Великая бездна сам человек, волосы его легче счесть, чем его чувства и движения его сердца.

Аврелий Августин. «Исповедь»

У нашего современника — дикие проблемы: кризис, социальная нестабильность, падение уровня жизни. Но ему говорят: ты живёшь в великой стране, у неё гигантская история, мы — народ-победитель, мы побеждали в прошлом и побеждаем сейчас. И человеку становится легче!

В этом есть глубокий психотерапевтический смысл, но это враньё, ведь с жизнью этого человека ничего не происходит, лучше ему не становится. Я ехал из аэропорта мимо каких-то бетонных заборов, заклеенных объявлениями, по разбитой дороге с разъезженной обочиной, и вдруг я вижу гигантский плакат «Родина, я тобой горжусь!». Понимаете? Это абсурд! Почему этот плакат — в таком месте?!

Я понимаю, если бы вокруг были подстриженные газоны, чистые улицы, улыбающиеся люди… Но когда всё вокруг в разрухе, в пыли, чем ты гордишься? Обычно говорят, что гордятся великой русской культурой, Достоевским — Толстым — Пушкиным. Да, мы ими гордимся. Но к тебе сегодняшнему они не имеют ровным счётом никакого отношения.

Андрей Бильжо

​​Мы — существа социальные, и наши нервные системы постоянно считывают друг друга. Агрессия очень зависима от резонанса: нападающий бессознательно ждет ответной реакции — либо страха (реакции жертвы), либо встречной ярости (реакции врага). Это топливо, на котором работает двигатель примитивной конфронтации. Но когда вы предлагаете в ответ спокойную доброжелательную твердость, вы ломаете привычный алгоритм. Агрессору просто не за что зацепиться, его крючки проскальзывают по гладкой поверхности вашего нежелания как бежать назад, так и бежать вперед. Он оказывается в вакууме, где его ярость, не находя отражения, приходит в недоумение и иссякает. В этом очищенном пространстве из конфронтации может родиться коммуникация — к пользе и удовольствию всех ее участников.

Отказ от агрессии не означает отказ от силы. Напротив, это единственный путь к ее обретению. В древних традициях всегда существовало четкое различие между архетипом убийцы и архетипом воина. Убийца движим злобой, страхом и жаждой наживы; он нападает, чтобы компенсировать свою внутреннюю неполноценность, и является рабом своих бессознательных автоматизмов. Он беден и слаб. Воин же вступает в бой с целью создать или защитить. Его выбор свободен, а его внутреннее состояние — не ярость и бедность, а собранность, покой и ощущение изобилия. Он силен и движим чистой волей к созиданию.

Мягкость вместо отступления, твердость вместо нападения, коммуникация вместо контроля не устраняют нашу уязвимость, не спасают от всех бед и нападок, но все же хорошо защищают нас. Они наделяют нас иными способами решения проблем, нежели грубая сила, и стократ сокращают число ситуаций, в которых может понадобиться ее применить. Я знаю, что если бы я искал защиты в агрессии и пробовал в ситуациях опасности применить какое-нибудь крутое каратэ (будь то словесное или физическое), я мог бы быть уже мертв. Вместо этого исхода теперь у меня в запасе есть несколько забавных историй.

Говорят, что жизнь беспощадно обходится со слабыми, и это так. Но еще беспощаднее она обходится с «сильными» — с теми, кто в своем невежестве отождествляет силу с агрессией и контролем. Их она с хрустом перемалывает в самых первых рядах.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 204)

То, что людьми принято называть судьбою, является, в сущности, лишь совокупность учинённых ими глупостей.

Артур Шопенгауэр

Самая необходимая наука есть наука забывать ненужное.

Антисфен

Я не верю в рок, который обрушивается на человека, что бы он ни делал. Но я верю в рок, который обрушивается на человека, если он бездействует.

Виктор Франкл

Я пошёл со своими часами к мастеру, хотел отдать в починку. Мастер заглянул в часы и, повертев их в руках, улыбнувшись, сказал: — Вы, месье, забыли их завести… Я завёл, — и часы опять пошли. Так иногда причину своих бедствий ищешь в мелочах, забыв о главном.

Антон Чехов. Письмо E. M. Шавровой-Юст, 1898 г.

Я не терпел поражений, я просто нашёл 10 000 способов, которые не работают.

Томас Эдисон

Темнота не может разогнать темноту: на это способен только свет. Ненависть не может уничтожить ненависть: только любовь способна на это. Ненависть умножает ненависть, насилие умножает насилие, а грубость умножает грубость.

Мартин Лютер Кинг. «Любите врагов ваших»

Я вспомнил, как однажды жестоко обошёлся с осой. Она ела джем с блюдечка, а я ножом разрубил её пополам. Не обратив на это внимания, она продолжала пировать, и сладкая струйка сочилась из её рассечённого брюшка. Но вот она собралась взлететь, и только тут ей стал понятен весь ужас её положения. То же самое происходит с современным человеком. Ему отсекли душу, а он долго — пожалуй, лет двадцать — этого просто не замечал.

Джордж Оруэлл. «Мысли в пути»

Обладать и принадлежать считается формой любви. Эта жажда обладать, человеком или куском собственности, не просто определяется обществом или обстоятельствами, но вытекает из гораздо более глубокого источника. Она исходит из глубин одиночества. И каждый пытается различными путями заполнить это одиночество: выпивкой, организованной религией, верой, какой-нибудь деятельностью и прочим. Всё это — способы бегства, но оно по-прежнему здесь.

Джидду Кришнамурти

Мне трудно представить себе внутренний мир женщины, но мне кажется, что он должен быть связан с миром мужчины. Одинокая женщина — это ненормально. Если мир женщины отделён от мира мужчины, это значит, что между ними нет ничего общего. Если мир не становится общим, отношения безнадёжны. Настоящие отношения меняют весь внутренний мир, а иначе вообще не понятно, для чего всё это. Я уверен, что в любом случае внутренний мир женщины очень зависит от чувства, которые она испытывает по отношению к мужчине, потому что чувство женщины тотально. Она — символ любви, а любовь, по-моему, во всех смыслах самое высшее, что есть у человека на земле...

Андрей Тарковский

​​Первое из доступных человеку тонких наслаждений есть наслаждение смысла. Смысл — это наша связь с широким контекстом мира и участие в нем через деятельность. Мы ощущаем присутствие смысла, когда видим, что мысли, чувства, поступки, планы и события нашей жизни представляют собой не случайный и разрозненный набор элементов, а собираются в цельную картину, подобно кусочкам пазла.

Всякое существо находится в постоянном движении и активно взаимодействует с тем, что вокруг, поэтому смысл никогда не является пассивной связью. Это всегда деятельность в мире, которая по необходимости концентрируется в особых точках притяжения: наших главных ценностях и целях. Мы начинаем по-настоящему чувствовать смысл только в том случае, если добровольно берем на себя достаточно большой объем ответственности. Когда мы ставим перед собой большие внутренние и внешние цели, они пробуждают нашу изначальную творческую природу. Без этих целей у нее нет никаких причин просыпаться: ей будет нечем заняться и не за что зацепиться. Без них у нас нет ни направления для движения, ни причин, чтобы расти.

Смысл пробуждает творческую и динамичную природу человека от дрёмы, так как придает нашему участию в жизни мира конкретную форму и устанавливает связь с его целым. Хаотическая мешанина из разрозненных переживаний и событий, из дней, месяцев и лет упорядочивается вокруг этих силовых линий, притягивается к ним и приобретает значение. Мы чувствуем, что наше прошлое, настоящее и будущее собираются в общий узор.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 207)

Только воображение рисует нам отвратительные последствия каждого нашего греха. В реальном мире фактов грешники не наказываются, праведники не вознаграждаются. Сильному сопутствует успех, слабого постигает неудача. Вот и всё.

Оскар Уайльд. «Портрет Дориана Грея»

Приходится усмотреть парадоксальный, но воочию явственный факт: всё горе и зло, царящее на земле, все потоки пролитой крови и слёз, все бедствия, унижения, страдания, по меньшей мере на 99% суть результат воли к осуществлению добра, фанатической веры в какие-либо священные принципы, которые надлежит немедленно насадить на земле, и воли к беспощадному истреблению зла.

Семён Франк. «Крушение кумиров»

Интеллект не помогает человеку писать хорошие стихи, но может помешать написать плохие.

Мишель Уэльбек

Если факты противоречат моей теории, тем хуже для фактов.

Георг Гегель

К чему печалиться, если всё ещё можно поправить? И к чему печалиться, если ничего уже поправить нельзя?

Шантидэва

Раб мечтает не о своей свободе, а о своих рабах.

Цицерон

​​Еще один пример непонимания природы благодарности и позитивного мироощущения — это когда призыв к ним используется для оправдания бездействия, эксплуатации и заглушения справедливого протеста. «Будь благодарен, что у тебя вообще есть работа» — говорят человеку, которого заставляют трудиться сверхурочно за минимальную плату. «Ты должна быть благодарна, что он не бьет тебя» — могут сказать женщине в разрушающих ее отношениях. «Будьте благодарны за то, что имеете» — призывают угнетенных, чтобы они не требовали человеческого обращения и справедливого вознаграждения за их труд.

Это извращение самой идеи благодарности, поскольку, понятая правильно, она никогда не является оправданием для консервации того, что есть. Подлинная благодарность побуждает к творческому действию и совершенствованию положения дел, поскольку она тотальна и охватывает не только статус-кво и поверхностную данность, но также весь спектр возможностей роста, сокрытый под этой поверхностью.

Мы благодарны за все то, что есть сейчас, и неотъемлемой частью этой реальности является потенциал ее трансформации, доступный нам во всякий момент. Испытывая благодарность, мы видим ценность всего и примиряемся со всем, и именно поэтому мы вступаем в творческое взаимодействие с ситуацией, поскольку так происходит естественная реализация нашей природы. Человеческая воля к созиданию столь же естественна, как пение птиц, сияние солнца и смена дня и ночи.

Благодарность за малое никоим образом не означает, что мы не имеем права стремиться к большему или требовать того, что нам положено по справедливости. Напротив, только если мы продолжаем реализовывать свою творческую природу, мы можем говорить о том, что практикуем правильно. Стоять на месте и довольствоваться малым, то есть не высвобождать свою творческую энергию, — это возмутительная неблагодарность изобилию жизни, отрицание и обесценивание самой ее динамики. Так мы остаемся неблагодарными важнейшему из того, что мы имеем: своей способности расти и совершенствоваться, делать лучше и больше.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 200)

Я не знаю иных признаков превосходства, кроме доброты.

Людвиг ван Бетховен