Press; Библиороссика, 2026.
Переиздание книги американского слависта, рассматривающей роман Замятина с позиций биопоэтики.
📓 Игорь Кветной, Михаил Пальцев. Подлинная история профессора Преображенского. М.: Молодая гвардия, 2026.
Художественная биография хирурга и физиолога Самуила Воронова, послужившего прототипом профессора Преображенского из булгаковского «Собачьего сердца».
Нет ничего более страшного для человека, чем другой человек, которому нет до него никакого дела.
О. Мандельштам
#негорящиемысливдегусте
О. Мандельштам
#негорящиемысливдегусте
Меню № 24, Проза
АЛЕКСЕЙ НЕБЫКОВ ‖ ВСЯКИХ ПОЛНО. ЖИВЫХ МАЛО
Солнце тонуло в море. Набегал не-свет. Виктор захотел приподняться, выглянуть из купола стекла, чтобы различить на море искристые камешки надежды, хлебные крошки спасения. Но силы давно оставили его, и он лишь чуть невесомо завис на руках, да так и опал обратно на спину в тесный туннель, окружающий стержень лампы фонаря, где он уже не первый день истощением томился.
Рука его левая, прихватившая дно стеклянного глаза, сорвала в ходе напрасной попытки будто наклейку какую-то.
Больше: https://degysta.ru/proza/aleksej-nebykov-vsyakih-polno-zhivyh-malo/
АЛЕКСЕЙ НЕБЫКОВ ‖ ВСЯКИХ ПОЛНО. ЖИВЫХ МАЛО
Солнце тонуло в море. Набегал не-свет. Виктор захотел приподняться, выглянуть из купола стекла, чтобы различить на море искристые камешки надежды, хлебные крошки спасения. Но силы давно оставили его, и он лишь чуть невесомо завис на руках, да так и опал обратно на спину в тесный туннель, окружающий стержень лампы фонаря, где он уже не первый день истощением томился.
Рука его левая, прихватившая дно стеклянного глаза, сорвала в ходе напрасной попытки будто наклейку какую-то.
Больше: https://degysta.ru/proza/aleksej-nebykov-vsyakih-polno-zhivyh-malo/
ДЕГУСТА
Алексей Небыков ‖ Всяких полно. Живых мало
Все, что выходило за рамки придуманной греками несколько тысячелетий назад статистики, подлежало уничтожению.