Котята, хочу задать вам важный вопрос 🤍

Чем вас зацепила история «Сводный брат»? Почему вам нравится её читать? Что именно привлекло? Что вы чувствуете, когда читаете? И чего ждёте дальше?
Мне правда очень интересно это почитать, поэтому не скупитесь на комментарии 🥺 Чем больше — тем лучше

Котятки, сегодня наткнулась на один комментарий — и эта идея меня не отпускает весь день 🤍

Честно, мне кажется, это очень интересный и необычный троп. Думаю, может попробовать написать его в своём стиле, со своими фишками.

Хочу попробовать написать такой формат, но у меня это будет впервые,поэтому надо хорошенько подумать😉
( Но нечего не обещаю, но это не исключено.)

Ребята, жду ваши реакции, если добьём барьер, завтра сяду писать главу 😘

Ребята, простите, что не выложила. Всю неделю выжата как лимон…

Сегодня кровь из носа выложу главу 😅🤍

Спойлер: Ревность Мэйсона😏

— Что смотришь? — интересуюсь я, отрываясь от неё.

— Пираты Карибского моря, — ставит на паузу. — Мой любимый.

— Слышал о нём, но не смотрел.

— Ты не смотрел?! — возмущается она.

— Нет.

— Кошмар, нет, так не пойдёт, — всё так же возмущается она. — Так, иди переодевайся и живо сюда. Буду посвящать тебя в классику.

Я лишь закатил глаза, усмехнулся, бросил что-то типа «Слушаюсь, моя госпожа» и пошёл переодеваться, перед этим предложив ей составить мне компанию, но она была настроена решительно ознакомить меня с данной франшизой.

Мы сидели, смотрели фильм. Она очень бурно объясняла мне сюжет всей истории, хотя мы начали смотреть с первого фильма. На мой вопрос, не надоело ли ей пересматривать, она лишь отмахнулась, сказав, что готова пересматривать это постоянно.

И вот мы сидим, смеёмся, но как бы я ни старался, я смотрел лишь на неё и не мог оторвать глаз.

— Смотри в экран, а не на меня, — произносит она, не отрывая глаз от экрана. — Интересно же.

— Да, очень, — тихо сказал я.

Через минут двадцать я стал замечать, что Вивьен начали приходить сообщения, и при просмотре их улыбка исчезала с её лица. После нескольких повторений я взял пульт и поставил на паузу.

— Эй, зачем остановил? — спрашивает она, вставая с меня.

— Затем. Что с тобой? — спокойно говорю я.

— О чём ты?

— Что за сообщения тебе приходят, после которых ты грустишь? — прямо спрашиваю я.

— Никакие, — говорит она, стараясь звучать уверенно.

— Вивьен, — мой тон становится чуть угрожающим.

— Ничего, всё в порядке, — твёрдо говорит она, отводя взгляд.

Я тяжело выдохнул, беру её за талию, сажаю так, чтобы она оседлала меня. Она ахает, но не сопротивляется.

— Мышонок, — стараюсь звучать мягче.

Вивьен лишь отводит взгляд, стараясь смотреть куда угодно, только не на меня. Я нежно хватаю её за подбородок, заставляя смотреть мне в глаза.

— Говори.

Немного помедлив, она всё же сдаётся.

— Мне писала мама, — грустно отвечает.

Чёрт возьми.

— И что она пишет?

— Для тебя… нас это, скорее, хорошие новости…

Я лишь смотрю на неё непонимающим взглядом.

— И что за новость?

— Мама пишет, что они задержатся ещё на две недели.

— Это хорошо?

— Да, — выдыхает.

— Так почему ты грустишь?

Я знал ответ.

— Потому что мне тяжело, — почти плача произносит она. — Мне перед ней стыдно, хотя я знаю, что ничего преступного не совершаю. Меня разрывает изнутри: одна часть кричит, что это неправильно, что это надо прекратить… — она замолчала, а моё сердце пропустило удар. — А другая часть — ты, — отчаянно произносит, обхватывая моё лицо. — Мои чувства к тебе настолько сильны, что мне даже бывает больно, но в то же время невыносимо тепло и спокойно… и я не знаю, что мне делать.

Она окончательно замолкает, лишь смотрит.

Во время её речи моё сердце будто не билось. Ей было тяжело, я знал это, и от этого было ещё больнее. Но я понимал, что мне нужно её успокоить, взять ситуацию под контроль ради неё. Нас.

— Вивьен, послушай, — нежно произношу я, поглаживая её по волосам, прижимаясь лбом к её лбу. — Ты самое лучшее, что произошло со мной в этой жизни. Ты мой свет, мой воздух. Ты первое, о чём я думаю, просыпаясь, и последнее, о чём думаю перед сном. Ты в моей голове, душе и сердце, — выдыхаю я, запуская пальцы ей в волосы. — До тебя словно ничего не было: только работа, алкоголь, одиночество. Но ты стала моим миром, моим смыслом.
И я никому не позволю отнять тебя у меня. Ты всегда будешь со мной, что бы ни произошло.

На этот раз замолкаю я и просто смотрю на неё, ожидая реакцию. Но она лишь смотрит на меня — удивлённо, растерянно, с надеждой.

Не в силах больше ждать, я накрываю её губы своими. Но не жадно, не грубо — а нежно, глубоко, стараясь передать все те слова, что произнёс, чтобы она не только услышала, но и почувствовала.