«Борис Годунов» (2015)
Национальный драматический театр Литвы
Режиссёр: Эймунтас Някрошюс
В ролях: Сальвиус Трепулис, Мариус Репсис, Повилас Будрис
В мире, придуманном Някрошюсом, совсем нет жизни. Темно, краски сгущены. Есть только удушающая тоска, от которой невозможно избавиться. Дышать в этом мире слишком тяжело. Сцена оформлена лаконично. Центром композиции режиссёр сделал лестницу, идущую вверх. На протяжении всего спектакля метафоричная конструкция будто напоминает, что история, описанная Пушкиным, существует вне времени и пространства, и играет разные роли, обретая новые смыслы.
А у актёров нет ни одного лишнего движения или слова. При этом их игру невозможно назвать сухой. Особенно работу актёра Сальвиуса Трепулиса, исполняющего роль Годунова. Его герой – человек несчастный, понимающий, что ноша слишком тяжела. Он не может себя простить, а потому не может жить. Смерть же кажется неким выходом.
Национальный драматический театр Литвы
Режиссёр: Эймунтас Някрошюс
В ролях: Сальвиус Трепулис, Мариус Репсис, Повилас Будрис
В мире, придуманном Някрошюсом, совсем нет жизни. Темно, краски сгущены. Есть только удушающая тоска, от которой невозможно избавиться. Дышать в этом мире слишком тяжело. Сцена оформлена лаконично. Центром композиции режиссёр сделал лестницу, идущую вверх. На протяжении всего спектакля метафоричная конструкция будто напоминает, что история, описанная Пушкиным, существует вне времени и пространства, и играет разные роли, обретая новые смыслы.
А у актёров нет ни одного лишнего движения или слова. При этом их игру невозможно назвать сухой. Особенно работу актёра Сальвиуса Трепулиса, исполняющего роль Годунова. Его герой – человек несчастный, понимающий, что ноша слишком тяжела. Он не может себя простить, а потому не может жить. Смерть же кажется неким выходом.
❤14💘1
Виктор Плотников создаёт «БлокНот романсов» Арлекина и Пьеро
Сегодня и завтра, 29 и 30 ноября, в Челябинском театре кукол имени Вольховского играют премьеру спектакля Виктора Плотникова «Балаганчик» (12+) — вдохновлённую одноимённой пьесой Блока и городскими романсами музыкальную постановку.
Подробнее о постановке читайте в материале издания «Театръ».
Сегодня и завтра, 29 и 30 ноября, в Челябинском театре кукол имени Вольховского играют премьеру спектакля Виктора Плотникова «Балаганчик» (12+) — вдохновлённую одноимённой пьесой Блока и городскими романсами музыкальную постановку.
Подробнее о постановке читайте в материале издания «Театръ».
Telegraph
Виктор Плотников создаёт «БлокНот романсов» Арлекина и Пьеро
Сегодня и завтра, 29 и 30 ноября, в Челябинском театре кукол имени Вольховского играют премьеру спектакля Виктора Плотникова «Балаганчик» (12+) — вдохновлённую одноимённой пьесой Блока и городскими романсами музыкальную постановку. Один из наиболее самобытных…
🔥6❤3
Ушёл из жизни Том Стоппард.
Настоящий мастер современной драматургии. Абсурдист и философ, чьи пьесы становились настоящим исследованием — истории и контекста, но главное — человеческой души.
«Розенкранц и Гильденстерн мертвы», «Леопольдштадт», «Аркадия» — эти и многие другие тексты стали хитами на международной театральной сцене и встали в один ряд с классическими произведениями. А поистине монументальный труд «Берег Утопии» не только приблизил Запад к разгадке русской души, но и позволил российскому зрителю заглянуть вглубь себя через призму истории.
Драматурга не стало на 89-м году жизни.
Настоящий мастер современной драматургии. Абсурдист и философ, чьи пьесы становились настоящим исследованием — истории и контекста, но главное — человеческой души.
«Розенкранц и Гильденстерн мертвы», «Леопольдштадт», «Аркадия» — эти и многие другие тексты стали хитами на международной театральной сцене и встали в один ряд с классическими произведениями. А поистине монументальный труд «Берег Утопии» не только приблизил Запад к разгадке русской души, но и позволил российскому зрителю заглянуть вглубь себя через призму истории.
Драматурга не стало на 89-м году жизни.
😢38🕊15❤🔥3🤔1
Что ждать от третьего потока курса «Застольный период методом действенного анализа»?
Если вы хоть раз пробовали ставить спектакль, вы наверняка сталкивались с моментом, когда сцена не «загорается», роль не «оживает», а команда теряется в тумане смыслов.
Чаще всего это происходит потому, что застольный период — тот самый, который многие считают «просто обсуждением» — был пройден вскользь. А ведь именно здесь закладывается всё: структура, ритм, понимание будущего спектакля. Без прочного фундамента здание может рухнуть в самый неподходящий момент.
Именно поэтому курс «Застольный период методом действенного анализа» — бессмертный инструмент — потому что с этого начинается любая постановка.
14 января 2026 года стартует уже третий поток — и каждый раз это не повторение, а новое погружение. На этот раз мы будем работать с совершенно уникальными текстами: в программу включены «Самоубийца» Николая Эрдмана, «Сказки» Александра Пушкина и сюрприз. Это выбор не случайный: один — острая, почти абсурдная драма с социальным подтекстом, другой — поэтическое повествование.
Разобрать их методом действенного анализа — значит научиться видеть за строками не просто сюжет, а возможность для живого театра.
Курс ведёт наш коллега и близкий друг — Иван Янович Стависский, педагог, с которым у нас сложилось настоящее сотворчество. Его подход уже влюбил в себя десятки артистов. Именно поэтому многие, кто уже прошёл первый поток курса «Застольный период методом действенного анализа», возвращаются вновь: они уже знают — даже если произведение известно, грамотно применённый метод действенного анализа открывает его с новой, неожиданной стороны.
На этом курсе вы научитесь думать как режиссёр и чувствовать как актёр одновременно. Вы поймёте, как переводить слова в действие, разговор — в событие, а замысел — в зримую форму. И самое главное — вы уйдёте с готовым, проверенным методом, который сможете применять снова и снова, независимо от жанра, формата или состава труппы.
Два месяца, колоссальная теоретическая и практическая база, живая работа в группе, личная обратная связь от мастера.
Места ограничены — успейте записаться!
Если вы хоть раз пробовали ставить спектакль, вы наверняка сталкивались с моментом, когда сцена не «загорается», роль не «оживает», а команда теряется в тумане смыслов.
Чаще всего это происходит потому, что застольный период — тот самый, который многие считают «просто обсуждением» — был пройден вскользь. А ведь именно здесь закладывается всё: структура, ритм, понимание будущего спектакля. Без прочного фундамента здание может рухнуть в самый неподходящий момент.
Именно поэтому курс «Застольный период методом действенного анализа» — бессмертный инструмент — потому что с этого начинается любая постановка.
14 января 2026 года стартует уже третий поток — и каждый раз это не повторение, а новое погружение. На этот раз мы будем работать с совершенно уникальными текстами: в программу включены «Самоубийца» Николая Эрдмана, «Сказки» Александра Пушкина и сюрприз. Это выбор не случайный: один — острая, почти абсурдная драма с социальным подтекстом, другой — поэтическое повествование.
Разобрать их методом действенного анализа — значит научиться видеть за строками не просто сюжет, а возможность для живого театра.
Курс ведёт наш коллега и близкий друг — Иван Янович Стависский, педагог, с которым у нас сложилось настоящее сотворчество. Его подход уже влюбил в себя десятки артистов. Именно поэтому многие, кто уже прошёл первый поток курса «Застольный период методом действенного анализа», возвращаются вновь: они уже знают — даже если произведение известно, грамотно применённый метод действенного анализа открывает его с новой, неожиданной стороны.
На этом курсе вы научитесь думать как режиссёр и чувствовать как актёр одновременно. Вы поймёте, как переводить слова в действие, разговор — в событие, а замысел — в зримую форму. И самое главное — вы уйдёте с готовым, проверенным методом, который сможете применять снова и снова, независимо от жанра, формата или состава труппы.
Два месяца, колоссальная теоретическая и практическая база, живая работа в группе, личная обратная связь от мастера.
Места ограничены — успейте записаться!
❤3💘2
Пера Аташева и Сергей Эйзенштейн
С августа 1929 по май 1932, когда Эйзенштейн и его соратники – сорежиссёр Григорий Александров и оператор Эдуард Тиссэ – были в командировке в Европе, США и Мексике, Пера Моисеевна с ними постоянно переписывалась. Сергей Михайлович оставил ей доверенность на все свои дела.
Она послала ему шуточное фото: «В мечтах о Вас».
А он ответил ей фотографией с Микки Маусом, на которой написал: «Моему лучшему другу в СССР с моим лучшим другом в США».
С августа 1929 по май 1932, когда Эйзенштейн и его соратники – сорежиссёр Григорий Александров и оператор Эдуард Тиссэ – были в командировке в Европе, США и Мексике, Пера Моисеевна с ними постоянно переписывалась. Сергей Михайлович оставил ей доверенность на все свои дела.
Она послала ему шуточное фото: «В мечтах о Вас».
А он ответил ей фотографией с Микки Маусом, на которой написал: «Моему лучшему другу в СССР с моим лучшим другом в США».
❤14
На календаре 30 ноября, а значит, совсем не за горами целая череда праздников... И долгие зимние вечера, полные раздумий о том, что же подарить родным и друзьям.
Приятная безделица или эмоции? А может быть, знания? И у нас есть вариант! Уверены, что курсы Академии Современного театра вполне могут занять своё почётное место в wish-листе любого, кто интересуется театром!
А начать знакомство с нашими образовательными программами мы советуем с курса Ивана Стависского «Застольный период методом действенного анализа» — он станет отличным поводом начать новый год с новых знаний!
Подумайте о подарках для любимых людей (или самого себя) уже сейчас — и забронируйте место в нашей онлайн-аудитории!
Приятная безделица или эмоции? А может быть, знания? И у нас есть вариант! Уверены, что курсы Академии Современного театра вполне могут занять своё почётное место в wish-листе любого, кто интересуется театром!
А начать знакомство с нашими образовательными программами мы советуем с курса Ивана Стависского «Застольный период методом действенного анализа» — он станет отличным поводом начать новый год с новых знаний!
Подумайте о подарках для любимых людей (или самого себя) уже сейчас — и забронируйте место в нашей онлайн-аудитории!
❤6
«Фигурины» Эля Лисицкого для оперы Михаила Матюшина и Алексея Кручёных «Победа над солнцем»
В 1920–1921 годах Лисицкий в Витебске разработал проект электромеханической постановки оперы «Победа над солнцем» — с марионетками вместо актёров, управляемыми машиной в центре сцены.
Опера впервые поставлена в 1913 году в Петербурге: либретто Кручёных, музыка Матюшина, декорации Малевича. Её суть — не сюжет, а декларация: новая эстетика побеждает старое искусство.
Лисицкий усилил футуристический дух, превратив спектакль в машину будущего. Сама установка — со звуком, светом, движением — становилась частью сцены. Проект не реализовали. Единственные свидетельства — альбомы эскизов в папках с отдельными листами.
Марионетки напоминали гигантские конструкции с намёком на анатомию. В предисловии к альбому 1923 года Лисицкий писал: текст заставил сохранить чуть-чуть человеческого. Цвет — не символ, а эквивалент материала: медь, кованое железо — важнее, чем красный или чёрный.
— Будетлянские силачи — две монолитные колонны из тёмного картона и дерева: широкие плечи, сжатые бёдра, неподвижные ноги, укорочённые до уровня пола. Их тело — не человек, а барьер. Разрывают занавес не руками, а всей массой — как таран.
— Новые — противоположность: лёгкие, почти невесомые. Составлены из диагональных планок, перекрещивающихся под острым углом. В центре — красный квадрат, как вырезанный флаг. На голове — пятиконечные звёзды, прикреплённые к стальным прутьям, колышущимся при каждом шаге. Они не идут — скользят.
— Трусливые — не люди, а сжатые тени. Изогнутые, будто сломанные линейки, с опущенными плечами и скрещёнными на груди руками — не для защиты, а для самоудаления. Головы — втянуты в плечи, глаза — не обозначены, но их направление ясно: вниз, вбок, от света.
— Путешественник по всем векам — не въезжает, он врезается. Его тело — один механизм: на месте правой ноги — огромное деревянное колесо с ободом из жести, на спине — пропеллер из тонких листов металла, вращающийся на оси. Тело — не носитель, а сама машина времени.
— Гробовщики — не несут гроб, они — гроб. Четыре вертикальные доски, соединённые в прямоугольник, сверху — цилиндрические крышки, как надгробные плиты с ручками. Движение — медленное, с паузами, как у тяжёлой машины, работающей вязкой. Никаких лиц. Только тяжесть.
— Забияка — не имеет ни суставов, ни туловища. Это набор острых углов: пять-шесть листов жести, скреплённых в хаотичном порядке, с торчащими штырями, как иглы. Каждое движение — резкий рывок, как срабатывание пружины. Она не бьёт — выстреливает в пространство.
— Старожил — гигантский, неподвижный. Тело — из склеенных досок, покрытых тёмной тканью, напоминающей хитин. Шесть ног — толстые, как брёвна, не на земле, а в ней. Голова — сферическая, без глаз, с двумя отверстиями, из которых доносится гул. Он не дышит — он стареет.
— Спортсмены — три фигуры, но воспринимаются как одна. Первая — почти человеческая: узкие бёдра, длинные ноги, прямая спина. В руках — чёрные круги, как мячи, но без объёма, как тени. Вторая и третья — отражения: сдвинутые плечи, удлинённые руки, ноги — как линии перспективы. Они не идут в такт — они создают такт. Их тело — архитектура, а движения — ритм зданий.
Конечно, электромеханический спектакль Лисицкого не мог быть поставлен. Современный ему уровень технологии вряд ли позволил бы реализацию столь смелой и трудоёмкой постановки не только в России, но и в Европе. Но скорее всего Лисицкий не слишком на это и рассчитывал. Утопический замысел обозначался подробным описанием режиссуры и инженерии спектакля в предисловии к папкам с рисунками и литографиями, эскизы существовали в роли самоценных изобразительных произведений, цель Лисицкого ‒ декларация своих новаторских художественных установок ‒ таким образом была достигнута.
В 1920–1921 годах Лисицкий в Витебске разработал проект электромеханической постановки оперы «Победа над солнцем» — с марионетками вместо актёров, управляемыми машиной в центре сцены.
Опера впервые поставлена в 1913 году в Петербурге: либретто Кручёных, музыка Матюшина, декорации Малевича. Её суть — не сюжет, а декларация: новая эстетика побеждает старое искусство.
Лисицкий усилил футуристический дух, превратив спектакль в машину будущего. Сама установка — со звуком, светом, движением — становилась частью сцены. Проект не реализовали. Единственные свидетельства — альбомы эскизов в папках с отдельными листами.
Марионетки напоминали гигантские конструкции с намёком на анатомию. В предисловии к альбому 1923 года Лисицкий писал: текст заставил сохранить чуть-чуть человеческого. Цвет — не символ, а эквивалент материала: медь, кованое железо — важнее, чем красный или чёрный.
— Будетлянские силачи — две монолитные колонны из тёмного картона и дерева: широкие плечи, сжатые бёдра, неподвижные ноги, укорочённые до уровня пола. Их тело — не человек, а барьер. Разрывают занавес не руками, а всей массой — как таран.
— Новые — противоположность: лёгкие, почти невесомые. Составлены из диагональных планок, перекрещивающихся под острым углом. В центре — красный квадрат, как вырезанный флаг. На голове — пятиконечные звёзды, прикреплённые к стальным прутьям, колышущимся при каждом шаге. Они не идут — скользят.
— Трусливые — не люди, а сжатые тени. Изогнутые, будто сломанные линейки, с опущенными плечами и скрещёнными на груди руками — не для защиты, а для самоудаления. Головы — втянуты в плечи, глаза — не обозначены, но их направление ясно: вниз, вбок, от света.
— Путешественник по всем векам — не въезжает, он врезается. Его тело — один механизм: на месте правой ноги — огромное деревянное колесо с ободом из жести, на спине — пропеллер из тонких листов металла, вращающийся на оси. Тело — не носитель, а сама машина времени.
— Гробовщики — не несут гроб, они — гроб. Четыре вертикальные доски, соединённые в прямоугольник, сверху — цилиндрические крышки, как надгробные плиты с ручками. Движение — медленное, с паузами, как у тяжёлой машины, работающей вязкой. Никаких лиц. Только тяжесть.
— Забияка — не имеет ни суставов, ни туловища. Это набор острых углов: пять-шесть листов жести, скреплённых в хаотичном порядке, с торчащими штырями, как иглы. Каждое движение — резкий рывок, как срабатывание пружины. Она не бьёт — выстреливает в пространство.
— Старожил — гигантский, неподвижный. Тело — из склеенных досок, покрытых тёмной тканью, напоминающей хитин. Шесть ног — толстые, как брёвна, не на земле, а в ней. Голова — сферическая, без глаз, с двумя отверстиями, из которых доносится гул. Он не дышит — он стареет.
— Спортсмены — три фигуры, но воспринимаются как одна. Первая — почти человеческая: узкие бёдра, длинные ноги, прямая спина. В руках — чёрные круги, как мячи, но без объёма, как тени. Вторая и третья — отражения: сдвинутые плечи, удлинённые руки, ноги — как линии перспективы. Они не идут в такт — они создают такт. Их тело — архитектура, а движения — ритм зданий.
Конечно, электромеханический спектакль Лисицкого не мог быть поставлен. Современный ему уровень технологии вряд ли позволил бы реализацию столь смелой и трудоёмкой постановки не только в России, но и в Европе. Но скорее всего Лисицкий не слишком на это и рассчитывал. Утопический замысел обозначался подробным описанием режиссуры и инженерии спектакля в предисловии к папкам с рисунками и литографиями, эскизы существовали в роли самоценных изобразительных произведений, цель Лисицкого ‒ декларация своих новаторских художественных установок ‒ таким образом была достигнута.
❤14👍1💘1🦄1