Интервью фотографа и режиссёра, эксцентрика и реалиста Ларри Кларка с корреспондентом «Сноб», где он размышляет о юности, новых медиа, политике и Голливуде.

1. Когда я был ребенком, мне не у кого было узнать ответы на возникавшие вопросы. Взрослые на любые вопросы давали мне затрещину и просили заткнуться. Такие уж были времена. Ответы приходилось искать самому. Сейчас же дети имеют под рукой интернет. И всё, что они хотели бы знать, ответы на любые вопросы они могут узнать мгновенно. Меня это очень интересует.

2. Невинность даже в наши дни никуда не исчезла. Возраст, в котором находятся юные герои фильма «Девушки из Марфы», — это время открытий, время невинности. Что мне было по-настоящему интересно в данной картине — это соединить двух подростков 16-18 лет, которые действительно соответствовали бы своему возрасту и не переигрывали бы в кадре. И придумать для них историю, которая могла бы с ними взаправду случиться, и как бы они в процессе реагировали на неё и менялись. И всё бы это ещё было помещено в контекст того, что сейчас происходит в реальной Америке. А в ней сейчас много что происходит. В Голливуде такие фильмы больше не снимают.

3. Знаете, в какой-то момент я рассудил, что к чёрту Голливуд? Вы, наверное, не в курсе, но я не получил денег от продюсеров ни за один свой фильм. Я даже финального монтажа ни разу не видел. Ты подписываешь все эти контракты, но они оказываются в итоге бесполезными. Потому что всё, что в них написано, — ложь. При этом они смотрят тебе в глаза, жмут руку. В моём детстве пожатие руки значило многое. Но они так привыкли ко лжи…

4. Моя первая девушка была художницей. И вторая моя девушка тоже. И если вернуться в мой 1961 год, все фотографы тогда были полными кретинами. И я на тот момент тоже ничем не выделялся — был таким подрастающим наркоманом. И я уже тогда посмотрел «Тени» и слышал, что говорит Ленни Брюс, и послушал Боба Дилана. И я помню, как Дилан в 61–62 годах говорил, что ни в коем случае нельзя быть похожим на своих родителей. И я помню этот резкий скачок после 50-х, когда ещё совсем недавно нельзя было ни наркотиков, ни секса, ничего. Совсем, в общем, другое время. Затем наступили 60-е, все резко изменилось, мы развернулись в это время, наверстали упущенное.

5. Мне кажется, все мои фильмы довольно нравственные. В каждом фильме вы можете увидеть последствия для каждого действия, которые мы совершаем. В жизни всегда наступают последствия. Я всегда так считал.

Фото из серий снимков Ларри Кларка «Подростковая похоть» и «Талса».

«Человек из рыбы» (2018)
МХТ
Режиссёр: Юрий Бутусов

Пять геров, из которых почти все филологи, временно живут в одной квартире на Караванной. Они обитают в каком-то своём мире, состоящем из литературы и кинематографа, а не в реальности, что вот-вот придавит.

Человек из рыбы – существо, приснившееся маленькой девочке, дочери одной из героинь. Он не появляется у Бутусова на сцене, но это делает образ ещё более страшным. Человек из рыбы – метафора системы, борьба с которой не просто бессмысленна, а ещё и беспощадна.

Юрий Бутусов о том, что его зацепило в пьесе:

«Чувство, которое возникает при прочтении, при встрече с каким-то серьезным явлением, очень трудно определить и сформулировать. Когда начинаешь его вербализовать, оно становится плоским, банальным и не соответствует тому, что ты испытал. А еще, если слишком внятно проговоришь, найденное чувство вообще может от тебя уйти. Поэтому я предпочитаю не отвечать на такие вопросы. Просто сидишь и ждешь, когда к тебе придет пьеса. Мне кажется, не мы находим их, а они отыскивают нас. Читаешь и ждёшь. У тебя есть о голове какой-то набор предпочтений, но это не значит, что ты прочел и сразу ахнул. Материал может лежать в тебе много лет. А потом в какой-то момент по стечению обстоятельств, в связи с изменившейся атмосферой времени и того, что происходит с тобой, в стране, в мире, текст вдруг выползает из недр подсознания. И ты должен понять и услышать, что настало время с этой пьесой поспорить».

Гуревич, Павлова, Мульков поставят мини-пьесы на фестивале «Stories-2026»

Сегодня и завтра, 24 и 25 января, в петербургском театре «Суббота» проходит VII Международный фестиваль коротких пьес «Stories».

Напомним, «Stories» — специальный проект театра «Суббота», проходящий в несколько этапов. Первая часть — драматургический конкурс. На него принимаются пьесы на русском языке объёмом не более 12 страниц, к январю ридеры (драматурги, театроведы и режиссёры) составляют шорт-лист, и на основе шести текстов из него после Нового года в «Субботе» создают эскизы спектаклей. Эти показы становятся вторым, открытым для зрителей, фестивальным этапом. Лучшие из представленных на показах спектаклей дорабатываются до полноценных репертуарных постановок. В этом сезоне на конкурс поступило более 550 текстов, в составленный экспертами шорт-лист вошли 13 пьес. Шесть из них традиционно будут представлены в виде эскизных работ режиссёров — по три мини-спектакля в один вечер.

Художественный руководитель фестиваля, главный режиссёр «Субботы» Андрей Сидельников рассказывает: «Фестиваль “Stories” для нас — это, прежде всего, рабочая территория современного театра. Нас интересует не “конкурс ради конкурса”, а момент перехода литературного текста в сценическое существование: когда драматургическая идея сталкивается с режиссёрским мышлением, актёрской природой, с конкретным зрителем. Короткая форма позволяет увидеть этот процесс особенно отчётливо: здесь нет времени на компромиссы и декоративность — текст либо работает, либо нет. В этом году в отобранных пьесах нас особенно привлекли темы личного выбора, внутреннего разлома, попытки удержать человеческую близость в условиях давления внешнего мира. Мы стремимся к тому, чтобы фестиваль “Stories” оставался пространством риска и эксперимента, где новые авторы могут быть услышаны, а театр обретает возможность говорить на темы, волнующие сегодняшних людей, и обновлять собственный язык».

Участниками нынешнего фестиваля стали как молодые, только начинающие свой профессиональный путь режиссёры, так и те, кто уже в большой мере определяет лицо современного российского театра. Выбранные ими тексты чрезвычайно разнообразны по стилистике, жанрам и кругу тем, однако в большой мере отражают круг художественных интересов самих режиссёров и важные для каждого из них темы.

Так, Филипп Гуревич продолжит исследование внутреннего детства и потери ориентиров современного человека на материале трагикомедии нижегородского драматурга Виолетты Бойко «Ковёр». Елена Павлова в истории о семейной паре тридцатилетних, где муж уверен, что скоро умрёт от «потери света», а жена пытается решить эту проблему, удерживая его в реальности, делает важной частью действия музыку и звук (пьеса Игоря Олейникова из Ростова-на-Дону «Боря умрёт в четверг»). А склонный экспериментировать с формой Дмитрий Мульков представит абсурдную комедию московского автора Марии Лепёшкиной «Ровер» об айтишнике, застрявшем в роботе-доставщике, средствами театра кукол.

Ученик Юрия Бутусова Иван Шалаев представит интерпретацию пьесы «Кант и петух» — части философско-комедийной тетралогии Леонида Доброхотова из Москвы. По словам режиссёра, этот текст о знаменитом случае из жизни Иммануила Канта, когда громкие крики соседского петуха вынудили его сменить место жительства, привлёк его возможностью уйти от нарочитой «современности». А Юрий Печенежский, выбравший для постановки пьесу московского драматурга Кирилла Баглая «Смерти море» — парадоксальные зарисовки с побережья, — отмечает, что этот текст предлагает не абсурдный взгляд на повседневность, а почти реалистический образ весьма далёких от привычной нормы ситуаций. А ученик Льва Додина Степан Пивкин поставит «Уроки дружбы» Марии Бердинских из Екатеринбурга — сюжет о двух подростках, мальчике и девочке, которые внезапно становятся друг для друга опорой в сложном и меняющемся мире.

Все шесть пьес, выбранных для фестивальных показов, доступны для ознакомления: ссылки на тексты опубликованы на сайте и в соцсетях театра «Суббота».

Источник: «Театръ».

Знакомимся с жизненными принципами английского сценариста и режиссёра Джона Бурмена:

1. Кино — это поиск альтернативной вселенной; мира, который был бы лучше, чем наш. Это главная причина, по которой я стал режиссёром.

2. Я родился в протестантской семье, но учился в католической школе, и меня смущало, что каждая из церквей называла себя истинной. Я бился над этой проблемой и молился о помощи…

3. Фильмы хранят миф, и в этом их сила. В преданиях хранится и разворачивается альтернативная история — история человеческой души. Кино продолжает эту традицию.

4. Кино так и не оправилось от прихода звука.

5. Мне всегда казалось, что оставить актёра в покое — не худший способ добиться от него хорошей игры.

6. Отношения между памятью и воображением загадочны. Иногда мне кажется, что воображение более правдиво, чем память.

7. Как стать миллионером, снимая независимое кино? Начинайте, став миллиардером.

8. Я всегда пишу, сидя перед белой стеной, чтобы мысленно проецировать на этот экран сцены и смотреть, работают ли они.

9. К себе следует относиться критически.

10. Мне кажется, что режиссёры делятся на три типа: писатели, художники и рассказчики. Лучшие режиссёры сочетают все три элемента.

11. В конечном счёте меня интересуют серьёзные политические конфликты, потому что они — основа для хорошей драмы.

12. Счастлив ли я? Нет.

13. Всё дело в деталях. Всегда есть одна деталь, благодаря которой сцена становится кинематографичной, а не просто заснятой на камеру.

14. Я уже пятьдесят лет в кино, и знаете, сколько чистого времени за эти годы я стоял за включённой камерой? Недели две, думаю, наберётся.

15. Я с радостью попрощался с плёнкой, потому что за свою жизнь настрадался от царапин, пятен и потерянных кадров.

16. Снимать кино — значит изобретать нерешаемые задачи и потом их проваливать.