Если я предположу, что между Землёй и Марсом вокруг Солнца по эллиптической орбите летает фарфоровый чайник, никто не сможет опровергнуть моё утверждение, особенно если я предусмотрительно добавлю, что чайник настолько мал, что не виден даже мощнейшими телескопами. Но если бы я затем сказал, что коль моё утверждение не может быть опровергнуто, то недопустимо человеческому разуму в нём сомневаться, мои слова следовало бы с полным на то основанием счесть бессмыслицей.

Тем не менее, если существование такого чайника утверждалось бы в древних книгах, каждое воскресенье заучиваемых как святая истина, и осаждалось бы в умах школьников, то сомнение в его существовании стало бы признаком эксцентричности и привлекло бы к усомнившемуся внимание психиатра в эпоху просвещения или же инквизитора в более ранние времена.

Бертран Рассел. «Есть ли Бог?»

Чем умнее становишься, тем больше замечаешь оригинальных людей. Человек заурядный не замечает различия в людях.

Томас Харди

Прогресс цивилизации нельзя отрицать: в каждой новой войне нас убивают по-новому.

Уилл Роджерс

Все ошибки, которые может совершить человек, не послушавшийся советов и предупреждений окружающих, не повлекут за собой таких тяжёлых последствий, к каким приведёт принуждение поступить так, как они считают лучшим для него.

Джон Стюарт Милль

Только кажется, будто существует общение. На самом деле, есть лишь переплетённые монологи.

Дейм Ребекка Уэст

Никогда не забывай, что твоей коронации аплодирует та же самая толпа, которая будет аплодировать твоей казни.

Терри Пратчетт. «Опочтарение»

Какой час самый важный в жизни, и какой человек самый значительный, и какое дело самое необходимое? Самый важный час — всегда настоящий, самый значительный человек — тот, кто сейчас перед нами, а самoe необходимое дело — любовь.

Майстер Экхарт

​​Юнг справедливо полагал, что мы расплачиваемся за бегство от осознания и принятия Тени тем, что становимся ее бессознательными жертвами. Но когда мы бежим от собственных недостатков, страхов, сомнений и любых иных негативных состояний ума, они не исчезают.

Наоборот, игнорируемая нами Тень начинает разрушать нас из глубин бессознательного: из-за колоссального напряжения между частями ума и их взаимной враждебности возникает невроз. Кроме того, избегая Тени, мы лишаем себя возможности пережить глубокую личностную трансформацию, ибо теневые свойства могут быть переработаны в золото и сделать нас намного сильнее.

Единственный путь к исцелению и росту – это осознанная встреча с Тенью, но не как насильственная конфронтация с чем-то чужеродным, а в форме диалога с частью самого себя. Нужно признать ее существование, узнать ее природу, а затем трансформировать ее энергию во внутренней работе, перековать энергию страха в благоразумие, энергию смятения в ясность, энергию агрессии в твердость. Этот диалог на первых порах может быть болезненным, как разглядывание паука для арахнофоба, но только он делает человека целостным и сильным.

Подавление Тени требует огромного количества психической энергии. Напротив, ее осознание и интеграция высвобождают эту энергию, делая личность более сильной и здоровой.

Подавленная энергия Тени, вырывающаяся под огромным давлением, разрушает нас. Резкий выход Тени подобен взрыву, и нечто подобное, пускай и в малом масштабе, пережили герои рассказа Азимова. Такой взрыв может погубить и нас, и наших ближних, ибо он наполнен огромной грубой силой и совершенно неконтролируем.

Если же мы учимся выпускать свою Тень плавно и осознанно, в свете ясного понимания и любящей доброты, то ее выход становится конструктивным и целительным. Этому нас и учит духовная практика.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 195)

Люди для того запирают нескольких сумасшедших в особый дом, чтобы создать впечатление, будто те, кто находится вне этого дома, не сумасшедшие.

Шарль Луи Монтескье. «Персидские письма»

Тиран — это смесь трусости, тупости, произвола, безответственности и самовлюблённости. Таким образом, он действительно представляет собой большинство общества.

Габриэль Лауб

К Богу приходят не экскурсии с гидом, а одинокие путешественники.

Владимир Набоков

Совершенны только те люди, которых не знаешь.

Мари де Буффлерс

Мы живём, откладывая на потом всё, что только можно отложить. Возможно, в глубине души мы уверены, что бессмертны и рано или поздно успеем всё сделать и всё познать.

Хорхе Луис Борхес

Кто сам не сдастся, тот непобедим.

Данте Алигьери

Ложная учёность хуже невежества. Невежество — это голое поле, которое можно возделать и засеять; ложная учёность — это поле, поросшее пыреем, который выполоть почти невозможно.

Чезаре Канту

Различие людей, то есть равны они или не равны, будет во многом определяться тем, кто совершил усилие, а кто не совершил его.

Мераб Мамардашвили

# 199. Слушать на iTunes, Яндекс.Музыка и YouTube👇

# 199. Что такое мораль рабов, как придирчивость превращается в рессентимент и как практиковать благодарность в движении?

1. Читать ВКонтакте

2. Читать на Яндекс-Дзен

3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше)

4. Дополнительные материалы и поддержать проект

5. Что такое «Письма»: инструкция по применению

Чисто обутый человек осторожно обходит грязь, но раз оступился, запачкал обувь, он уже меньше остерегается, а когда видит, что обувь вся испачкана, уже смело шлёпает по грязи, пачкаясь всё больше и больше.

Так и человек смолоду, пока он ещё чист от дурных и развратных дел, бережётся и сторонится от всего дурного, но стоит раз-другой ошибиться, и он думает: берегись, не берегись, всё то же будет, и пускается во все пороки.

Лев Толстой. «Путь жизни»

​​Понимаешь ли ты всю безотрадность того, что я увидел? Всё появляется и тут же исчезает, исчезает навсегда. Нет приобретения, нет награды – волны бытия возникают неизвестно где, прикидываются нами и миром, и тут же уходят неизвестно куда; они совершенно вне нашего понимания, какое уж там власти. Мы можем только по-верблюжьи жевать свой нарратив. Всё мировое кидалово всех возможных сортов и ценовых диапазонов состоит из одних и тех же быстро и больно мигающих пикселей, которые мы доверчиво зовём собой и миром.

Всё, за что мы бьёмся в жизни – это перестановка букв на дисплее ума, корректура «рассказа про нас», который читаем «мы сами», хотя оба члена этого уравнения есть голимейшая подделка, ежесекундно разлетающаяся вдребезги… О ужас, о безысходность, о подлость, о бездна… И из бездны этой нет выхода.

Мы можем родиться при авторитаризме, умереть при совсем другом авторитаризме, но из-под этого главного напёрстка нам не выползти никогда. Но есть и хорошая новость. Кто умирает в конце сеанса? Да никто. Вот только этот нарратив. Помнишь, как пели в восьмом классе? «Если у вас нету тети, то вам её не потерять. А если вы не живёте, то вам и не, то вам и не, то вам и не умирать…»

Чему бы я стал учить молодежь со дна этих прозрений? Да чему я могу научить… Смешно. Ребята, сказал бы я, мальчишки и девчонки – пока молодые, развивайте полный лотос, он очень пригодится вам в жизни. И ничего не берите в голову, кроме щебета птиц, шума ветра и плеска волн. Но и они вас не спасут. Вас предаст всё, на что вы смотрите дольше двух секунд. Поэтому отпустите всё. Если, конечно, можете… Но ведь молодежи такое не говорят. Потому что кто тогда купит айфон и подпишется на канал? Кто выйдет на митинг? Кто заступит на вахту? Кто закажет крафтовое пиво, сядет за штурвал и нажмёт красную кнопку?

Человек на земле – отнюдь не свободный испытатель реальности. Человек на земле работник. Не будем сейчас уточнять, на кого именно – это в данном контексте неважно. Важно то, что истина не только сурова. Она ещё асоциальна. Слава богу, что юность человечества надёжно от неё защищена.

Виктор Пелевин. «Тайные виды на гору Фудзи»

​​Любую книгу можно сократить и в два раза, и в десять, и до одного абзаца. Но поистине важные мысли никогда не бывают поняты, если столкновение с ними внутри головы читателя не будет растянуто на много часов и дней труда.

Мы должны проделать свою умственную работу за чтением, переварить это в течение дня и в ходе ночного сна, а затем проделать это еще много раз, чтобы смыслы пустили корни в нашем сознании, а затем дали свежие побеги и принесли обильные плоды.

Большие книги позволяют вам остаться с определенными сущностными идеями на дни, недели и даже месяцы, увидев их под десятком разных углов. И пока вы проводите с ними время и инвестируете в них свою умственную энергию, в вас происходит эволюция понимания.

Читая и размышляя, вы создаете себя. Точно так же, как рост растения не происходит в одночасье, наш внутренний рост требует времени, регулярного полива и тепла нашего внимания. Краткость не дает таких преимуществ, ибо не требует от читателя сопоставимого объема внутренней работы.

По этой причине буддистские сутры в Палийском каноне растянуты на несколько десятков тысяч страниц, которые можно легко ужать до пяти сотен или даже меньшего объема. Библия также представляет собой крайне увесистый том, с бесчисленными повторами одних и тех же идей, довольно скучным перечислением обстоятельств их произнесения и длинными списками имен второстепенных персонажей.

Самые влиятельные книги в человеческой истории были очень длинными и изобиловали повторами. Великие авторы древности знали, что контакт ума с существенными идеями должен быть продлен, но сегодня многие из нас позабыли об этом и избегают длинных текстов.

Олег Цендровский. «Письма к самому себе» (выпуск 185)