Письмо Юрия Бутусова к Анне Алексахиной:
«Дорогая Аня! Мы были рядом в течение 7,5 лет. Это были счастливые, насыщенные радостью и содержанием годы. У нас, даже можно сказать, есть „общие дети“ — наш замечательный, невероятно талантливый курс при театре Ленсовета. Все эти годы Вы (Ты) были рядом, помогали мне советом, поддержкой и верой. Я восхищался Вашим (Твоим) вкусом, безупречным этическим чувством и тактом. Ваша (Наша) Ольга Прозорова была прекрасна в своей безоглядной и жертвенной любви к сёстрам, к жизни, к Вершинину. И этой любовью освящается все вокруг Вас (Тебя). Вы (Ты) понимаете театр, как никто, чувствуете его сегодняшний, пульсирующий нерв и не скатываетесь в рутину, скуку и склоки. И не надо. Бог с ними со всеми. Крепко обнимаю
Твой ЮБ».
«Дорогая Аня! Мы были рядом в течение 7,5 лет. Это были счастливые, насыщенные радостью и содержанием годы. У нас, даже можно сказать, есть „общие дети“ — наш замечательный, невероятно талантливый курс при театре Ленсовета. Все эти годы Вы (Ты) были рядом, помогали мне советом, поддержкой и верой. Я восхищался Вашим (Твоим) вкусом, безупречным этическим чувством и тактом. Ваша (Наша) Ольга Прозорова была прекрасна в своей безоглядной и жертвенной любви к сёстрам, к жизни, к Вершинину. И этой любовью освящается все вокруг Вас (Тебя). Вы (Ты) понимаете театр, как никто, чувствуете его сегодняшний, пульсирующий нерв и не скатываетесь в рутину, скуку и склоки. И не надо. Бог с ними со всеми. Крепко обнимаю
Твой ЮБ».
❤🔥20❤11🕊2
«Театр Угнетённых» Аугусто Боаля — форма действия, давно вышедшая за пределы сцены. Основанная на педагогике Паулу Фрейре, с течением времени она превратилась в важный инструмент социального и политического освобождения.
Кто же такие Угнетённые в понимании самого Боаля? Все те, кто не имеет права на собственное мнение и подвергается постоянному насилию со стороны государственной машины. Это лишь атрофирует способность мыслить в принципе. И главным методом этого освобождения режиссёр определял форум-театр. Он не предлагал готовых ответов для решения проблем, но задавал траекторию движения к выходу из сложившейся ситуации.
Выстраивая структуру на участии антагонистов, протагонистов, а также джокера-модератора и трихоганистов-свидетелей, Боаль создавал действие, которое планомерно развивалось лишь до кульминации — далее в ход шла импровизация. С развитием метода постепенно полностью исчезло деление на исполнителей и зрителей.
«Аристотель предлагает поэтику, в которой зритель делегирует власть драматическому персонажу, чтобы последний мог действовать и думать за него. Брехт предлагает поэтику, в которой зритель делегирует власть персонажу, который действует вместо него, но зритель оставляет за собой право думать самостоятельно, часто в противовес персонажу, — говорил режиссёр. — В первом случае происходит "катарсис"; во втором — пробуждение критического сознания. Но "поэтика угнетённых" фокусируется на самом действии: зритель не наделяет персонажа (или актёра) полномочиями действовать и думать вместо него; напротив, он сам берёт на себя роль протагониста; меняет драматическое действие, пробует решения, обсуждает планы перемен».
Позднее, развивая идею, Боаль создал серию практических руководств для тех, кто не согласен быть пассивным наблюдателем: тренинги движения, концентрации, а также техники развития спонтанной реакции — телесной и словесной.
Мы, как и Боаль, исходим из убеждения, что театр — не пространство готовых истин, а лаборатория, где любое решение можно «проиграть», проверить на прочность и пересобрать заново. Именно этот принцип — превращение зрителя в автора собственных действий — лежит в основе действенного анализа, которому посвящён наш курс «Застольный период методом действенного анализа». Вы ещё можете присоединиться к занятиям и увидеть изнутри, как рождается режиссёрский замысел и строится структура будущей постановки.
Кто же такие Угнетённые в понимании самого Боаля? Все те, кто не имеет права на собственное мнение и подвергается постоянному насилию со стороны государственной машины. Это лишь атрофирует способность мыслить в принципе. И главным методом этого освобождения режиссёр определял форум-театр. Он не предлагал готовых ответов для решения проблем, но задавал траекторию движения к выходу из сложившейся ситуации.
Выстраивая структуру на участии антагонистов, протагонистов, а также джокера-модератора и трихоганистов-свидетелей, Боаль создавал действие, которое планомерно развивалось лишь до кульминации — далее в ход шла импровизация. С развитием метода постепенно полностью исчезло деление на исполнителей и зрителей.
«Аристотель предлагает поэтику, в которой зритель делегирует власть драматическому персонажу, чтобы последний мог действовать и думать за него. Брехт предлагает поэтику, в которой зритель делегирует власть персонажу, который действует вместо него, но зритель оставляет за собой право думать самостоятельно, часто в противовес персонажу, — говорил режиссёр. — В первом случае происходит "катарсис"; во втором — пробуждение критического сознания. Но "поэтика угнетённых" фокусируется на самом действии: зритель не наделяет персонажа (или актёра) полномочиями действовать и думать вместо него; напротив, он сам берёт на себя роль протагониста; меняет драматическое действие, пробует решения, обсуждает планы перемен».
Позднее, развивая идею, Боаль создал серию практических руководств для тех, кто не согласен быть пассивным наблюдателем: тренинги движения, концентрации, а также техники развития спонтанной реакции — телесной и словесной.
Мы, как и Боаль, исходим из убеждения, что театр — не пространство готовых истин, а лаборатория, где любое решение можно «проиграть», проверить на прочность и пересобрать заново. Именно этот принцип — превращение зрителя в автора собственных действий — лежит в основе действенного анализа, которому посвящён наш курс «Застольный период методом действенного анализа». Вы ещё можете присоединиться к занятиям и увидеть изнутри, как рождается режиссёрский замысел и строится структура будущей постановки.
❤4
«Цирк»
Театр Наций
Режиссёр: Максим Диденко
В ролях: Ингеборга Дапкунайте, Павел Акимкин, Сергей Епишев, Андрей Фомин, Павел и Данила Рассомахины
В основе — одноимённый фильм Григоря Александров. В СССР приезжает звезда американского цирка Марион Диксон с номером «Полёт на Луну». Однако её шантажируют, угрожаю раскрыть тайной личной жизни. Действие спектакля Максима Диденко происходит в условном будущем, таком, которое будто придумали в далёком прошлом. Сам режисёр определил стиль этой постановки как ретро-футуризм.
Марина Шимадина:
«Спектакль Максима Диденко, с одной стороны, опирается на всем известную советскую киноклассику, которая сегодня в тренде, с другой — зрелищен, изобретателен и красив.
Первую же сцену (или первый кадр — об этой постановке тянет говорить в терминах кино) можно хоть сейчас выставлять на Венецианской Биеннале: изящная женская фигура вращается на наклонной арене на фоне огромной Луны.
Художник Мария Трегубова и видеохудожник Илья Старилов вообще постарались на славу.
Они создали на сцене фантастический мир, сотканный из цитат, но весьма оригинальный. Действие происходит в будущем, которое придумали в далеком прошлом, — объясняет режиссер. И весь образный строй спектакля построен на перекличке времен, мифов, примет прошлого и их причудливого преломления в сегодняшнем сознании. В проплывающих на экране анимационных пейзажах сталинские высотки соседствуют с так и не построенным в реальности гигантоманским Дворцом Советов, по небу проносятся ракеты и дирижабли, — примерно так представляли себе будущее в начале прошлого века».
Театр Наций
Режиссёр: Максим Диденко
В ролях: Ингеборга Дапкунайте, Павел Акимкин, Сергей Епишев, Андрей Фомин, Павел и Данила Рассомахины
В основе — одноимённый фильм Григоря Александров. В СССР приезжает звезда американского цирка Марион Диксон с номером «Полёт на Луну». Однако её шантажируют, угрожаю раскрыть тайной личной жизни. Действие спектакля Максима Диденко происходит в условном будущем, таком, которое будто придумали в далёком прошлом. Сам режисёр определил стиль этой постановки как ретро-футуризм.
Марина Шимадина:
«Спектакль Максима Диденко, с одной стороны, опирается на всем известную советскую киноклассику, которая сегодня в тренде, с другой — зрелищен, изобретателен и красив.
Первую же сцену (или первый кадр — об этой постановке тянет говорить в терминах кино) можно хоть сейчас выставлять на Венецианской Биеннале: изящная женская фигура вращается на наклонной арене на фоне огромной Луны.
Художник Мария Трегубова и видеохудожник Илья Старилов вообще постарались на славу.
Они создали на сцене фантастический мир, сотканный из цитат, но весьма оригинальный. Действие происходит в будущем, которое придумали в далеком прошлом, — объясняет режиссер. И весь образный строй спектакля построен на перекличке времен, мифов, примет прошлого и их причудливого преломления в сегодняшнем сознании. В проплывающих на экране анимационных пейзажах сталинские высотки соседствуют с так и не построенным в реальности гигантоманским Дворцом Советов, по небу проносятся ракеты и дирижабли, — примерно так представляли себе будущее в начале прошлого века».
🔥1
«Я открыла для себя фантастическую сферу применения своих сил — преподавание. Забавно, когда молодые люди приходят ко мне, с придыханием заходя в класс к „самой Барбаре Фриттоли“, а уходят, по их признанию, получив опыт одного из самых весёлых уроков, которые когда-либо им приходилось посещать. Я учу их спокойствию и умению петь сердцем, правильным естественным голосом, без искусственного укрупнения или уменьшения его силы. Петь своим голосом без насильственных манипуляций, следуя природным возможностям, — вот цель занятий. Студенты сегодня, к сожалению, много времени проводят в айфонах, задают немало глупых вопросов, и надо иметь тонну терпения, чтобы все это наблюдать и выслушивать. Нередко приходится консультировать молодых и онлайн, когда они просят срочного совета накануне спектаклей. Но встречи с молодыми меня очень радуют».
Барбара Фриттоли
Барбара Фриттоли
❤2
В Никитинском театре обратились к последней повести Тургенева
25 и 26 апреля в Воронеже на сцене «Прогресс», ставшей частью независимого Никитинского театра, играют премьеру спектакля Кирилла Демидова «Клара Милич» по одноимённой повести Тургенева.
«Клара Милич» (другое название – «После смерти») – последняя повесть Тургенева, написанная им за год до кончины. Литературоведы относят её к циклу «таинственных повестей», где писатель раскрывается не как реалист, а как мистик и фантаст.
В центре сюжета – фотограф Яков Аратов, молодой человек, который везде чувствует себя лишним, практически не выходит из дома и «спит при жизни». Встреча с молодой актрисой Кларой Милич даёт ему шанс на возрождение, но герой боится отдаться чувствам и сбегает, продолжая вести замкнутый образ жизни. И лишь известие о гибели Клары Милич внезапно пробуждает в нём запоздалую любовь.
В спектакле также звучат стихотворения в прозе Ивана Тургенева: «Завтра, завтра», «Встреча», «Насекомое», «Что я буду думать?». В постановке, согласно анонсу, присутствуют элементы мистики, комедии, детектива, мелодрамы и даже хоррора.
Режиссёр спектакля Кирилл Демидов рассказывает: «Как известно, Иван Сергеевич на протяжении 40 лет был влюблён в певицу Полину Виардо. Но он не стал ей ни женихом, ни любовником. Это была странная любовь. Тургенев позволял себе лишь быть другом семьи: всегда рядом и всегда на расстоянии. Куда переезжали Виардо, туда переезжал и он. Всюду следовал за ними. Жил чувствами любви, но прятал их. Почему так?
Дело в том, что Тургенев был человеком абсолютного порядка: то, что он мог контролировать, воспринимал как “безопасное”. И три явления пробуждали в нём страх: судьба, смерть и любовь. Он воспринимал их как чистый хаос – нечто, не поддающееся контролю, нечто опасное и вместе с тем притягивающее. Как пожар.
Мне хочется думать, что в последний год жизни Иван Сергеевич жалел об упущенном и о том, что слишком часто боялся. И об этом он написал свою последнюю повесть».
Над премьерой также работают художник Юлия Юхновец и композитор Серафим Боград.
Роли в спектакле исполняют Егор Янышев (Яков Аратов), Татьяна Солошенко и Марина Погорельцева (Клара Милич), Екатерина Тоборовец (Платоша), Константин Гунькин (Купфер), Оксана Толстикова (Аня Миловидова), Данила Чекрыгин (Некто).
Кирилл Демидов – выпускник курса Андрея Могучего в РГИСИ, режиссёр БДТ имени Товстоногова.
Источник: «Театръ».
25 и 26 апреля в Воронеже на сцене «Прогресс», ставшей частью независимого Никитинского театра, играют премьеру спектакля Кирилла Демидова «Клара Милич» по одноимённой повести Тургенева.
«Клара Милич» (другое название – «После смерти») – последняя повесть Тургенева, написанная им за год до кончины. Литературоведы относят её к циклу «таинственных повестей», где писатель раскрывается не как реалист, а как мистик и фантаст.
В центре сюжета – фотограф Яков Аратов, молодой человек, который везде чувствует себя лишним, практически не выходит из дома и «спит при жизни». Встреча с молодой актрисой Кларой Милич даёт ему шанс на возрождение, но герой боится отдаться чувствам и сбегает, продолжая вести замкнутый образ жизни. И лишь известие о гибели Клары Милич внезапно пробуждает в нём запоздалую любовь.
В спектакле также звучат стихотворения в прозе Ивана Тургенева: «Завтра, завтра», «Встреча», «Насекомое», «Что я буду думать?». В постановке, согласно анонсу, присутствуют элементы мистики, комедии, детектива, мелодрамы и даже хоррора.
Режиссёр спектакля Кирилл Демидов рассказывает: «Как известно, Иван Сергеевич на протяжении 40 лет был влюблён в певицу Полину Виардо. Но он не стал ей ни женихом, ни любовником. Это была странная любовь. Тургенев позволял себе лишь быть другом семьи: всегда рядом и всегда на расстоянии. Куда переезжали Виардо, туда переезжал и он. Всюду следовал за ними. Жил чувствами любви, но прятал их. Почему так?
Дело в том, что Тургенев был человеком абсолютного порядка: то, что он мог контролировать, воспринимал как “безопасное”. И три явления пробуждали в нём страх: судьба, смерть и любовь. Он воспринимал их как чистый хаос – нечто, не поддающееся контролю, нечто опасное и вместе с тем притягивающее. Как пожар.
Мне хочется думать, что в последний год жизни Иван Сергеевич жалел об упущенном и о том, что слишком часто боялся. И об этом он написал свою последнюю повесть».
Над премьерой также работают художник Юлия Юхновец и композитор Серафим Боград.
Роли в спектакле исполняют Егор Янышев (Яков Аратов), Татьяна Солошенко и Марина Погорельцева (Клара Милич), Екатерина Тоборовец (Платоша), Константин Гунькин (Купфер), Оксана Толстикова (Аня Миловидова), Данила Чекрыгин (Некто).
Кирилл Демидов – выпускник курса Андрея Могучего в РГИСИ, режиссёр БДТ имени Товстоногова.
Источник: «Театръ».
❤🔥4👏2💘2❤1