Объявлены короткие списки Премии Андрея Белого-2025

Премия Андрея Белого, старейшая негосударственная литературная награда России, объявляет короткие списки в четырёх номинациях — «Поэзия», «Проза», «Гуманитарные исследования» и «Перевод».

Имена лауреатов Премии традиционно будут объявлены на московской международной книжной ярмарке «non/fiction» уже в декабре. Тогда же будут объявлены и лауреаты в трёх номинациях, шорт-листы которых не формируются — «Гуманитарный проект» (номинация имени Бориса Останина), «За заслуги перед литературой», а также в номинации, отмечающей выдающиеся заслуги деятелей зарубежной литературы в диалоге с русской культурой.

В этом году в составе жюри работают Наталия Азарова, Татьяна Баскакова, Алексей Конаков, Александр Чанцев и Валерий Шубинский. В номинации «Гуманитарные исследования» экспертами выступают Игорь Исаев и Кирилл Корчагин.

Короткие списки Премии Андрея Белого 2025 года

ПОЭЗИЯ

— Александр Беляков (Ярославль). В стране стоячего солнца: Cтихотворения 2019–2023 годов
Предисл. Д. Давыдова. — М.: Новое литературное обозрение, 2024. — (Серия «Новая поэзия»).
— Галина Ермошина (Самара). Двоеточие
Предисл. И. Кукулина. — М.: Новое литературное обозрение, 2024. — (Серия «Новая поэзия»).
— Гали-Дана Зингер (Иерусалим). Земля земля
Иерусалим: Двоеточие, 2024.
— Ольга Зондберг (Москва). Крестоцветы: Стихи 2022–2023 годов
Ozolnieki: Literature Without Borders, 2025. — (Библиотека журнала «Воздух» / Поэзия без границ).
— Алексей Порвин (Санкт-Петербург). Песня о братьях
Предисл. Е. Захаркив. — М.: Новое литературное обозрение, 2024. — (Серия «Новая поэзия»).

ПРОЗА

— Андрей Бычков (Москва). Голая медь: Рассказы
СПб.: Jaromír Hladík press, 2025.
— Денис Безносов (Ереван). Территория памяти: Роман
СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2024.
— Оксана Васякина (Калининград). Такого света в мире не было до появления N.: Рассказы
М.: Новое литературное обозрение, 2025. — (Серия «Художественная словесность»).
— Егор Зернов (Москва). Овидий-роман
М.: Новое литературное обозрение, 2025. — (Серия «Художественная словесность»).
— Ирина Машинская (Фэйр-Лоун, США). И я подумала о Скотте: Проза
М.: Стеклограф, 2025.
Горизонт и пещера: Избранные эссе и проза. 1995–2024
Frankfurt/Main: Esterum Publishing, 2025.

ГУМАНИТАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ: ИССЛЕДОВАНИЯ ЯЗЫКА

— Владимир Алпатов (Москва). Избранные труды ХХ века
Сост. П. М. Аркадьев, А. А. Кибрик, Кс. П. Семёнова, С. Г. Татевосов. — М.: Языкознание, 2023.
— Анатолий Баранов (Москва), Дмитрий Добровольский (Москва). Запретные слова
М.: Миф, 2025.
— Александр Бердичевский (Гётеборг, Швеция), Александр Пиперски (Москва). Три склянки пополудни и другие задачи по лингвистике
М.: Альпина нон-фикшн, 2022.
— Светлана Бурлак (Москва). Происхождение языка: Факты, исследования, гипотезы
2-е изд., перераб. и доп. — М.: Альпина нон-фикшн, 2021.
— Сурен Золян (Калининград), Григорий Тульчинский (Санкт-Петербург). Динамика смысла: глубокая семиотика и стереометрическая семантика
М.: Языки славянских культур, 2024.

ПЕРЕВОД

— Андрей Бабиков (Москва). Книги серии «Набоковский корпус»:
Владимир Набоков. Ада, или Отрада: Роман / Пер. с английского. — М.: Corpus, 2022.
Владимир Набоков. Взгляни на арлекинов!: Роман / Пер. с английского. — М.: Corpus, 2023.
Владимир Набоков. Сквозняк из прошлого: Роман / Пер. с английского. — М.: Corpus, 2023.
Владимир Набоков. Под знаком незаконнорожденных: Роман / Пер. с английского. — М.: Corpus, 2025.
И другие книги серии «Набоковский корпус».
— Сергей Ермаков (Санкт-Петербург). Антонио Негри. Учреждающая власть: Трактат об альтернативах Нового времени / Пер. с итальянского. — СПб.: Владимир Даль, 2024.
— Валерий Кислов (Санкт-Петербург). Луи Калаферт. Росчерк / Пер. с французского. — СПб.: Jaromír Hladík press, 2025.
— Илья Кутик (Чикаго). Уильям Давенант. Трагедии, комедии и маски / Пер. с английского. — М.: Водолей, 2025.

Уильям Шекспир. Шесть трагедий / Пер. с английского. — М.: Водолей, 2025.
Сэмюэл Батлер. Гудибрас / Пер. с английского. — М.: Выргород, 2025.
И другие переводы английской поэзии и драматургии XVII-XVIII веков.
— Иван Соколов (Санкт-Петербург). Рон Силлиман. You / Пер. с английского. — М.: Носорог; СПб.: Jaromír Hladík press, 2025.

Меню № 23, Стихами
Григорий Князев ‖ Мы уедем, уедем…

На живой и зелёной Земле океаны бушуют:
Мы найдём себе место, — ах, только бы свет не иссяк!
О, шумите, приливы! — Пусть в дымке то Моцарт, то Шуберт
Провожают наш смелый кораблик в космический мрак.

Целиком: https://degysta.ru/poeziya/grigorij-knyazev-my-uedem-uedem/

Меню № 23, Заведомо

Борис Кутенков ‖ О литературных гениях, людоедах и культурной памяти

«Пнуть Маринину считается хорошим тоном? Да пните, не жалко», — спокойным голосом произнесла писательница по радио, но в этом спокойствии почувствовалась скорбь.

Полностью: https://degysta.ru/menju-23-2025/boris-kutenkov-o-literaturnyh-geniyah-lyudoedah-i-kulturnoj-pamyati/

Фонд Букеровской премии учредил новую крупную литературную премию - Детскую Букеровскую премию. Приз - 50 000 фунтов стерлингов за лучшее художественное произведение, написанное для читателей в возрасте от восьми до двенадцати лет.

Об этом пишет The Guardian.

Новая премия начнёт работу в 2026 году, а первый победитель будет объявлен в начале 2027 года. Решение будет принимать смешанная коллегия судей, состоящая из взрослых и детей. Первым председателем жюри станет Фрэнк Коттрелл-Бойс. К нему присоединятся ещё два взрослых судьи, которые помогут составить шорт-лист из восьми книг, после чего будут привлечены три детских судьи, которые помогут определить победителя.

Премия будет присуждаться за современную детскую художественную литературу, написанную на английском языке или переведенную на него и изданную в Великобритании или Ирландии. Как и в случае с Букеровской премией для взрослых и Международной Букеровской премией, авторы, вошедшие в шорт-лист, получат по 2500 фунтов стерлингов, а победитель - 50 000 фунтов стерлингов.

Фонд Букеровской премии также ежегодно будет дарить 30 000 экземпляров книг, вошедших в шорт-лист, сотрудничая с такими партнёрами, как Национальный фонд грамотности, Агентство чтения, Bookbanks и Детский книжный проект. Эта инициатива появилась на фоне сообщений о том, что уровень детского чтения находится на самом низком уровне за последние 20 лет.

Гэби Вуд, генеральный директор фонда Букеровской премии, назвала Детскую Букеровскую премию "самым амбициозным начинанием, за которое мы взялись за последние 20 лет" с момента запуска Международной Букеровской премии в 2005 году.

По словам Букеровского фонда, новая премия призвана поставить детские книги "в центр нашей культуры". Вуд подчеркнула, что цель премии - не только отметить выдающиеся достижения в детской литературе, но и помочь большему числу молодых людей "открыть для себя истории и персонажей, которые станут их спутниками на всю жизнь".

Источник

https://degysta.ru/podderzhat-journal/
ПОДДЕРЖАТЬ ЖУРНАЛ | ДЕГУСТА

Меню № 23, Поэзия
Татьяна Лукина ‖ Продается журнальный столик

Загороди от солнца сад и двор,
Забей подвал, чтоб не забрались мыши,
И все забудь что ты о жизни слышал,
Включая наш дурацкий разговор.

Запри засов, чтоб не пришла беда,
Налей заварки в кружку и воды,
Запомни только этот день — когда
Еще на свете не было беды.


Целиком: https://degysta.ru/poeziya/tatyana-lukina-prodaetsya-zhurnalnyj-stolik/

Меню № 23, Проза
Дарья Шиденко ‖ Возвращение блудной жены

После первого талака Аиша не плакала. Она радостно звонила всем сестрам и рассказывала, что наконец-то свободна. Переводила детей в школы поближе к материному дому, искала себе съёмную квартиру, покупала новые платья, которые последние несколько лет брака муж не разрешал надевать — а вдруг ветер подует, твои ноги обтянет и будет виден их силуэт? Иногда, конечно, плакала.

Целиком : https://degysta.ru/proza/darya-shidenko-vozvrashhenie-bludnoj-zheny/

Меню № 23, Поэзия
Вячеслав Попов ‖ Я буду песней называться

после зимы
плакать не получается
не получается
даже смеяться

чай и вишневка
с оттенком марганца

всем поручается
жить за троих
жить взаймы


Целиком: https://degysta.ru/poeziya/vyacheslav-popov-ya-budu-pesnej-nazyvatsya/

Меню № 23, Проза
Вета Телегина ‖ Две картины и одна птица

Папа спросил: «Видишь?», и я ответила: «Да». Мне так хотелось, чтобы это было правдой.

Я не уверена, что ускользнувшего от меня тогда дятла можно списать на раннюю близорукость — скорее, что-то внутри моей головы останавливало меня, не давало мне увидеть дальше зелёных пятен. В машинах я видела глупые выражения лиц с глазами-фарами, а в облупленной штукатурке в подъезде — очертания неведомых существ.


Полностью: https://degysta.ru/proza/veta-telegina-dve-kartiny-i-odna-ptitsa/

Салман Рушди рассказал для The New Yorker о четырёх текстах, которые вдохновили его и помогли создать собственные:

1. Михаил Булгаков "Мастер и Маргарита"

В середине восьмидесятых я начал думать о произведении, которое в итоге стало книгой "Сатанинские стихи". Я знал, что в ней будут переплетаться истории, но не знал, каким именно образом, когда мой друг неожиданно посоветовал мне почитать Булгакова, думая, что это может помочь.
"Мастер и Маргарита" - история Дьявола, прибывающего в Москву с несколькими сюрреалистическими сообщниками. Сюжетная линия книги также представляет собой сатирический портрет литературного мира того времени, где Дьявол, похоже, особенно озабочен созданием беспорядков. В романе также присутствует своего рода проклятая история любви, которая разворачивается вокруг главных героев - разочарованного писателя и его возлюбленной.
В "Мастере и Маргарите" мне нравилось, прежде всего, то, что он смешной, а я хотел, чтобы во всём, что я делаю, присутствовал сильный комический элемент. Книга Булгакова - это смешной роман об очень серьёзных вещах, и мне всегда нравились такие книги: "Жестяной барабан" Гюнтера Грасса тоже подходит к этой категории. И она также стала для меня очень полезным руководством по тому, как сплетать воедино мои истории. Она помогла мне преодолеть трудности с формой.

2. Франц Кафка "Америка"

Это была первая попытка Кафки написать роман, но он так и не закончил его. Там рассказывается о персонаже по имени Карл Россман, которого сослали в Америку из-за того, что, по всей видимости, от него забеременела горничная. Он приезжает полный оптимизма, но Америка принимает его не очень хорошо. Ближе к концу он устраивается на работу в таинственную организацию под названием "Большой театр Оклахомы". Чем занимается эта организация, нигде не объясняется, но Карл садится в поезд со своим другом, чтобы отправиться туда, и на этом роман заканчивается.
Кафка сам никогда не был в Америке, но ему нравились путевые заметки. Его представление о стране формировалось из вторых рук. Пейзаж, который Карл видит из окна поезда, совершенно не похож на то, что можно увидеть в таком путешествии. Он находится в своего рода воображаемой Америке, по которой он едет в воображаемую Оклахому. Но идея Кафки состояла в том, что в Оклахоме Карл должен найти некое разрешение, некий - и это необычно для Кафки - счастливый конец.
В "The Eleventh Hour" есть повесть под названием "Оклахома", в которой Оклахома, как я предполагал, используется как метафора счастья. Это произведение исследует некоторые вопросы, поднимаемые в книге Кафки. Если ты исчезнешь, найдешь ли ты свою Оклахому? В жизни все мы ищем то, что приносит нам умиротворение и покой. Находим ли мы это или нет? И действительно ли нужно выходить за рамки своей жизни, чтобы найти это? Или это очередная ошибка?

3. Вольтер "Кандид"

Моя связь с этим произведением тоже имеет долгую историю. Когда я учился в школе-интернате в Англии, я поначалу довольно плохо знал французский, но потом у меня появился учитель-волшебник, мистер Льюис, который преподавал нам роман "Кандид", и я внезапно оказался лучшим учеником в классе.
Подзаголовок романа "Кандид" - "Оптимизм". Меня всегда обвиняли в абсурдном оптимизме, а я не склонен быть пессимистом, поэтому Кандид всегда казался мне своего рода предшественником. Мой роман "Кишот" был вдохновлён как Сервантесом, так и Вольтером. Сочетание оптимизма Дон Кихота и оптимизма Кандида стало ориентиром для моего главного героя - абсолютно сюрреалистичного, абсурдного оптимиста, который верит, что для него возможны даже вещи, далекие от его уровня.
Отчасти я сам себя спародировал, создавая этого персонажа, но я также думал, что, поскольку этот текст своего рода дорожный роман о путешествии по Америке, мне нужен персонаж, который был бы полной противоположностью этому месту. Мне нужен был кто-то очень позитивный, очень оптимистичный и полный надежд, чтобы пройти это путешествие вместе с ним - иначе оно стало бы невероятно мрачным.

Продолжение ниже

4. Эдвард Морган Форстер "Путешествие в Индию"

Кажется, я уже говорил об этом, но повторю ещё раз: одной из величайших удач, выпавших мне в Кембридже, было то, что одним из почётных членов Кингс-колледжа в то время был Э. М. Форстер. Там мне удалось с ним познакомиться.
Форстер был очень общительным и скромным человеком, в нём не было никакой заносчивости. Я встретил его случайно, когда пытался найти нужный мне кабинет, заблудился и случайно наткнулся на кабинет Форстера, заглянул туда, а там было полон памятных вещей из Индии. Меня это поразило. Когда я сказал Форстеру, что я из Индии, он стал очень дружелюбно относиться ко мне, потому что, конечно же, Индия была для него колоссально важна как в личном, так и в художественном плане.
Помню, когда я впервые прочитал "Путешествие в Индию", я был поражён, сколько смелости надо было иметь, чтобы написать и опубликовать эту книгу в то время, когда в Англии не были модными антиимпериалистические настроения. Империя всё ещё была предметом гордости. Это очень смелая работа.
Эта книга, которую я считаю шедевром Форстера, вдохновила меня, в каком-то смысле, наоборот, потому что я думал, что, в первую очередь, она почти полностью о британцах в Индии, за исключением одного главного персонажа. И я подумал: "Ну ладно, это примерно 1% Индии. А что же остальные 99%? Не колонизаторы?".
Однажды он, Форстер, сказал мне одну очень приятную вещь - он сказал, что, по его мнению, великий роман об Индии напишет индиец, знающий западную литературу. Это случилось после того, как я робко признался ему, что надеюсь что-то написать - думаю, таким образом он подбодрил меня. Это было невероятно щедро, и я никогда этого не забуду. Вот мне 78, и я всё ещё рассказываю эту историю.

Меню № 23, Поэзия
Валя Чепига ‖ Но ты уж доиграй

лошадь стоит
на письменном столе
её повернули мордой к окну
чтобы ей не было скучно
ведь
она должна скакать где-то там


Целиком: https://degysta.ru/poeziya/valya-chepiga-no-ty-uzh-doigraj/

Меню № 23, Поэзия
Валерий Черешня ‖ Пауза мира

Очнуться трезвым, нелюбимым,
нелюбящим, что хуже всего.
Перебирать сплошные зимы:
завалы снега, льда опасное стекло.

Безлюбых дней холодный свет,
на сгибах жизни нищее зиянье,
не отпускающее знанье,
что ничего на свете нет.

Целиком: https://degysta.ru/poeziya/valerij-chereshnya-pauza-mira/

Меню № 23, Поэзия
Кира Османова ‖ Вместо пересказа

Теперь почти уже отчаянье
и слёз поток.
Отец спокойно отвечает ей:
«Домой — потом».

Потом и непереносимое
нести легко.
Большая туча рот разинула.
Вступает хор.

Целиком: https://degysta.ru/poeziya/kira-osmanova-vmesto-pereskaza/

Меню № 23, Поэзия
Катя Капович ‖ Жизнь эту сладить

Ко мне подходила сутулая тень,
купи, говорила, живую сирень,
вторая по картам гадала,
а третья мне нить протянула в руке,
шершавую память сплела налегке
и на узелок завязала.


Целиком: https://degysta.ru/poeziya/katya-kapovich-zhizn-etu-sladit/

Меню № 23, Поэзия
Карен Тараян ‖ Сочинить прошлое

Я хочу быть цветной посудой
С щербиной по краю
Я хочу быть рубашкой с торчащей нитью
Запыленной пластинкой
Асимметричной строчкой

Или строкой
Текстом написанным невпопад
С острыми топорищами Р
Со щитами О
С боевыми слонами Ю
С пикинерами Ш
Например вот таким вот текстом


Целиком: https://degysta.ru/poeziya/karen-tarayan-sochinit-proshloe/

Меню № 23, Поэзия
Марина Крутова ‖ Высокая вода

…Была вода. Высокая вода.
Стремились прочь чужие корабли.
Но как уйти неведомо куда,
Отбросив притяжение земли?
Река несёт ледовую шугу,
Апрельский день горячим солнцем пьян.
И вновь стоит на том же берегу
Седой неповзрослевший капитан.

Целиком: https://degysta.ru/poeziya/marina-krutova-vysokaya-voda/