Когда рождается ребёнок, жизнь матери в опасности. Если ты скопил много денег, к тебе залезут воры. Нет радости, которая не сулила бы огорчений. Бедность научит воздержанию, болезнь — заботе о здоровье. Нет несчастья, которое не предвещало бы радости. Поэтому постигший истину человек не отделяет радость от огорчения, но забывает и о том, и о другом.
Хун Цзычен. «Вкус корней»
Хун Цзычен. «Вкус корней»
❤50🔥8
А женщина хочет перестать быть игрушкой — даже метафорически.
Потому что необходимость всё время оставаться опасной, желанной и непредсказуемой мало похожа на близость. В ней слишком много сцены и слишком мало места для живого человека.
У Екатерины Крупецкой отношения разбираются без инструкций, какой должна быть «настоящая женщина», чтобы её продолжали хотеть.
Начать можно с текста о безопасности рядом с другим человеком
и разбора полярных ярлыков о сильных мужчинах и тиранах.
Подписаться: @krupetskaya
Потому что необходимость всё время оставаться опасной, желанной и непредсказуемой мало похожа на близость. В ней слишком много сцены и слишком мало места для живого человека.
У Екатерины Крупецкой отношения разбираются без инструкций, какой должна быть «настоящая женщина», чтобы её продолжали хотеть.
Начать можно с текста о безопасности рядом с другим человеком
и разбора полярных ярлыков о сильных мужчинах и тиранах.
Подписаться: @krupetskaya
❤3👍1🔥1💯1
Читать, смотреть и играть в героические сюжеты было очень увлекательно, но меня не оставляла одна загадка. Когда все проблемы были решены и героические приключения оканчивались хэппи-эндом, я вовсе не был этому рад. Нередко я испытывал больше разочарования, чем если бы герои просто погибли. Дело было не в том, что интересная история закончилась, а с ней закончилось и мое наслаждение. Мне не нравился сам хэппи-энд: тот факт, что герой убил всех драконов и в последних эпизодах усаживается у себя на веранде, принимается пить вино из золотого кубка и будто бы и не планирует больше ничего интересного в своей жизни делать.
Во мне не было никакого садизма, и я не желал, чтобы эти прекрасные персонажи страдали. Напротив, я желал им всего наилучшего, но эта условная веранда и скучное почивание на лаврах казались мне хуже смерти. Какое-то время это приводило мой ум в недоумение. Я будто бы и понимал, почему подобный исход мне так не нравится, но этому пониманию не хватало ясности. Вскоре ясность пришла.
Что происходит с героем, который реализовал смысл? Он перестает быть героем, и это потеря из потерь. Он превращается в обывателя, в пенсионера, что кажется очень досадным, когда пенсия наступает в расцвете лет и в полноте сил. Герой, который «угодил» в хэппи-энд, слагает с себя ответственность и оставляет большие задачи. Вместе с ними из его жизни улетучивается смысл, а вместе со смыслом, в прямой пропорции к его угасанию, ослабевает витальность и любовь. Исчезает стимул крепнуть и совершенствоваться, исчезает вызов, который делал его интереснее и сильнее. Одним словом, в архетипе счастливого конца я был полностью согласен со словом «конец», но вот назвать его по-настоящему счастливым я не мог.
В структуре героического мифа есть этап, который великий исследователь мифов Джозеф Кэмпбелл называл отказом от зова. Герой слышит зов приключения — и отворачивается. Он видит дракона — и делает вид, что не заметил его. Он чувствует, что может и должен взять ответственность — и находит убедительные причины этого не делать.
Последствия отказа от призыва всегда разрушительны, хотя эта разрушительность может быть тихой и растянутой во времени. Жизнь того, кто отказался последовать зову, сужается и теряет энергию. Внешне все может выглядеть благополучно: комфорт, безопасность, отсутствие рисков, но внутри поселяется особый род тоски — тоски по той версии себя, которая так и не была реализована.
Отказываясь от зова, потенциальный герой совершает аборт своей собственной души, ибо она остается недоношенной. Невыбранный им путь начинает преследовать его, являться во снах, отравлять горечью каждое маленькое удовольствие, делает его мелким и раздражительным. Отказ от призыва — это не просто упущенная возможность; это предательство собственного потенциала, и наше бессознательное помнит об этом предательстве, даже если рассудок старательно его рационализирует.
Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 208)
Во мне не было никакого садизма, и я не желал, чтобы эти прекрасные персонажи страдали. Напротив, я желал им всего наилучшего, но эта условная веранда и скучное почивание на лаврах казались мне хуже смерти. Какое-то время это приводило мой ум в недоумение. Я будто бы и понимал, почему подобный исход мне так не нравится, но этому пониманию не хватало ясности. Вскоре ясность пришла.
Что происходит с героем, который реализовал смысл? Он перестает быть героем, и это потеря из потерь. Он превращается в обывателя, в пенсионера, что кажется очень досадным, когда пенсия наступает в расцвете лет и в полноте сил. Герой, который «угодил» в хэппи-энд, слагает с себя ответственность и оставляет большие задачи. Вместе с ними из его жизни улетучивается смысл, а вместе со смыслом, в прямой пропорции к его угасанию, ослабевает витальность и любовь. Исчезает стимул крепнуть и совершенствоваться, исчезает вызов, который делал его интереснее и сильнее. Одним словом, в архетипе счастливого конца я был полностью согласен со словом «конец», но вот назвать его по-настоящему счастливым я не мог.
В структуре героического мифа есть этап, который великий исследователь мифов Джозеф Кэмпбелл называл отказом от зова. Герой слышит зов приключения — и отворачивается. Он видит дракона — и делает вид, что не заметил его. Он чувствует, что может и должен взять ответственность — и находит убедительные причины этого не делать.
Последствия отказа от призыва всегда разрушительны, хотя эта разрушительность может быть тихой и растянутой во времени. Жизнь того, кто отказался последовать зову, сужается и теряет энергию. Внешне все может выглядеть благополучно: комфорт, безопасность, отсутствие рисков, но внутри поселяется особый род тоски — тоски по той версии себя, которая так и не была реализована.
Отказываясь от зова, потенциальный герой совершает аборт своей собственной души, ибо она остается недоношенной. Невыбранный им путь начинает преследовать его, являться во снах, отравлять горечью каждое маленькое удовольствие, делает его мелким и раздражительным. Отказ от призыва — это не просто упущенная возможность; это предательство собственного потенциала, и наше бессознательное помнит об этом предательстве, даже если рассудок старательно его рационализирует.
Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 208)
❤12👍3👎1
Не бывает эгоизма, который держался бы в своих рамках, никогда из них не выходя. Человек всегда потакает своему «Я» за счёт других. Одна жизнь всегда живёт за счёт другой жизни. Кто этого не понимает, тот не сделал ещё и первого шага к честности.
Фридрих Ницше. Черновики и наброски, начало 1886 г.
Фридрих Ницше. Черновики и наброски, начало 1886 г.
👍17❤7🫡3😢2
Если вы любите фантастику и фэнтези — возможно, вам нужен литературный канал, который не считает это чтением «второго сорта».
Здесь есть курс на 6 выпусков про Стругацких — не пересказ сюжетов, а попытка понять, откуда взялась советская фантастика такого уровня. Блокадное детство Бориса. Аркадий, тонувший под лёд на «Дороге жизни» и служивший переводчиком на процессе над японскими военными преступниками. Академгородки, «оттепель», целое поколение инженеров и физиков, для которых «Понедельник начинается в субботу» был не сказкой, а точным портретом их собственной жизни. «Полдень, XXII век» как программный документ поколения, всерьёз верившего, что коммунизм и звездолёты — вопрос одного-двух столетий.
Был и разбор Терри Пратчетта — с той же оптикой. Только у него война не пережита лично, а унаследована: поколение, выросшее в тени травмы родителей, без прямого опыта, но с полным знанием, чем всё это заканчивается. И вместо утопии или предупреждения — комический Плоский мир, где абсурд войны и власти препарируется через смех, а не через прямое высказывание.
Разная война, разное расстояние до неё, разный жанр — но в обоих случаях фантастика оказывается инструментом серьёзного разговора о реальности, а не бегством от неё.
Канал «Седьмой лауреат» так и смотрит на жанр — в общем контексте литературы, а не рядом с ней. Фантастика разбирается с той же серьёзностью, что Бунин, Шаламов или Набоков.
Подписаться на канал
Здесь есть курс на 6 выпусков про Стругацких — не пересказ сюжетов, а попытка понять, откуда взялась советская фантастика такого уровня. Блокадное детство Бориса. Аркадий, тонувший под лёд на «Дороге жизни» и служивший переводчиком на процессе над японскими военными преступниками. Академгородки, «оттепель», целое поколение инженеров и физиков, для которых «Понедельник начинается в субботу» был не сказкой, а точным портретом их собственной жизни. «Полдень, XXII век» как программный документ поколения, всерьёз верившего, что коммунизм и звездолёты — вопрос одного-двух столетий.
Был и разбор Терри Пратчетта — с той же оптикой. Только у него война не пережита лично, а унаследована: поколение, выросшее в тени травмы родителей, без прямого опыта, но с полным знанием, чем всё это заканчивается. И вместо утопии или предупреждения — комический Плоский мир, где абсурд войны и власти препарируется через смех, а не через прямое высказывание.
Разная война, разное расстояние до неё, разный жанр — но в обоих случаях фантастика оказывается инструментом серьёзного разговора о реальности, а не бегством от неё.
Канал «Седьмой лауреат» так и смотрит на жанр — в общем контексте литературы, а не рядом с ней. Фантастика разбирается с той же серьёзностью, что Бунин, Шаламов или Набоков.
Подписаться на канал
❤3👍2
Forwarded from Письма к самому себе
# 220. Почему мы приписываем миру свои качества, как отозвать свои…
Цендровский Олег
# 220. Слушать на iTunes, Яндекс.Музыка и YouTube
Forwarded from Письма к самому себе
# 220. Почему мы приписываем миру свои качества, как отозвать свои проекции и почему это делает нас свободнее и сильнее?
1. Читать ВКонтакте
2. Читать на Яндекс-Дзен
3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше)
4. Дополнительные материалы и поддержать проект
5. Что такое «Письма»: инструкция по применению
1. Читать ВКонтакте
2. Читать на Яндекс-Дзен
3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше)
4. Дополнительные материалы и поддержать проект
5. Что такое «Письма»: инструкция по применению
VK
# 220. Почему мы приписываем миру свои качества, как отозвать свои проекции и почему это делает нас свободнее и сильнее?
Когда мы встречаем во внешнем мире напоминание о том, что мы в себе подавили, психика может произвести непропорционально острую реакцию:..