Настроение на субботу — свадьба Мика и Бьянки Джаггер

По случаю 77-летия Вима Вендерса переопубликую эссе об одном из моих трёх любимых европейских фильмов, «Ложном движении»:

«Я буду курить, переходя через площадь, и пить мартини в баре по вечерам».

Вендерс — мой любимый европейский режиссёр, на мой взгляд, не создавший ни одного действительно провального фильма («Съёмки в Палермо» обсуждаемо), но абсолютный алмаз его творчества — «Ложное движение», каноническое европейское роуд-муви со смехотворными 2 тысячами оценок на Кинопоиске.

Картина представляет из себя снятое по повести Гёте пилигримское странствие писателя Мейстера, артиста Лаэрта, поэта Ландау, актрисы Терезы (ее играет Ханна Шигулла, муза Фассбиндера) и немой девочки Миньон (фактически первое появление на экране Настасьи Кински, моментально закрепившейся в статусе набоковской «Лолиты»).

Совершенно лишенный ресентимента, присущего немцам, Вендерс сумел создать на экране закольцованность странствия, не тупиковость, но самоповтор, а его участников — не апостолами, преображающими мир, а лишними людьми, сеющими одиночество. Пилигрим у Вендерса лишён своего места в пейзаже, но только он способен его осмыслять. Артист окажется бывшим нацистом, Мейстер — инфантилом со склонностью к самобичеванию, Кински — попросту немая (но это не точно), а женщина — женщиной (любой европейский режиссёр — отчасти мизогин).

По сути, Вендерс развенчивает постылый миф о поиске себя, наделяя его статусом анахронизма. К тому же, фильм — хрестоматийный образец для студентов киношкол о применении деталей в кино: жонглирование Кински, игра на губной гармошке, стихотворение «В гости всех вас буду ждать», спринт героев на вершину горы — все это составляет вспомогательный элемент нарратива, никогда не выходящий за его рамки. Единственная постельная сцена картины — не оммаж очередному фрейду с наделением полового акта пятью тысячами контекстов, а непосредственный баг в алгоритме, замена женщины девочкой. Иначе говоря, ошибочный рефлекс, идентичный тому, что заставило этих героев объявить своим домом просторы Германии.

«Ложное движение» — неприкаянное кино, не воспевающее ни тонкие материи, ни героизм, ни физиологические дефекты, как часто случается у Херцога, а утверждающее, что из сотни вариантов — неправильных ровно сотня. Спастись по Вендерсу можно, заглянув в заголовок — курить переходя через площадь и пить вечером в баре. Всё остальное не имеет ни малейшего значения. Все иные движения — ложные.

Софи Лорен в зале заседания Кремлёвского дворца съездов, 1965 год. Там человеку сзади нехорошо, даже закашлялся.

СМИ пишут, что Дмитрий Врубель умер.

Безусловно, печально. Тем не менее, меня всегда искренне воротило от его работ с политическими деятелями, и я действительно никогда не понимал, что люди в них находят.

В то же время — картина «Вручение партбилета», датируемая, кажется, 1986-м годом, совершенно выдающаяся. Ощущение, будто бы он когда-то свернул совершенно не туда.

не скажу что сценарий красив
я живу в халифате печали
где осенних деревьев курсив
наклоняет воздушные дали

что-то странное чудится мне
в отражениях осени алой
и я сам наклоняюсь во тьме
над луной как над чайной пиалой

я эстетствую если я пьян
выхожу постоять на подмостки
и играю последних дворян
даже кровь моя цвета известки

театральная сабля меня
разрезает как теплое масло
режиссер не находит огня
значит роль моя тоже угасла

все рыдают и тянут из рук
мой штандарт из лилового крепа
но в партере смеется мой друг
значит я умираю нелепо

Фёдор Терентьев, 1977 год.

Безусловно, главное поэтическое/политическое высказывание текущей эпохи в России принадлежит Демьяну Кудрявцеву.

Книгу «Уроки латыни» с данной поэмой можно купить в Фаланстере.

Скорее всего, в эти выходные придётся загубить свою жизнь, занявшись модальной логикой, а хочется простого человеческого «стать киником».