# 213. Слушать на iTunes, Яндекс.Музыка и YouTube

# 213. Как научиться слышать сигналы ситуации и почему наши действия и планы успешны только тогда, когда пластичны?

1. Читать ВКонтакте

2. Читать на Яндекс-Дзен

3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше)

4. Дополнительные материалы и поддержать проект

5. Что такое «Письма»: инструкция по применению

Не ищите злой умысел там, где можно всё объяснить простой глупостью.

Наполеон Бонапарт

Ну что у них здесь за тоска! Дурака лелеют, дурака заботливо взращивают, дурака удобряют… Дурак стал нормой, ещё немного — и дурак станет идеалом, и доктора философии заведут вокруг него восторженные хороводы. А газеты водят хороводы уже сейчас. Ах, какой ты у нас славный, дурак! Ах, какой ты бодрый и здоровый, дурак! Ах, какой ты оптимистический, дурак, и какой ты, дурак, умный, какое у тебя тонкое чувство юмора, и как ты ловко решаешь кроссворды! Ты, главное, только не волнуйся, дурак, всё так хорошо, всё так отлично, и наука к твоим услугам, дурак, и литература, чтобы тебе было весело, дурак, и ни о чём не надо думать.

Аркадий и Борис Стругацкие. «Хищные вещи века»

Нам необходимы и наши грехи, и наши ошибки, и наши заблуждения, иначе мы будем лишены наиболее сильных причин, побуждающих нас к развитию. Я не пытаюсь вернуть человека, который услышал нечто такое, что могло бы изменить его душу, но ушёл, не обратив на это внимание. Вы можете обвинить меня в варварстве, но это меня уже не беспокоит. Я на стороне природы. Старинная китайская Книга Мудрости гласит: «Учитель говорит единожды». Он не станет гоняться за вами, это недостойно. Те, кому дано услышать, поймут, те же, кому не дано понять, не услышат.

Карл Густав Юнг. «Тавистокские лекции»

Любовь основана на равенстве и свободе. Если основой является подчинённость и потеря целостности личности одного из партнёров, то это мазохистская зависимость, как бы ни рационализировалась такая связь.

Эрих Фромм

Слова наносят тайному смыслу урон, всё высказанное незамедлительно становится слегка иным, слегка искажённым, слегка глуповатым. То, что для одного — бесценная мудрость, для другого может звучать как вздор.

Герман Гессе

Жизненный уровень — это качество жизни, и он определяется нашей включённостью в бытие, а не уровнем дохода. Можно есть простую пищу, ходить босиком по морскому берегу, слушать крики чаек, любоваться закатом и чувствовать себя счастливым, а можно изнывать от тоски в роскошном антураже, заливая эту тоску алкоголем и мечтая о суициде. Похоже, мы ещё не пришли к пониманию этой идеи, а понимание это приходит в процессе самопознания, самотрансформации.

Станислав Гроф. Интервью порталу «Theory&Practice», 2012 г.

​​​​Оглянитесь вокруг себя и вы увидите общество дебильных переростков, которые так и остались в детском возрасте, которые воспринимают весь окружающий мир как то, в чём что-то происходит по отношению к ним. Не само по себе. Даже цветок в мире, с точки зрения ребёнка, не растёт сам по себе — как автономное явление жизни. Или — вокруг темно и копошатся демоны, которые окружают их светлый остров, — конспирации, заговоры, намерения по отношению к ним.

Первый же философский акт вырастания состоит в следующем — кстати, я сейчас вспомнил фразу, которую в своё время сказал Людвиг Витгенштейн: мир не имеет по отношению к нам никаких намерений. Это — взрослая точка зрения. А ведь взрослые могут вести себя по-детски — вспомните, что один персидский царь, которому было угодно завоевать Грецию, отправил флотилию в Грецию, а в это время разбушевалось море и потопило всю его флотилию. И он приказал высечь море. Смешной акт. А подумайте о себе, сколько раз мы высекаем море, или высекаем мир, потому что нам кажется, что у мира были по отношению к нам намерения.

Мераб Мамардашвили. «Психологическая топология пути»

​​Желания — это не константы, а переменные, и они, строго говоря, совсем не наши, ибо рождаются из сложного переплетения внутренних и внешних обстоятельств, выходящих далеко за пределы любого конкретного индивида.

Большинство наших желаний были унаследованы нами от других людей или напрямую скопированы у них. Мы хотим то, чего хотят люди вокруг, — это называется миметическим, или подражательным, желанием. Ребенок не интересуется игрушкой, пока ее не возьмет другой ребенок. Взрослые устроены точно так же, только их игрушки дороже. Мы хотим определенную карьеру, потому что ею восхищаются в нашем кругу. Мы хотим определенный образ жизни и интересуемся теми или иными увлечениями, потому что их транслируют те, на кого мы ориентируемся. Так и работает реклама: она показывает нам счастливых людей, обладающих чем-то, и желание вспыхивает в нас, как от искры из чужого костра.

Вспомните, чего вы страстно желали пять или десять лет назад. Возможно, сегодня эти цели кажутся вам наивными или даже смешными. То, ради чего люди сегодня готовы перевернуть мир, со временем теряет для них всякую притягательность. Дешевые пластиковые игрушки или приторно-сладкая газировка, которых нам так хотелось в детстве, воспринимаются взрослым человеком с равнодушием или отвращением. Подростковый бунт и «вечная» любовь к громкой музыке сменяются тягой к тишине и комфорту в зрелости. Еда, которая была нами горячо любима, надоедает. Попробуйте есть свое любимое блюдо каждый день. Вскоре вы дойдете до того, что вас начнет от него тошнить.

Это же происходит и с жизненными достижениями, и с вещами. Мы приобретаем их, но минует неделя, месяц, год — и объект былой страсти становится просто фоном, царапается и пылится, а его магия улетучивается. Даже самые страстные желания имеют свой срок годности и либо покидают нас внезапно, либо незримо и по капельке испаряются день за днем.

В психологии это называется гедонистической адаптацией: мы очень быстро привыкаем к хорошему, перестаем его замечать, планка ожиданий ползет вверх, а желания меняются. Из-за непостоянства аппетитов вчерашнее чудо становится сегодняшней нормой, а то, что некогда казалось роскошью, начинает восприниматься как необходимость. Это похоже на беговую дорожку: как бы быстро мы ни удовлетворяли свои «хочу» и «не хочу», ощущение счастья остается примерно на том же месте и совершает лишь небольшие флуктуации.

Классическое исследование Брикмана и коллег в 1978 г. показало, что люди, выигравшие огромные суммы в лотерею, уже через год возвращались примерно к тому же уровню счастья, который был у них до выигрыша. Новая машина, повышение зарплаты или долгожданный переезд в другую страну вызывают всплеск дофамина, но затем мозг калибрует шкалу, и то, что казалось вершиной блаженства, становится просто нейтральным фоном.

Желания непостоянны не только в силу того, что сменяют друг друга в разные моменты времени и этапы нашей жизни. Они непостоянны даже здесь и сейчас, ибо ведут внутри нас ожесточенную гражданскую войну. Мы хотим свободы — и одновременно опеки, защиты и руководства. Хотим трудиться и приложить усилие — и хотим расслабиться и побездельничать. Хотим рискнуть — и стремимся к надежности и безопасности. Жаждем близости — и боимся пострадать от нее и потерять независимость. Мечтаем о приключениях — и цепляемся за стабильность. Стремимся к успеху — и боимся ответственности и неудачи. Хотим этого — и одновременно хотим чего-то другого, что ему противоречит и мешает. Если бы «Я» было единым хозяином в доме, оно бы выбрало что-то одно. Но так как желания — это взаимозависимые процессы, они тянут нас в разные стороны, как лебедь, рак и щука, оставляя в растерянности посреди противоречий.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 206)

Заткнуть глотку дураку – невежливо, но позволить ему продолжать – поистине жестоко.

Бенджамин Франклин

При отсутствии справедливости, что такое государства, как не большие разбойничьи шайки; так как и сами разбойничьи шайки есть не что иное, как государства в миниатюре. И они также представляют собою общества людей, управляются властью начальника, связаны обоюдным соглашением и делят добычу по добровольно установленному закону.

Когда подобная шайка потерянных людей возрастает до таких размеров, что захватывает области, основывает оседлые жилища, овладевает городами, подчиняет своей власти народы, тогда она открыто принимает название государства, которое уже вполне присваивает ей не подавленная жадность, а приобретённая безнаказанность.

Прекрасно и верно ответил Александру Македонскому один пойманный пират. Когда царь спросил его, какое право имеет он грабить на море, тот дерзко отвечал: «Такое же, какое и ты: но поскольку я делаю это на небольшом судне, меня называют разбойником; ты же располагаешь огромным флотом, и потому тебя величают императором».

Аврелий Августин

Невежество поощряется, дабы народ не мог узнать, где причина его страданий.

Лион Фейхтвангер

Степень эмоциональной реакции обратно пропорциональна знанию фактов — чем меньше вы знаете, тем более бурно реагируете.

Бертран Рассел

Современная молодежь рассуждает удивительно глупо: она расценивает жизнь исключительно с точки зрения счастья. Как бы мне повеселей провести время? — спрашивают они. Или жалуются: почему мне так невесело! Но в нашем мире никто не может жить всё время весело — по крайней мере в том смысле, в каком это понимают они. А когда они получают то, чего добивались, они разочаровываются — потому что никакая реальность не может сравниться с воображением. А потом, очень скоро, веселье сменяется скукой. Все гонятся за счастьем, а в результате все несчастливы.

Олдос Хаксли. «Контрапункт»

Согласно старинному правилу викингов, то, что ты не можешь удержать, не твоё.

Джон Апдайк. «Гертруда и Клавдий»

​​​​Бедные люди! Они внушают мне не отвращение, а безмерную жалость. Из всех загадок человеческого бытия я разгадал одну: больше всего страдаем мы в жизни от вечного одиночества, и все наши поступки, все старания направлены на то, чтобы бежать от него. И они, эти любовники, приютившиеся на скамейках под открытым небом, подобно нам, подобно всем живым тварям, стремятся хотя бы на миг не чувствовать себя одинокими; но они, как и мы, всегда были и будут одиноки. Иные ощущают это сильнее, другие слабее – вот и вся разница. Что бы мы ни делали, как бы ни метались, каким бы ни был страстным порыв наших сердец, призыв губ и пыл объятий, – мы всегда одиноки. Недаром Гюстав Флобер, один из величайших несчастливцев в мире, потому что он был одним из величайших ясновидцев, написал женщине-другу такие безнадёжные строки: «Все мы живём в пустыне. Никто никого не понимает».

Да, никто никого не понимает, что бы люди ни воображали, ни говорили, ни пытались сделать. Какая это пытка – постоянно соприкасаться с теми, кого нам не дано понять! И любим мы так, словно нас приковали рядом, к одной стене, и мы простираем друг к другу руки, но соединиться не можем. Мучительная потребность полного слияния томит нас, но все усилия наши бесполезны, порывы напрасны, признания бесплодны, объятия бессильны, ласки тщетны. Стремясь слиться воедино, мы устремляемся друг к другу и лишь ушибаемся друг о друга. Когда приходит любовь, душа словно расширяется, наполняется неземным блаженством. А знаешь почему? Знаешь, отчего это ощущение огромного счастья? Только оттого, что мы воображаем, будто пришёл конец одиночеству. Мы думаем, что больше не будем заброшены, затеряны в мире. Какое заблуждение! Ещё сильнее, чем нас, чем наши одинокие сердца, терзает вечная жажда любви женщину – женщину, этот великий обман мечты. Ты и сам переживал чудесные часы подле этих длинноволосых обольстительниц с чарующим взглядом. Какой бред туманит наш рассудок! Какое самообольщение увлекает нас! Не правда ли, так и кажется, что сейчас, сию минуту, мы с ней будем одно? Но эта минута не наступает никогда, и после долгих недель ожиданий, надежд, обманчивых наслаждений приходит день, когда я остаюсь ещё более одинок, чем прежде.

Не будем требовать большего, ибо полное слияние двух человеческих существ невозможно. Я теперь замкнулся в себе и не говорю уже никому, во что верю, что думаю, что люблю. Зная, что я обречён на жестокое одиночество, я смотрю на окружающий меня мир и никогда не высказываю своего суждения. Какое мне дело до человеческих мнений, распрей, удовольствий, верований! Я ничем не могу поделиться с другими и охладел ко всему. Мой внутренний незримый мир для всех недоступен. На обыденные вопросы я отвечаю общими фразами и улыбкой, которая говорит «да», когда у меня нет охоты тратить слова.

Ги де Мопассан. «Одиночество»

Пожар начался в театре за кулисами. Клоун вышел на сцену, чтобы предупредить зрителей об опасности. Они решили, что это шутка и начали аплодировать. Клоун с мольбой повторил предупреждение — в зале началась овация. Возможно и наш мир окончится так же: под аплодисменты зрителей, считающих, что это всего лишь шутка.

Сёрен Кьеркегор

​​Наш ум — это не монолитный дворец, которым управляет один-единственный царь по имени «Я». Скорее, это оживленная площадь, на которой постоянно что-то происходит. Здесь есть эмоции и чувства, мысли и воспоминания, надежды и страхи, желания и намерения. И ни одно из этих явлений нельзя назвать главным. Они все взаимозависимы друг с другом и с внешним миром.

Вы можете задаться вопросом: «Почему я выражаю эту эмоцию в этой ситуации?» Ответ — потому что сошлись воедино тысячи условий. Наше сегодняшнее настроение зависит от того, как мы спали ночью. Сон зависел от мыслей, которые занимали нас вечером. Мысли зависели от разговора, который состоялся днем. Разговор зависел от опыта из прошлого. Связи между нашими переживаниями и событиями в мире уходят вглубь и вширь на необозримые дистанции.

Эмоция не рождается из ниоткуда. Она — как цветок. Чтобы он вырос, нужны были семя, почва, вода, солнце и время. Точно так же наша реакция — это «цветок», выросший из семян прошлого опыта, политый водой текущей ситуации и освещенный солнцем нашего состояния ума в данный момент. Мы не создаем ни радость, ни печаль, ни гнев, ни спокойствие с нуля. Они возникают, когда для них складываются подходящие условия.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 205)

Безумцы прокладывают пути, по которым следом пройдут рассудительные.

Фёдор Достоевский

Вера и знание – это две чаши весов, чем выше одна, тем ниже другая.

Артур Шопенгауэр