Свидание 48. Guy
- Ты прекрасна!
- Ты меня еще вживую-то не видел 😁
- Ты прекрасна, если верить второму фото!
Если вам кажется, что я в последнее время несу какой-то бред, то вам не кажется. Списываю все на то, что много параллельных дел, которые то ползут вперед, то летят, и за этими бегунками фиг уследишь.
В этом году я поняла, как это - когда на тебя реально опираются другие.
(Привет всем тем, у кого есть дети, у кого стареют и нуждаются в помощи родители, кто помогает братьям, сестрам и другим членам семьи, кто заботится о животных, занимается благотворительностью, у кого есть подчиненные... да огромный список вариантов, когда ты был один и весел, а потом на тебя ложится вес помощи другому. И хорошо, если добровольно и ты рад, что можешь помочь.)
С другой стороны, появилась определенная жесткость, которая мне не всегда нравится. Жестокость даже, умение отсекать от себя, не размышляя.
Зато - зато - хорошо тренируется умение не переживать по поводу того, что не можешь изменить, и принцип "если проблему можно решить деньгами, то это не проблема".
Он: Ги (как Мопассан), 26-летний системный администратор и разработчик, страстный любитель скалолазания.
Обладатель пышной копны волос, грустных карих глаз и двух разных манер смеяться - нижней половиной лица, когда подбородок и шею как будто сводит судорогой на несколько секунд; и обычной, широкой улыбкой, которая совершенно меняет все лицо, но появляется почти бессознательно, и поэтому очень редко.
Также - той взрывной, немного пружинистой манеры передвигаться, которой обладают почти все очень спортивные люди. Те, у кого спорт вошел в привычку, редко ходят с ленцой, в шаге почти всегда есть энергия.
Фото как фото, но он зацепил меня не этим - мне показалось по переписке, что в нем есть то, что называется bienveillance (дословно "желание добра"). Доброта, другими словами. Желание понять другого. Желание отдавать и создавать атмосферу, в которой другому будет хорошо.
Думаю, что оказалась права - в нем очень много заботы о других, не чтобы что-то получить, а просто так. И совсем нет давления своей точкой зрения, тем, как у него уже было и как, по его мнению, все должно происходить.
Даже скалолазанием он начал заниматься потому, что надо было вытащить из дома друга, который переживал потерю и замкнулся в себе.
По-моему, у меня не получилось до конца его понять. Даже не получилось понять, каковы были его отношения с девушками до этого (хотя, честно говоря, я и рада - разговоры о бывших и слишком много о других свиданиях, как правило, не хороший знак).
Вначале я вообще подумала, что я не его тип. Потом, когда мы долго шагали по ночному городу, и еще час стояли на улице посреди ночи, обсуждая уже не помню что и дрожа под ветром - что он подыгрывает мне из интереса, прикидывая, насколько далеко это может зайти.
(Если это тактика пикапа, то это обидно, но надо признать, что это работает - либо прямой подход "ты так прекрасна, никогда не видел никого вроде тебя, ты меня не забудешь блаблабла", либо "просто быть рядом, поддерживать разговор и быть искренне заинтересованным, иногда пуская в ход тяжелую артиллерию - такой взгляд, как бывает у маленьких пушистых собачек, которых так и хочется подобрать на улице, прижать к груди и отнести к квартиру").
Либо я несу бред. И не было никакого "такого взгляда". Все может быть.
Либо все потому, что он уже больше года живет в квартире в 9 квадратных метров (уууу, Парижская недвижимость, бессердечная ты с), и план был не в том, чтобы кого-то склеить, а в том, чтобы просто не быть зажатым между диваном и столом хотя бы один вечер.
- Ты вообще хотел бы встретиться еще раз?
- Конечно.
- Ну, кто знает, может ты меня заблокируешь завтра...
- Может, это ты меня заблокируешь завтра?
С ним хорошо. Но сайты знакомств если чему-то и учат, так это - смотреть на действия и не увлекаться фантазиями. Как своими, так и чужими.
https://www.youtube.com/watch?v=jiRUH9b33dA&list=RDGMEMYH9CUrFO7CfLJpaD7UR85wVM6k9OxvNjJ6I&index=2
- Ты прекрасна!
- Ты меня еще вживую-то не видел 😁
- Ты прекрасна, если верить второму фото!
Если вам кажется, что я в последнее время несу какой-то бред, то вам не кажется. Списываю все на то, что много параллельных дел, которые то ползут вперед, то летят, и за этими бегунками фиг уследишь.
В этом году я поняла, как это - когда на тебя реально опираются другие.
(Привет всем тем, у кого есть дети, у кого стареют и нуждаются в помощи родители, кто помогает братьям, сестрам и другим членам семьи, кто заботится о животных, занимается благотворительностью, у кого есть подчиненные... да огромный список вариантов, когда ты был один и весел, а потом на тебя ложится вес помощи другому. И хорошо, если добровольно и ты рад, что можешь помочь.)
С другой стороны, появилась определенная жесткость, которая мне не всегда нравится. Жестокость даже, умение отсекать от себя, не размышляя.
Зато - зато - хорошо тренируется умение не переживать по поводу того, что не можешь изменить, и принцип "если проблему можно решить деньгами, то это не проблема".
Он: Ги (как Мопассан), 26-летний системный администратор и разработчик, страстный любитель скалолазания.
Обладатель пышной копны волос, грустных карих глаз и двух разных манер смеяться - нижней половиной лица, когда подбородок и шею как будто сводит судорогой на несколько секунд; и обычной, широкой улыбкой, которая совершенно меняет все лицо, но появляется почти бессознательно, и поэтому очень редко.
Также - той взрывной, немного пружинистой манеры передвигаться, которой обладают почти все очень спортивные люди. Те, у кого спорт вошел в привычку, редко ходят с ленцой, в шаге почти всегда есть энергия.
Фото как фото, но он зацепил меня не этим - мне показалось по переписке, что в нем есть то, что называется bienveillance (дословно "желание добра"). Доброта, другими словами. Желание понять другого. Желание отдавать и создавать атмосферу, в которой другому будет хорошо.
Думаю, что оказалась права - в нем очень много заботы о других, не чтобы что-то получить, а просто так. И совсем нет давления своей точкой зрения, тем, как у него уже было и как, по его мнению, все должно происходить.
Даже скалолазанием он начал заниматься потому, что надо было вытащить из дома друга, который переживал потерю и замкнулся в себе.
По-моему, у меня не получилось до конца его понять. Даже не получилось понять, каковы были его отношения с девушками до этого (хотя, честно говоря, я и рада - разговоры о бывших и слишком много о других свиданиях, как правило, не хороший знак).
Вначале я вообще подумала, что я не его тип. Потом, когда мы долго шагали по ночному городу, и еще час стояли на улице посреди ночи, обсуждая уже не помню что и дрожа под ветром - что он подыгрывает мне из интереса, прикидывая, насколько далеко это может зайти.
(Если это тактика пикапа, то это обидно, но надо признать, что это работает - либо прямой подход "ты так прекрасна, никогда не видел никого вроде тебя, ты меня не забудешь блаблабла", либо "просто быть рядом, поддерживать разговор и быть искренне заинтересованным, иногда пуская в ход тяжелую артиллерию - такой взгляд, как бывает у маленьких пушистых собачек, которых так и хочется подобрать на улице, прижать к груди и отнести к квартиру").
Либо я несу бред. И не было никакого "такого взгляда". Все может быть.
Либо все потому, что он уже больше года живет в квартире в 9 квадратных метров (уууу, Парижская недвижимость, бессердечная ты с), и план был не в том, чтобы кого-то склеить, а в том, чтобы просто не быть зажатым между диваном и столом хотя бы один вечер.
- Ты вообще хотел бы встретиться еще раз?
- Конечно.
- Ну, кто знает, может ты меня заблокируешь завтра...
- Может, это ты меня заблокируешь завтра?
С ним хорошо. Но сайты знакомств если чему-то и учат, так это - смотреть на действия и не увлекаться фантазиями. Как своими, так и чужими.
https://www.youtube.com/watch?v=jiRUH9b33dA&list=RDGMEMYH9CUrFO7CfLJpaD7UR85wVM6k9OxvNjJ6I&index=2
YouTube
L'Impératrice — SONATE PACIFIQUE
She turns me on like a firecracker in the summer sun...
♔ PULSAR, New album out now → https://www.l-imperatrice.cool/
♖ On tour around the world! → https://qlima.cool/LIMPERATRICE-2024TOUR
♛ Vinyl, CD... → https://qlima.cool/LIMPERATRICE_SHOP
♘ Follow Her…
♔ PULSAR, New album out now → https://www.l-imperatrice.cool/
♖ On tour around the world! → https://qlima.cool/LIMPERATRICE-2024TOUR
♛ Vinyl, CD... → https://qlima.cool/LIMPERATRICE_SHOP
♘ Follow Her…
❤2
Руки вверх !
Немного уроков французского, которые никому не нужны, но почему бы и нет:
Prete voix - дословно "одалживать голос", имеется в виду актер дубляжа, который озвучивает персонажей мультиков, игр, фильмов и т.д.
Gueule de bois - дословно "рот из дерева". Очень популярное выражение, которое означает всего-то - похмелье 😄
Соответственно, то, что написано там внизу, значит "Озвучиваю фильмы на неделе, страдаю похмельем (бодун, сушняк, кондратий, перепой, вежливо подсказывает мне гугл) в выходные".
Немного уроков французского, которые никому не нужны, но почему бы и нет:
Prete voix - дословно "одалживать голос", имеется в виду актер дубляжа, который озвучивает персонажей мультиков, игр, фильмов и т.д.
Gueule de bois - дословно "рот из дерева". Очень популярное выражение, которое означает всего-то - похмелье 😄
Соответственно, то, что написано там внизу, значит "Озвучиваю фильмы на неделе, страдаю похмельем (бодун, сушняк, кондратий, перепой, вежливо подсказывает мне гугл) в выходные".
Свидание наизнанку
Здесь был веселенький пост, но, видимо, не сегодня - изнутри тянет совсем другой текст, который я написала не так давно, и который является маленькой частью большой работы, большой рукописи, которая сейчас медленно катится вперед.
Большой текст - это вкачать туда все силы, все эмоции, всю сосредоточенность, что у тебя есть. Если встречу однажды живого писателя, обязательно спрошу - а у вас тоже ощущение, что вы съезжаете с катушек и внешний мир понемногу перестает быть вам интересен в пользу внутреннего? А они мне такие шшш, не видишь что ли, там санитары. 😁
Это конкретное свидание вплелось в текст совсем случайно. Если мыслить логически, то надо не его выкладывать - плохая примета показывать еще плавящийся материал - а отправляться на новые, успешно выкурив этих гетерофлексибл, аромантик, сапиосексуал, либертан, топ, свитч, квир парней с их 20 квадратных метров и прямо в бар.
Но это все впереди. А пока...
(и да - если вам понравилось, напишите мне чего-нибудь на почту. в плане работы над текстом еще топать и топать, и это крайне одинокое топание.)
Здесь был веселенький пост, но, видимо, не сегодня - изнутри тянет совсем другой текст, который я написала не так давно, и который является маленькой частью большой работы, большой рукописи, которая сейчас медленно катится вперед.
Большой текст - это вкачать туда все силы, все эмоции, всю сосредоточенность, что у тебя есть. Если встречу однажды живого писателя, обязательно спрошу - а у вас тоже ощущение, что вы съезжаете с катушек и внешний мир понемногу перестает быть вам интересен в пользу внутреннего? А они мне такие шшш, не видишь что ли, там санитары. 😁
Это конкретное свидание вплелось в текст совсем случайно. Если мыслить логически, то надо не его выкладывать - плохая примета показывать еще плавящийся материал - а отправляться на новые, успешно выкурив этих гетерофлексибл, аромантик, сапиосексуал, либертан, топ, свитч, квир парней с их 20 квадратных метров и прямо в бар.
Но это все впереди. А пока...
(и да - если вам понравилось, напишите мне чего-нибудь на почту. в плане работы над текстом еще топать и топать, и это крайне одинокое топание.)
Без названия (<>)
Я заметил ее на террасе, когда проходил мимо – сидела там, в своем белом платье, которое еле-еле прикрывало колени, и смеялась. Рядом с ней, конечно, кто-то был, но я заметил только ее – она была выставлена там, как коробочка, из тех белых картонок, куда упаковывают пирожные.
Платье, конечно, было маскировкой, просто восклицательным знаком, способом поманить за собой – а вот она сама, ее лицо, не затушеванное, как обычно бывает, а голое, сосредоточенное иногда сверх меры, когда она забывала растягивать рот в улыбке и всматривалась в небо над собой, нахмурившись тому, что он ей говорил – меня заинтересовало. Мне показалось, что она смотрит так, как будто тоже задается вопросами. Что она здесь не потому, чтобы посмотреть, что город предложит ей сегодня. Не за этим – а за тем, чтобы поставить свой собственный эксперимент.
Небо все синело и синело, искуственные розы, прикрепленные к скату крыши, под ночными фонарями стали казаться настоящими. Я сидел и наблюдал за ними, пока они покончили со своими коктейлями в огромных пузатых стаканах, поднялись и пошли вдаль по улице. Мостовая блестела, и не было почти никого, кроме редких попрошаек, которые уже кутались в одеяла, готовясь ко сну, мрачно потягивались и оглядывались по сторонам, но, завидя их, еще выкликали: «Добрый вечер вам! Добрый вечер!»
Он шел рядом с ней, и даже со спины было видно, что это она ведет его, а не наоборот. Когда они пересекали людные перекрестки, она оборачивалась к нему, замедляя шаг, и спрашивала что-то – я был уверен, что она спрашивает, не хочет ли он присоединиться к этим людям, оставить ее, выбрать другое направление. Бабочка улетает и ждет, что ты проводишь ее взглядом – но не ждет, что ты будешь переходить за ней с одного цветка на другой, с куста на куст, наблюдая с близкого расстояния, как дрожит ее маленькое крыло.
Со спины они казались мне почти незнакомцами, если не считать того, что они шли в рядом, в унисон – примерно одной длины шага, так что он не уходил неудобно вперед, а она не оставалась неудобно позади. Он качал головой, и я понял, что они разговаривают – уходя все глубже и глубже от тех блестящих витрин, где я увидел их в первый раз, пересекая один пустой квартал за другим. Чем дальше они шли, тем спокойнее она становилась – как будто тот момент, когда ее спутник мог, извинившись, ускользнуть в темноту, прошел. Странно – но я подумал, что знаю, в чем заключается ее эксперимент. Дни, когда она идет одна, быстро и деловито, не сверкая платьем и умело лавируя в толпе – серым. Дни, когда кто-то рядом с ней, и смотрит на нее, и видит – красным. Красные мазки на календаре, растереть их получше, создать иллюзию того, что в этом городе она не одна.
Они все шли, теперь быстрее – я видел, как они миновали сразу несколько пятачков света у еще открытых ночных ларьков, свернули, как она, стесняясь, провела его между двух домов, стоявших так близко друг к другу, как будто их стены хотели наконец обняться. Остановились они в маленьком, безлюдном дворе – несколько велосипедов, поблескивающих спицами в темноте, мусорные баки в углу и белая шторка маячит в темноте за решеткой окна.
Теперь они стояли рядом, но не так близко, чтобы касаться друг друга – он оперся спиной о решетку, и, склонив голову набок, слушал ее. Она стояла, то чуть придвигая свою руку к его, то, наоборот, отодвигая – если не приглядываться, то в фонарном свете мне казалось, что на их запястья надета эластичная резинка, что-то невидимое, что не позволяет ей мягко отвести руку, улыбнуться и войти вовнутрь, а ему – одним движением поднять рюкзак с земли, закинуть его на плечо и прыгучим шагом выйти со двора.
Они просто стояли рядом, две фигуры внутри высокого стакана, на самом донышке – а я смотрел на них и думал, чем же так примечателен этот вечер.
Я заметил ее на террасе, когда проходил мимо – сидела там, в своем белом платье, которое еле-еле прикрывало колени, и смеялась. Рядом с ней, конечно, кто-то был, но я заметил только ее – она была выставлена там, как коробочка, из тех белых картонок, куда упаковывают пирожные.
Платье, конечно, было маскировкой, просто восклицательным знаком, способом поманить за собой – а вот она сама, ее лицо, не затушеванное, как обычно бывает, а голое, сосредоточенное иногда сверх меры, когда она забывала растягивать рот в улыбке и всматривалась в небо над собой, нахмурившись тому, что он ей говорил – меня заинтересовало. Мне показалось, что она смотрит так, как будто тоже задается вопросами. Что она здесь не потому, чтобы посмотреть, что город предложит ей сегодня. Не за этим – а за тем, чтобы поставить свой собственный эксперимент.
Небо все синело и синело, искуственные розы, прикрепленные к скату крыши, под ночными фонарями стали казаться настоящими. Я сидел и наблюдал за ними, пока они покончили со своими коктейлями в огромных пузатых стаканах, поднялись и пошли вдаль по улице. Мостовая блестела, и не было почти никого, кроме редких попрошаек, которые уже кутались в одеяла, готовясь ко сну, мрачно потягивались и оглядывались по сторонам, но, завидя их, еще выкликали: «Добрый вечер вам! Добрый вечер!»
Он шел рядом с ней, и даже со спины было видно, что это она ведет его, а не наоборот. Когда они пересекали людные перекрестки, она оборачивалась к нему, замедляя шаг, и спрашивала что-то – я был уверен, что она спрашивает, не хочет ли он присоединиться к этим людям, оставить ее, выбрать другое направление. Бабочка улетает и ждет, что ты проводишь ее взглядом – но не ждет, что ты будешь переходить за ней с одного цветка на другой, с куста на куст, наблюдая с близкого расстояния, как дрожит ее маленькое крыло.
Со спины они казались мне почти незнакомцами, если не считать того, что они шли в рядом, в унисон – примерно одной длины шага, так что он не уходил неудобно вперед, а она не оставалась неудобно позади. Он качал головой, и я понял, что они разговаривают – уходя все глубже и глубже от тех блестящих витрин, где я увидел их в первый раз, пересекая один пустой квартал за другим. Чем дальше они шли, тем спокойнее она становилась – как будто тот момент, когда ее спутник мог, извинившись, ускользнуть в темноту, прошел. Странно – но я подумал, что знаю, в чем заключается ее эксперимент. Дни, когда она идет одна, быстро и деловито, не сверкая платьем и умело лавируя в толпе – серым. Дни, когда кто-то рядом с ней, и смотрит на нее, и видит – красным. Красные мазки на календаре, растереть их получше, создать иллюзию того, что в этом городе она не одна.
Они все шли, теперь быстрее – я видел, как они миновали сразу несколько пятачков света у еще открытых ночных ларьков, свернули, как она, стесняясь, провела его между двух домов, стоявших так близко друг к другу, как будто их стены хотели наконец обняться. Остановились они в маленьком, безлюдном дворе – несколько велосипедов, поблескивающих спицами в темноте, мусорные баки в углу и белая шторка маячит в темноте за решеткой окна.
Теперь они стояли рядом, но не так близко, чтобы касаться друг друга – он оперся спиной о решетку, и, склонив голову набок, слушал ее. Она стояла, то чуть придвигая свою руку к его, то, наоборот, отодвигая – если не приглядываться, то в фонарном свете мне казалось, что на их запястья надета эластичная резинка, что-то невидимое, что не позволяет ей мягко отвести руку, улыбнуться и войти вовнутрь, а ему – одним движением поднять рюкзак с земли, закинуть его на плечо и прыгучим шагом выйти со двора.
Они просто стояли рядом, две фигуры внутри высокого стакана, на самом донышке – а я смотрел на них и думал, чем же так примечателен этот вечер.
Сколько людей в этом городе ищут то небольшое, что висит, распыленное в малой концентрации, на дне этого двора – сколько нашли его и потом потеряли, и я вижу, как другие потеряли, как кричат друг на друга, как плачут, как отодвигаются на другой край кровати.
Она могла бы подойти к нему очень близко, он мог бы взять ее за руку, и пальцы бы чуть коснулись друг друга. Они могли бы вместе подняться на лифте, хихикая под ярким светом и считая этажи. Ночь могла бы литься через открытые окна, душная, безветренная летняя ночь, с гулом самолетов в небе, розоватой подпалинкой, дыханием, которое прерывается на полувздохе. Нежным и чуть потертым велюром на краю дивана – ночь могла бы накрыть их прямо там, в этом отрезке малоизученного, когда хочется только допить свой стакан, рывком запрокинуть голову и солеными губами впитать то, что осталось.
Я шел прочь и думал о том, что все происходит слишком быстро. Она смеялась так, как будто знала, зачем она так торопится – чтобы добавить в напиток огня, поднести зажигалку и смотреть, как он горит. Игла того, как можно воспламенить их, заставить прекратить думать – сколько я видел женщин, которые подсаживались на это чувство, женщин, сведенных до открытых намазанных красным ртов, грудей, сжатых слишком короткой юбкой ляжек. Когда я спускаюсь вниз, то прохожу мимо них, как между связок дров. Что заставляет их спешить, выкладывать свои богатства на прилавок, пока я не прошел мимо?
Это мощная педаль, хочу сказать ей я – не нажимай на нее раньше, чем следует. Их так много – опьяненных тем, какое оружие оказалось у них в руках, настолько, что они перестают думать о чем-либо другом, кроме как полировать его и любовно проводить по лезвию пальчиком. Другие инструменты тупятся и сыреют, и приходят в негодность, а они ловят и ловят этим лассо, пускают его в ход, зная, что если он и колеблется, заложив руки в карманы и смотря вопросительно, как будто готовясь уйти – когда вперед выбрасывается веревочное кольцо, устоять он не сможет.
Не приторговывай этим, хочу я ей сказать. Не спеши. Не пользуй, как инструмент, чтобы достать с дальней полки то, что ты хочешь. Это забавно иногда, дразнить и красоваться, но одиночество, хочу сказать ей я, всегда будет с тобой. Тебе не удастся от него убежать, не удастся уйти. Кто-то будет с тобой рядом, но смотреть на мир ты все равно будешь так, как смотрела сегодня в кафе – растерянно и одновременно сосредоточенно, как будто ты одна и тебе надо найти в этом мире что-то такое, что объяснит тебе, почему.
Она могла бы подойти к нему очень близко, он мог бы взять ее за руку, и пальцы бы чуть коснулись друг друга. Они могли бы вместе подняться на лифте, хихикая под ярким светом и считая этажи. Ночь могла бы литься через открытые окна, душная, безветренная летняя ночь, с гулом самолетов в небе, розоватой подпалинкой, дыханием, которое прерывается на полувздохе. Нежным и чуть потертым велюром на краю дивана – ночь могла бы накрыть их прямо там, в этом отрезке малоизученного, когда хочется только допить свой стакан, рывком запрокинуть голову и солеными губами впитать то, что осталось.
Я шел прочь и думал о том, что все происходит слишком быстро. Она смеялась так, как будто знала, зачем она так торопится – чтобы добавить в напиток огня, поднести зажигалку и смотреть, как он горит. Игла того, как можно воспламенить их, заставить прекратить думать – сколько я видел женщин, которые подсаживались на это чувство, женщин, сведенных до открытых намазанных красным ртов, грудей, сжатых слишком короткой юбкой ляжек. Когда я спускаюсь вниз, то прохожу мимо них, как между связок дров. Что заставляет их спешить, выкладывать свои богатства на прилавок, пока я не прошел мимо?
Это мощная педаль, хочу сказать ей я – не нажимай на нее раньше, чем следует. Их так много – опьяненных тем, какое оружие оказалось у них в руках, настолько, что они перестают думать о чем-либо другом, кроме как полировать его и любовно проводить по лезвию пальчиком. Другие инструменты тупятся и сыреют, и приходят в негодность, а они ловят и ловят этим лассо, пускают его в ход, зная, что если он и колеблется, заложив руки в карманы и смотря вопросительно, как будто готовясь уйти – когда вперед выбрасывается веревочное кольцо, устоять он не сможет.
Не приторговывай этим, хочу я ей сказать. Не спеши. Не пользуй, как инструмент, чтобы достать с дальней полки то, что ты хочешь. Это забавно иногда, дразнить и красоваться, но одиночество, хочу сказать ей я, всегда будет с тобой. Тебе не удастся от него убежать, не удастся уйти. Кто-то будет с тобой рядом, но смотреть на мир ты все равно будешь так, как смотрела сегодня в кафе – растерянно и одновременно сосредоточенно, как будто ты одна и тебе надо найти в этом мире что-то такое, что объяснит тебе, почему.
🔥1
Ваша роль в оргии
А вот и весёленький текст 😄
Я уже писала, кажется, что люблю зайти на американский форум под названием "реддит" (шестой по посещаемости сайт США, на минуточку).
Там есть один из самых популярных подфорумов, который помещают около миллиона человек в месяц минимум, и называется он "Задай реддиту вопрос". Принцип очень простой - можно опубликовать любой вопрос, а самые популярные выйдут в топ, и на них ответят в прямом смысле сотни тысяч человек со всего мира.
Это еще и нескончаемый источник идей и новой информации - просто потому, что отвечают и спрашивают самые разные люди, домохозяйки, медсестры, наркоманы, офисные работники, отсидевшие, тинейджеры... да вообще все, кого можно представить себе, от 10 до 80 лет.
Забавно, как самые интересные вопросы редко такие уж глубокие (вроде "В чем, как вы думаете, смысл жизни?" - тут есть риск получить много однообразных ответов), и не те, что с прицелом на конкретную историю ("Самое страшное, что вы видели? Самый странный фетиш, который вы встречали? Самый очевидный намек на секс, который вы пропустили?"), и не те, что трансформируются в рекомендации ("Лучший фильм всех времен и народов, который вы пересматриваете каждый год?").
Самые интересные для меня - это либо те, которые я называю "вопросами поддержки" ("Одинокие люди реддита, как вы себя сегодня чувствуете?"), либо вопросы вообще без категории, которые проходят по категории странных, но дают жутко интересные ответы ("Как вы представляете себе в голове время? Календарь, школьный дневник, круг часов, по-другому?")
Мое внимание недавно привлек один вопрос, который проходил по категории очень странных, но забавных одновременно.
Он звучал как: "Ваша роль в оргии - какой бы она была?"
Ответов было множество, и все офигенные.
1. "Знаете это беспокойство, когда учитель на физре говорит "разбейтесь на пары", а вы вжимаетесь в угол, потому что знаете, что никто не захочет вставать с вами в пару?
Я в оргии точно был бы тем, кто бы грустно ходил в поисках кого-нибудь, думая: "Черт, лучше бы остался дома"".
2. "Тот, что случайно заходит не в ту комнату, а потом задом пятится обратно к выходу, надеясь, что его никто не заметил".
3. "Специалист по пожарной безопасности. Свеч слишком много. Пожарных выходов слишком мало. Периметр не соблюден. Где светящееся табло?"
4. "Ну... я могу объявлять людей по их нику на порнхабе, когда они входят в комнату? Как насчет этого? Что-то типа метрдотеля".
5. "Не слышал такого названия игры. "Оргия"? Ну, может лекарь? Саппорт всегда нужен."
6. "Знаете, как смех и аплодисменты аудитории записываются в тех местах, где они нужны? Я был бы на заднем плане, как в телешоу, и смеялся бы когда надо".
7. "Координация и логистика. Я бы следил, чтобы никто не ушел обиженным. Командная работа!".
8. "Я тот парень, кто ушел бы домой еще до начала. Всегда так делаю."
9. "Буду следить за тем, чтобы все пили воду - не хватало еще того, чтобы кто-нибудь упал в обморок".
10. "Нуууу... например, я могу делать сувениры в форме, хм, ну вы поняли. Всегда приятно сохранить воспоминания о вечеринке, вам так не кажется?"
11. "Будка с секс-просветительскими буклетами в углу! Кто-то должен рассказать им про ВПЧ!"
12. "Мне надо погуглить, как на самом деле связывать людей - можешь подождать 5 минут?"
13. Оператор.
14. Уборщики.
15. Диджей.
16. Сосед, который жалуется на шум.
17. Чувак, которого не пригласили.
18. Чувак, которого не пригласили, но он смотрит запись с телефона.
19. Чувак, которого не пригласили и он три года спустя узнал о том, что вообще это было.
Дальше идет стандартное - те люди, кто ответил на вопрос серьезно.
Вот. Это весь пост. Можно было бы развернуть тут мысль о том, что ваша роль в оргии = ваша роль в жизни, но я что-то сомневаюсь, что готова подбирать под это аргументацию. 😄
А вот и весёленький текст 😄
Я уже писала, кажется, что люблю зайти на американский форум под названием "реддит" (шестой по посещаемости сайт США, на минуточку).
Там есть один из самых популярных подфорумов, который помещают около миллиона человек в месяц минимум, и называется он "Задай реддиту вопрос". Принцип очень простой - можно опубликовать любой вопрос, а самые популярные выйдут в топ, и на них ответят в прямом смысле сотни тысяч человек со всего мира.
Это еще и нескончаемый источник идей и новой информации - просто потому, что отвечают и спрашивают самые разные люди, домохозяйки, медсестры, наркоманы, офисные работники, отсидевшие, тинейджеры... да вообще все, кого можно представить себе, от 10 до 80 лет.
Забавно, как самые интересные вопросы редко такие уж глубокие (вроде "В чем, как вы думаете, смысл жизни?" - тут есть риск получить много однообразных ответов), и не те, что с прицелом на конкретную историю ("Самое страшное, что вы видели? Самый странный фетиш, который вы встречали? Самый очевидный намек на секс, который вы пропустили?"), и не те, что трансформируются в рекомендации ("Лучший фильм всех времен и народов, который вы пересматриваете каждый год?").
Самые интересные для меня - это либо те, которые я называю "вопросами поддержки" ("Одинокие люди реддита, как вы себя сегодня чувствуете?"), либо вопросы вообще без категории, которые проходят по категории странных, но дают жутко интересные ответы ("Как вы представляете себе в голове время? Календарь, школьный дневник, круг часов, по-другому?")
Мое внимание недавно привлек один вопрос, который проходил по категории очень странных, но забавных одновременно.
Он звучал как: "Ваша роль в оргии - какой бы она была?"
Ответов было множество, и все офигенные.
1. "Знаете это беспокойство, когда учитель на физре говорит "разбейтесь на пары", а вы вжимаетесь в угол, потому что знаете, что никто не захочет вставать с вами в пару?
Я в оргии точно был бы тем, кто бы грустно ходил в поисках кого-нибудь, думая: "Черт, лучше бы остался дома"".
2. "Тот, что случайно заходит не в ту комнату, а потом задом пятится обратно к выходу, надеясь, что его никто не заметил".
3. "Специалист по пожарной безопасности. Свеч слишком много. Пожарных выходов слишком мало. Периметр не соблюден. Где светящееся табло?"
4. "Ну... я могу объявлять людей по их нику на порнхабе, когда они входят в комнату? Как насчет этого? Что-то типа метрдотеля".
5. "Не слышал такого названия игры. "Оргия"? Ну, может лекарь? Саппорт всегда нужен."
6. "Знаете, как смех и аплодисменты аудитории записываются в тех местах, где они нужны? Я был бы на заднем плане, как в телешоу, и смеялся бы когда надо".
7. "Координация и логистика. Я бы следил, чтобы никто не ушел обиженным. Командная работа!".
8. "Я тот парень, кто ушел бы домой еще до начала. Всегда так делаю."
9. "Буду следить за тем, чтобы все пили воду - не хватало еще того, чтобы кто-нибудь упал в обморок".
10. "Нуууу... например, я могу делать сувениры в форме, хм, ну вы поняли. Всегда приятно сохранить воспоминания о вечеринке, вам так не кажется?"
11. "Будка с секс-просветительскими буклетами в углу! Кто-то должен рассказать им про ВПЧ!"
12. "Мне надо погуглить, как на самом деле связывать людей - можешь подождать 5 минут?"
13. Оператор.
14. Уборщики.
15. Диджей.
16. Сосед, который жалуется на шум.
17. Чувак, которого не пригласили.
18. Чувак, которого не пригласили, но он смотрит запись с телефона.
19. Чувак, которого не пригласили и он три года спустя узнал о том, что вообще это было.
Дальше идет стандартное - те люди, кто ответил на вопрос серьезно.
Вот. Это весь пост. Можно было бы развернуть тут мысль о том, что ваша роль в оргии = ваша роль в жизни, но я что-то сомневаюсь, что готова подбирать под это аргументацию. 😄
👍4❤2😁1
Свидание 49. Matthis
- Я сейчас читаю Ницше в оригинале
- Ой да не выпендривайся
- Ну, вообще-то я немец...
- А.
Однажды я читала один классный канал про свидания, и один из постов там начинался так:
"Поступили жалобы, что у меня появилась личная жизнь и поэтому я перестала писать истории. Спешу развеять возможные сомнения — это все клевета."
Лучше вступления нету 😅
Но все же.
Если у вас когда-нибудь возникал вопрос, зачем я продолжаю это делать, если сайты знакомств не работают - они работают.
Еще как работают. И в плане отношений, и в плане дружбы, и в плане просто общения. Последний пример был этим летом, но я осознанно, на самом деле, ухожу от описания подробностей.
(Так же, как от темы секса. Зря, что ли, Быков на лекции про феномен интересного говорил, еда, секс и они сами - это то, что люди всегда будут читать, не отрываясь.
При этом не совпадение, что сексуального напряжения в литературе так много, а самого секса так мало - трудно его описать, грубо не порвав читателю шаблон.
Секс надо переплавлять, отражать, он должен быть между строк - либо, наоборот, как Сорокин, напирать на него как на центральную тему, и тогда все должно быть вокруг секса. Без полумер. И авторов, у кого талант на это, миллион.)
Он: кто помнит историю про мраморщика, которому на ногу упал кусок камня и он не смог прийти не свидание? вот, это он. 😅
Матис, 33, немец, перебрался во Францию шесть лет назад, не зная языка, но полный решимости стать если не художником, то работать где-то близко к искусству. Мечта сбылась - днем он работает в мраморной мастерской, а вечером экспериментирует с материалом и делает скульптуры сам, ходит на курсы рисунка, смотрит фильмы шестидесятых годов и читает Ницще в оригинале и "Улисса" (и ему почему-то веришь, хотя от какого-нибудь другого богемного курящего интеллектуала показалось бы, что это болтология).
В последнее время у меня было довольно много не очень красивых моментов, связанных со свиданиями. Обычно я не обижаюсь ни на что и назавтра уже не помню, что там было, но то ли это осень, то ли тот факт, что их несколько подряд:
- парень, который заявил что-то вроде "я тебе только поиграться нужен", плюс обижался на каждую третью фразу
- еще один, у которого была очень интересная работа (крупье в казино на Елисейских полях), после двух (!) вопросов про нее заявил "я сюда пришел секс искать, а ты опять про работу, блин"
- еще несколько, которые посреди разговора просто перестали отвечать
- классика - диалог поддерживают активно, но при этом никуда не зовут
По сумме слагаемых получается отрицательный результат, но я часто себе повторяю - не надо:
1) Взваливать на себя вину за чужое поведение ("я что-то не так сказала", "я что-то не то спросила", "я отвечала недостаточно оперативно", "я плохо выглядела", бла-бла-бла)
2) Рисовать себе сценарии и ждать, что люди в них впишутся.
Никого нельзя заставить что-то сделать, и никому нельзя понравиться насильно.
Ответ на "как сделать так, чтобы он...." --> никак. Никак, черт возьми. Хочет, сам сделает.
Так вот, Матис.
Мы никак не могли состыковаться по времени - он человек спонтанности, а вот я больше по планированию. Пару раз я предлагала куда-нибудь пойти, пару раз предлагал он, и ни разу не получалось - это при том, что мы живем в трех остановках метро друг от друга 🤦♀️
История довольно длинная - мы сматчились один раз, потом он что-то сказанул выпимши и я отматчила (не помню, что это такое было - может быть, предложение позировать голой? хз), а потом совпали во второй, он написал и я далеко не сразу поняла, что это один и тот же человек.
- Я сейчас читаю Ницше в оригинале
- Ой да не выпендривайся
- Ну, вообще-то я немец...
- А.
Однажды я читала один классный канал про свидания, и один из постов там начинался так:
"Поступили жалобы, что у меня появилась личная жизнь и поэтому я перестала писать истории. Спешу развеять возможные сомнения — это все клевета."
Лучше вступления нету 😅
Но все же.
Если у вас когда-нибудь возникал вопрос, зачем я продолжаю это делать, если сайты знакомств не работают - они работают.
Еще как работают. И в плане отношений, и в плане дружбы, и в плане просто общения. Последний пример был этим летом, но я осознанно, на самом деле, ухожу от описания подробностей.
(Так же, как от темы секса. Зря, что ли, Быков на лекции про феномен интересного говорил, еда, секс и они сами - это то, что люди всегда будут читать, не отрываясь.
При этом не совпадение, что сексуального напряжения в литературе так много, а самого секса так мало - трудно его описать, грубо не порвав читателю шаблон.
Секс надо переплавлять, отражать, он должен быть между строк - либо, наоборот, как Сорокин, напирать на него как на центральную тему, и тогда все должно быть вокруг секса. Без полумер. И авторов, у кого талант на это, миллион.)
Он: кто помнит историю про мраморщика, которому на ногу упал кусок камня и он не смог прийти не свидание? вот, это он. 😅
Матис, 33, немец, перебрался во Францию шесть лет назад, не зная языка, но полный решимости стать если не художником, то работать где-то близко к искусству. Мечта сбылась - днем он работает в мраморной мастерской, а вечером экспериментирует с материалом и делает скульптуры сам, ходит на курсы рисунка, смотрит фильмы шестидесятых годов и читает Ницще в оригинале и "Улисса" (и ему почему-то веришь, хотя от какого-нибудь другого богемного курящего интеллектуала показалось бы, что это болтология).
В последнее время у меня было довольно много не очень красивых моментов, связанных со свиданиями. Обычно я не обижаюсь ни на что и назавтра уже не помню, что там было, но то ли это осень, то ли тот факт, что их несколько подряд:
- парень, который заявил что-то вроде "я тебе только поиграться нужен", плюс обижался на каждую третью фразу
- еще один, у которого была очень интересная работа (крупье в казино на Елисейских полях), после двух (!) вопросов про нее заявил "я сюда пришел секс искать, а ты опять про работу, блин"
- еще несколько, которые посреди разговора просто перестали отвечать
- классика - диалог поддерживают активно, но при этом никуда не зовут
По сумме слагаемых получается отрицательный результат, но я часто себе повторяю - не надо:
1) Взваливать на себя вину за чужое поведение ("я что-то не так сказала", "я что-то не то спросила", "я отвечала недостаточно оперативно", "я плохо выглядела", бла-бла-бла)
2) Рисовать себе сценарии и ждать, что люди в них впишутся.
Никого нельзя заставить что-то сделать, и никому нельзя понравиться насильно.
Ответ на "как сделать так, чтобы он...." --> никак. Никак, черт возьми. Хочет, сам сделает.
Так вот, Матис.
Мы никак не могли состыковаться по времени - он человек спонтанности, а вот я больше по планированию. Пару раз я предлагала куда-нибудь пойти, пару раз предлагал он, и ни разу не получалось - это при том, что мы живем в трех остановках метро друг от друга 🤦♀️
История довольно длинная - мы сматчились один раз, потом он что-то сказанул выпимши и я отматчила (не помню, что это такое было - может быть, предложение позировать голой? хз), а потом совпали во второй, он написал и я далеко не сразу поняла, что это один и тот же человек.
❤1
Почему я его вспомнила - он любитель носить рубашки, разрисованные цветами, и на фото профиля был в такой. Ну и история про мрамор - сколько вообще в Париже людей, которые рассказывают тебе про то, как обкатывать заготовки для круглых столов, который весят 60 кг? Мало.
В итоге мы встретились в абсолютно случайный день, из тех, когда ты проснулся в настроении "я кисель, которому надо вытолкать себя за дверь, тащиться на другой конец города, проводить встречи, притворяться живым".
Погода была гаденькая - бесконечный дождь, и понятно, что ни на какое свидание идти я не собиралась - стянула волосы узлом, надела какие-то джинсы, какую-то майку, ветровку и вперед. А потом он написал:
- Ты во сколько заканчиваешь?
Так и получилось, что примерно в том же луке вида "пожеванная мышь" я в восемь тридцать вынырнула из метро Pigalle, где под фонарным светом уже блестели мостовые и он шел мне навстречу - моего роста (это предсказуемо), в кожанке, узковатых джинсах и желтых ботинках.
- Tu vas bien?
Я все время забываю, каким разным может быть город - а это район Монмартра, баров, вокруг которых толпятся бесконечные студенты, богема в замшевых куртках, почти все курят и вообще все пьют. Рядом музеи, клубы, Мулен Руж, холм, на который сверху поставлена церковь Сакре-Кер, метро, из которого выходила Амели, супермаркеты, из которых выходят здешние жители, "кинотеатр для геев", просто кинотеатр, кафе, набитые туристами, где за любое, даже посредственное, блюдо надо заплатить 15 евро минимум.
Ночная жизнь.
По нему видно, что в ней он ориентируется гораздо лучше меня - мы долго идем вверх, и я поражаюсь, какой у него отличный французский. Акцент, понятно, есть, но уровень такой, что в любой компании французов его 100% примут за своего.
Правда, это дает нам странную двойную заслонку - мы оба говорим не на своем родном языке, и это ставит барьер, двойной фильтр между тем, что один сказал, и тем, что другой понял.
Пока мы сидим в одном из кафе, где народу поменьше - за его спиной красная кожа дивана и табличка "Wimbledon", и горит вывеска напротив - я думаю о том, что каждое свидание немного приставляет к тебе зеркало. А тут это зеркало оказалось еще и довольно четким.
За этими его мускулами (еще бы, 7-9 часов физической работы в день) и лукаво сощуренными глазами чувствуется что-то такое твердое, сложно проницаемое. Часть его, которая интересуется искусством, которая что-то создает, и которую он не показывает другим.
Мне жутко хочется расшевелить эту часть, потыкать именно туда палочкой, поэтому я задаю всякие трудные вопросы типа "А искусство можно оценить объективно?", "Тебя не смущает, что у артистов нет карьерной лестницы, и есть риск никогда не стать узнаваемым?", "Тебе не кажется, что цена и востребованность - это еще не признак таланта?", "Ты не боишься, что так и не создашь ничего такого, что было бы лучше уже созданного классиками до тебя?"
Наверное, это немного комплекс. Каждый раз, когда я встречаю кого-нибудь, кто называет себя "артист", то мне сразу же начинает хотеться проверить, хороший он или не очень.
Понятно, что это жутко субъективно, но вся эта тема - когда люди торопятся назвать себя профессионалами, по сути им не являясь (например, писателями, при этом создавая очень среднего качества тексты), меня жутко триггерит.
Немного стыдно, что вместо того, чтобы пошутить или пофлиртовать, я на полном серьезе скрестила руки на груди, повернулась к нему у метро и спросила: "Тебя что, не преследует страх, что ничего нового как художник ты сказать не сможешь?"
Он улыбнулся и сказал, что нет, страх был раньше, а теперь его нет.
- А вон там кафе, где друг Пикассо покончил с собой. Видишь, через перекресток?
- Что, прямо в кафе?
- Ага.
Обняла его на прощание. Прямо напротив кинотеатра для геев.
В итоге мы встретились в абсолютно случайный день, из тех, когда ты проснулся в настроении "я кисель, которому надо вытолкать себя за дверь, тащиться на другой конец города, проводить встречи, притворяться живым".
Погода была гаденькая - бесконечный дождь, и понятно, что ни на какое свидание идти я не собиралась - стянула волосы узлом, надела какие-то джинсы, какую-то майку, ветровку и вперед. А потом он написал:
- Ты во сколько заканчиваешь?
Так и получилось, что примерно в том же луке вида "пожеванная мышь" я в восемь тридцать вынырнула из метро Pigalle, где под фонарным светом уже блестели мостовые и он шел мне навстречу - моего роста (это предсказуемо), в кожанке, узковатых джинсах и желтых ботинках.
- Tu vas bien?
Я все время забываю, каким разным может быть город - а это район Монмартра, баров, вокруг которых толпятся бесконечные студенты, богема в замшевых куртках, почти все курят и вообще все пьют. Рядом музеи, клубы, Мулен Руж, холм, на который сверху поставлена церковь Сакре-Кер, метро, из которого выходила Амели, супермаркеты, из которых выходят здешние жители, "кинотеатр для геев", просто кинотеатр, кафе, набитые туристами, где за любое, даже посредственное, блюдо надо заплатить 15 евро минимум.
Ночная жизнь.
По нему видно, что в ней он ориентируется гораздо лучше меня - мы долго идем вверх, и я поражаюсь, какой у него отличный французский. Акцент, понятно, есть, но уровень такой, что в любой компании французов его 100% примут за своего.
Правда, это дает нам странную двойную заслонку - мы оба говорим не на своем родном языке, и это ставит барьер, двойной фильтр между тем, что один сказал, и тем, что другой понял.
Пока мы сидим в одном из кафе, где народу поменьше - за его спиной красная кожа дивана и табличка "Wimbledon", и горит вывеска напротив - я думаю о том, что каждое свидание немного приставляет к тебе зеркало. А тут это зеркало оказалось еще и довольно четким.
За этими его мускулами (еще бы, 7-9 часов физической работы в день) и лукаво сощуренными глазами чувствуется что-то такое твердое, сложно проницаемое. Часть его, которая интересуется искусством, которая что-то создает, и которую он не показывает другим.
Мне жутко хочется расшевелить эту часть, потыкать именно туда палочкой, поэтому я задаю всякие трудные вопросы типа "А искусство можно оценить объективно?", "Тебя не смущает, что у артистов нет карьерной лестницы, и есть риск никогда не стать узнаваемым?", "Тебе не кажется, что цена и востребованность - это еще не признак таланта?", "Ты не боишься, что так и не создашь ничего такого, что было бы лучше уже созданного классиками до тебя?"
Наверное, это немного комплекс. Каждый раз, когда я встречаю кого-нибудь, кто называет себя "артист", то мне сразу же начинает хотеться проверить, хороший он или не очень.
Понятно, что это жутко субъективно, но вся эта тема - когда люди торопятся назвать себя профессионалами, по сути им не являясь (например, писателями, при этом создавая очень среднего качества тексты), меня жутко триггерит.
Немного стыдно, что вместо того, чтобы пошутить или пофлиртовать, я на полном серьезе скрестила руки на груди, повернулась к нему у метро и спросила: "Тебя что, не преследует страх, что ничего нового как художник ты сказать не сможешь?"
Он улыбнулся и сказал, что нет, страх был раньше, а теперь его нет.
- А вон там кафе, где друг Пикассо покончил с собой. Видишь, через перекресток?
- Что, прямо в кафе?
- Ага.
Обняла его на прощание. Прямо напротив кинотеатра для геев.
👍1
*****!
Прочитала тут недавно пост про то, как строить коммуникацию, если коллеги, даже те, кто вам до этого нравился, начали вас бесить.
Понятно, что любой психолог спросит - слушайте, Ксения, а может подумать о том, почему они вдруг стали так вас раздражать?
И ответ довольно простой, на самом деле - потому что трещина, которая пролегает между тем, что сейчас происходит в России, и тем, как живет "сытое" (ух, не люблю это слово) и спокойное европейское общество, достигла таких больших размеров, что уже и слов нет, чтобы объяснить.
Скажи французскому мужчине, что ему прямо сейчас пришлют повестку - он смотрит на тебя так, как будто бы ты ему говоришь, что его в космический корабль засунут, и стартанут в сторону Луны.
У меня был не один разговор, когда после слова "тюрьма" человек начинал смеяться, думая, что я преувеличиваю или шучу.
Когда кто-то в офисе позади тебя жалуется на то, что велодорожек мало, или что у его или ее безумно привилегированных детей проблемы в их безумно привилегированной школе, где обучение стоит несколько десятков тысяч евро в год, или что их дом в отдаленном регионе страны требует починки, или еще что-нибудь такое, типа офис холодный или кофе невкусный, ты думаешь БЛЯ. Заткнись. У тебя нет никаких проблем, и никогда не будет никаких проблем, потому что ты, как говорит одна цитата, "живешь в раю, но жалуешься так, как будто это ад".
Ты не представляешь, что такое очереди на границе, страх, ужас, снова страх, тревога, ожидание виз, отказы в визах, потеря работы и поиски ее в сумасшедшем темпе, а откликов нет. Неработающие денежные переводы, неработающие сервисы почты и посылок, остановившийся бизнес, дикие цены просто за то, чтобы взять, черт подери, билет, или дату на подачу документов, или чтобы сжалились и распечатали тебе одну бумажку.
И бесконечное напряжение. И бесконечное давление, чтобы находить решения быстрее, а ты не можешь находить решения еще быстрее, когда на тебя весь год без перерыва катится гребаный административный каток, а ты убегаешь от него, как зайчик от волка, но бежишь все медленнее.
Или не административный каток, а просто что-нибудь еще, от чего ты убегаешь. Потому что почти все бегут куда-нибудь или от чего-нибудь. Если не они, так их близкие, их друзья, их знакомые. Когда вы последний раз видели человека, который сказал бы "не, у меня все хорошо?".
И потом тебя спрашивает какой-нибудь клерк в магазине или водитель в экономе, что ты думаешь про... (вставьте фамилию или топоним).
Или тебе надо идти на корпоратив и там что-то сделать со своим лицом, иначе люди будут комментировать, спрашивать, что с тобой случилось, а чтобы не комментировали и не спрашивали, вариант только надеть на голову бумажный пакет, как Шайя Лабаф в свои лучшие времена.
Поэтому ты не идешь на корпоратив.
Не приходишь в офис.
Скрежещешь зубами, когда тебя кто-то бесит до такой степени, что хочется позвонить и наорать "А нельзя начать пользоваться мозгом, уважаемый?!".
Берешь отгул, чтобы успокоиться. В него все равно бегаешь по инстанциям - столько свободного времени, жалко упускать.
Пьешь успокоительные. (Это как тот мем - для этого, дети, придумали колеса, и не те колеса, которые двигают повозку вперед).
Читаешь посты в стиле "как позаботиться о себе в тяжелые времена".
С грехом пополам перебираешь ногами по беговой дорожке.
Читаешь инструкцию на Медузе, как выжить во время ядерного взрыва.
Сидишь в смотришь в одну точку.
Думаешь, не поехал ли ты крышей или это так, сегодня еще поживешь с грудной клеткой, зажатой между двумя дверьми, а завтра пройдет.
Все, что тут описано - даже не близко к тем людям, кого происходящее касается прямо. Я еще в том кругу, который очень, очень далеко от кирпича, который швырнули в воду. А французы еще на 100 кругов дальше. И они не виноваты, что они там.
В их реальности мало что поменялось, кроме цен и очередей в префектуру, которые всегда были длинные, а теперь стали еще длиннее.
Но бесит ужасно.
Прочитала тут недавно пост про то, как строить коммуникацию, если коллеги, даже те, кто вам до этого нравился, начали вас бесить.
Понятно, что любой психолог спросит - слушайте, Ксения, а может подумать о том, почему они вдруг стали так вас раздражать?
И ответ довольно простой, на самом деле - потому что трещина, которая пролегает между тем, что сейчас происходит в России, и тем, как живет "сытое" (ух, не люблю это слово) и спокойное европейское общество, достигла таких больших размеров, что уже и слов нет, чтобы объяснить.
Скажи французскому мужчине, что ему прямо сейчас пришлют повестку - он смотрит на тебя так, как будто бы ты ему говоришь, что его в космический корабль засунут, и стартанут в сторону Луны.
У меня был не один разговор, когда после слова "тюрьма" человек начинал смеяться, думая, что я преувеличиваю или шучу.
Когда кто-то в офисе позади тебя жалуется на то, что велодорожек мало, или что у его или ее безумно привилегированных детей проблемы в их безумно привилегированной школе, где обучение стоит несколько десятков тысяч евро в год, или что их дом в отдаленном регионе страны требует починки, или еще что-нибудь такое, типа офис холодный или кофе невкусный, ты думаешь БЛЯ. Заткнись. У тебя нет никаких проблем, и никогда не будет никаких проблем, потому что ты, как говорит одна цитата, "живешь в раю, но жалуешься так, как будто это ад".
Ты не представляешь, что такое очереди на границе, страх, ужас, снова страх, тревога, ожидание виз, отказы в визах, потеря работы и поиски ее в сумасшедшем темпе, а откликов нет. Неработающие денежные переводы, неработающие сервисы почты и посылок, остановившийся бизнес, дикие цены просто за то, чтобы взять, черт подери, билет, или дату на подачу документов, или чтобы сжалились и распечатали тебе одну бумажку.
И бесконечное напряжение. И бесконечное давление, чтобы находить решения быстрее, а ты не можешь находить решения еще быстрее, когда на тебя весь год без перерыва катится гребаный административный каток, а ты убегаешь от него, как зайчик от волка, но бежишь все медленнее.
Или не административный каток, а просто что-нибудь еще, от чего ты убегаешь. Потому что почти все бегут куда-нибудь или от чего-нибудь. Если не они, так их близкие, их друзья, их знакомые. Когда вы последний раз видели человека, который сказал бы "не, у меня все хорошо?".
И потом тебя спрашивает какой-нибудь клерк в магазине или водитель в экономе, что ты думаешь про... (вставьте фамилию или топоним).
Или тебе надо идти на корпоратив и там что-то сделать со своим лицом, иначе люди будут комментировать, спрашивать, что с тобой случилось, а чтобы не комментировали и не спрашивали, вариант только надеть на голову бумажный пакет, как Шайя Лабаф в свои лучшие времена.
Поэтому ты не идешь на корпоратив.
Не приходишь в офис.
Скрежещешь зубами, когда тебя кто-то бесит до такой степени, что хочется позвонить и наорать "А нельзя начать пользоваться мозгом, уважаемый?!".
Берешь отгул, чтобы успокоиться. В него все равно бегаешь по инстанциям - столько свободного времени, жалко упускать.
Пьешь успокоительные. (Это как тот мем - для этого, дети, придумали колеса, и не те колеса, которые двигают повозку вперед).
Читаешь посты в стиле "как позаботиться о себе в тяжелые времена".
С грехом пополам перебираешь ногами по беговой дорожке.
Читаешь инструкцию на Медузе, как выжить во время ядерного взрыва.
Сидишь в смотришь в одну точку.
Думаешь, не поехал ли ты крышей или это так, сегодня еще поживешь с грудной клеткой, зажатой между двумя дверьми, а завтра пройдет.
Все, что тут описано - даже не близко к тем людям, кого происходящее касается прямо. Я еще в том кругу, который очень, очень далеко от кирпича, который швырнули в воду. А французы еще на 100 кругов дальше. И они не виноваты, что они там.
В их реальности мало что поменялось, кроме цен и очередей в префектуру, которые всегда были длинные, а теперь стали еще длиннее.
Но бесит ужасно.
👍1
Остановка по требованию
Замечали когда-нибудь, что, когда люди начинают вести дневник - например, создания своего бизнеса, или свиданий, или сброса лишнего веса - то в начале всегда энтузиазм и частые посты, картинки с прогрессом, цифры, а потом, когда наступает период, где реально тяжело, активность потихоньку сходит на нет?
Это я не в упрек говорю, это реальный психологический феномен - в начале любой диеты или фитнес-режима энтузиазма всегда целый фейерверк, от которого к концу первого-второго месяца остается хорошо если пара лежалых спичек.
Отсюда и эта фраза, что профессионалы - это любители, которые не бросили.
Все дело в том, что в процессе достижения цели всегда есть момент, а то и целый долгий период большого психологического выгорания и черных дней, когда кажется, что ты застрял, как Винни-Пух, и ни черта у тебя не получается, и до желаемого результата ты никогда не дойдешь. Ни-ког-да.
И тут можно подставить любой результат - хоть отношения; хоть вес; хоть законченную картину, альбом, рукопись; хоть даже и зачатие ребенка, или новую работу, или ремиссию от болезни.
И в этот-то момент тексты о том, как идет прогресс, и поддержка нужны больше всего. В этот момент человек отчаивается, бросает, откладывает. Думает "ну нахрен". Дорога оказалась слишком длинной и слишком трудной, или он много раз подряд вляпался в отрицательный результат.
И внешние факторы - бумажки, цифра на весах, другие люди, отражение в зеркале, письма в почте, тесты на беременность - ему это подтверждают.
Это я к чему? К тому, что около 6 месяцев на сайте знакомств наступает некий срок выгорания.
От того, что постоянная карусель людей.
От того, что разговоры плюс минус об одном и том же.
От того, что интересные переписки загибаются на ровном месте.
От того, что люди, когда ты не оправдала их ожиданий, просто удаляют пару.
От того, что на встречу временами приходится просто клещами вытаскивать (хотя я пытаюсь избавиться от этой вредной привычки - скоро на лбу придется вытатуировать "если ты настаиваешь, значит настаивать не надо").
От того, что вообще любое сообщение может быть воспринято как "Ха-ха, попалась, переспать со мной хочешь, да?".
Хотя все это - нормально. Ты не обязана оправдывать их ожидания, они не обязаны что-то объяснять.
Тут есть понятные варианты:
1) Уйти с СЗ совсем.
2) Резко поменять формат (перейти на те сайты, где встреча в течение трех дней или ничего; или на те, где всегда надо писать первой - хотя мне по-прежнему кажется, что так хорошо, как в США, это не работает больше нигде, просто по культурным причинам).
3) Перепридумать свой профиль.
4) Поменять частоту заходов (например, ввести "родительский контроль" - 2 раза в неделю и баста; остальное время заполнять более интересными планами в реальном, а не виртуальном мире).
Такую вот остановку по требованию на самом деле тяжело признать - но надо, потому что в этот момент "смешные истории" незаметно превращаются в "ааа, я готова зарыдать, почему мне так не везет, уаааа".
И потом, сами смешные истории лепятся друг к другу, как пельмешки, и получается нечленораздельная масса:
- уааа, стильный фотограф, который по совместительству работает продавцом пылесосов и проходит в день по 17 км, просто исчез
- уааа, программист с фото профиля в опенспейсе, которому я написала содержательное последнее сообщение, взял и исчез тоже
- уааа, эйчар в логистике, который вначале завел разговор о том, что его сестра собирается повторить челлендж в тиктоке, когда она свяжет его по рукам и ногам скотчем (!), положит на пол (!!), а ему надо будет встать и развязаться.
(несмотря на мое относительно угрюмое настроение, тянет пошутить "я видел порно, которое так же начиналось").
В общем, я поддерживала разговор, поддерживала, пока товарищ не начал меня спрашивать, прибавляя к каждой фразе "лол", не свяжу ли я его (лол), а то у него самого скотча нет (лол), и он не знает, сможет ли подняться с пола (лол), и вообще, проиграть так не хочется (лол).
А потом удалил пару.
Замечали когда-нибудь, что, когда люди начинают вести дневник - например, создания своего бизнеса, или свиданий, или сброса лишнего веса - то в начале всегда энтузиазм и частые посты, картинки с прогрессом, цифры, а потом, когда наступает период, где реально тяжело, активность потихоньку сходит на нет?
Это я не в упрек говорю, это реальный психологический феномен - в начале любой диеты или фитнес-режима энтузиазма всегда целый фейерверк, от которого к концу первого-второго месяца остается хорошо если пара лежалых спичек.
Отсюда и эта фраза, что профессионалы - это любители, которые не бросили.
Все дело в том, что в процессе достижения цели всегда есть момент, а то и целый долгий период большого психологического выгорания и черных дней, когда кажется, что ты застрял, как Винни-Пух, и ни черта у тебя не получается, и до желаемого результата ты никогда не дойдешь. Ни-ког-да.
И тут можно подставить любой результат - хоть отношения; хоть вес; хоть законченную картину, альбом, рукопись; хоть даже и зачатие ребенка, или новую работу, или ремиссию от болезни.
И в этот-то момент тексты о том, как идет прогресс, и поддержка нужны больше всего. В этот момент человек отчаивается, бросает, откладывает. Думает "ну нахрен". Дорога оказалась слишком длинной и слишком трудной, или он много раз подряд вляпался в отрицательный результат.
И внешние факторы - бумажки, цифра на весах, другие люди, отражение в зеркале, письма в почте, тесты на беременность - ему это подтверждают.
Это я к чему? К тому, что около 6 месяцев на сайте знакомств наступает некий срок выгорания.
От того, что постоянная карусель людей.
От того, что разговоры плюс минус об одном и том же.
От того, что интересные переписки загибаются на ровном месте.
От того, что люди, когда ты не оправдала их ожиданий, просто удаляют пару.
От того, что на встречу временами приходится просто клещами вытаскивать (хотя я пытаюсь избавиться от этой вредной привычки - скоро на лбу придется вытатуировать "если ты настаиваешь, значит настаивать не надо").
От того, что вообще любое сообщение может быть воспринято как "Ха-ха, попалась, переспать со мной хочешь, да?".
Хотя все это - нормально. Ты не обязана оправдывать их ожидания, они не обязаны что-то объяснять.
Тут есть понятные варианты:
1) Уйти с СЗ совсем.
2) Резко поменять формат (перейти на те сайты, где встреча в течение трех дней или ничего; или на те, где всегда надо писать первой - хотя мне по-прежнему кажется, что так хорошо, как в США, это не работает больше нигде, просто по культурным причинам).
3) Перепридумать свой профиль.
4) Поменять частоту заходов (например, ввести "родительский контроль" - 2 раза в неделю и баста; остальное время заполнять более интересными планами в реальном, а не виртуальном мире).
Такую вот остановку по требованию на самом деле тяжело признать - но надо, потому что в этот момент "смешные истории" незаметно превращаются в "ааа, я готова зарыдать, почему мне так не везет, уаааа".
И потом, сами смешные истории лепятся друг к другу, как пельмешки, и получается нечленораздельная масса:
- уааа, стильный фотограф, который по совместительству работает продавцом пылесосов и проходит в день по 17 км, просто исчез
- уааа, программист с фото профиля в опенспейсе, которому я написала содержательное последнее сообщение, взял и исчез тоже
- уааа, эйчар в логистике, который вначале завел разговор о том, что его сестра собирается повторить челлендж в тиктоке, когда она свяжет его по рукам и ногам скотчем (!), положит на пол (!!), а ему надо будет встать и развязаться.
(несмотря на мое относительно угрюмое настроение, тянет пошутить "я видел порно, которое так же начиналось").
В общем, я поддерживала разговор, поддерживала, пока товарищ не начал меня спрашивать, прибавляя к каждой фразе "лол", не свяжу ли я его (лол), а то у него самого скотча нет (лол), и он не знает, сможет ли подняться с пола (лол), и вообще, проиграть так не хочется (лол).
А потом удалил пару.
👍1
Продуктивность my ass
Это снова я, со своим микрофончиком о том, что делать, когда все плохо, а делать нечего.
Вот подумала в августе "Неплохо было бы написать в итогах года (да, я зачем-то планирую пост об итогах года в августе) - вторая половина 2022 оказалась на порядок лучше первой!"
Но нет, но нет.
Не знаю, как это получше описать, но я уже давно поняла, что эмоциональными переживаниями могу сама себя довести до физических болезней. Стоит чуть-чуть пережать и привет - какой период жизни не возьми, у меня есть история из ряда "ой, была такая-то проблема со здоровьем, а потом период несчастья кончился, и оно само прошло".
В том же Мадриде, например, у меня в какой-то момент начало дико болеть и ломить в спине - до такой степени, что, помню, гружу данные в базу (жутко нудная работа, с наименованием колонок, подсчетом их количества, форматированием таблиц и т.п.) и в буквальном смысле подвываю. Или - беговая травма вообще с пустого места, из-за которой я пришла к травматологу, как краб, боком.
В общем, "накрыло по полной" для меня значит еще и здоровье, а крушение такового значит крушение режима тренировок, а также работы - для того, чтобы участвовать в своих обычных 3-5 встречах в день, нужен определенный уровень энергии, а он с "полный бак" съехал до "красная лампочка мигает". А рабочее колесико вращается все быстрее и быстрее же - осень, все торопятся впихнуть, что могут, до конца года.
Вообще этот феномен - когда ты работу любишь, но понимаешь, что у тебя бензин заканчивается, и на той скорости, которой от тебя требуют, ехать уже не вариант - не нов. Классифицируется это или нет под шапку "выгорание", я не знаю, но в любом случае надо придумать, что делать.
Давление, которое оказывает человек сам на себя. Вот это на самом деле корень всего. Такое встроенное, не отключаемое, постоянное чувство того, что у тебя есть еще дела, что ты должен делать больше, что ты что-то забыл. Помноженное на то, что каждую встречу надо проводить "на ура", что после себя надо оставлять пустой инбокс входящих писем, что надо отвечать на все, что тебя спрашивают, и на все сообщения, которые летят в твою сторону. Плюс - если у тебя есть коллеги или подчиненные, кто постоянно что-то забывает, то ты-то ничего не забываешь и считаешь своим долгом помнить и за них тоже.
Guess what - нервная система говорит "стоп". От постоянного потока входящих писем и сообщений, которые ты еще и проверяешь каждые 15 минут, начинает мутить в голове и хочется бросить компьютер и отбежать от него на безопасное расстояние.
Короткие встречи и перебивки внимания. Про deep work уже написано достаточно, Кэл Ньюпорт даже целую книжку накатал про это (основная мысль которой, справедливости ради, укладывается странички в три).
Но там, в этой самой книжке, он приводит пример ученого, который часть года вообще никому не отвечает и не ведет пары, потому что работает над статьями, а часть года наоборот, отвечает всем желающим и регулярно появляется в офисе. Там же есть простая, но правильная мысль о том, что продуктивность это не про "что я выбираю сделать", а про то, "что я выбираю не делать".
Короткие встречи, которые постоянно перебивают концентрацию и уводят внимание на себя, особенно когда они разбросаны по рабочему дню - зло. В рамках одного дня не зло, но в рамках недели, двух, пяти - зло, потому что надо либо начать от них отказываться, либо начинать очень рано, часов эдак в семь, чтобы поработать над тем, что требует настоящей концентрации.
И потом, реагирование на работу других - ответы на вопросы, глубокие комментарии, когда кто-то обращается к тебе с проблемой, которую не может решить самостоятельно - тоже требует сил. И куда больших, чем просто заглянуть, посмотреть и ответить.
Это снова я, со своим микрофончиком о том, что делать, когда все плохо, а делать нечего.
Вот подумала в августе "Неплохо было бы написать в итогах года (да, я зачем-то планирую пост об итогах года в августе) - вторая половина 2022 оказалась на порядок лучше первой!"
Но нет, но нет.
Не знаю, как это получше описать, но я уже давно поняла, что эмоциональными переживаниями могу сама себя довести до физических болезней. Стоит чуть-чуть пережать и привет - какой период жизни не возьми, у меня есть история из ряда "ой, была такая-то проблема со здоровьем, а потом период несчастья кончился, и оно само прошло".
В том же Мадриде, например, у меня в какой-то момент начало дико болеть и ломить в спине - до такой степени, что, помню, гружу данные в базу (жутко нудная работа, с наименованием колонок, подсчетом их количества, форматированием таблиц и т.п.) и в буквальном смысле подвываю. Или - беговая травма вообще с пустого места, из-за которой я пришла к травматологу, как краб, боком.
В общем, "накрыло по полной" для меня значит еще и здоровье, а крушение такового значит крушение режима тренировок, а также работы - для того, чтобы участвовать в своих обычных 3-5 встречах в день, нужен определенный уровень энергии, а он с "полный бак" съехал до "красная лампочка мигает". А рабочее колесико вращается все быстрее и быстрее же - осень, все торопятся впихнуть, что могут, до конца года.
Вообще этот феномен - когда ты работу любишь, но понимаешь, что у тебя бензин заканчивается, и на той скорости, которой от тебя требуют, ехать уже не вариант - не нов. Классифицируется это или нет под шапку "выгорание", я не знаю, но в любом случае надо придумать, что делать.
Давление, которое оказывает человек сам на себя. Вот это на самом деле корень всего. Такое встроенное, не отключаемое, постоянное чувство того, что у тебя есть еще дела, что ты должен делать больше, что ты что-то забыл. Помноженное на то, что каждую встречу надо проводить "на ура", что после себя надо оставлять пустой инбокс входящих писем, что надо отвечать на все, что тебя спрашивают, и на все сообщения, которые летят в твою сторону. Плюс - если у тебя есть коллеги или подчиненные, кто постоянно что-то забывает, то ты-то ничего не забываешь и считаешь своим долгом помнить и за них тоже.
Guess what - нервная система говорит "стоп". От постоянного потока входящих писем и сообщений, которые ты еще и проверяешь каждые 15 минут, начинает мутить в голове и хочется бросить компьютер и отбежать от него на безопасное расстояние.
Короткие встречи и перебивки внимания. Про deep work уже написано достаточно, Кэл Ньюпорт даже целую книжку накатал про это (основная мысль которой, справедливости ради, укладывается странички в три).
Но там, в этой самой книжке, он приводит пример ученого, который часть года вообще никому не отвечает и не ведет пары, потому что работает над статьями, а часть года наоборот, отвечает всем желающим и регулярно появляется в офисе. Там же есть простая, но правильная мысль о том, что продуктивность это не про "что я выбираю сделать", а про то, "что я выбираю не делать".
Короткие встречи, которые постоянно перебивают концентрацию и уводят внимание на себя, особенно когда они разбросаны по рабочему дню - зло. В рамках одного дня не зло, но в рамках недели, двух, пяти - зло, потому что надо либо начать от них отказываться, либо начинать очень рано, часов эдак в семь, чтобы поработать над тем, что требует настоящей концентрации.
И потом, реагирование на работу других - ответы на вопросы, глубокие комментарии, когда кто-то обращается к тебе с проблемой, которую не может решить самостоятельно - тоже требует сил. И куда больших, чем просто заглянуть, посмотреть и ответить.
❤1💯1
Реактивная работа VS проактивная работа. Эту мысль я услышала в этом вот видео, где исследователь Джош Вейтскин объясняет, что день может быть посвящен реактивной работе - то есть ответам на то, что "бросают" тебе другие люди, а может быть проактивной работой - тому, что ты сам создаешь и что работает на то, чтобы достичь целей, которые ты сам перед собой поставил.
И фрустрация на работе, в том числе моя, немало связана именно с этим - с тем, что ты постоянно занят, потому что без передыха отвечаешь, отвечаешь, и отвечаешь на то, чего от тебя хотят другие люди (особо не классифицируя, кстати, важно это или нет - ошибка номер один), при этом когда смотришь на то, двинулись ли важные лично тебе проекты вперед, или сделал ли ты какую-то более глубокую работу, над которой надо было подумать - эээ... нет, не сделал. Откуда взять время, если ты постоянно читаешь почту?
На самом деле это такая ловушка - человеку свойственно ждать реакции от других, положительной, или нет, вообще какой-нибудь. И часто ты ловишь себя просто на том, чтобы проверять, не отреагировал ли кто-то как-то, обсессивно считать, сколько раз, пытаться понять, почему именно так и что тебе исправить, беспокоишься, понял ли он все, а если не понял, то негодуешь... и т.д. и т.п. Это я пишу и про соцсети, и про работу.
Работа "в нагрузку" и работа "в удовольствие". Есть вещи, которые, что называется, labor of love - да, это работа, при этом она не воспринимается как таковая. Как-то не приходит в голову читать человекочасы, прикидывать, во сколько это встанет денег, не перестать ли это делать, не отдать ли кому-то другому, да и просто - кайф от нее перекрывает усилия. Меткое определение, увиденное недавно в сторис - работа, которая заряжает, и работа, которая разряжает.
Вот например тексты являются для меня той работой, которая заряжает. Не только они - встречи с приятными мне коллегами, придумывание чего-нибудь также заряжают. А вот, например, написание кода, или создание слайдов, или нудные перепроверки, где надо вникнуть и сказать, где все пошло не так - наоборот.
В идеале оба виды должны быть сбалансированы, иначе влетаем в ситуацию "А что из этого ты хочешь делать?" - " А ничего". - "А зачем вообще пришла на работу тогда?".
В общем, опять получился пост, который начинался так, как будто я буду давать какие-то советы (ха), а в итоге советы я давала исключительно самой себе.
Что ж.
И фрустрация на работе, в том числе моя, немало связана именно с этим - с тем, что ты постоянно занят, потому что без передыха отвечаешь, отвечаешь, и отвечаешь на то, чего от тебя хотят другие люди (особо не классифицируя, кстати, важно это или нет - ошибка номер один), при этом когда смотришь на то, двинулись ли важные лично тебе проекты вперед, или сделал ли ты какую-то более глубокую работу, над которой надо было подумать - эээ... нет, не сделал. Откуда взять время, если ты постоянно читаешь почту?
На самом деле это такая ловушка - человеку свойственно ждать реакции от других, положительной, или нет, вообще какой-нибудь. И часто ты ловишь себя просто на том, чтобы проверять, не отреагировал ли кто-то как-то, обсессивно считать, сколько раз, пытаться понять, почему именно так и что тебе исправить, беспокоишься, понял ли он все, а если не понял, то негодуешь... и т.д. и т.п. Это я пишу и про соцсети, и про работу.
Работа "в нагрузку" и работа "в удовольствие". Есть вещи, которые, что называется, labor of love - да, это работа, при этом она не воспринимается как таковая. Как-то не приходит в голову читать человекочасы, прикидывать, во сколько это встанет денег, не перестать ли это делать, не отдать ли кому-то другому, да и просто - кайф от нее перекрывает усилия. Меткое определение, увиденное недавно в сторис - работа, которая заряжает, и работа, которая разряжает.
Вот например тексты являются для меня той работой, которая заряжает. Не только они - встречи с приятными мне коллегами, придумывание чего-нибудь также заряжают. А вот, например, написание кода, или создание слайдов, или нудные перепроверки, где надо вникнуть и сказать, где все пошло не так - наоборот.
В идеале оба виды должны быть сбалансированы, иначе влетаем в ситуацию "А что из этого ты хочешь делать?" - " А ничего". - "А зачем вообще пришла на работу тогда?".
В общем, опять получился пост, который начинался так, как будто я буду давать какие-то советы (ха), а в итоге советы я давала исключительно самой себе.
Что ж.
❤2
Свидание 50. Nicolas
Так-так. Что бы написать, пока бултыхаешься в серой жиже.
Юбилейное свидание номер 50, правда, с одной стороны, не такое уж оно и юбилейное (было минимум три свидания, по которым я просто не писала отчетов - одно проходит по коду "маугли", другое по коду "аутизм", а третье что-то типа "математик опера дождь", и это только те, что я навскидку помню).
С другой стороны, в магию чисел я не верю.
Ну, поехали.
Нервное напряжение поселилось везде, а за сердцем больше всего – внутри тела, и тело его никак не отпускает, как будто это запах, через который прошла однажды, пробираясь между группами людей на забитой улице, случайно прошла всем телом через стену запаха, и теперь он на ключицах, запястьях, в волосах, за ушами, во рту, на глазах, там, откуда начинаются ресницы, под ногтями, за краем джинсов – он везде. Запах тревоги. Будильник на взводе, и ты знаешь, что он обязательно прогудит тебе, что началось очередное холодное утро.
В квартире очень холодно, переписок с парнями внезапно очень много – но я собой недовольна, потому что говорю какие-то банальности, поддакиваю, чтобы понравиться, задаю совершенно банальные вопросы, дают банальные ответы, которые давала уже пятьдесят раз до этого, и ко всему этому еще и забываю детали. И главное – это чувство противно скользящего ботинка, соскальзывания со смысла того, что человек говорит на самом деле, чтобы пошутить, или потому, что ты устала, или потому, что не помнишь, как это сказать по-французски, и гуглить тебе лень.
Что там я написала пару дней назад, когда пыталась придумать интро к посту?
“Часто повторяю сама себе фразу, которую процитировали уже, наверное, все - выживают те, кто не представляют себе счастливый конец, не высчитывают до него минуты, а сильно концентрируются на каждом текущем, даже самом маленьком деле. Каждом событии, которое происходит прямо сегодня. Прямо сейчас.
Поэтому я так концентрируюсь на каждой переписке, каждом человеке, каждом свидании, каждом рабочем дне. Концентрируюсь на тексте, который пишу, и вкладываю туда все, что у меня есть.
Записываю себе каждое маленькое дело, каждую крохотную достигнутую штуку, которая все-таки, черт возьми, сделана, хотя “жизнь становится все сложнее, как в какой-то гребаной компьютерной игре”.
Этот год для меня во многом (почти во всем) про маленькие шаги. Маленькие, но заметные и упорные – вроде того, как отвоевываешь 10 см в забитом автобусе, чтобы было куда поставить ногу. День – один такой шаг, и день – уже очень много.
Наверное, я просто хочу сказать, не знаю, зачем – вы очень много делаете. Поддержать человека, у которого горе и у которого кризис сломал что-то внутри – это уже очень много. Если этот человек – вы сам, тоже. Работать на дне выгорания – уже очень много. Упорно достигать своих целей и мечт, идти к ним, стараться сохранить отношения, создать себе будущее, что-то построить, что-то собрать – уже очень много. Бороться за свое здоровье и здоровье своих близких, за то, чтобы они были настолько счастливы, насколько это зависит от вас – уже очень много. Помогать другим, профессионально и нет, просто быть для них рядом – уже очень много. Ремарк сказал: что может дать один человек другому, кроме как немного тепла?
Донна Тартт сказала – вы пишете для тех, кто читает вас, сидя в очереди в больничном коридоре, кто едет в метро, прижимая сумку к себе, чтобы не вытащили кошелек. Кто серый от усталости в зеркале, у кого от тревоги трясутся руки, кто закрывает глаза и не может уснуть. Джоан Роулинг сказала – вы можете только надеяться рассмешить, или утешить. Если вам удастся, считайте, что вам уже очень повезло.”
Я все время отклоняюсь от темы, а мне надо описать это свидание – началось оно в месте, где я еще не бывала, несмотря на то, что оно находится почти в самом центре – Carreau du Temple. Снаружи это немного похоже на храм, а на самом деле это огромный крытый рынок, который был построен еще в 1863 году.
Так-так. Что бы написать, пока бултыхаешься в серой жиже.
Юбилейное свидание номер 50, правда, с одной стороны, не такое уж оно и юбилейное (было минимум три свидания, по которым я просто не писала отчетов - одно проходит по коду "маугли", другое по коду "аутизм", а третье что-то типа "математик опера дождь", и это только те, что я навскидку помню).
С другой стороны, в магию чисел я не верю.
Ну, поехали.
Нервное напряжение поселилось везде, а за сердцем больше всего – внутри тела, и тело его никак не отпускает, как будто это запах, через который прошла однажды, пробираясь между группами людей на забитой улице, случайно прошла всем телом через стену запаха, и теперь он на ключицах, запястьях, в волосах, за ушами, во рту, на глазах, там, откуда начинаются ресницы, под ногтями, за краем джинсов – он везде. Запах тревоги. Будильник на взводе, и ты знаешь, что он обязательно прогудит тебе, что началось очередное холодное утро.
В квартире очень холодно, переписок с парнями внезапно очень много – но я собой недовольна, потому что говорю какие-то банальности, поддакиваю, чтобы понравиться, задаю совершенно банальные вопросы, дают банальные ответы, которые давала уже пятьдесят раз до этого, и ко всему этому еще и забываю детали. И главное – это чувство противно скользящего ботинка, соскальзывания со смысла того, что человек говорит на самом деле, чтобы пошутить, или потому, что ты устала, или потому, что не помнишь, как это сказать по-французски, и гуглить тебе лень.
Что там я написала пару дней назад, когда пыталась придумать интро к посту?
“Часто повторяю сама себе фразу, которую процитировали уже, наверное, все - выживают те, кто не представляют себе счастливый конец, не высчитывают до него минуты, а сильно концентрируются на каждом текущем, даже самом маленьком деле. Каждом событии, которое происходит прямо сегодня. Прямо сейчас.
Поэтому я так концентрируюсь на каждой переписке, каждом человеке, каждом свидании, каждом рабочем дне. Концентрируюсь на тексте, который пишу, и вкладываю туда все, что у меня есть.
Записываю себе каждое маленькое дело, каждую крохотную достигнутую штуку, которая все-таки, черт возьми, сделана, хотя “жизнь становится все сложнее, как в какой-то гребаной компьютерной игре”.
Этот год для меня во многом (почти во всем) про маленькие шаги. Маленькие, но заметные и упорные – вроде того, как отвоевываешь 10 см в забитом автобусе, чтобы было куда поставить ногу. День – один такой шаг, и день – уже очень много.
Наверное, я просто хочу сказать, не знаю, зачем – вы очень много делаете. Поддержать человека, у которого горе и у которого кризис сломал что-то внутри – это уже очень много. Если этот человек – вы сам, тоже. Работать на дне выгорания – уже очень много. Упорно достигать своих целей и мечт, идти к ним, стараться сохранить отношения, создать себе будущее, что-то построить, что-то собрать – уже очень много. Бороться за свое здоровье и здоровье своих близких, за то, чтобы они были настолько счастливы, насколько это зависит от вас – уже очень много. Помогать другим, профессионально и нет, просто быть для них рядом – уже очень много. Ремарк сказал: что может дать один человек другому, кроме как немного тепла?
Донна Тартт сказала – вы пишете для тех, кто читает вас, сидя в очереди в больничном коридоре, кто едет в метро, прижимая сумку к себе, чтобы не вытащили кошелек. Кто серый от усталости в зеркале, у кого от тревоги трясутся руки, кто закрывает глаза и не может уснуть. Джоан Роулинг сказала – вы можете только надеяться рассмешить, или утешить. Если вам удастся, считайте, что вам уже очень повезло.”
Я все время отклоняюсь от темы, а мне надо описать это свидание – началось оно в месте, где я еще не бывала, несмотря на то, что оно находится почти в самом центре – Carreau du Temple. Снаружи это немного похоже на храм, а на самом деле это огромный крытый рынок, который был построен еще в 1863 году.
👍2
Он: Nicolas, 31 год, в буквальном смысле идеальный кандидат. Я сомневаюсь, что даже самая придирчивая девушка нашла бы в нем много недостатков в качестве кандидата в парни, а потом и в мужья. В том смысле, что:
– совсем неплохая внешность – волосатость, но в меру, серо-голубые глаза, большие руки, спортивное телосложение, квадратная челюсть, аккуратный джемпер и дорогие наушники, спортивные часы.
– в карьерой все более чем в порядке – инженерная школа, потом бизнес-школа (очень классический во Франции трек), после немного работы в политике, немного в консалтинге, а теперь – в очень крупной компании, занимающейся страхованием. В наличии и первый в его жизни стажер, и иностранные коллеги, и перспективы роста.
– он из Ниццы, города у моря с большой русской коммуной, причем не из “новых” русских, тех, что появились в нулевые, а из старых эмигрантов, перебравшихся туда еще тогда, когда Бунин и Набоков были живы.
– живет самостоятельно, без соседей по квартире, не у родственников и в самом Париже (что редкость, большинство парней живут или еще у родственников, или в глубоком пригороде; некоторые, как помнит внимательный читатель, в квартире в 9 квадратов).
– вполне себе про семейные ценности.
Глядя на этого парня, прямо понимаешь – лет через 5-7 он поднимется в карьере, у него появится команда – достаточно большая, чтобы иметь в его корпорации вес; жена и двое детей, с которыми он будет мирно гулять в парке, забитом такими же парами с малышами, одетыми в Petit Bateau, где-нибудь в районе Клиши, где они все вместе купят квартиру.
(Наверное, мне надо перестать придумывать сценарии и истории и лепить их на людей, но я в этом году не могу остановиться – сказывается сочинительство, наверное.)
Так вот. Что-то было в этом его первом взгляде (а первый взгляд труднее всего контролировать, он никогда не врет), что я сразу поняла – нет.
Это не то чтобы было обидно – такие вещи перестали меня обижать, теперь это просто рулетка. С тех пор, как я отказалась внутри себя меняться под чужие ожидания, и не жду, что другие люди изменятся под мои, стало намного проще.
Поэтому мы просто говорили – напряженно, но не потому, что друг друга напрягали, а потому, что оба умотались после рабочего дня.
Очень много про работу – возможно, где-то на просмотрах ютьюба есть видео, которое объясняет, как не совершать этой ошибки и перестать на свиданиях сворачивать оглобли в сторону работы и карьеры, а то портите же себе все. “Глубоко вдохните, сосчитайте до десяти… потом выдохните, посмотрите на него сексуально и начинайте пальчиком ласкать ножку бокала. Так полчаса.”
Что-то вроде того.
Выяснили, что закончили одну и ту же бизнес-школу, и в том же кампусе в Лондоне учились. Что есть поезд, который ходит по маршруту Ницца-Москва, и идет он трое суток.
Единственное, что в нем можно найти “не того” – он трудоголик, несколько раз доводивший себя до выгорания, и с трудовой этикой, гораздо больше похожей на российскую, чем на французскую. Отсюда и нервы, хотя, по нему судя, это просто недавняя простуда и ничего, чего бы регулярный спорт не мог “погасить”.
Мы идем по темным улицам, он регулярно заглядывает в проулки и восклицает – ой, тут я не был! ой, этого я еще не видел! – с искренним любопытством. В нем еще есть что-то такое… южное, такая резкость в согласных, напирание на звук “з”, острый край рта, когда он смеется, чуть выдвинутая вперед голова. Раскат смеха короткий и громкий, а не длинный и глухой.
Еще одна странная штука – когда он отвечает на вопросы, особенно те, что поглубже, то почему-то не смотрит на собеседника, а уводит взгляд куда-то в пространство.
Мы сделали круг около Republique и вернулись на площадь – “Спасибо, Ксения”, сказал он в конце, а я ответила, что не говори так, пожалуйста, я на работе это постоянно слышу.
– совсем неплохая внешность – волосатость, но в меру, серо-голубые глаза, большие руки, спортивное телосложение, квадратная челюсть, аккуратный джемпер и дорогие наушники, спортивные часы.
– в карьерой все более чем в порядке – инженерная школа, потом бизнес-школа (очень классический во Франции трек), после немного работы в политике, немного в консалтинге, а теперь – в очень крупной компании, занимающейся страхованием. В наличии и первый в его жизни стажер, и иностранные коллеги, и перспективы роста.
– он из Ниццы, города у моря с большой русской коммуной, причем не из “новых” русских, тех, что появились в нулевые, а из старых эмигрантов, перебравшихся туда еще тогда, когда Бунин и Набоков были живы.
– живет самостоятельно, без соседей по квартире, не у родственников и в самом Париже (что редкость, большинство парней живут или еще у родственников, или в глубоком пригороде; некоторые, как помнит внимательный читатель, в квартире в 9 квадратов).
– вполне себе про семейные ценности.
Глядя на этого парня, прямо понимаешь – лет через 5-7 он поднимется в карьере, у него появится команда – достаточно большая, чтобы иметь в его корпорации вес; жена и двое детей, с которыми он будет мирно гулять в парке, забитом такими же парами с малышами, одетыми в Petit Bateau, где-нибудь в районе Клиши, где они все вместе купят квартиру.
(Наверное, мне надо перестать придумывать сценарии и истории и лепить их на людей, но я в этом году не могу остановиться – сказывается сочинительство, наверное.)
Так вот. Что-то было в этом его первом взгляде (а первый взгляд труднее всего контролировать, он никогда не врет), что я сразу поняла – нет.
Это не то чтобы было обидно – такие вещи перестали меня обижать, теперь это просто рулетка. С тех пор, как я отказалась внутри себя меняться под чужие ожидания, и не жду, что другие люди изменятся под мои, стало намного проще.
Поэтому мы просто говорили – напряженно, но не потому, что друг друга напрягали, а потому, что оба умотались после рабочего дня.
Очень много про работу – возможно, где-то на просмотрах ютьюба есть видео, которое объясняет, как не совершать этой ошибки и перестать на свиданиях сворачивать оглобли в сторону работы и карьеры, а то портите же себе все. “Глубоко вдохните, сосчитайте до десяти… потом выдохните, посмотрите на него сексуально и начинайте пальчиком ласкать ножку бокала. Так полчаса.”
Что-то вроде того.
Выяснили, что закончили одну и ту же бизнес-школу, и в том же кампусе в Лондоне учились. Что есть поезд, который ходит по маршруту Ницца-Москва, и идет он трое суток.
Единственное, что в нем можно найти “не того” – он трудоголик, несколько раз доводивший себя до выгорания, и с трудовой этикой, гораздо больше похожей на российскую, чем на французскую. Отсюда и нервы, хотя, по нему судя, это просто недавняя простуда и ничего, чего бы регулярный спорт не мог “погасить”.
Мы идем по темным улицам, он регулярно заглядывает в проулки и восклицает – ой, тут я не был! ой, этого я еще не видел! – с искренним любопытством. В нем еще есть что-то такое… южное, такая резкость в согласных, напирание на звук “з”, острый край рта, когда он смеется, чуть выдвинутая вперед голова. Раскат смеха короткий и громкий, а не длинный и глухой.
Еще одна странная штука – когда он отвечает на вопросы, особенно те, что поглубже, то почему-то не смотрит на собеседника, а уводит взгляд куда-то в пространство.
Мы сделали круг около Republique и вернулись на площадь – “Спасибо, Ксения”, сказал он в конце, а я ответила, что не говори так, пожалуйста, я на работе это постоянно слышу.
Пост-винегрет
Суббота - день околорабочих постов.
В нашем стартапе мы все продолжаем плыть в лодке, из которой активно вычерпываем воду, в целом наплевав, на нашей стороне проблема или нет. Зачем это знать, бери ковшик. 😅
Про маркетинг
Это не укладывается в какую-то особенную тему, но я никогда до того, как пришла в это место, не видела, как работают маркетологи, контентщики и пиарщики - и вот уже больше года вижу каждый день, потому что команда маленькая и мы сидим с ними в буквальном смысле локоть к локтю.
Наверное, это очень наивно, но я не понимала до этого, сколько всего на самом деле включает в себя ведение соцсетей, создание рекламных кампаний и выступления в прессе - всю эту кухню: дизайн, креативные агентства, брифы, бюджеты, бесконечные имейлы и смс с журналистами, подготовку контента, его стратегию, работу с инфлюенсерами, с партнерами, с негативными комментариями. И все это даже не мой род деятельности, я просто наблюдаю.
Я вживую вижу, какие огромные в это вкладываются деньги, и как мало гарантирован результат - при огромном бюджете (от этих цифр глаза лезут на лоб, это могут быть в буквальном смысле десятки миллионов долларов в квартал) база фолловеров у компаний все равно очень маленькая.
А любой скандал, наоборот, разносится по соцсетям как молния, и клиенты начинают уходить.
Не то, чтобы я не знала, что за читательское и зрительское внимание надо платить - конечно, знала, но тут и правда поняла, что можно бесконечно вливать и вливать деньги в свою площадку, продукт, проект, и ни-че-го не получить.
Люди все равно уйдут к тем, что интересно пишет, смешно шутит, той девочке в тиктоке, которая танцует на фоне эйфелевой башни, еще одной, которая рассказывает про свою депрессию и тревожное расстройство, а потом делает марку кофе, и его сметут и полок в первый же день.
Иногда мне кажется, что проблема маркетинга больших компаний в том, что чем выше человек поднимается и большим начальником становится, тем больше он боится смелых вещей, которые _действительно_ сработают. А когда таких людей много, плюс сверху они придавлены плитой корпоративной культуры, то фактически невозможно пропихнуть действительно хорошую идею.
С другой стороны, я раньше не задумывалась, что это работает не только как "вложения в рекламу --> аудитория растет". Во-первых, в какой-то момент наступает насыщение, и растет она уже вовсе не так быстро, как все ожидали. Во-вторых, есть еще и репутация, видимость на рынке, просто то, что люди знают о бренде и имеют его в своем кругу зрения, но пока не пользуются.
Часто думаю, сколько хороших компаний, офигенных товаров, блогов, креативных людей существует в мире, только о них никто не знает.
Про отношение
- Ты не понимаешь. Есть люди - им надо, чтобы им стучали по голове и говорили "Что это за г***?", чтобы они круто работали.
- Да ладно, такого нет.
- Есть.
Я часто думаю, что главное, чему нельзя научить - это отношению к работе.
И потом (как правильно отметила Ю, опытный менеджер проектов - привет! 🖐🏻), все упирается в личную мотивацию.
Если человека ну не мотивирует то, что клиенту от его действий станет лучше, то надо искать то, что ему лично важно.
Может быть, признание.
Может быть, зарплата.
Может быть, репутация и узнаваемость.
Может быть, найти потом другого, более крутого, работодателя.
Может быть, вообще чтобы от него все отстали и вечером было время потискать кота и жену обнять.
Насчет того, что надо стучать по голове - это отдельная история, связанная с тем, что стресс запускает у человека в голове реакцию "меня ругают => надо работать больше => собраться и давать лучший результат".
И наоборот, "мне ничего не говорят => возьму-ка свой кофе и буду неспешно ждать ответа, в интернете сидя".
Ну то есть не самонаводящаяся цель, а такая, которой надо давать постоянные указания по координатам. (Если бы это было видео, тут включалась бы песенка на веселый мотив - Бесит-Бесит-Бесит-Бесит- Ух как бесит - Ай ля ля).
Но про это уже было 😄
Суббота - день околорабочих постов.
В нашем стартапе мы все продолжаем плыть в лодке, из которой активно вычерпываем воду, в целом наплевав, на нашей стороне проблема или нет. Зачем это знать, бери ковшик. 😅
Про маркетинг
Это не укладывается в какую-то особенную тему, но я никогда до того, как пришла в это место, не видела, как работают маркетологи, контентщики и пиарщики - и вот уже больше года вижу каждый день, потому что команда маленькая и мы сидим с ними в буквальном смысле локоть к локтю.
Наверное, это очень наивно, но я не понимала до этого, сколько всего на самом деле включает в себя ведение соцсетей, создание рекламных кампаний и выступления в прессе - всю эту кухню: дизайн, креативные агентства, брифы, бюджеты, бесконечные имейлы и смс с журналистами, подготовку контента, его стратегию, работу с инфлюенсерами, с партнерами, с негативными комментариями. И все это даже не мой род деятельности, я просто наблюдаю.
Я вживую вижу, какие огромные в это вкладываются деньги, и как мало гарантирован результат - при огромном бюджете (от этих цифр глаза лезут на лоб, это могут быть в буквальном смысле десятки миллионов долларов в квартал) база фолловеров у компаний все равно очень маленькая.
А любой скандал, наоборот, разносится по соцсетям как молния, и клиенты начинают уходить.
Не то, чтобы я не знала, что за читательское и зрительское внимание надо платить - конечно, знала, но тут и правда поняла, что можно бесконечно вливать и вливать деньги в свою площадку, продукт, проект, и ни-че-го не получить.
Люди все равно уйдут к тем, что интересно пишет, смешно шутит, той девочке в тиктоке, которая танцует на фоне эйфелевой башни, еще одной, которая рассказывает про свою депрессию и тревожное расстройство, а потом делает марку кофе, и его сметут и полок в первый же день.
Иногда мне кажется, что проблема маркетинга больших компаний в том, что чем выше человек поднимается и большим начальником становится, тем больше он боится смелых вещей, которые _действительно_ сработают. А когда таких людей много, плюс сверху они придавлены плитой корпоративной культуры, то фактически невозможно пропихнуть действительно хорошую идею.
С другой стороны, я раньше не задумывалась, что это работает не только как "вложения в рекламу --> аудитория растет". Во-первых, в какой-то момент наступает насыщение, и растет она уже вовсе не так быстро, как все ожидали. Во-вторых, есть еще и репутация, видимость на рынке, просто то, что люди знают о бренде и имеют его в своем кругу зрения, но пока не пользуются.
Часто думаю, сколько хороших компаний, офигенных товаров, блогов, креативных людей существует в мире, только о них никто не знает.
Про отношение
- Ты не понимаешь. Есть люди - им надо, чтобы им стучали по голове и говорили "Что это за г***?", чтобы они круто работали.
- Да ладно, такого нет.
- Есть.
Я часто думаю, что главное, чему нельзя научить - это отношению к работе.
И потом (как правильно отметила Ю, опытный менеджер проектов - привет! 🖐🏻), все упирается в личную мотивацию.
Если человека ну не мотивирует то, что клиенту от его действий станет лучше, то надо искать то, что ему лично важно.
Может быть, признание.
Может быть, зарплата.
Может быть, репутация и узнаваемость.
Может быть, найти потом другого, более крутого, работодателя.
Может быть, вообще чтобы от него все отстали и вечером было время потискать кота и жену обнять.
Насчет того, что надо стучать по голове - это отдельная история, связанная с тем, что стресс запускает у человека в голове реакцию "меня ругают => надо работать больше => собраться и давать лучший результат".
И наоборот, "мне ничего не говорят => возьму-ка свой кофе и буду неспешно ждать ответа, в интернете сидя".
Ну то есть не самонаводящаяся цель, а такая, которой надо давать постоянные указания по координатам. (Если бы это было видео, тут включалась бы песенка на веселый мотив - Бесит-Бесит-Бесит-Бесит- Ух как бесит - Ай ля ля).
Но про это уже было 😄
❤1