🚿 Большинство голландцев принимают душ не каждый день

Раз в день моются только 43%. И это ещё опрос — так-то, может, и меньше. Спишем на то, что стариков много, это было не принято ещё лет двадцать назад.

Если вы думаете, что оказались в стране грязнуль, а на родине было не так, то в 🇷🇺 России то же самое — 48% (ежедневно моются две трети женщин, но только треть мужчин).

Примерно такие же цифры уровня "половина моется, половина не моется" — в 🇮🇹 Италии (53%, хотя жарко же), 🇬🇧Великобритании (55%), 🇩🇪 Германии — 46%, 🇵🇱 Польше (≈50%), 🇸🇪🇩🇰🇳🇴 странах Скандинавии (≈40%, ну холодно).

Чаще: 🇪🇸 Испания (61%, ну вот, жарко), 🇫🇷 Франция — 71%, 🇧🇷 Бразилия — ≥68% (жарко), 🇲🇽 Мексика — 89% (жарко), 🇺🇸США — 62%, 🇯🇵 Япония — ≈70% (ну ещё бы, они чистюли).

Уверен, значительная часть расхождений объясняется ещё и разницей замеров, формулировок и давностью исследования. И тем, насколько честно отвечают.

🇳🇱 А ещё голландцы:

• 2/3 писают в душе

• 40% занимаются в душе сексом

• аж 50% время от времени принимают холодный душ

• душ утром или душ вечером — тут мнения делятся поровну

• средний голландец проводит в душе 7-8 минут (средний россиянин — от 10 до 30 минут)

• ванна, в которой можно полежать, есть только в 40% жилищ — при этом почти не встречается в квартирах (20%), зато обычно есть в домах (70%). В Германии, Великобритании и Италии наоборот — там в большинстве случаев есть ванна (70-80%).

• руки после туалета (говорят, что) моют 86%. Примерно такая же частота 75-85% у всех европейцев. В России — менее 75% женщин и меньше половины мужчин. Так что, вероятно, не надо всех мерить по офису "Яндекса".

@dat_kan

🤩 “Ремиграция” — в партийных программах пяти крайне правых голландских партий. (Да, в Голландии так много крайне правых партий)

Под этим намеренно размытым термином скрывается простая идея: давайте выдворять из страны тех, кто недостаточно хорошо интегрировался. Это такой ответ на конспирологическую теорию “замещения” (omvolking): якобы элиты специально приглашают в страны Европы побольше “не белых” людей. А мы вот будем сопротивляться: белых оставим, а не белых — домой отправим.

На прошлогодних парламентских выборах термин “ремиграция” вошёл в программы пяти партий: FVD, PVV, JA21, BBB и не прошедшей в парламент BVNL.

📕 “Ремиграция“ удобна, потому что позволяет обсуждать “депортацию чурок черножопых”, не произнося ни одного плохого слова вслух. Ничего конкретного, мы и сами пока не знаем. Мы просто планируем стимулировать переселение из страны туда, откуда они родом. Возможно, в том числе людей в следующих поколениях, которые тут родились и обладают гражданством.

Но абсолютно добровольное! Даже финансировать его будем. Ну или, кхм, экономически стимулировать. Например, лишать субсидий. Или, как формулирует автор концепции, оказывать на такие группы “сильное давление”.

Чтобы считать тут депортацию, не надо быть левым блогером. Даже голландский орган по борьбе с терроризмом (NCTV) предупреждает, что это эвфемизм для депортации.

При этом до 2025 года в Нидерландах существовала нормальная “ремиграция”! Скажем, я родился в Марокко, в молодости приехал работать в Нидерланды, а в старости хочу добровольно вернуться в Касабланку — но у меня нет денег. Мне могли заплатить что-то вроде €700 в качестве помощи.

🇩🇪 Нынешнюю “ремиграцию” придумали не голландцы, это европейская ультраправая мода. Законодатель её — немецкая AfD, для которой концепцию пару лет назад придумал австриец Мартин Зелльнер.

Он и голландская ультраправая блогерка Ева Влардингербрук теперь фронтируют европейскую петицию Save Europe Act. Она буквально про ремиграцию — отправлять "обратно", закрывать границы. По данным инициаторов её уже подписали 600к+ человек.

🧑‍🎓 Ультраправая партия FvD открыла собственную школу — и обещает раздельное обучение мальчиков и девочек. В Голландии так можно

🇺🇦 Украинцы не хотят возвращаться домой после войны. Но в местное общество они тоже не особо интегрированы

@dat_kan

◽️ Гран-при Формулы-1 в Зандворте в эти выходные – последний. Зрительский спрос падает, самое время выходить из бизнеса

Раньше ажиотаж вокруг возвращения гонки (она не проводилась с 1985-й по 2020-й) и вокруг Макса Ферстаппена позволяли заполнять трассу все три дня — но и тот, и другой начали иссякать.

Правила в Ф-1 такие: организаторы гонок платят владельцам всей Ф-1 — фактически покупают место в календаре. Это примерно €30 млн евро. Ещё €30-40 млн же нужно потратить на проведение. Если не соберёшь €70+ млн на билетах и рекламе — останешься в убытке.

Голландские организаторы гонки — частные, государство денег на Зандворт не дало. (Хотя исторически трассу тут построили после Второй мировой, чтобы привлечь туристов на морской курорт).

В большинстве стран не так: десятки и сотни миллионов на проведение или покрытие убытков национальных гран-при тратят не только азиатские автократии, но и Бельгия, Италия, Испания и даже США с Австралией.

Чисто на свои рискуют только вот голландцы с Зандвортом и британцы с Сильверстоуном.

Владельцы Формулы-1 предлагали продолжать, но голландцы отказались. Мол, всё красиво, конечно — но весь риск наш, а пара слабых лет может съесть всё заработанное. Давайте на шести остановимся.

🇳🇱 Было видно уже, что без больших скидок перестала распродаваться пятница. Иностранный спрос тоже оказался слабее ожидаемого. Суббота и воскресенье оставались заполненными под завязку людьми в оранжевом — но ждать, пока Max Mania рассосётся, организаторы не захотели.

А на трассе в Зандворте будет проводиться электрическая Формула-Е.

@dat_kan

✔️ В Голландии проходит тысяча (!) музыкальных фестивалей в год. Это слишком много — поэтому они отмирают

Амстердамцы, почувствовали на выходных, что в городе было более пусто? На AT5 вышел вполне серьёзный сюжет о том, что все уехали на фестиваль Lowlands. И в Het Parool примерно то же.

Для сравнения: во всей Германии – 1800 фестивалей, в Великобритании — 600. И это если считать только те, где больше 3к посетителей. Короче, Нидерланды (вместе с Бельгией) — самый (пере)насыщенный в этом смысле регион Европы.

👏 Так было не всегда. С начала 2000-х в Нидерландах фестиваль превратился в почти еженедельный формат досуга, а не редкое вау-событие пару раз за лето.

Страна плотная, богатая, отдыхать коллективно любит, и 90% посетителей этих фестивалей — местные. И транспорт хороший. И есть инфраструктура готовых решений — сцен, кейтеринга, ограждений, охраны — толко плати, если организатор. А если не огранизатор — сел на машину или поезд и едешь в Неймеген, Гронинген или Амстердам.

Особенно быстро росла электронная музыка: для однодневного фестиваля не нужны кемпинг и десяток живых групп, зато один удачный формат можно повторять в разных городах и для разных поджанров.

Но теперь их слишком много — и у них растут цены. А поскольку конкурируют они все за одних и тех же людей — кто-то оказывается лишним. Остаются всё более крупные фестивали, закрываются мелкие. И даже крупные всё чаще не солд-аут. Посещаемость пока не падает, но распределяется по крупняку.

Например, билет на Lowlands за десять лет подорожал примерно со 175 до 365 евро за три дня.

Отдельная проблема: билеты публика начала покупать всё позже. Ждёт хорошей погоды, финального лайн-апа или дешёвой перепродажи на TicketSwap. Если ты ходишь за лето на 3-5 фестивалей, то уже не готов страдать там во что бы то ни стало. Если платишь за каждый 100-300 евро — тем более.

🎶 А расходы организаторов растут — в том числе спасибо Spotify и другим стримингам. Артисты теперь получают меньше от продажи записей – и сильнее финансово зависят от концертов. Поэтому растут их фестивальные гонорары, а вслед за ними — фестивальные бюджеты.

Начинаешь экономить — получаешь лайн-ап как у всех: те же проверенные артисты, но они уже выступали неделю назад и месяц назад на других фестах.

Хотя фестивалей меньше, но live-музыка в целом растёт. Число поп-концертов увеличилось с 15к в 2022 году до 18к в 2024-м, посещаемость — с 8,2 до 11,2 млн. Публика частично перемещается с фестивалей в обычные концерты и залы.

🎼 Попподиум – это как филмтеатр. Но для музыки

@dat_kan

✈️ Почему в Схипхоле постоянно кто-то бастует и кого-то не хватает? (Потому что там экономят и все на аутсорсе)

Большинство людей, которые работают в аэропорту Амстердама, наняты не аэропортом Амстердама.

🛃 Досмотр, уборка и помощь маломобильным пассажирам — это внешние подрядчики. Но хотя бы самого Схипхола.

🛃 Люди, которые грузят багаж и обслуживают самолёты (буксируют, паркуют, заправляют, убирают), т.н. хэндлеры — это тоже внешние подрядчики, но даже не самого Схипхола. Их нанимают сами авиакомпании из согласованного аэропортом списка. До недавнего времени у аэропорта даже не было прямых договоров с ними.

Короче, из 70 тысяч человек, работающих в аэропорту и обеспечивающих ваш комфорт, только пара тысяч — штатные сотрудники Схипхола.

Никто из них тысяч не заправляет самолёт и не досматривает ваш чемодан: это операционные менеджеры гейтов, инспекторы взлётных полос, инженеры, айтишники и тому подобное.

Так устроено, потому что так дешевле. Аутсорсишь хэндлинг, уборку и досмотр, выбираешь несколько самых дешёвых поставщиков услуг (или даже выбираешь не ты) — и дальше уже проблема подрячика, где набрать людей, сколько их нужно и как оформить. И аэропорт Амстердама в некоторых вещах зашёл дальше конкурентов.

🛫 Дело в том, что важная часть бизнеса Схипхола — пересадки. Пересадочная модель требует огромного количества людей именно на коротких пиках. Держать всех в штате дорого: кто-то из грузчиков и заправщиков будет простаивать между спланированными волнами рейсов. Отсюда соблазн нанимать подрядчиков, использовать гибкие графики и конкуренцию между хэндлерами.

Но запас времени у пересадки минимален. В итоге проблема аутсорса вытекает сразу из преимуществ: дёшево и внештатно — это ненадёжно и скажется на качестве. Не только чей-то чемодан некому будет погрузить, но и пассажир пропустит следующий самолёт, авиакомпания будет искать ему гостиницу и новый вылет, а сбой расползётся по всей сети.

⛔️ Когда шесть операторов хэндлинга конкурируют прежде всего ценой, бизнес получится как с курьерами в доставке. В конце цепочки окажутся не самые талантливые, не самые заинтересованные и, главное, очень незащищённые люди. А ещё и постоянные сбои графика из-за погоды, ночные смены, шум, выхлопы и тупо тяжёлые чемоданы. И ушедшего ты за день не заменишь: нужны проверка, обучение и специальный пропуск.

И все проблемы твоего подрядчика — де-факто твои проблемы.

В 2022 году стало видно, к чему это приводит. После ковида к подрядчикам не вернулись многие сотрудники. Очереди растягивались на часы, рейсы отменяли. Схипхол тогда пришлось самому платить надбавки вроде бы чужим людям. Получилось, что сотрудников можно вывести за штат, а зависимость от них — нельзя.

Теперь Схипхол отматывает назад. Охранных компаний оставили три вместо пяти, дали им контракты на десять лет, аэропорт получил по 25% в совместных предприятиях с каждой. Наземных операторов тоже сокращают с шести до трёх и впервые связывают прямыми договорами с аэропортом. Авиакомпании продолжат выбирать хэндлера сами — но только из трёх допущенных.

🏙 Процесс этот болезненный, и сам по себе вызывает недовольство сотрудников. Вчера и сегодня бастовали недовольные охранники. Их перенаняли и перетасовали — но многие лишились доплат и удобных графиков.

В следующем году в зоне риска хэндлеры — так что вы не расслабляйтесь. Эти ребята не просто оставят грязный унитаз, без них самолёт не полетит)

@dat_kan

♨️ Что обсуждали уходящим летом в Нидерландах — кроме жары и кондиционеров

Коалиция — не в порядке. 15 сентября нужно показывать план бюджета на следующий год — а с союзниками для голосования за него до сих пор не договорились. Теперь коалиционные партии между собой ругаются. Их план: сокращение социалки на €6+ млрд, левые из PRO требуют так не делать и вместо этого повысить налоги на состояния (а не доходы). Коалиционные D66 и CDA хотят договариваться с левыми, а VVD — нет. А справа голосов тоже не набирается.

Только 20% избирателей доверяют кабинету, но перевыборы прямо сейчас выиграла бы PRO.

Деньги нужны в числе прочего на оборону. Надо от нынешних расходов в 2,2% ВВП дойти до 3,5%. (Даже это — компромисс, потому что вообще надо 5%, но 1,5% пойдут на оборону в очень широком смысле слова, типа кибербезопасности и защиты портов с дорогами). Написали план, из него прям видно, как сильно повлиял опыт войны в Украине. Ставку хотят делать на дроны и собственное производство. Чем технологичнее, тем лучше. Но с коротким циклом, лучше похуже сейчас, чем очень крутое послезавтра. Тем временем дали ещё €500 млн Украине, из которых половина — заказами для голландских производителей дронов.

Экономика замедлилась из-за Ормуза. Прогноз ЦБ на этот год — рост в 0,8% (раньше ожидали 1,2%). Перебои с поставками нефти и газа подняли цены на энергию, подорожали перевозки, а инфляция снова ускорилась. Для Нидерландов это особенно чувствительно: страна зависит от внешней торговли, дорогая логистика бьёт по экспортёрам.

Дефицит рабочих рук сосуществует с AI-сокращениями. На 100 безработных — 95 вакансий, но людей не хватает прежде всего в инженерных профессиях, медицине и на тяжёлой физической работе. А этих ваших маркетологов с консультантами — перебор. Короче, люди есть, но но их навыки и пожелания не совпадают с вакансиями.

Рынок жилья немного остыл, но толку. Предложение выросло, потому что инвесторы распродают арендные квартиры. Рост цен замедлился (но не остановился), покупателям стало чуть проще выбирать, а продавцы дольше ждут сделки и чаще корректируют свои хотелки. Но это не новые дома, а перераспределение старых. Стране всё так же не хватает около 400 тысяч жилищ, а средняя цена их приблизилась к €500к.

Экономический и цифровой суверенитет — всё чаще фактор принятия решений. Американцам не продали-таки компанию Solvinity, которая владеет инфраструктурой DigiD и MijnOverheid и обслуживает полицию и Минюст. Nexperia функционирует как две отдельные компании — одна тут, другая в Китае. Государство решило изучить создание собственного суверенного облака — для самых чувствительных данных. Для министерств ужесточили правила работы с коммерческими: хранить у Microsoft или Amazon госдокументы и почту нельзя.

Фермерам будут делать больно. Появился наконец план борьбы с азотным кризисом. Вместо одной цифры сокращения выбросов на всю страну — отдельные для разных территорий и конкретных фермеров. Сразу признали, что для кого-то это будет значить сокращение поголовья или закрытие. Фермеры уже начали протестовать.

Компенсацию за toeslagaffaire выплатили всем без разбору — так же, как когда-то обвинили людей. Напомню: в 2000-2010-х налоговая несправедливо потребовала от примерно 50 тысяч родителей вернуть субсидии за детский сад. За все годы — то есть часто десятки тысяч евро. Искали болгарских мошенников, поэтому подозрительными стали любые не автохтонные голландцы, у которых пара вещей в бумажках не билась. Когда методика вскрылась, был скандал с отставкой правительства — и всем быстро выплатили €30 тысяч с минимальной проверкой. Теперь выяснилось, что до 20 тысяч родителей могли признать жертвами ошибочно. Но деньги у них забирать уже не будут.

Государство извинилось за принудительную передачу детей. В 1950–1980-х годах в Нидерландах незамужняя беременность часто воспринималась как семейный позор, который надо скрыть. Таких девушек родители, священники или даже соцработники отправляли до родов в специальные дома. После родов там мать часто больше не видела ребёнка — его передавали на усыновление в “нормальную” семью.

@dat_kan

🌟 Голландские женщины массово рожают дома? Уже нет (и вообще важнее с кем, а не где)

Вариантов локации тут — три: больница, дом и что-то среднее.

1. Больница — точнее, её родильное отделение (отдельных роддомов в привычном нам понимании в Нидерландах нет). Там роды принимают врачи в широком смысле слова. 75% голландских родов заканчиваются тут. Начинаются, правда, только 50%. Но обезболивание типа эпидуральной анестезии (26% всех родов) есть только там — поэтому число растёт на ходу, и не обязательно от осложнений.

2. Дом. Буквально в собственной спальне, гостиной и/или ванной (скорее, во всём перечисленном) — но не в одиночку, конечно! Роды даже на дому принимает специалист, который ведёт всю беременность, — verloskundige (что-то среднее между хаусартсом и акушеркой). Если что-то не так — приезжает скорая и/или едут в больницу. 13% родов такие.

Но это всё ещё в 13 раз больше, чем в других странах Европы. Обычная европейская цифра — <1%.

3. Что-то среднее между этими двумя вариантами. Не дома — но принимает тоже ваша хаусартс-акушерка, а не врачи. Это может быть отдельный “родильный центр” (geboortecentrum aka poliklinische bevalling) — по сути оборудованный мини-отель с подготовленным персоналом (2-3% родов). Но чаще это отдельные палаты в родильном отделении больницы — просто врачи вами там не занимаются, unless это станет нужно (10% родов).

В итоге в голландской больнице физически происходит вообще 85% родов. А оставшиеся домашние – тоже с медицинским специалистом.

🍼 “Страной домашних родов” Голландия действительно когда-то была — но перестала ей быть довольно давно, в 70-80-х. Вы тут встретите много людей, которые так родились, — но мало людей, которые так рожали.

Привела к этой особенности историческая традиция “несложных медицинских частных практик” — хаусартс (они до 1960-х тоже роды принимали, кстати!), стоматолог и вот verloskundige. С 19-го века акушерки здесь — лицензируемые, но самостоятельные медицинские специалисты.

То есть дома или не дома — вторично. Главное, что после Второй мировой частные акушерки везде влились в больничную систему, а в Нидерландах — остались отдельно. Даже когда стало понятно, что в больничных условиях рожать надёжнее, на долгое время (см. график) самым популярным был вариант “круто, спасибо, но я приеду со своей акушеркой туда”.

Помогало и то, что страна плотная, больница всегда рядом. Норматив приезда скорой — 15 минут, частная акушерка обычно ориентируется на 30. Ну и то, что беременность и роды в Голландии — не болезнь и вообще гораздо менее медикализированы (если нет оснований), чем в странах бывшего СССР. Ничего не болит — живи себе. Родила — езжай домой через пару часов.

🦷 Голландский стоматолог — исторически не вполне врач

@dat_kan

😰 Железные дороги в Нидерландах завелись так же поздно, как в Российской империи. И тут тоже долго тягали судна по воде (почти как бурлаки на Волге)

Голландцы и индустриализацию чуть пропустили, и главное — долго пользовались своей сетью каналов вместо обычных дорог. И уж тем более новомодных железных.

Бельгия, Англия, Франция начали в 1820-30-е — а в Голландии развитая сеть начала появляться аж в 1860-х. Тут долго рассчитывали на частные компании, спорили о маршрутах и финансировании. Пока государство не взялось за это централизовано, в стране были отдельные несвязанные друг с другом линии — только там, где было выгодно частникам.

Поэтому в Гааге два ж/д-вокзала. Их открыли в разное время конкурирующие компании на разных маршрутах: Hollands Spoor и Rhijnspoor (теперь Centraal). А в Утрехте на одном остался центральный вокзал, а на другом — музей железных дорог.

Между голландскими городами сотни лет ходили трексхёйты (trekschuit) — лодки на конной тяге. По берегу шёл человек (чаще всего мальчик), вёл лошадь, лошадь тянула лодку. Берег специально оборудовали, чтобы дорожка-jaagpad позволяла идти без помех. Иногда лодку тянула не лошадь, а люди.

Всё это ходило по фиксированным маршрутам и даже по расписанию, опоздавших не ждали. Настоящий общественный транспорт. К 1657 году можно было так проехать по цепочке Амстердам — Харлем — Лейден — Гаага — Делфт — Роттердам с пересадками. На самом загруженном из них в день перевозили по 500 человек. Из Амстердама в Харлем можно было добраться за 2 часа, в Утрехт — за 7.

Русские бурлаки, надо признать, тянули гораздо более сложные штуки в более бесчеловечных условиях. Огромные тяжёлые грузовые баржи, часто против течения Волги. Там требовалась артель из десятков людей, соединённых верёвками и лямками.

В такой голландской "маршрутке" было два класса. Десяток мест в "салоне" для господ и два десятка снаружи для тех, кто победнее. Забавно, что для торговцев рыбой были ограничения — уж очень вонючие, в салон таким билет стоил дороже.

Это было лучше и удобнее, чем обычные дороги. Поэтому в них не очень инвестировали, все дороги на земле были местными.

Развивать государственные, каменные начали только при наполеоновской оккупации. В это время в Бельгии, например, уже была густая сеть мощённых дорог между Брюсселем, Антверпеном, Гентом и промышленными районами на востоке страны.

🫥 Почему столица в Амстердаме – но всё в Гааге: король, правительство, парламент, все министерства и посольства-консульства?

@dat_kan

✍ Голландские старики живут одни или в доме престарелых. Дети очень вовлечены — но к себе не забирают

У нас вот принято наоборот. Болеющие и слабеющие пенсионеры чаще всего оказываются на попечении детей. Часто и умирают у них дома (если не в больнице).

А здесь типичная траектория: как можно дольше жить самим, а когда уже не сможешь за собой ухаживать — переехать в дом престарелых (verpleeghuis). В конце жизни в нём хотя бы ненадолго оказывается каждый третий голландец. Почти все они там же и умирают. Живут в доме престарелых в среднем чуть больше 2 лет.

👵 Так было всегда: голландские дети даже в 17-м веке назад крайне редко брали стариков к себе. В крайнем случае с родителями-фермерами мог остаться младший сын — и унаследовать хозяйство после их смерти. Это не специфически местная тема, во всей Северной Европе было так.

А в середине ХХ века государство попробовало взять это на себя.

После Второй мировой большое распространение получил гораздо более масштабный, чем сейчас, формат дома престарелых (verzorgingshuis). Туда мог переехать относительно самостоятельный, просто одинокий пожилой человек — не обязательно тяжело болеющий и несамостоятельный. Стариков даже поощряли так делать, чтобы освободить большие квартиры молодым семьям.

😈 Уже в 1970-е со старением населения оказалось, что это очень дорого — и систему постепенно демонтировали.

Теперь в дом престарелых едут только в тяжёлом состоянии. Те, кто не может безопасно оставаться без надзора: люди с тяжёлой деменцией, последствиями инсульта или серьёзными физическими проблемами. Те, для кого уход должен быть доступен круглосуточно, — потому что они даже сами не смогут за ней вовремя обратиться.

Все остальные как можно дольше живут дома. Правда, дома эти стали более приспособленными к потребностям стариков. Например, “ЖК для пожилых” (seniorenflats) — это всё ещё собственная квартира, но всё в доме адаптировано под стариков: нет ступенек, везде лифты и широкие коридоры, общий холл, все нужные услуги в доме и везде можно въехать на скутмобиле.

А ещё одинокий пенсионер может получить фактически бесплатную помощь на дому. За символические 22 евро в месяц к нему будут приходить от муниципалитета — пылесосить, мыть полы, ванную и туалет, менять постель и стирать. Раз в неделю или две — такой помощник есть, например, у моего подопечного. Если нужна помощь медицинского плана — есть thuiszorg, её сотрудник поможет принять лекарства или помыть стому.

Дети при этом никуда не исчезают. Это называется mantelzorg: бесплатная помощь пожилому и/или больному человеку от родственника (но также и друга или соседа). Этим заняты 40% взрослых. Дети так навещают, покупают продукты, возят к врачу, что угодно.

За это mantelzorger'у полагаются некоторые приколы от государства вроде небольших льгот или компенсаций. Но по сути оно так экономит. Тем временем, нагрузка на mantelzorger'ов всё выше. Профессиональный уход позволяет родителям жить раздельно — но система сильно зависит от бесплатной помощи, которую на себя берут близкие.

💀 Как устроена пенсия в Голландии? Почему местные пенсионеры продолжают в старости кататься по Европе, как ни в чём не бывало?

@dat_kan

👨‍🎨 В Амстердаме — проблема с бездомными на крэке. Это тоже связано с иммиграцией (но не с беженцами)

В Остерпарке, Вонделпарке, да почти любом парке и не только всё заметнее люди, которые курят крэк, продают крэк, отходят от крэка и ищут крэк заново. А жители там всё чаще жалуются на грязь, кражи, спящих в подъездах людей и общее ощущение небезопасности. Проблему признала даже мэрка Фемке Халсема: мол, да, качество жизни в городе может страдать, есть такое.

🔠 Факты для старта. Типичный наркопотребитель в амстердамском парке — бездомный. Типичный бездомный — трудовой мигрант из Восточной Европы, который остался без работы, чаще всего даже не в Амстердаме. Но в Амстердаме есть туристы, эти туристы не сдают statiegeld-тару, а бросают в мусорку — и можно зарабатывать кое-что, раздербанивая мусорки и сдавая баночки и бутылки.

Поэтому лишившийся работы на брабантской ферме болгарин тоже чаще оказывается в столичном парке, чем в парках условного Эйндховена. И депортировать его в Болгарию нельзя — он гражданин ЕС.

В это же время крэк требует денег. Приход от него длится очень недолго, 5-10 минут, уже через полчаса человеку плохо и надо повторить. День такого бездомного превращается в почти непрерывный поиск денег и следующей дозы: сбор тары, попрошайничество, у части — что-нибудь преступное. По оценкам, на употребление крэка у человека уходит €150–600 в неделю.

Всё это амстердамцам с опытом напоминает 80-е и эпидемию героина. Город с ней тогда справилася — но это было проще. Во-первых, героин вырубает человека на 6-8 часов. Во-вторых, от него есть метадоновая заместительная терапия (принял и уже не хочется, при этом не торчишь). А крэк — это курительная форма кокаина, и от него такой пока не разработали.

Кокаин в Амстердаме с домашнего ключа в развлекательных целях — дело обычное, это вроде как наркотик развлекающихся благополучных людей. Но крэк тут долго был на вторых ролях. Раньше его употребляли в смеси с героином — но теперь он самостоятельное блюдо. Дело в том, что он стал чище — и во всей Европе внезапно доступнее. Не дешевле, но за те же €50 там всё больше вещества.

🇨🇴 Почему так? Никто точно не знает, но возможная причина: политические изменения в Колумбии! В 2016 году правительство там заключило мирное соглашение с левыми повстанцами FARC. Эти радикальные коммунисты 50 лет были в подполье, контролировали многие районы выращивания коки — и получали доходы от наркобизнеса. За десять лет без FARC производство и поставки выросли вчетверо.

Всё это плывёт куда? Правильно, в крупнейшие порты Европы. Какие это порты? Правильно, 🇳🇱 голландский Роттердам и 🇧🇪 бельгийский Антверпен. В городах Бельгии, Германии, Франции — те же проблемы.

Короче, “заходят в бар трудовые мигранты, залог на тару, иностранные туристы, колумбийские коммунисты, география европейских рек и голландский жилищный кризис”. Такое комбо — распутывайте. В этом, как обычно, идеи расходятся.

Правые (они в оппозиции в городе) говорят: надо жёстче дрючить. Law and order. Вы зачем отменили штраф за ночёвку в неположенном месте (€170)? Конечно, все поедут в Амстердам — вы же сами даёте понять, что тут правила не жёсткие вообще.

Левые (они при власти) говорят: “дрючить” не лечит людей, которые больны. И вообще это проблема не охраны правопорядка в городе, а системы труда во всей стране. Ещё в 2020-м году вышел отчёт про то, что трудовые мигранты в Нидерландах слишком бесправны. И ничо не сделано! И очередь на жильё для людей с психологическими проблемами — 14 месяцев, а это они ещё вне обычной идут.

Убрать человека из конкретного подъезда или куста — это мы и городом можем, 70 раз в прошлом году палатки разгоняли. Но сделать так, чтобы он больше не жил на улице, а не гонять его из одного парка в другой за деньги налогоплательщика — куда сложнее, давайте думать, подсказывайте.

🥶 Бездомные в Нидерландах: кто эти люди и где они спят

💊 В голландских городах употребляют много наркотиков. И не только травы

@dat_kan

👶 Культ Рембрандта в Голландии — довольно новый и политический. До XIX века он был спорным старым мастером

Вот сейчас как? «Ночной дозор» — главная национальная картина (я о ней даже не знал до переезда в Амстердам). Дом-музей Рембрандта — одна из главных туристических точек Амстердама. Лицо Рембрандта — на рекламе, в сувенирах и прочем брендинге. Его именем названо всё подряд, он — как Пушкин в России и Шевченко в Украине.

Но Рембрандт оставался безупречной местной звездой только в первой половине жизни. Уже в конце его карьеры, в 1650-х, вкусы публики так изменились, что его уже считали слегка поехавшим дедом.

Поздний Рембрандт писал всё грубее, темнее и небрежнее. Лица людей на его картинах становились всё мрачнее: с морщинами, неровной кожей и выразительными, но некрасивыми чертами лица. Он оставлял заметные мазки, не всегда тщательно прописывал детали одежды и фона, нарушал привычную симметрию композиции.

Для современников это выглядело не новаторством, а неспособностью деда работать нормально.

После смерти Рембрандта не забыли, но художником он считался спорным. Легенда — да, хороший ли это вкус — не факт. Пару сотен лет его котировали даже не все ценители живописи — и уж тем более никто не собирался в честь него ничего называть.

Национальным героем Нидерландов он стал во многом по политическим причинам.

После 🇫🇷 французской оккупации и 🇧🇪 отделения Бельгии в 1830 году Нидерландам понадобились собственные герои. (Ну и XIX век — это вообще век осмысления себя как наций всеми народами Европы).

Новосозданная Бельгия как раз объявила своим главным художником Рубенса — и влепила ему памятник в Антверпене. Голландцы ответили на это памятником Рембрандту в Амстердаме. А потом ещё и переименовали в Рембрандтплейн историческую площадь Ботермаркт.

Главной национальной картиной назначили "Ночной дозор". Как раз построили НАЦИОНАЛЬНЫЙ музей, в нём для картины заранее спроектировали отдельный зал в конце “галереи славы” — буквально задумали это как алтарь в храме искусства.

В 1898 году прошла первая большая “сольная” выставка Рембрандта. К его трёхсотлетию в 1906-м уже продавались рембрандтовские сувениры, а график Алберт Хан уже критиковал рембрандтоманию:

‘Met de laatste Rembrandtspeech
klim ik op m’n Rembrandtfiets;
Ontsteek aan m’n Rembrandtlantaren
één van m’n Rembrandtsigaren;
Rembrandtpet op Rembrandtlokken,
aan m’n kuiten Rembrandtsokken.’

А ещё Рембрандт ван Рейн — это не потому что он родом с этой реки. А потому что его отец был мельником на лейденской мельнице, которая называлась "Рейн" (De Rijn). Впрочем, один из рукавов, Старый Рейн в Лейдене тоже течёт.

🌷 Тюльпаны, по которым голландцы угорали исторически, — не такие как наши. Это из-за болезни

@dat_kan

💰 "Слышу про какой-то Prinsjesdag, бюджет-2027, чемоданчик и парад шляпок — что там важно вообще?"

Каждый год в середине сентября (третий вторник) правительство показывает проект бюджета на следующий год.

В данном случае — на 2027-й. И для этого правительства это первый такой раз — поэтому всем важно.

💥 Крупное, о чём говорят голландские медиа:

1. План — беззубый. Ни о чем значимом договориться трём коалиционным партиям не удалось даже между собой. (Кроме азота, но это мы знали уже). Все остальные болезненные, но нужные реформы уезжают в неопределённое будущее (пенсионный возраст расти быстрее не станет, пособия по безработице — тоже не сократят пока). Без всех этих урезаний масштабно тратить можно было бы только значимое повышение налогов — но на него тоже не решились.

2. Даже это ещё предстоит голосовать — и даже под это пока нет гарантированных голосов. К счастью, голосоваться будет по отдельности — один кусок может пролезть, даже если другой заблокируется.

3. Хорошо сформулировал своё мнение госсовет Госсовет: эти планы перекладывают оплату счетов на будущие поколения и молодёжь. Ну дай бог не последние планы.

🫰 Лично для вас:

• Франшиза медстраховки (eigen risico) должна будет подорожать с €385 до €400 в год (впервые за 11 лет). Должно было быть €460, но отложили на год. Поэтому вместо них будет расти ежемесячный платёж — тоже, где-то €169 в месяц в среднем (+€12).

• Box 3-дилемма: ничего пока не решили, отложили ещё на полгода. Сейчас считают условную придуманную государством доходность капитала. А с 2028 начнут уже какую-то реальную. Вопрос только в том, будет это "бумажная" прибыль, vermogensaanwasbelasting (тогда — ежегодно) или только по факту получения, vermogenswinstbelasting (тогда — в момент сделки).

• Топливо должно стать ещё чуть дороже с 2028-го. Сейчас рост акциза заморожен, но это хотят постепенно отменить.

• Алкоголь тоже чуть подорожает — акциз на него хотят индексировать на инфляцию автоматически.

• Часть налоговых льгот хотят убрать. Например, вычет для начинающих предпринимателей (startersaftrek). Сейчас можно вычесть €2к из налогооблагаемой базы трижды в первые пять лет.

• Максимальная налоговая ставка дохода физлиц (49,5%) не должна будет индексироваться по границе применения. Раньше сумма повышалась постепенно. Теперь вылезете за €78 426 в год — начнёте платить её (на сумму превышения).

@dat_kan

🦊 Оранжевый цвет не имел никакого отношения к Оранским. Они просто звучали похоже — и понеслось

“Отец нации”, немецкий граф Вильгельм фон Нассау унаследовал титул Оран(ж)ского, потому что его дядя владел маленьким княжеством Оранж на юге Франции.

Это княжество, во-первых, под Марселем — прям чёрти где и от Нидерландов, и от немецкого Нассау. Во-вторых, его название происходит от римского Arausio и ещё дальше от чего-то кельтского, никак не связанного с апельсинами. То ли “ухо”, то ли “щека”.

🍊 А наш “оранжевый/orange” — от арабского “наранж” и “наранг” на санскрите. Сперва — именно в смысле фрукта апельсина, а потом и апельсинового цвета. Короче, ничего общего.

Весь прикол Оранжа был в том, что оно княжество. Так-то это была микроскопическая фигня по типу Монако — окружённая Францией, но не входившая в её состав аж до 18-го века.

Но как ксива/погоны/корочка быть князем — это весомо, круче, чем граф. Позволяет сидеть за одним столом и вступать в брак с высшими в иерархии. По той же логике дочь князя из Анхальт-Цербста могла стать женой российского императора и потом Екатериной II.

Жителям бургундского княжества в голову этот оранжевый каламбур в голову тоже приходил. Считается, что под влиянием названия города фрукт по-французски начали называть на "о-", а не на "а-" (как в итальянском до сих пор — "arancia"). Так был бы у нас и англичан, заимствовавших из француского, аранжевый.

🇳🇱 А голландцы во время войны за независимость эту тему ухватили быстро. Уже тогда на голландском триколоре на месте красного регулярно появляется оранжевый.

(Так появилась нынешняя голландская "имперка", но это отдельный разговор).

Совсем по оранжевому начинают упарываться в следующем веке, когда он станет идеологическим цветом. В эту эпоху голландский политикум поделится на “оранжистов” и “республиканцев” — тех, кто за то, чтобы во главе государства стояли наследники династии, и тех, кто настаивал “ой, ну по наследству это отстой, разве мы за это боролись — давайте выберем самых достойных, смотрите, какие у нас влиятельные господа уже есть”.

Но это ещё не весь прикол.

🇳🇱 Да, в цветах Оранжа не было оранжевого. Зато у них были цвета будущего голландского флага — синий, белый и красный — и они как раз взяты оттуда!

Восстанию против Испании и будущей молодой республике нужен был флаг. До тех пор его никогда не существовало — потому что страны такой не было. Так флагом Нидерландов стал именно тот, который мы сейчас знаем.

👑 Большинство голландцев — за сохранение монархии. Но платить за короля бы хотели поменьше

🇫🇷 Проехался по северу Франции: оказывается, там тоже много голландского (до сих пор)

@dat_kan

😎 Парадокс нидерландского благополучия: люди кушают хорошо, хотя экономика не очень готова обеспечивать им это в будущем

Классный текст в NRC.

На поверхности — красота. Низкий госдолг, низкая безработица, рост ВВП стабильные 1-1,5% каждый год и люди на террасах с бокалами уже ранним вечером.

Но значительная часть этого благополучия держится не на росте производительности труда и новых инвестициях, — а на потребителе. А тот – на росте стоимости недвижимости, дивидендах от бума на фондовом рынке и значительных пенсионных накоплениях. 

А ещё — на ковровых расходах государства и нескольких удачных факторах, которые так временно сложились (ASML и спрос на чипы — это 20% роста голландского ВВП!).

То есть смотришь в аналитическую записку CPB на ближайшие два года — там всё удивительно оптимистично. “Несмотря на войны, дорогую энергию и международную неопределённость, Нидерланды пока устойчивы”.

В норме источник долгосрочного роста был бы в труде: за тот же час работы голландец производит больше ценности, компании внедряют технологии, строится инфраструктура, растут реальные инвестиции. Nope, как раз значимый рост за счёт частных инвестиций заблокирован кучей факторов: не хватает рук, азотные ограничения, электросеть, бюрократия, всё, что мы тут обсуждаем раз в неделю.

💵 Из трёх источников роста экономики работают только два наименее “здоровых” — потребление и госрасходы.

При этом рост расходов государства — в первую очередь на оборону. Не факт, что местной экономике это много даст, — деньги во многом утекут в заказы из других стран. Пока что потраченные на оборонку деньги привели к росту ВВП на… 0%.

А остальные расходы — в основном латание дыр (медицина, соцобеспечение) и амортизацию шоков для потребителя (компенсации за энергию в 2022, снижение акциза на бензин), а не в будущее. Если государство раздаёт деньги, а новых домов, мегаватт и работников от этого не появляется, результатом будет в основном рост цен на старые дома, мегаватты и работников.

Получается парадокс: тут всё ещё хорошо кушают — потому что другие вокруг них тоже хорошо кушают и смотрят в будущее с оптимизмом. Люди тратят деньги охотнее, когда их квартира дорожает на 50 тысяч евро в год, — просто в этом нет их новой заслуги, только старая. При этом такой человек чувствует себя богаче, легче тратит деньги, может выгоднее брать новые кредиты на покрытие старых трат, меньше боится крупных покупок.

🤩 В тексте NRC про это — грустная параллель: в 18-м веке Нидерланды уже так жили. Тогда после “Золотого века” остались капиталы — но не осталось способов их использовать. Голландцы уже ничего не производили, не изобретали и не перевозили — а давали в долг тем, кто производил, изобретал и перевозил. Постепенно Англия и Франция научились это делать сами — и пришлось жить на доходы от вложений уже в их торговый флот (и хорошо в Голландии жили только те, кто мог так вкладывать).

Один из влиятельнейших местных историков Симон Схама посвятил этому периоду целую книгу “Изобилие и беспокойство”. И начал её словами Кальвина, основоположника голландской бережливости: “Пусть те, кто имеет изобилие, помнят, что их окружают тернии, и пусть они очень осторожны, чтобы не уколоться ими”.

🚀 У Нидерландов парадокс: для роста хватает денег — но не хватает пространства. И ресурсов, которые нельзя просто купить

@dat_kan

🌟 Меня часто спрашивали, буду ли я присутствовать при родах. Но в Голландии более-менее все мужчины присутствуют (это в общем-то даже не вопрос выбора)

По местным опросам мужчины на родах есть в 97%+ случаев. Все роды в этом смысле "партнёрские" — нет такого термина даже. И вся система подготовки и родов тоже выглядит так, что отца там нет только в каких-то особенных случаях — типа если он умер или находится в арктической экспедиции.

На голландских форумах можно перепроверить, что цифры не врут, – это дефолтная опция.

Даже среди нидерландских мусульман цифра высокая – 75%.

В других странах Западной и Северной Европы — уже так же. В Англии, Франции, Германии уже в 2000-е роды с участием отца составляли 90%+ случаев.

👨‍🍼 А в Нидерландах так вообще сложилось давно – считай, всегда так было. Уже по описаниям голландских родов 1900–1940 годов видно, что отцы регулярно при них присутствовали. В то же время, например, в Англии мужчину обычно оставляли за дверью.

Причина довольно простая: голландские женщины довольно долго рожали дома, а не в больнице. Когда это происходит в вашей спальне, не нужно специальное разрешение врачей — сложнее не поучаствовать. Отец звал акушерку или хаусартса (раньше они тоже принимали роды), приносил воду, держал лампу, поддерживал жену и занимался старшими детьми.

В принципе, то же самое они делают там и сейчас, даже в больнице. Даже на кесарево голландский мужчина идёт в операционную.

А вот в других странах, – включая СССР – перенос родов в больницы, наоборот, выгнал отцов из процесса.

Во Франции первого отца экспериментально пустили в родильную комнату одной клиники только в 1952 году; даже в 1970-е это ещё не было нормой. В Великобритании в 1960-е при родах присутствовал примерно каждый десятый отец.

👶 Ну а в Восточной Европе это всё ещё право, которого нужно добиваться. В Москве – 45% родов с отцом, в остальных странах бывшего СССР (кроме стран Балтии) – 10-30%. Мужчина в этой системе (взглядов в первую очередь) – персонаж, который как минимум может мешать, как максимум – быть источником инфекции.

Справедливости ради, присутствие отцов сильно логичнее, когда роды проходят в отдельном помещении для каждой женщины, как в Голландии. А не в родительном зале на 10-20 женщин одновременно, как в странах победнее.

И когда система родов, как тут, сильно "кастомизирована": каждый кейс индивидуален, почти все составляющие процесса можно и нужно выбирать самостоятельно. Уместно иметь кого-то, кто за тебя объяснит, что ты хотела эпидуралку / не хотела кесарево, если ты уже еле соображаешь. Когда всё стандартное – такой мужик на родах ни к чему.

И наоборот, в местной системе рожать без сопровождения близкого – довольно тупо и страшно, потому что большую часть времени ты в родильной комнате одна. До финальной активной фазы врачи и медсестры наведывают раз в пару часов – всё остальное заняты кем-то другим.

Голландские женщины массово рожают дома? Уже нет (и вообще важнее с кем, а не где)

@dat_kan

🐫 "У верблюда — два горба, потому что жизнь — борьба"

Голландцы ездят в офис во вторник и четверг.

А в понедельник, среду и особенно пятницу — не ездят, остаются дома.

Эти два пика существовали ещё до пандемии. Всё дело в массовом парт-тайме и полной рабочей неделе на 36 часов.

А ещё в среду начальные школы до 12:00, а не до 15:00 — и кто-то должен забрать ребёнка оттуда раньше. Но пандемия дополнительно усилила существующий паттерн.

Теперь во вторник и четверг люди ездят в офис разговаривать с другими людьми: 70% времени уходит на это, только 30% на индивидуальную работу.

🔄 Получается самоподдерживающийся круг: я приезжаю во вторник, потому что коллеги приезжают во вторник; они приезжают, потому что там буду я.

Адской проблемы в этом "верблюжьем" графике нет – но получается какая-то неравномерная нагрузка на дороги и общественный транспорт. То все едут, то никого.

❤️ Голландцы — чемпионы удалёнки. Нигде в Европе не работают из дома так часто

⚠️ Здесь работают меньше всех. Зато дольше всех

@dat_kan

⚡️ В Нидерландах проблемы с электросетью. Как это вообще устроено, в чём затык?

⚡️ Если коротко: самого электричества хватает — не хватает пропускной способности при пиковых нагрузках. Это по сути "пробки" в часы пик, как на дороге. Или если сравнивать с водой: её самой в стране достаточно – но всё чаще оказывается, что какая-то отдельная локальная труба слишком узкая.

А так-то общее потребление электричества в Нидерландах не растёт с 2008 года. Меняется паттерн его использования – проблема в этом.

Раньше электричество требовалось в основном для света и бытовой техники. Причём благодаря экономным приборам его потребление даже снижалось — поэтому большого запаса в кабели не закладывали.

Но с тех пор многое меняется.

⭐ Газ заменяют тепловыми насосами и электрокотлами. Холодным зимним вечером за электричеством в сеть приходят те, кто раньше не приходил. И даже не холодным — с 17 до 19 все теперь готовят ужин не на газовой, а на электрической плите.

2️⃣ Бензиновые автомобили всё чаще заменяют на электрические. Приехал человек домой с работы — поставил его на зарядку вечером. С 17 до 21 в сети ещё больше потребителей, которые раньше не приходили.

🏠 Промышленные процессы на газу заменяют электрическими. У них свои какие-то пики тоже.

4⃣ Более того, "пробки" в сети бывают ещё и в обратную сторону! Солнечные батареи частников теперь и отдают его в сеть. Солнечным днём весь район пытается отправить его назад — это проблема.

В итоге годовое потребление почти не меняется — но количество устройств, создающих сильные локальные пики или обратный поток, за 2020-е выросло в 5–7 раз.

💡 Как так получилось?

С одной стороны государство поощряло переход на электричество. Буквально раздавало субсидии на солнечные панели, электромобили, тепловые насосы и перевод заводов с газа на электричество. Платило за ток, отправленный солнечными панелями частников (теперь перестаёт).

А с другой стороны — пыталось удерживать цены на электричество.

Дело в том, что в каждом регионе — частный оператор сети (например, Liander в Амстердаме), но всегда только один. Он может потратить денег на расширение электросети и объяснять этим повышение цен. Государство заставляло их сначала обосновать, что расширение нужно. А то, мол, настоят ненужных мощностей — лишь бы цену повысить. Те, в итоге, и не настроили — даже нужных.

@dat_kan