Рыбак не скажет, где клюёт?

А мы скажем — и покажем, как ловить интерес зрителя. Потому что хотим, чтобы вы росли, а ваши проекты становились ярче, сильнее и по-настоящему конкурентоспособными.

— Зритель — не всеядная рыба: на всё подряд он не поплывёт (и не придёт).

Ваш спектакль достоин качественных фотографий, честных текстов и чётко обозначенной миссии. Кто ваш зритель? Что вы хотите ему сказать? И почему он должен приходить к вам каждый день в 19:00? В конце концов — смысл всегда в основе.

— Сеть, сачок, спиннинг — все средства хороши.
(Телеграм, ВКонтакте, Яндекс и другие платформы.)

Если вы делаете ставку только на один инструмент — это уже шаг вперёд. Но почему бы не расставить сети повсюду? Развивайтесь сразу в нескольких каналах — и улов обязательно порадует.

Мы даём не только советы — мы выдаём настоящие удочки.

Присоединяйтесь к нашему онлайн-курсу «Продюсер в сфере культуры» — будем учиться привлекать внимание, выстраивать доверие и добиваться результата.

Галина Зальцман о своём режиссёрском опыте:

«Никогда не слышала, что я строгий режиссёр, скорее мягкий, но дотошный. Я всё равно добиваюсь того, чего хочу. Я люблю артистов, считаю, что они самые важные люди в театре, люблю актёрскую импровизацию, мне кажется, что артисты изнутри могут предложить намного больше, чем ты снаружи. Актёрское предложение для меня, как подарок, потому что у тебя уже есть с чем работать, ты можешь это как-то повернуть или что-то предложить взамен, когда от артистов идёт инициатива – это очень приятно и я всячески это поощряю».

«Недоверие случается, особенно со стороны возрастных артистов, сейчас уже меньше, потому что какой-то опыт у меня уже есть, и про этот опыт уже знают. Ты приходишь к людям, которые, даже если не видели моих спектаклей, всё равно обо мне что-то слышали, и доказывать, что ты что-то понимаешь, и имеешь право работать, мне уже не надо».

Марфа Горвиц возвращается к «Золушке» на Фарерских островах.

15 ноября в Национальном театре Фарерских островов (Tjóðpallur Føroya) пройдёт премьера спектакля Марфы Горвиц «Золушка» по одноимённой пьесе Жоэля Помра.

Напомним, в 2014 году Марфа Горвиц поставила «Золушку» Помра в московской «Практике» — спектакль стал одной из первых заметных работ ученицы Сергея Женовача, получил несколько номинаций на «Золотую Маску» (и лауреатом — за лучшую работу художника по костюмам) и долгие годы оставался репертуарным хитом театра. Нынешняя премьера будет отличаться от московского спектакля: это не перенос, а самостоятельная постановка, созданная в другом контексте и с иной интонацией. Значительно отличаться будет и визуальное решение — над новой «Золушкой» вместе с Горвиц работает её частый соавтор, художник Александр Мохов.

«В этом спектакле мы не увидим ни классической хрустальной туфельки, ни экипажа из тыквы», — сказано в анонсе. Здесь «маленькая и добрая девочка становится трудным подростком», а принц — её собеседником в общем переживании утраты. Создатели называют постановку «более жёсткой историей о том, как научиться отпускать прошлое и вспоминать его с улыбкой».

Главную мужскую роль в спектакле исполнит норвежский актёр Харальд Розенстрём — выпускник курса Кирилла Серебренникова в Школе-студии МХАТ, бывший артист «Седьмой студии», в 2017–2022 — ректор театрального колледжа Solbakken folkehøgskole, а в 2021–2023 — куратор площадки Vaba Lava в Нарве и Таллине.

Источник: «Театръ».

В 1967 году Ричард Шехнер издал манифест «Шесть аксиом "театра среды"» (6 Axioms for Environmental Theatre), где сформировал следующие принципы перформативного и театрального искусства нового вида, и многие из них активно используются до сих пор:

— Театральное событие является серией взаимодействий между пространством и актёрами; актёрами и зрителями; зрителями, актёрами и пространством; зрителями и пространством.

— Любое пространство может использоваться для спектакля и должно быть освоено использовано по максимуму его возможностей. Действие может происходить на природе, в закрытом помещении, вообще где угодно, главное — это пространство осваивается исполнителями и зрителями не только в одной плоскости. Занимаются вершины, низины, каждый уголок пространства может быть включен в действо.

— Театральное событие может происходить или в полностью изменённом, или в найденном пространстве.

Не нужно модифицировать пространство, если можно найти уже подходящее. Вот оно, зарождение site-specific театра!

— Фокус зрительского внимания подвижен и изменяем.

В перформансах Шехнера зрители обладали свободой перемещения: они могли занимать более высокие площадки для обзора, менять положение и ракурс во время действия, быть в толпе, группе других зрителей или находиться в одиночестве. При этом почти все опыты Шехнера были созданы так, чтоб ни один зритель не увидел все сцены и части действия — всегда остаётся загадка.

— Все элементы спектакля говорят на своём собственном языке и самоценны, но абсолютно равнозначны.

Актёр не может претендовать на первенство и главенство. Исполнитель — часть пространственного действия, обладающий такой же значимостью, как текст (если он есть), элементы пространства, зрители и соучастники.

— Текст не должен быть причиной и целью представления. Его вообще может не быть.

Текст всего лишь материал, исполнитель взаимодействует с ним, вступая с ним в отношения. Способ работы с текстом Шехнера тот же, что у Ежи Гротовского — конфронтация. Но если текста нет — не беда! Действие от этого ничего не теряет.

«Муму»
Новосибирский театр кукол
Режиссёр: Наталья Слащёва

Наталья Слащёва о спектакле:

«Когда мы подчиняемся установленным кем-то правилам, то удивляемся сами себе. Одному моему другу брат в детстве велел жевать жвачку до вечера. И он её жевал. Почему? Зачем он подчинился? Почему не мог поступить иначе? Или вот мы смотрим спектакль, который нам не нравится. А уйти из зала не можем. Почему? Кто нам не позволяет это сделать? Это самые простейшие примеры. Что же говорить об истории, которая произошла в тысяча восемьсот определённом году между барыней и ее крепостным?

Трагедия заключается в зашоренности сознания. Почему мы боимся и подчиняемся? Почему мы живём там, где мы живём, не боремся с тем, что нас не устраивает? Почему мы убиваем в себе Муму? Это же метафора — очень большая, внятная: любви и радости, пульсации жизни, самой способности радоваться и воспринимать всё вокруг. И всё это мы в себе убиваем.

Ещё одна важная вещь происходит, когда раздражение и недовольство вдруг порождают такие страшные приказы. Это дальше последует возмущение, а первый шаг — то, что Герасим ушёл. Вообще-то, это вызов, это неслыханное происшествие, что крепостной крестьянин ушёл от своей барыни. Для Герасима уход — уже огромный поступок. Ведь, как вы знаете, тот дворник, с которого был списан образ Герасима у Тургенева, от своей барыни, матери писателя, не ушёл. Значит, в этой повести отражена мольба Тургенева о смелости, о том, чтобы у кого-то хватило дерзости, внутренней силы встать и уйти. А уже следующим поступком будет протест, требование другого к себе отношения, уважения к труду и прочее».