В новости: «Макрон готов к диалогу с Путиным и не исключает возможного разговора с ним. Об этом президент Франции заявил в подкасте Generation Do It Yourself» я больше всего охуел не от того, что Макрон готов говорить с Путиным.

Понятно, что готов (не шутить, не шутить, не шутить про попытки Макрона дозвониться Путину в 2022), а от того, что президент Франции придудолил на подкаст.

(я не смог оценить популярность этого подкаста, но, видимо, во Франции он крутой)

Не, вообще неизвестный, в этом и соль. Нишевый подкаст о саморазвитии и успешности, 17к подписот на ютубе, гости в основном спортсмены, предприниматели, художники. Некоторые сми после подкаста вышли с заголовком типа «Что такое подкаст Generation Do It Yourself, который заполучил интервью с Макроном?», пишут, что из политиков до президента там был бывший десять лет назад министр экономики и действующий математик-депутат парламента, кстати, от президентской партии.

При досмотре личных вещей у моего сокамерника по ПКТ изъяли исторический роман Валентина Пикуля "Париж на три часа".

Сотрудник администрации задумчиво повертел книгу в руках и сказал: "Так, Пикуль... Вроде включён в список иноагентов. Забираем!"

Мне иногда кажется, что я сижу не в тюрьме, а в дурдоме...

Два типа

Последнее время все чаще стал замечать индусов: продавец в ночном, владелец лавки с фруктами или ресторана. Их кастовость, жесткая, как национальные браслеты, отправила мою мысль к кастовости эмигрантской, в смысле замкнутости положения, и чем культурно отдаленней «гостевая» нация, тем она обособленней. Основные причины на поверхности, но обратная сторона порядка — непринятие титульной нацией. Как бы не хотелось Антону называть себя французом, для французов он таким являться не будет. Даже получение паспорта — принятие государством, не обществом. Китаец везде такой, кроме разве что США, там все американцы, которые обособляются лишь количеством нулей на счете. В общем-то банальная, как поездка на метро, пробежала мысль — от браслета до нуля.

Собрал пару суждений французов на предмет расхождения мнений между прессой и соцопросами по крайнеправой партии RN. Их объединяет удивление от самой постановки вопроса, потому что для французов это нормально: во-первых, газеты отображают мнение их владельцев/«медиа-элит», во-вторых, сама подготовка (образование) журналистов воспитывает у них левые взгляды. Еще одно объяснение медиавойны — инертное движение, после борьбы против ЛеПена старшего, которая была в обществе консенсусной.

Собеседник слева не согласился с тем, что все главные газеты против RN, мол у правых своя пресса: Le Figaro, l’Opinion, Le Journal du Dimanche. Собеседник справа согласен, что мейнстримная пресса и госмедиа против крайнеправых, но последнее время, по его словам, медийный пейзаж меняется благодаря миллиардеру из правых христиан Винсену Боллорэ.

Два собеседника объясняют серьезный рост голосов за RN как раз работой правосторонних медиа, которые все больше показывают французам атмосферу небезопасности — нападения, происшествия, изнасилования.

К примеру, сегодня утром Le Parisien (принадлежит вполне либералу и макронисту Бернару Арно / LVMH) написал, что в 18 округе поздним вечером двое пытались украсть велик, хозяин это увидел, попытался защитить свое имущество и был ранен розочкой (стеклом от бутылки). Под утро в соседнем, достаточно буржуазном, 17 округе трое челов стрельнули сигарету у парня, а после отказа (и, вероятно, конфликта) пырнули его резаком в горло.

Французы хотят перемен: экономика, личное финансовое положение и то, что RN еще не были у власти — главная причина роста в их пользу голосов, говорит собеседник слева, отмечая, что RN такие же, как Путин.

Последний опрос Ifop перед первым туром выборов в парламент предвещает рекордную явку — 67% (на прошлых выборах в 2022 было 49%).

36,5% из них намерены голосовать за крайне правую RN — это плюс полпроцента за последние два дня дебатов и от 245 до 290 кресел в парламенте. По верхней планке — абсолютное большинство в парламенте, то есть беспрепятственное назначение 28-летнего Барделлы на пост премьер-министра.

29% — за объединившихся в Народный фронт крайне левых, социалистов и зеленых. Тут до 200 кресел — сильный блок, но.

20,5% — за объединение партии власти Ensamble (Вместе). 100 кресел максимум из 577 рисует им в парламенте опрос, что в полтора раза меньше, чем было до роспуска.

Другие опросы дают правым 37%, а макронистам 19,5%.

FT: Богатые французы готовы бежать, поскольку радикальные предвыборные программы угрожают повышением налогов.

Несколько юристов, налоговых консультантов и управляющих активами заявили, что их завалили запросами, в том числе о переезде в Италию, Швейцарию и Испанию, в преддверии назначенных президентом Эмманюэлем Макроном досрочных выборов в два тура.

Республиканская партия Ле Пен попыталась успокоить бизнес, заявив, что она по-прежнему будет придерживаться финансовой дисциплины и европейских правил борьбы с дефицитом, хотя ее экономическая программа остается скудной по деталям.

«С экономической и налоговой точек зрения люди больше всего обеспокоены левым альянсом, потому что их налоговая программа очень агрессивна», - сказал Винсен Лазими, партнер юридической фирмы Jeantet в Париже.

Один юрист из Парижа сказал, что несколько клиентов подстраховывали свои ставки, создавая основу для получения статуса налогового резидента Италии. «У меня есть несколько клиентов, которые забронировали номера в отелях в Италии и планируют остаться там до конца июля, а затем они смогут решить, что делать», - сказал он.

Так левые видят «сторожевого пса сверхбогатых» (Макрон, ЛеПен и кто-то еще)