Не менее 12 человек из окружения Эмманюэля Макрона после летнего роспуска парламента покинули свои посты или готовятся к этом, на следующей неделе в Елисейском дворце готовится прощальный банкет, в том числе по уходу Патрика Стрзоды — в он возглавлял администрацию президента Франции с момента избрания Макрона в 2017 до конца прошлого года (в январе ему исполнилось 72), а затем был переведен в советники без каких-либо конкретных обязанностей, утверждает Le Figaro. Об уходе месье Стрзоды на пенсию писали еще месяц назад, после того как он разослал соответствующее сообщение всему кабинету главы государства. От этих отставок у Фигаро «усиливается впечатление, что в коридорах президента Республики переворачивается страница». Тем не менее, другой, сопровождающий Макрона в течение всего президентского отрезка, чиновник остается на месте — это Алексис Колер, генеральный секретарь президента.

Эмманюэль Грегуар, четвертый в списке Паризьен, объявил с телеэкрана о мэрских амбициях. Политик с 2014 зам, а с 2018 первый заммэра Анн Идальго, и с этого поста летом избрался в Нацассамблею от Социалистической партии. Говорит, что предупредил мадам Идальго о намерении занять ее место в 2026, но «она не ответила на сообщение». Грегуар уверен, что действующий мэр не будет претендовать на третий срок, поскольку «несколько раз объявляла» об этом. Социалист Анн Идальго пока хранит молчание о своих желаниях. Депутат рассчитывает на поддержку левых сил, но не желает объединяться с Жан-Люком «Меланшоном и его друзьями» из-за «конфликта ценностей», в частности по вопросам оценки террористической атаки 7 октября в Израиле. Но для начала ему нужно решить вопрос с поддержкой в собственной партии, ведь ходят слухи, что другой сподвижник мадам Идальго, ее советник, социалист Реми Феро (восьмой номер в рейтинге Паризьен) хотел бы сменить кресло сенатора, которое занимает с 2017, на кабинет мэра Парижа.

Рашида Дати, похоже, решила построить свою мэрскую кампанию на противопоставлении и критике Анн Идальго (по крайней мере пока). Сегодня у министра два тезиса с этой связи: «Нет бегству семей, которые больше не могут найти жилье [в Париже]» и «Нет бетонизации города и деградации зеленых насаждений». Касательно жилья, Париж, действительно, неподъемный для большинства молодых пар/семей и они берут квартиру в кредит за его пределами (например, я знаю три таких, кто либо уже, либо на старте) — вопрос только в том, как мадам Дати собирается бороться со стоимостью жилья (и за зарплаты горожан). Второй пункт тоже интересный: на прошлой неделе американский журнал Time включил мэра Идальго (единственную француженку) в сотню «самых влиятельных лидеров, побуждающих бизнес к реальным действиям в области изменения климата» (на шестую строчку).

Сломалась как-то труба горячей воды в стояке — кажется, прогнила. Дело было в выходные. В понедельник набрал в обслуживающую дом компанию, та пообещала прислать мастера на следующий день. Через полчаса перезвонил сам сантехник со словами «скоро буду». Пришел и разобрался с трубой, поменяв какое-то медное кольцо, за одну минуту и 145€, чем вызвал глубокое удивление, ведь все выглядело удручающе ржаво. «А чего вы удивляетесь, месье? Во всем Париже такие трубы», — сказал он, принял наличными три полтинника, отсчитал железными сдачу и был таков. Через месяц приходит письмо от компании. Там счет-фактура. На ней записка от руки, мол, ваша сдача — и купюра 5€. Кто в минусе — сантехник, получается? Так-то я в минусе, еще и соседа залил. Того самого, который любит по утрам слушать оперу.

В прошлую зиму снег выпал только в январе.

Между тем, мадам Дати рискует сойти с дистанции — Национальная финансовая прокуратура передала следственным судьям Парижа уголовное дело с обвинением нынешнего министра культуры в коррупции и торговле политическим влиянием на посту депутата Европарламента. Теперь они в течение нескольких месяцев должны изучить материалы и решить, нужно ли их передавать в трибунал для рассмотрения по существу.

Обвинительное заключение в отношении Рашиды Дати насчитывает более сотни страниц, на которых ей вменяется «злоупотребление властью и доверием», «пассивная коррупция и злоупотребление влиянием лицом, наделенным публичным выборным мандатом в международной организации», — а именно получение 900.000€ за якобы 900 часов работы в качестве адвоката с 2010 по 2012 год (в это время она была евродепутатом, заместителем члена еврокомиссии по промышленности, исследованиям и энергетике) от RNBV, голландской дочки альянса Renault-Nissan.

Это так называемое «дело Гона», названное в честь бывшего бессменного гендира альянса Карлоса Гона — он обвиняется в злоупотреблении полномочиями и коррупции, имеет два международных ордера на арест, предположительно скрывается в Ливане, вероятно будет судим заочно.

В качестве доказательств вины мадам Дати прокуратура указывает на: отсутствие годовых отчетов о ее деятельности, отсутствие накладных расходов на возможные поездки за границу, отсутствие подробных счетов-фактур, письменного расторжения договора, указывающего на завершение ее миссии, и отсутствие иной документации, которая могла бы оправдать платежи.

Допрошенный еще в 2021 году в рамка дела месье Гон заявил следственным судьям (цитата Le Monde), что не получал годовой отчет о работе мадам Дати «потому что не хотел этого», и даже если бы она «не была юристом», для него «это ничего бы не изменило», ведь она отличный переговорщик и имеет хорошие политические и дипломатические связи.

«Это дело — всего лишь сведение счетов между господами [нынешним гендером альянса Рено Жан-Домеником] Сенаром и Карлосом Гоном, в котором я сегодня являюсь побочной жертвой», — заявила в своем ответном пресс-релизе министр культуры. По словам мадам Дати, «это позорное обвинение шокирует», ведь национальный финансовый прокурор заявил ей «прямо в глаза», что выдвигаемые «обвинения необоснованны с точки зрения документов», которые она ему предоставила. Что касается «лоббирования или влияния», то чиновник «не была в состоянии оказывать» его «в силу своего положения заместителя в отраслевой комиссии»: «президент и вице-президент подтвердили и засвидетельствовали, что не помнят о моем присутствии в этой комиссии и даже о моем участии в ее работе на протяжении всего срока полномочий».

«7 утра. Жуль просыпается и хочет блевать», — так начинаетсч заметка Le Monde о том, что выпускники вузов — молодые специалисты — приходя в компанию, испытывают «чувство разочарования, которое очень похоже на чувство разочарования молодых романтиков XIX века».

50% французов говорят, что Израиль ассоциируется у них с чем-то негативным, выяснил Ipsos — опрос приурочен к годовщине хамасовского теракта 7 октября.

26% считают, что антисемитизм сильно распространен во Франции
и 56% — что достаточно распространен. Большинство из тех, кто так считает, являются сторонниками крайне левой партии France Insoumise (LFI).

75% французов видят нынешний конфликт на Ближнем Востоке причиной роста антисемитизма во Франции. В этом контексте 64% считают, что у евреев есть причины бояться жить во Франции (показатель вырос на 14 % с 2020 года). Из них большинство — сторонники правых партий RN и LR.

47% французов считают, что евреи не несут ответственности за антисемитизм, который существует сегодня во Франции.

Снова пришел гость. Засел в шкафу. Караулю его, пытаюсь поймать.

Пока не получается.

Я знаю, ты хитер, но я хитрее тебя, и даже не поможет осторожность твоя

Поймал.