Госжурналисты против корпоративных

Часть журналистского сообщества призвала звезду вечернего политического шоу коммерческого телеканала BFMTV, приглашенную на аналогичное утреннее шоу государственного радио France Inter, определиться — выбрать только одну работу.

На днях я рассказывал про сотню уволившихся из телевизионной группы RMC-BFM журналистов, после ее покупки миллиардером Сааде. Среди них был главред BFMTV Филипп Корбе. Пару месяцев назад он занял пост директора по информации госрадио France Inter (самое прослушиваемое во Франции). 30-летний Бенжамин Дюамель, ведущий ежедневной вечерней передачи и воскресного шоу-интервью, никуда с BFM не ушел.

На прошлой неделе стало известно, что его в качестве приглашенной звезды взяли по совместительству вести утреннее шоу-интервью на France Inter. Редакция госрадио, а с ней профсоюзы, взбунтовалась и призвала выбрать — либо/либо.

«Компетенции этого коллеги не ставятся под сомнение. Но редакция массово выразила директору информационной службы свое несогласие с этой беспрецедентной для France Inter двойной занятостью. Она осуждает смешение ролей — с одной стороны в частной медиагруппе (RMC BFM), с другой — на нашем общественном радио», — говорится в пресс-релиз, который подписали аж восемь организаций.

Редакция обратилась к руководству с вопросами: почему не взяли на эту должность кого-то из своих; где гарантии, что Дюамель при выборе гостей не будет отдавать предпочтение ТВ; будет ли руководство впредь отказывать своим журналистам в подработке «на частных конкурентов, тогда как все они до сих пор обязаны получать разрешение даже на волонтерское сотрудничество». Но ответов не получила.

В итоге профсоюзы выдали требование: «Если Бенжамин Дюамель хочет проводить интервью в 7:50 на France Inter осенью, он должен отказаться от работы на BFMTV».

«Бенжамин Дюамель в этом не виноват, но его отец — бывший руководитель France Télévisions [Патрис Дюамель], его мать — политический обозреватель на France 2 [Натали Сен-Крик], Ален Дюамель [влиятельный политический журналист] — его дядя… Всё это создаёт ощущение замкнутости медиасреды, что отдаляет нас от наших слушателей», — сожалеет в разговоре с Ле Монд один из недовольных назначением.

Обвинения в непотизме и конфликте интересов в адрес семьи Дюамель уже возникали в январе прошлого года. Тогда двоюродной сестре Бенжамина, министру спорта и Олимпиады Амели Удеа-Кастера (первая ныряла в Сену) дали еще и портфель министра образования (в связи с отставкой правительства Элизабет Борн и назначением Атталя). Новый пост она оставила через месяц на фоне скандала с обучением ее детей в частном консервативном Collège Stanislas, который обвиняли в гомофобии — поскольку министерство образования отвечает за проверку заведения, то это сочли конфликтом интересов. Тогда же стали говорить, что влиятельная семья Дюамель якобы способствовала всему паркуру мадам Удеа-Кастера и, в частности, назначению ее в 2021 директором Французской федерации тенниса, которое стало трамплином для министерской должности и тоже не обошелся без скандала: федерацию обвинили в растрате за счет выплаты Амели 500.000 евро зарплаты в год.

Ситуация в эфире.

Чтоб вы понимали, насколько все серьезно — союз журналистов государственного franceinfo выпустил заявление: «Нападение на журналиста при исполнении служебных обязанностей — недопустимо. Это серьезное посягательство на свободу прессы». С ним солидарен союз журналистов BFMTV — «неприемлемым словесное и физическое нападение, которому журналистка подверглась в прямом эфире» — глава партии зеленых Марин Тонделье, которая говорит, что журналисты «все чаще подвергаются угрозам и нападкам словами и действиями», а это уже «сигнал изменения нашего общества».

Высокая средняя получилась за счет двух министров министров: Марка Ферраччи, министра промышленности и энергетики, и Эрика Ломбара, министра экономики.

Состояние Ферраччи — почти 23 млн € — основано на доле в бухгалтерской фирме Icare Finance своего отца. Ранее Марк Ферраччи был год советником министерства труда и получил за это время 226т€, а также два года советником премьер-министра Жан Кастекса — получил 223т.

Состояние экс-банкира Ломбара — почти 21.7 млн — основано акциях консалтинговой фирмы Halmahera (11 млн €) и недвижимости (240 м² в Париже стоимостью 6 млн и дом на западе в десять раз дешевле). Еще у него коллекция предметов искусства на почти 613т€, парусная лодкой и рояль за 45т.

На третьем месте министр культуры Рашида Дати — она задекларировала 6 млн €, из них 2.3 млн получены в качестве адвоката с 2020 по 2024 год. Министр культуры также владеет долями в 36 компаниях, включая Airbus, Dassault, Thales и TotalEnergies (речь, по всей видимости, об акциях миноритария). Свои украшения она вновь не внесла в отчетность — пару месяцев назад Libération насчитала у нее по фотографиям ювелирки на 420т€.

Премьер-министр Франсуа Байру в середине списка — у него 1.25 млн, в основном это недвижимость. На последней строчке — министр заморских территорий Манюэль Вальс со 130т€. Перед ним экс-министр МВД, ныне министр юстиции Жеральд Дарманен с 263т€, но, пишут, после вычета налогов у него осталось только 78т.

Листал подростковый учебник по французском, он на одном из первых уроков предлагает послушать песню Жозефины Бейкер «У меня две любви, моя страна и Париж». Послушал — все-таки есть случаи, когда французам нравится акцент в их языке

Веха времени: Le Point предлагает подписать на рассылку «Оборона»

«Мы неоднократно выражали нашу серьезную обеспокоенность по поводу иранской ядерной программы, в том числе в недавно принятой резолюции Международного агентства по атомной энергии.

Мы подтверждаем право Израиля на самооборону от любой атаки.

Необходимо задействовать все дипломатические пути для снижения напряженности..»

— глава МИД Франции Жан-Ноэль Барро.

То было утром, после того, как месье Барро провел «переговоры со своими израильским и саудовским коллегами», а в обед «Франция ознакомилась с ударами, нанесенными Израилем по Ирану» и «выражает глубокую обеспокоенность в связи с продолжающейся эскалацией», а также «настоятельно призывает стороны воздерживаться от любых действий, способных дестабилизировать весь регион».

Интересно, как запоздалый Монд, единственный из прочих (они будут завтра), успел сегодня к утру, то есть через несколько часов после атаки, напечатать (перепечатать?) такую обложку — «Массированная израильская атака против Ирана» — со всеми подробностями: от названия операции (Восходящий Лев) до целей (урановый завод и ядерный реактор) и первичной реакции властей США (о самостоятельности Израиля).

Президентский выборы-2027 все ближе, но ни в центре, ни слева, ни справа к коалициям пока не созрели — все амбициозны и хотят занять Елисейский дворец.

Распавшийся Новый народный фронт левых проводить общий праймериз по выбору единого кандидата не будет — лидер LFI Жан-Люк Меланшон, первый объявивший себя кандидатом -2027 от левых, хочет быть им без нюансов, а после парламентского раскола с социалистами вовсе считает их токсичными. Переизбравшийся генсеком Социалистической партии с 51% голосов Оливье Фор тоже хочет: он объявил о намерении объединить левых и зеленых для выдвижения единого кандидата. Четвертый раз избранный главой Социалистов говорит, что за Меланшона «никогда не были и не будем», но с хочет диалога с его аудиторией. Бернар Казнев, еще один социалист, бывший премьер-министром при Олланде и пытавшийся им стать полгода назад, тоже оживился, однако прямых амбиций пока не озвучил. Ему был ближе мэр Руана Николя Майер-Россиньоль, проигравший Фору внутрипартийные выборы — не случилось, поэтому в их лагере зреет желание альтернативы.

В центральном блоке, так называемой «макронии», которая, чем ближе выборы, тем сильнее кренится вправо, — тоже все хотят. Мэр Гавра Эдуард Филипп крайний раз повторил это месяц назад, на съезде своей партии Горизонты. Бывший республиканец, перешедший к макронистам, заняв сначала пост министра внутренних дел, а теперь юстиции, Жеральд Дарманен — не явно, но расставляет локти в кругу коллег-конкурентов. Кандидатом-2027 он не называет, но обещает в выборах свое некое участие. Скорее всего он поддержит Филиппа с прицелом возглавить его правительство в случае победы. Несмотря на холод в публичных отношениях с молодым и дерзновенным Габриелем Атталем, занимавший девять месяцев кресло премьер-министра, а ныне возглавивший партию действующего президента — откровенного противостояния между ними пока нет. Оно есть у последнего с Филиппом и Бруно Ретайо, который, заняв пост главы МВД и избравшись таки президентом умеренно правой партии республиканцев (LR), почувствовал в себе силы на борьбу за Елисейский и смелость на атаку ее нынешних обитателей (пресс-сек Республиканской партии предрекла скорый «конец макронизма»).

Несмотря на нежелание строить коалиции, есть то, что объединяет всех вышеперечисленных: каждый надеется выйти во второй тур, где — и это единое мнение — его будет ждать сражение с Марин Ле Пен / Жорданом Барделлой. Правый Ретайо объединяться с Ле Пен, то есть вставать под лоно более RN, как это сделал предыдущий глава Республиканцев Эрик Чотти (Сьотти), не хочет. Это была бы единственно возможная для RN коалиция, ее нет, зато у лидеров партии есть большое желания забрать голоса центристов и даже левых, поэтому в радикализме их обвинить будет можно, но аргументировать такие претензии сложно. Простой пример: в 2022 выборный год Эмманюэль Макрон обвинил мадам Ле Пен в чуть ли не попытке развязать гражданскую войну своим желанием запретить ношение вуали в публичных местах, а уже через два года его ставленник Атталь призывал запретить ношение вуали в школах.