Мы живём, откладывая на потом всё, что только можно отложить. Возможно, в глубине души мы уверены, что бессмертны и рано или поздно успеем всё сделать и всё познать.

Хорхе Луис Борхес

Кто сам не сдастся, тот непобедим.

Данте Алигьери

Ложная учёность хуже невежества. Невежество — это голое поле, которое можно возделать и засеять; ложная учёность — это поле, поросшее пыреем, который выполоть почти невозможно.

Чезаре Канту

Различие людей, то есть равны они или не равны, будет во многом определяться тем, кто совершил усилие, а кто не совершил его.

Мераб Мамардашвили

# 199. Слушать на iTunes, Яндекс.Музыка и YouTube👇

# 199. Что такое мораль рабов, как придирчивость превращается в рессентимент и как практиковать благодарность в движении?

1. Читать ВКонтакте

2. Читать на Яндекс-Дзен

3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше)

4. Дополнительные материалы и поддержать проект

5. Что такое «Письма»: инструкция по применению

Чисто обутый человек осторожно обходит грязь, но раз оступился, запачкал обувь, он уже меньше остерегается, а когда видит, что обувь вся испачкана, уже смело шлёпает по грязи, пачкаясь всё больше и больше.

Так и человек смолоду, пока он ещё чист от дурных и развратных дел, бережётся и сторонится от всего дурного, но стоит раз-другой ошибиться, и он думает: берегись, не берегись, всё то же будет, и пускается во все пороки.

Лев Толстой. «Путь жизни»

​​Понимаешь ли ты всю безотрадность того, что я увидел? Всё появляется и тут же исчезает, исчезает навсегда. Нет приобретения, нет награды – волны бытия возникают неизвестно где, прикидываются нами и миром, и тут же уходят неизвестно куда; они совершенно вне нашего понимания, какое уж там власти. Мы можем только по-верблюжьи жевать свой нарратив. Всё мировое кидалово всех возможных сортов и ценовых диапазонов состоит из одних и тех же быстро и больно мигающих пикселей, которые мы доверчиво зовём собой и миром.

Всё, за что мы бьёмся в жизни – это перестановка букв на дисплее ума, корректура «рассказа про нас», который читаем «мы сами», хотя оба члена этого уравнения есть голимейшая подделка, ежесекундно разлетающаяся вдребезги… О ужас, о безысходность, о подлость, о бездна… И из бездны этой нет выхода.

Мы можем родиться при авторитаризме, умереть при совсем другом авторитаризме, но из-под этого главного напёрстка нам не выползти никогда. Но есть и хорошая новость. Кто умирает в конце сеанса? Да никто. Вот только этот нарратив. Помнишь, как пели в восьмом классе? «Если у вас нету тети, то вам её не потерять. А если вы не живёте, то вам и не, то вам и не, то вам и не умирать…»

Чему бы я стал учить молодежь со дна этих прозрений? Да чему я могу научить… Смешно. Ребята, сказал бы я, мальчишки и девчонки – пока молодые, развивайте полный лотос, он очень пригодится вам в жизни. И ничего не берите в голову, кроме щебета птиц, шума ветра и плеска волн. Но и они вас не спасут. Вас предаст всё, на что вы смотрите дольше двух секунд. Поэтому отпустите всё. Если, конечно, можете… Но ведь молодежи такое не говорят. Потому что кто тогда купит айфон и подпишется на канал? Кто выйдет на митинг? Кто заступит на вахту? Кто закажет крафтовое пиво, сядет за штурвал и нажмёт красную кнопку?

Человек на земле – отнюдь не свободный испытатель реальности. Человек на земле работник. Не будем сейчас уточнять, на кого именно – это в данном контексте неважно. Важно то, что истина не только сурова. Она ещё асоциальна. Слава богу, что юность человечества надёжно от неё защищена.

Виктор Пелевин. «Тайные виды на гору Фудзи»

​​Любую книгу можно сократить и в два раза, и в десять, и до одного абзаца. Но поистине важные мысли никогда не бывают поняты, если столкновение с ними внутри головы читателя не будет растянуто на много часов и дней труда.

Мы должны проделать свою умственную работу за чтением, переварить это в течение дня и в ходе ночного сна, а затем проделать это еще много раз, чтобы смыслы пустили корни в нашем сознании, а затем дали свежие побеги и принесли обильные плоды.

Большие книги позволяют вам остаться с определенными сущностными идеями на дни, недели и даже месяцы, увидев их под десятком разных углов. И пока вы проводите с ними время и инвестируете в них свою умственную энергию, в вас происходит эволюция понимания.

Читая и размышляя, вы создаете себя. Точно так же, как рост растения не происходит в одночасье, наш внутренний рост требует времени, регулярного полива и тепла нашего внимания. Краткость не дает таких преимуществ, ибо не требует от читателя сопоставимого объема внутренней работы.

По этой причине буддистские сутры в Палийском каноне растянуты на несколько десятков тысяч страниц, которые можно легко ужать до пяти сотен или даже меньшего объема. Библия также представляет собой крайне увесистый том, с бесчисленными повторами одних и тех же идей, довольно скучным перечислением обстоятельств их произнесения и длинными списками имен второстепенных персонажей.

Самые влиятельные книги в человеческой истории были очень длинными и изобиловали повторами. Великие авторы древности знали, что контакт ума с существенными идеями должен быть продлен, но сегодня многие из нас позабыли об этом и избегают длинных текстов.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 185)

Самые важные и значительные мысли, откровения являются на свет голыми, без словесной оболочки: найти для них слова — особое, очень трудное дело, целое искусство. И наоборот: глупости и пошлости сразу приходят наряжёнными в пёстрые, хотя и старые тряпки — так что их можно прямо, без всякого труда, преподносить публике.

Лев Шестов. «Апофеоз беспочвенности»

В мире вечно пребывает трагический конфликт и трагическое недопонимание между меньшинством, живущим творчеством, духовными исканиями, поэзией жизни, и большинством, живущим интересами, аппетитами, прозой жизни.

Николай Бердяев. «Философия неравенства»

Люди никогда не взбунтуются, пока не станут сознательными, а сознательными не станут, пока не взбунтуются.

Джордж Оруэлл. «1984»

Выйти из дому, ходить, глядеть по сторонам, сливаться с окружающим — вот подлинное счастье. Сидя мы попадаем в плен к худшему, что в нас есть. Не для того был создан человек, чтобы сидеть прикованным к стулу. Но быть может, лучшего он не заслуживает.

Эмиль Чоран

Мама часто говорила, что человек никогда не бывает совершенно несчастен. В тюрьме, когда небо наливалось краской и в камеру проскальзывал свет нового дня, я понял — она была права.

Альбер Камю. «Посторонний»

Мы не имеем права потреблять счастье, не производя его.

Джордж Бернард Шоу

Люди хватают наугад всё, что ни попадя: коммунизм, здоровая пища, сёрфинг, балет, гипноз, групповая психотерапия, оргии, мотоциклетная езда, травы, католицизм, тяжёлая атлетика, путешествия, здоровый образ жизни, вегетарианство, Индия, рисование, писание, ваяние, музицирование, дирижирование, туризм, йога, секс, азартные игры, пьянство, тусовки, замороженный йогурт, Бетховен, Бах, Будда, Иисус, машина времени, героин, морковный сок, самоубийство, костюмы индпошива, самолётные прогулки, Нью-Йорк Сити — а потом всё это рассеивается и исчезает.

В ожидании смерти люди ищут, чем бы себя занять. Хорошо, наверное, когда есть выбор. Я свой выбор сделал. Я взял четверть галлона водки и врезал, не разбавляя. Эти русские понимают, что к чему.

Чарльз Буковски. «Макулатура»

Реже всего в жизни я встречал умных людей, которые были бы ещё и счастливыми.

Эрнест Хемингуэй

Самые важные книги являются наиболее требовательными книгами, поскольку они побуждают нас к интенсивной внутренней работе. Чем больше книга требует от нас, тем больше она нам дает, ибо мы тратим эти силы на построение самих себя.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 185)

Жизнь с неразрешёнными конфликтами означает прежде всего опустошающую трату человеческой энергии, вызванную не столько самими конфликтами, сколько окольными способами избавиться от них. Когда личность невротика расколота в своей основе, то он не может искренне тратить свою энергию ни на что другое, как на преследование двух или более невесомых целей. Это означает, что он либо распыляет свои усилия, либо быстро сводит их на нет.

Карен Хорни

Я предпочёл бы лжеца человеку, который самовлюблённо гордится тем, что всегда говорит правду, всю правду, и неважно, куда щепки летят, кто пострадает, чья невинная жизнь будет загублена. Тот, кто гордится, что всегда режет правду-матку, — это садист, а не святой.

Роберт Хайнлайн. «Уплыть за закат»