Пропустил вчерашнюю обложку Л’Юманите (обычно у них Газа через день):

«Грабеж под видом социального НДС: Работодатели хотят заменить этот самый несправедливый из всех косвенных налогов взносами, основанными на труде, для финансирования системы социального обеспечения. Это способ освободить работодателей от ответственности и ослабить конструкцию [работа = защита], построенную после [Второй мировой] войны».

TVA — это налог на добавленную стоимость во Франции (платит конечный потребитель: за товары/услуги 20%, рестики и не все лекарства 10%, еда в магазе 5,5%, пресса 2%).

TVA sociale, о котором речь — это концепция переноса части нагрузки на социальные взносы с работодателей на потребителей через повышение ставки TVA (НДС): взносы сокращаются, ндс повышается. Соцвзносы (cotisations sociales) во Франции большие, они включают отчисления на здравоохранение, на пенсию и др., и выплачиваются обеими сторонами: работодатель 42% от зарплаты, работник 20%, то есть с полученных по договору двух тысяч евро трудящийся отдает государству четыре сотни, а бизнес, помимо отданных двух, выплачивает государству еще восемь сотен и пятьдесят евро.

Новый попытки ввести социальный ндс появились в рамках обсуждения проблем с бюджетом Франции и поиска сокращения минуса. Плюсы: труд становится дешевле, бизнес может нанять больше рабочей силы, французский продукт за счет уменьшения налогов становится конкурентней на общем рынке, потребление стабильней занятости, что хорошо для казны. Минусы: товары для конечного потребителя дорожают, бедные тратят больше, покупательная способность меньше, протест левых больше.

Первым соцндс во Франции пытался ввести республиканец Николя Саркози, шел с реформой соцобеспечения на выборы, а под конец своего срока через правительство принял соответствующий закон с повышением стандартной ставки ндс с 19,6% до 21,2%. Но через несколько месяцев новый президент, социалист Франсуа Олланд отменил еще не вступивший в силу закон о TVA sociale, однако через два года сам повысил НДС до 20%.

Возврат идеи TVA sociale случился в правительстве Эмманюэля Макрона и сейчас получил новый виток обсуждения. Его введение поддерживают часть правых и центристов.

Футлокер на Елисейских плохо справился с баррикадами.

Российского музыканта Максима Рахматуллина (cotton_pills) не пустили на рейс в Париж из Дубая, его временное резидентство во Франции истекает через два дня.

Префектура Парижа выдала Максиму временное резидентство (autorisation provisoire de séjour, АПС) до 3 июня к загранпаспорту, который истекал в апреле, то есть на два месяца меньше срока действия титра. Затем Максим заменил загранник в посольстве РФ. Улетев в Дубай, он не взял с собой старый паспорт и его не пустили на сегодняшний рейс Fly Emirates обратно в Париж. По словам Максима, сначала ему «перебронировали билет» на рейс через 10 часов, чтоб за это время запросить разрешение на посадку на борт от парижского аэропорта.

«Мы ждали все утром ответ от Шарль де Голя и они показали сообщение [от администрации аэропорта], что мне не дадут приземлиться и что мне нужна "виза"», — рассказал мне Максим, отметив, что потом сотрудники Флай Эмирэйтс отказались предоставить ему это сообщение, сказав, что оно от коллеги, а не от представителя аэропорта.

По словам Максима, ему известен аналогичный случай с заменой паспорта и АПС, но, поскольку рейс был Air France, человека пустили на рейс.

В данный момент знакомые Максима ищут способ в срочном порядке передать его старый загран в Дубай, чтобы он успел вернуться до истечения срока действия АПС.