Я равно порицаю и тех, кто предпочитает восхвалять человека, и тех, кто предпочитает его осуждать или высмеивать. Я одобряю только тех, кто, тяжко стеная, пытается его понять.

Блез Паскаль. «Мысли»

Однажды свинья поспорила со львом и вызвала его на дуэль. Воротясь домой, одумалась и струсила. Собралось всё стадо, подумали и решили так: "Видишь, свинья, тут у нас поблизости есть одна яма; поди вываляйся в ней хорошенько и явись так на место. Увидишь". Свинья так и сделала. Лев пришёл, понюхал, поморщился и пошёл прочь. Долго ещё потом свинья хвалилась, что лев струсил и убежал с поля битвы. Вот басня.

Конечно, львов у нас нет, — не по климату, да и слишком величественно. Но поставьте вместо льва порядочного человека, каким каждый обязан быть, и нравоучение выйдет то же самое.

Фёдор Достоевский. «Дневник писателя»

Лучше всего человека можно узнать в трёх ситуациях: в уединении — так как здесь он снимает с себя всё показное; в порыве страсти — ибо тогда забывает он все свои правила; и в новых обстоятельствах — так как здесь его покидает сила привычки.

Фрэнсис Бэкон. «Опыты, или наставления нравственные и политические»

Зрелость – это переход от ожидания внешней поддержки к обретению внутренней.

Фредерик Перлз

Созидание и разрушение, любовь и ненависть не являются инстинктами, существующими независимо друг от друга. И то и другое служит ответом на одну и ту же потребность — преодолеть ограниченность своего существования, и стремление к разрушению неизбежно возникает в тех случаях, когда не удовлетворяется стремление к созиданию. Удовлетворение потребности в созидании ведёт к счастью, разрушительность — к страданию, и больше всех страдает сам разрушитель.

Эрих Фромм

Постоянная деградация человеческого мира неизбежна, ибо лучшие рождающиеся в нём существа мечтают лишь об одном — покинуть его безвозвратно. Игрок, понявший, что заведение жульничает всегда, встаёт из-за стола. Рано или поздно в человеческом мире остаются только тупо заблуждающиеся особи, подверженные самому убогому гипнозу. И не просто подверженные, а с радостью готовые передавать гипноз дальше.

Виктор Пелевин. «Смотритель»

Что было, то и будет, и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Бывает нечто, о чём говорят: «смотри, вот это новое»; но это было уже в веках, бывших прежде нас.

Соломон. «Книга Екклесиаста»

Все мы обрастаем панцирем, чтобы защититься от грубых толчков внешнего мира. Но однажды замечаем, что этот панцирь защищает и от того, что даёт жизни смысл, — от встречи открытого сердца с открытым сердцем, от нежности, которой жаждет душа.

Григорий Померанц. «Круг нежности»

Да здравствует тот, кто меня покидает! Он возвращает меня мне самому.

Анри де Монтерлан

Красоту и изящество мы замечаем лишь тогда, когда они предстают искусственно заострёнными, напыщенными и надутыми. Если же они скрыты за непосредственностью и простотой, то легко исчезают из поля столь грубого зрения, как наше. Прелесть их — неброская, потаённая: лишь очень ясный и чистый взор может уловить это тихое сияние.

Мишель де Монтень

Мы видим одни только препятствия, не замечая, что они-то суть ступени нашего восхождения.

Николай Гоголь. «Правило жития в мире»

# 185. Слушать на iTunes, Яндекс.Музыка и YouTube👇

# 185. Что делает нас такими разными на периферии жизни и такими похожими в ее центре и почему так полезно читать сложные тексты?

1. Читать ВКонтакте

2. Читать на Яндекс-Дзен

3. Аудиоверсия YouTube (файл отдельно сброшен выше)

4. Дополнительные материалы и поддержать проект

5. Что такое «Письма»: инструкция по применению

Жить — это чувствовать себя потерянным в хаосе существования. Тот, кто принимает жизнь такой, какая она есть, тем самым уже на пути к выходу из лабиринта бытия, ибо он обрёл твёрдую почву под ногами, увидел истинную реальность. Он захочет спастись и, подобно утопающему, будет инстинктивно искать, за что бы ухватиться. И тогда обретённый им новый, решительный, трагический, абсолютно правдивый взгляд на мир поможет ему упорядочить хаос своего существования.

В этом мире истинны только те мысли, которые приходят в голову утопающему, пытающемуся спастись. Всё остальное — риторика, поза и, в сущности, фарс. Тот, кто не чувствует своей потерянности в мире, потерян без возврата: он никогда не обнаружит, никогда не увидит реальной действительности.

Хосе Ортега-и-Гассет. «Дегуманизация искусства»

Ничто не уродует человека так страшно, как уродует его терпение, покорность силе внешних условий.

Максим Горький. «В людях»

Есть люди, с которыми нужно и можно говорить только о простом и «логическом», — это те, с которыми не ощущается мистической связи. С другими — с которыми непрестанно чуется сродство на какой бы ни было почве — надо говорить о сложном и «глубинном».

Александр Блок. Дневник, 1902 г.

Нужно перестать отторгать проблемное и негативное. Когда мы прекращаем бесполезное эмоциональное сопротивление ситуации, у нас появляется ясность ума и сила для конструктивного действия. Проблемы превращаются в творческие задачи и больше не мучат нас. По меньшей мере, их разрушительное влияние на психику уменьшается на порядки.

Олег Цендровский. «Действие вместо реакции»

Холуй до того обожает начальство, что путает его с родиной, эпохой, мирозданием...

Сергей Довлатов

Я не уныл и не пал духом. Жизнь везде жизнь, жизнь в нас самих, а не во внешнем. Подле меня будут люди, и быть человеком между людьми и остаться им навсегда, в каких бы то ни было несчастьях, не уныть и не упасть — вот в чём наша жизнь, в чём задача её.

Фёдор Достоевский. Письмо брату М.М. Достоевскому после помилования, 22 декабря 1849 г.

Нормальный человек власти не желает, следовательно, власть всегда у ненормальных.

Джордж Оруэлл. «1984»

Настоящая смелость — почти противоречие: очень сильная любовь к жизни выражается в готовности к смерти. Любящий жизнь свою погубит её, а ненавидящий сохранит. Это не мистическая абстракция, а бытовой совет морякам и альпинистам; его можно напечатать в путеводителе по Альпам или в строевом уставе. В этом парадоксе — суть мужества, даже самого грубого.

Человек, отрезанный морем, спасётся, только если рискнет жизнью. Солдат, окруженный врагами, пробьётся к своим только в том случае, если он очень хочет жить и как-то беспечно думает о смерти. Если он только хочет жить — он трус и бежать не решится. Если он только готов умереть — он самоубийца; его и убьют. Он должен стремиться к жизни, яростно пренебрегая ею; смелый любит жизнь, как жаждущий — воду, и пьёт смерть, как вино.

Гилберт Честертон. «Ортодоксия»