Ирония, однако, заключается в том, что во Франции такой авторитарный поворот происходит под совместным руководством журналистской корпорации, которая провозглашает себя гарантом демократических свобод, и правительства, избранного для подавления крайне правых. И пусть и та, и другая оправдывают свои действия необходимостью поддержать «право Израиля на самооборону» в то время, когда это государство совершает множество военных преступлений в надежде ускорить изгнание или депортацию целого народа и тем самым предотвратить его превращение в государство, не имеющее права на самоопределение.

За несколько недель Франция стала жертвой журналистики, которая ненавидит противоречивые дебаты так же сильно, как и свободу слова.

Придерживаясь все более атлантистской французской и европейской дипломатии, редакции видят в Тель-Авиве союзника, разделяющего то же мировоззрение, тех же врагов, ту же веру в принадлежность к высшей цивилизации, цивилизации либеральных обществ.

Как и в случае с Киевом полтора года назад, средства массовой информации без проверки и оглядки одобряют большинство репортажей израильского правительства и СМИ, чьи репортеры часто в совершенстве владеют английским языком и знакомы с журналистскими кодексами целевой аудитории. С другой стороны, любая информация, полученная от ХАМАС, в том числе данные о количестве жертв, подвергается сомнению.

Однако логика и справедливость требовали бы, чтобы полки комментаторов и политиков, провозгласивших в октябре, что «Израиль имеет право на самооборону», были, в свою очередь, подвергнуты сомнению в отношении последствий этого «права» с точки зрения числа жертв, которые оно повлекло за собой… [Они] могли быть поставлены перед вопросами: «Одобряете ли вы этническую чистку», «скорее ли это депортация?», «Почему бы не запретить участие израильских спортсменов, часто армейских резервистов, в Олимпийских играх?», «Когда Вы, наконец, введете санкции против Израиля?». Мы знаем — но, по правде говоря, мы уже догадывались, — что ничего этого не будет. Даже такая газета, как Ле Монд, которая отличалась более справедливым освещением конфликта, чем большинство ее коллег, по-прежнему не рекомендует, чтобы государство, виновное в военных преступлениях в Палестине, было наказано «международным сообществом».

этот особый подход к израильско-палестинскому конфликту является частью более широкой трансформации.

За четыре месяца лидеры «Четвертой Власти» не только подпитали культурализм, который, как и во времена колониальных империй, ставит Запад на вершину человечества. Они в подавляющем большинстве поддержали точку зрения израильских крайне правых и сопровождали или одобряли во Франции маргинализацию противников войны, запретив им выражать солидарность, еще вчера очевидную. Таким образом, они ускорили республиканское крещение RN (*партия Ле Пен), одновременно празднуя военное и моральное перевооружение Франции во имя борьбы с российской угрозой и исламистским терроризмом.

Пятнадцатилетняя борьба, которую вели либеральные правительства против «популистских» движений и «нелиберальных» режимов, нашла здесь неожиданное подкрепление: рождение и внедрение во Франции авторитарной журналистики.