Екатерина Гороховская – режиссёр, достойный отдельного поста. #у_режиссуры_женское_лицо, а значит, говорить о женщинах в профессии стоит как можно больше.
Екатерина Гороховская начала путь к профессии ещё в детстве — она училась в Театре Юношеского Творчества. А потом, повзрослев, – в СПб ГУП на актёрско-режиссёрском курсе у Зиновия Корогодского, на театроведческом факультете СПбГАТИ и в качестве вольнослушательницы — там же на актёрско-режиссёрском курсе Григория Козлова.
Спектакли Гороховская ставила по всей стране — в петербургском театре «Мастерская» и на площадке «Открытое пространство», в Саратовском ТЮЗе имени Киселёва, Екатеринбургском ТЮЗе, Озёрском муниципальном театре драмы и комедии «Наш дом», Нижегородском ТЮЗе, Няганском ТЮЗе, Томском ТЮЗе, новосибирском «Глобусе», театре «СамАрт», казанском Кариевском ТЮЗе, а также в Русском театре в Эстонии.
Кроме того, Екатерина Гороховская публиковалась как театральный критик в «Петербургском театральном журнале».
«Улитка и кит», «Открытое пространство»:
«Режиссёр с актёрами рассказывают эту историю со всей нежностью первооткрывателей, стараясь сохранить максимум авторского замысла. Некоторые дети знают этот текст и что-то громко повторяют за актёрами, есть ощущение, что сидишь на "Сказке о рыбаке и рыбке", где каждый четырёхлетний знает, что ответила старику рыбка. Екатерина Гороховская постаралась увести текст в образы, чтобы скандирование ушло, а мелодика стихотворения осталась. Следуя за событиями книги, театр расширяет историю, добавляя в неё визуальных подробностей и нюансов» (Надежда Стоева).
«Женитьба», Томский ТЮЗ:
«В трогательной сцене объяснения Подколесина и Агафьи Тихоновны, когда они преодолевают смущение и неловкость и буквально делают шаги, чтобы приблизиться друг к другу, между героями возникают взаимопонимание и взаимопритяжение. Они тут же оказываются за пределами дома (на площадке перед ним), в сумрачном синеватом пространстве — параллельном мире, мире Гоголя, — где вместе с драматургом лепят огромный снежный шар, дурачатся и падают в подушки-сугробы, отдавшись нахлынувшему чувству. На самом деле Подколесин не хочет жениться не потому, что боится изменить свою жизнь необдуманным поступком. Он не хочет жениться, когда его заставляют сделать это сразу же, здесь и сейчас, а ему нравится пребывать в состоянии только что возникшей влюбленности. Поэтому перед спонтанной, стихийной свадьбой ему не остается ничего иного, кроме как сбежать через окно» (Мария Кожина).
Екатерина Гороховская начала путь к профессии ещё в детстве — она училась в Театре Юношеского Творчества. А потом, повзрослев, – в СПб ГУП на актёрско-режиссёрском курсе у Зиновия Корогодского, на театроведческом факультете СПбГАТИ и в качестве вольнослушательницы — там же на актёрско-режиссёрском курсе Григория Козлова.
Спектакли Гороховская ставила по всей стране — в петербургском театре «Мастерская» и на площадке «Открытое пространство», в Саратовском ТЮЗе имени Киселёва, Екатеринбургском ТЮЗе, Озёрском муниципальном театре драмы и комедии «Наш дом», Нижегородском ТЮЗе, Няганском ТЮЗе, Томском ТЮЗе, новосибирском «Глобусе», театре «СамАрт», казанском Кариевском ТЮЗе, а также в Русском театре в Эстонии.
Кроме того, Екатерина Гороховская публиковалась как театральный критик в «Петербургском театральном журнале».
«Улитка и кит», «Открытое пространство»:
«Режиссёр с актёрами рассказывают эту историю со всей нежностью первооткрывателей, стараясь сохранить максимум авторского замысла. Некоторые дети знают этот текст и что-то громко повторяют за актёрами, есть ощущение, что сидишь на "Сказке о рыбаке и рыбке", где каждый четырёхлетний знает, что ответила старику рыбка. Екатерина Гороховская постаралась увести текст в образы, чтобы скандирование ушло, а мелодика стихотворения осталась. Следуя за событиями книги, театр расширяет историю, добавляя в неё визуальных подробностей и нюансов» (Надежда Стоева).
«Женитьба», Томский ТЮЗ:
«В трогательной сцене объяснения Подколесина и Агафьи Тихоновны, когда они преодолевают смущение и неловкость и буквально делают шаги, чтобы приблизиться друг к другу, между героями возникают взаимопонимание и взаимопритяжение. Они тут же оказываются за пределами дома (на площадке перед ним), в сумрачном синеватом пространстве — параллельном мире, мире Гоголя, — где вместе с драматургом лепят огромный снежный шар, дурачатся и падают в подушки-сугробы, отдавшись нахлынувшему чувству. На самом деле Подколесин не хочет жениться не потому, что боится изменить свою жизнь необдуманным поступком. Он не хочет жениться, когда его заставляют сделать это сразу же, здесь и сейчас, а ему нравится пребывать в состоянии только что возникшей влюбленности. Поэтому перед спонтанной, стихийной свадьбой ему не остается ничего иного, кроме как сбежать через окно» (Мария Кожина).
❤6❤🔥1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
«Если ты — жонглёр...» (2023)
Режиссёр: Артур Никитин
Документальный фильм-интервью про профессиональную среду одного из направлений современного цирка.
Лента посвящена развитию жонглирования в нашей стране, влиянию западной культуры на этот процесс, а тому, как этот жанр стал не просто одним из видов циркового искусства, а отдельной субкультурой. Об этом расскажут сами участники этого сообщества.
О том, чем ещё живёт сегодня мир циркового искусства, продолжая привлекать взрослых и детей, вы сможете узнать на нашем новом онлайн-курсе.
Режиссёр: Артур Никитин
Документальный фильм-интервью про профессиональную среду одного из направлений современного цирка.
Лента посвящена развитию жонглирования в нашей стране, влиянию западной культуры на этот процесс, а тому, как этот жанр стал не просто одним из видов циркового искусства, а отдельной субкультурой. Об этом расскажут сами участники этого сообщества.
О том, чем ещё живёт сегодня мир циркового искусства, продолжая привлекать взрослых и детей, вы сможете узнать на нашем новом онлайн-курсе.
❤5❤🔥2⚡1
Эдди Редмэйн — о профессии актёра:
«Каждый актёр должен тщательно исследовать свою профессию, и даже когда вы добиваетесь успеха как актёр, нужно работать над тем, чтобы сохранить этот успех. Мой друг описал актёрскую профессию как восхождение на гору без вершины. Даже у Де Ниро есть Аль Пачино, и у Аль Пачино есть Де Ниро».
Студенты нашего текущего курса «Метод Страсберга» уже совершенствуют своё мастерство под руководством педагога Сергея Черкасского. И если вы не из их числа, то пока у вас остаётся возможность присоединиться к обучению в качестве наблюдателя.
«Каждый актёр должен тщательно исследовать свою профессию, и даже когда вы добиваетесь успеха как актёр, нужно работать над тем, чтобы сохранить этот успех. Мой друг описал актёрскую профессию как восхождение на гору без вершины. Даже у Де Ниро есть Аль Пачино, и у Аль Пачино есть Де Ниро».
Студенты нашего текущего курса «Метод Страсберга» уже совершенствуют своё мастерство под руководством педагога Сергея Черкасского. И если вы не из их числа, то пока у вас остаётся возможность присоединиться к обучению в качестве наблюдателя.
❤10🔥2❤🔥1
Иван Поповски покажет в Театре Камбуровой «петербургского» Шостаковича
Сегодня, 28 февраля, а также 1, 2 и 7 марта в московском Театре музыки и поэзии п/р Елены Камбуровой пройдут премьерные показы спектакля Ивана Поповски «Петроград — Ленинград», основанного на музыке и судьбе Дмитрия Шостаковича.
Иван Поповски — заместитель худрука Театра Камбуровой, за 20 с лишним лет он поставил здесь 9 спектаклей: от визуально-синтетических экспериментов до сдержанных полуконцертных работ. Предыдущую премьеру — спектакль-оммаж великому итальянскому мастеру Тонино Гуэрре «TERRA ГУЭРРА. Каприччио» — режиссёр выпустил в Театре Камбуровой 4 года назад. После весьма значительного перерыва, когда новые постановки в театре выпускали, в частности, молодые режиссёры с ГИТИСовского курса Поповски, но не он сам, в афише появится «Петроград — Ленинград» — спектакль, связанный с важным для Поповски именем Шостаковича (его оперетту «Москва, Черёмушки» он ставил на Камерной сцене Большого театра).
Идея этой работы принадлежит Елене Веремеенко — одной из ведущих актрис Театра Камбуровой, постоянной участнице спектаклей Поповски. Спектакль-посвящение Шостаковичу, по замыслу создателей, соединит двух «героев» с непростой судьбой — композитора и город на Неве, с которым была связана его жизнь. В анонсе говорится, что создатели стремятся протянуть своеобразную нить времени «через призму событий, сквозь смену эпох и культурного контекста — в XXI век, к современному зрителю».
Написанные в менявшем названия городе сочинения Шостаковича — от Седьмой симфонии до «Песни о встречном», от музыки для кино до «Вальса-шутки» — стали главной, но не единственной составляющей музыкальной ткани спектакля. Музыкальный руководитель спектакля (и Театра Камбуровой) Олег Синкин дополнил полтора десятка «петербургских» работ композитора сочинениями Владимира Дашкевича и Рейнгольда Глиэра, тематически связанными с культурным образом Северной столицы. Кроме того, в спектакле прозвучит и «DEsCH-фуга» самого Синкина. Театр напоминает о происхождении этой аббревиатуры, цитируя письмо Шостаковича музыковеду Исааку Гликману: «…Написал никому не нужный и идейно порочный квартет. Я размышлял о том, что если я когда-нибудь помру, то вряд ли кто напишет произведение, посвящённое моей памяти. Поэтому я сам решил написать таковое. Можно было бы на обложке так и написать: „Посвящается памяти автора этого квартета“. Основная тема квартета — ноты D. Es. С. Н., т. е. мои инициалы (Д. Ш.)».
«Идейно порочные» сочинения художников вообще и Шостаковича в частности для спектакля, разумеется, важны. Поскольку наряду с признанием в любви городу на Неве одной из главных задач создатели считают попытку проследить за течением времени, то и ключевые вехи на этом пути связаны со сменой политического строя, событиями «большой истории». Чтобы попасть из «дореволюционного времени» в «послевоенные годы», как сказано в описании, нужно преодолеть революцию и войну — это следует даже из самого выбора слов. Потому тут прозвучит и «Интернационал», и фрагменты знаменитой речи Хрущёва на выставке в Манеже.
Иван Поповски, работая над постановкой (как и над многими своими спектаклями в Театре Камбуровой) и как художник, предлагает зрителям Большого зала оказаться максимально близко к происходящему — и в максимально «петербургской» мизансцене: как бы вытягивая пространство, выстраивая три длинных ряда вдоль условной набережной. Зритель оказывается «лицом к лицу» с постановкой, жанр которой обозначен так: «Навеяно Шостаковичем и Временем».
Вместе с Поповски и Синкиным над премьерой работают художники по костюмам Мария Данилова и Денис Шевченко, а также художник по свету Антон Литвинов.
В спектакле заняты артисты Елена Веремеенко, Галина Войниченко, Анна Комова, Алёна Парфёнова, Виктория Тихомирова и Лейла Эгамова, а также музыканты Юлия Рощина, Дарья Барскова, Николай Лянной, Елена Слободчикова, Илья Каштан, Пётр Тишков, Анастасия Абрамова и сам Олег Синкин.
Источник: «Театръ».
Сегодня, 28 февраля, а также 1, 2 и 7 марта в московском Театре музыки и поэзии п/р Елены Камбуровой пройдут премьерные показы спектакля Ивана Поповски «Петроград — Ленинград», основанного на музыке и судьбе Дмитрия Шостаковича.
Иван Поповски — заместитель худрука Театра Камбуровой, за 20 с лишним лет он поставил здесь 9 спектаклей: от визуально-синтетических экспериментов до сдержанных полуконцертных работ. Предыдущую премьеру — спектакль-оммаж великому итальянскому мастеру Тонино Гуэрре «TERRA ГУЭРРА. Каприччио» — режиссёр выпустил в Театре Камбуровой 4 года назад. После весьма значительного перерыва, когда новые постановки в театре выпускали, в частности, молодые режиссёры с ГИТИСовского курса Поповски, но не он сам, в афише появится «Петроград — Ленинград» — спектакль, связанный с важным для Поповски именем Шостаковича (его оперетту «Москва, Черёмушки» он ставил на Камерной сцене Большого театра).
Идея этой работы принадлежит Елене Веремеенко — одной из ведущих актрис Театра Камбуровой, постоянной участнице спектаклей Поповски. Спектакль-посвящение Шостаковичу, по замыслу создателей, соединит двух «героев» с непростой судьбой — композитора и город на Неве, с которым была связана его жизнь. В анонсе говорится, что создатели стремятся протянуть своеобразную нить времени «через призму событий, сквозь смену эпох и культурного контекста — в XXI век, к современному зрителю».
Написанные в менявшем названия городе сочинения Шостаковича — от Седьмой симфонии до «Песни о встречном», от музыки для кино до «Вальса-шутки» — стали главной, но не единственной составляющей музыкальной ткани спектакля. Музыкальный руководитель спектакля (и Театра Камбуровой) Олег Синкин дополнил полтора десятка «петербургских» работ композитора сочинениями Владимира Дашкевича и Рейнгольда Глиэра, тематически связанными с культурным образом Северной столицы. Кроме того, в спектакле прозвучит и «DEsCH-фуга» самого Синкина. Театр напоминает о происхождении этой аббревиатуры, цитируя письмо Шостаковича музыковеду Исааку Гликману: «…Написал никому не нужный и идейно порочный квартет. Я размышлял о том, что если я когда-нибудь помру, то вряд ли кто напишет произведение, посвящённое моей памяти. Поэтому я сам решил написать таковое. Можно было бы на обложке так и написать: „Посвящается памяти автора этого квартета“. Основная тема квартета — ноты D. Es. С. Н., т. е. мои инициалы (Д. Ш.)».
«Идейно порочные» сочинения художников вообще и Шостаковича в частности для спектакля, разумеется, важны. Поскольку наряду с признанием в любви городу на Неве одной из главных задач создатели считают попытку проследить за течением времени, то и ключевые вехи на этом пути связаны со сменой политического строя, событиями «большой истории». Чтобы попасть из «дореволюционного времени» в «послевоенные годы», как сказано в описании, нужно преодолеть революцию и войну — это следует даже из самого выбора слов. Потому тут прозвучит и «Интернационал», и фрагменты знаменитой речи Хрущёва на выставке в Манеже.
Иван Поповски, работая над постановкой (как и над многими своими спектаклями в Театре Камбуровой) и как художник, предлагает зрителям Большого зала оказаться максимально близко к происходящему — и в максимально «петербургской» мизансцене: как бы вытягивая пространство, выстраивая три длинных ряда вдоль условной набережной. Зритель оказывается «лицом к лицу» с постановкой, жанр которой обозначен так: «Навеяно Шостаковичем и Временем».
Вместе с Поповски и Синкиным над премьерой работают художники по костюмам Мария Данилова и Денис Шевченко, а также художник по свету Антон Литвинов.
В спектакле заняты артисты Елена Веремеенко, Галина Войниченко, Анна Комова, Алёна Парфёнова, Виктория Тихомирова и Лейла Эгамова, а также музыканты Юлия Рощина, Дарья Барскова, Николай Лянной, Елена Слободчикова, Илья Каштан, Пётр Тишков, Анастасия Абрамова и сам Олег Синкин.
Источник: «Театръ».
❤7👏1
Канадский цирк «Семь пальцев» (Les 7 Doigts de la Main) был создан в 2002 году выпускниками Монреальской национальной цирковой школы, которые, поработав на манежах разных стран (в том числе в Цирке дю Солей и Цирке Элуаз), решили создать маленький мобильный коллектив и взяли за образец американские театры-кабаре.
Канадские актёры – прекрасные акробаты, гимнасты, эквилибристы, умеющие работать с традиционными цирковыми снарядами: китайскими пилонами, рейнским колесом, корейской доской, обручами. Как они взлетают по шесту на одних руках! А как прыгают ласточками через пять поставленных друг на друга обручей! Сказка! Также умеют превратить в цирковой снаряд какую-нибудь бытовую вещь вроде кресла, на котором единственная девушка-гимнастка проделывает невозможные трюки, не выпуская из рук раскрытой книжки.
Перейдя с циркового круга на площадку сцены, они не потеряли ни одного из своих профессиональных качеств, а вот восприятие зрителей сильно изменилось (представьте, что вы слушаете оперного певца не в Большом театре, а за дружеским столом). Когда буквально над твоей головой летают люди на скейтбордах или дается пас баскетбольным мячом прямо в зрительный зал, а летящую ласточкой в зрительный зал женщину перехватывает партнёр буквально у коленок первого ряда, тут уж любой циник вздрогнет и заорет «браво» хотя бы от счастья, что эти люди умеют делать своё дело и только поэтому ты остался невредимым.
У постановок «Семи пальцев» нет режиссёра, спектакль придумывается вскладчину. И эта хаотичность, с одной стороны, мешает целостности представления (все его части легко можно поменять друг с другом местами), с другой – добавляет домашней непритязательности атмосфере дружеской вечеринки, куда зритель попал как случайный гость, которому тем не менее рады.
Каждый из актёров имеет свои сольные номера, но одновременно может и поработать униформистом, поболтать с публикой. И эта универсальность так же, как абсолютная командная сплоченность «Семи пальцев», является сильнейшим козырем нового цирка, выгодно отличающим его и от традиционных цирковых представлений, и от обычных театральных постановок.
Более подробно о том, что связывает цирк и театр, вы сможете узнать на занятиях нашего нового онлайн-курса, педагогом которого станет кандидат искусствоведения и театровед Ирина Селезнёва-Редер.
Канадские актёры – прекрасные акробаты, гимнасты, эквилибристы, умеющие работать с традиционными цирковыми снарядами: китайскими пилонами, рейнским колесом, корейской доской, обручами. Как они взлетают по шесту на одних руках! А как прыгают ласточками через пять поставленных друг на друга обручей! Сказка! Также умеют превратить в цирковой снаряд какую-нибудь бытовую вещь вроде кресла, на котором единственная девушка-гимнастка проделывает невозможные трюки, не выпуская из рук раскрытой книжки.
Перейдя с циркового круга на площадку сцены, они не потеряли ни одного из своих профессиональных качеств, а вот восприятие зрителей сильно изменилось (представьте, что вы слушаете оперного певца не в Большом театре, а за дружеским столом). Когда буквально над твоей головой летают люди на скейтбордах или дается пас баскетбольным мячом прямо в зрительный зал, а летящую ласточкой в зрительный зал женщину перехватывает партнёр буквально у коленок первого ряда, тут уж любой циник вздрогнет и заорет «браво» хотя бы от счастья, что эти люди умеют делать своё дело и только поэтому ты остался невредимым.
У постановок «Семи пальцев» нет режиссёра, спектакль придумывается вскладчину. И эта хаотичность, с одной стороны, мешает целостности представления (все его части легко можно поменять друг с другом местами), с другой – добавляет домашней непритязательности атмосфере дружеской вечеринки, куда зритель попал как случайный гость, которому тем не менее рады.
Каждый из актёров имеет свои сольные номера, но одновременно может и поработать униформистом, поболтать с публикой. И эта универсальность так же, как абсолютная командная сплоченность «Семи пальцев», является сильнейшим козырем нового цирка, выгодно отличающим его и от традиционных цирковых представлений, и от обычных театральных постановок.
Более подробно о том, что связывает цирк и театр, вы сможете узнать на занятиях нашего нового онлайн-курса, педагогом которого станет кандидат искусствоведения и театровед Ирина Селезнёва-Редер.
👍5❤2
Сегодня и завтра, 1 и 2 марта, на «Сцене-Молот» Пермского Театра-Театра проходит премьера спектакля Кирилла Люкевича «Датский магазин лопат» по пьесе Настасьи Фёдоровой.
Подробнее о драматургической основе постановки и её связи с шекспировским «Гамлетом» читайте в материале издания «Театръ».
Подробнее о драматургической основе постановки и её связи с шекспировским «Гамлетом» читайте в материале издания «Театръ».
Telegraph
Кирилл Люкевич создаст в Театре-Театре «Датский магазин лопат»
Сегодня и завтра, 1 и 2 марта, на «Сцене-Молот» Пермского Театра-Театра проходит премьера спектакля Кирилла Люкевича «Датский магазин лопат» по пьесе Настасьи Фёдоровой. Постоянный соавтор Люкевича, драматург Настасья Фёдорова написала для пермской постановки…
❤🔥7
Рузанна Мовсесян о специфике театра для детей:
«Детский репертуар для меня — вещь неочевидная. Я серьёзно считаю, что театр — абсолютно не детское дело. Убеждена, что те материи, тот способ разговора, которыми театр оперирует, существуют абсолютно вне детского сознания. Дети в принципе не воспринимают самое интересное в театральном искусстве — вязь отношений, психологию. Большинство детей считывает только историю. Конечно, история в театре — великая вещь, необходимая, но недостаточная.
Меня передёргивает, когда говорят: "детский спектакль". Вот я поставила в минувшем сезоне "Кролика Эдварда" в РАМТе, но я не создавала детский спектакль, я делала историю про себя, мне очень понятен, близок этот герой, этот человек-кролик, который боится и не может позволить себя любить, и себе любить не разрешает. Абсолютно взрослая, мощная идея. Мы с артистами, когда разбирали текст, чуть не поубивали друг друга, такое было горячее обсуждение: мы пытались понять, как на эти темы разговаривать.
Я не стала бы утверждать, что мне дети интересны, что я обмираю, когда их вижу. Мне интересны собственные дети и мне интересно жить со взрослыми. Это довольно сладкая и глупая мысль, что дети — особый и светлый мир. До Руссо с его идеями никто детей всерьёз не воспринимал. Мы сейчас часто заигрываем с ними; они уже сами, по-моему, стонут от того, какое особое значение приобрели в жизни человечества».
Согласны с мнением Рузанны Мовсесян?
Как вы считаете, чем хороший театр для детей отличается от обычного театра «для взрослых»?
«Детский репертуар для меня — вещь неочевидная. Я серьёзно считаю, что театр — абсолютно не детское дело. Убеждена, что те материи, тот способ разговора, которыми театр оперирует, существуют абсолютно вне детского сознания. Дети в принципе не воспринимают самое интересное в театральном искусстве — вязь отношений, психологию. Большинство детей считывает только историю. Конечно, история в театре — великая вещь, необходимая, но недостаточная.
Меня передёргивает, когда говорят: "детский спектакль". Вот я поставила в минувшем сезоне "Кролика Эдварда" в РАМТе, но я не создавала детский спектакль, я делала историю про себя, мне очень понятен, близок этот герой, этот человек-кролик, который боится и не может позволить себя любить, и себе любить не разрешает. Абсолютно взрослая, мощная идея. Мы с артистами, когда разбирали текст, чуть не поубивали друг друга, такое было горячее обсуждение: мы пытались понять, как на эти темы разговаривать.
Я не стала бы утверждать, что мне дети интересны, что я обмираю, когда их вижу. Мне интересны собственные дети и мне интересно жить со взрослыми. Это довольно сладкая и глупая мысль, что дети — особый и светлый мир. До Руссо с его идеями никто детей всерьёз не воспринимал. Мы сейчас часто заигрываем с ними; они уже сами, по-моему, стонут от того, какое особое значение приобрели в жизни человечества».
Согласны с мнением Рузанны Мовсесян?
Как вы считаете, чем хороший театр для детей отличается от обычного театра «для взрослых»?
❤5
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Документальный фильм «Мы – клоуны»
Режиссёр, сценарист: Владислав Виноградов
В ролях: Вячеслав Полунин, Николай Терентьев, Галина Андреева, Анна Орлова, Анвар Либабов, Роберт Городецкий, Галина Войцеховская, Ольга Кочнева, Елена Ушакова, Валерий Кефт, Леонид Лейкин, Антон Адасинский, Павлик Полунин, Лидия Федосеева-Шукшина
Мы смеёмся над клоунами, наверное, потому, что эти взрослые люди не смогли расстаться с детством. Только благодаря им мы сами можем вновь ощутить себя ребёнком и прыгать, свистеть, петь, бросаться воздушными шариками, забыв обо всех условностях, которые порой мешают нам быть самими собой.
«Лицедеи» – это не только смех, но и печальная ирония, трогательная грусть, напряжение и бешеный ритм сегодняшнего дня. В театр приходят как дети, так и взрослые. И каждый из них находит в «Лицедеях» что-то своё. Действительно, актёры обладают уникальными способностями быть понятными всем. Их пантомимы — это целый мир, полный удивительных превращений и неожиданных открытий, о котором вы узнаете из этого фильма.
Хотите узнать больше о том, кто сегодня представляет современный цирк, какие приёмы артисты заимствуют из других видов искусства и в чём заключается уникальность цирковых шоу? Записывайтесь на наш предстоящий четырёхмесячный онлайн-курс.
Режиссёр, сценарист: Владислав Виноградов
В ролях: Вячеслав Полунин, Николай Терентьев, Галина Андреева, Анна Орлова, Анвар Либабов, Роберт Городецкий, Галина Войцеховская, Ольга Кочнева, Елена Ушакова, Валерий Кефт, Леонид Лейкин, Антон Адасинский, Павлик Полунин, Лидия Федосеева-Шукшина
Мы смеёмся над клоунами, наверное, потому, что эти взрослые люди не смогли расстаться с детством. Только благодаря им мы сами можем вновь ощутить себя ребёнком и прыгать, свистеть, петь, бросаться воздушными шариками, забыв обо всех условностях, которые порой мешают нам быть самими собой.
«Лицедеи» – это не только смех, но и печальная ирония, трогательная грусть, напряжение и бешеный ритм сегодняшнего дня. В театр приходят как дети, так и взрослые. И каждый из них находит в «Лицедеях» что-то своё. Действительно, актёры обладают уникальными способностями быть понятными всем. Их пантомимы — это целый мир, полный удивительных превращений и неожиданных открытий, о котором вы узнаете из этого фильма.
Хотите узнать больше о том, кто сегодня представляет современный цирк, какие приёмы артисты заимствуют из других видов искусства и в чём заключается уникальность цирковых шоу? Записывайтесь на наш предстоящий четырёхмесячный онлайн-курс.
❤8👍2🔥1
Спектакль Алексея Бородина «Леопольдштадт» — настоящий #театрвойны, хотя место действия его (как будто бы) и вдалеке от пуль, снарядов и бомб. Впрочем, в еврейском квартале австрийской столицы война, если она «идёт где-то рядом», — постоянная соседка. Премьера «Леопольдштадта» в РАМТе состоялась 16 июня 2023 года.
Драматург Том Стоппард долго вынашивал идею пьесы. Во многом она основана на его личной истории: Стоппард воспитывался отчимом-англичанином и долгое время не знал ни о своих еврейских корнях, ни о том, что большая часть его родственников погибла в концлагерях во время Второй мировой.
Леопольдштадт — исторический район Вены, где селились еврейские семьи. В центре истории — семья Германа Мерца. Собирая всех за одним столом накануне наступления ХХ века — в начале спектакля, — Мерц уверен, что его детей ждёт счастливое будущее. Постоянный соавтор Алексея Бородина художник Станислав Бенедиктов (для него эта постановка стала последней — после смерти мастера работу завершили Виктор Архипов и Лилия Баишева) разместил уютный дом на поворотном круге, который иногда движется без остановки, как бы выхватывая отрывки одновременно происходящих разговоров. Но повороты истории — совсем иные, и постепенно сцена обнажается: с неё исчезают и элементы вполне богатой обстановки, и люди, которых наступивший ХХ век проглатывает, не всматриваясь в лица. Кто-то уходит на войну — и иногда с неё даже возвращаются, непоправимо и необратимо изменившись. А за кем-то война приходит сама… В итоге останется пустое пространство с хлопающими дверями и лишь трое «осколков» — представителей некогда огромной семьи. Им в 1955 году и предстоит осмыслить своё место в новой послевоенной истории — если только возможно назвать её «послевоенной». Да и в них самих война вряд ли может по-настоящему закончиться…
«”Леопольдштадт” — это не только трагедия отдельной семьи или даже народа, — говорит Алексей Бородин. — Я смотрю на эту историю шире: это трагедия меньшинства, которое всегда раздражает большинство и всегда ему проигрывает. А ещё это размышление о том, как каждому из нас жить в изменяющемся мире, выдерживая все перипетии, не теряя себя и своих корней».
Драматург Том Стоппард долго вынашивал идею пьесы. Во многом она основана на его личной истории: Стоппард воспитывался отчимом-англичанином и долгое время не знал ни о своих еврейских корнях, ни о том, что большая часть его родственников погибла в концлагерях во время Второй мировой.
Леопольдштадт — исторический район Вены, где селились еврейские семьи. В центре истории — семья Германа Мерца. Собирая всех за одним столом накануне наступления ХХ века — в начале спектакля, — Мерц уверен, что его детей ждёт счастливое будущее. Постоянный соавтор Алексея Бородина художник Станислав Бенедиктов (для него эта постановка стала последней — после смерти мастера работу завершили Виктор Архипов и Лилия Баишева) разместил уютный дом на поворотном круге, который иногда движется без остановки, как бы выхватывая отрывки одновременно происходящих разговоров. Но повороты истории — совсем иные, и постепенно сцена обнажается: с неё исчезают и элементы вполне богатой обстановки, и люди, которых наступивший ХХ век проглатывает, не всматриваясь в лица. Кто-то уходит на войну — и иногда с неё даже возвращаются, непоправимо и необратимо изменившись. А за кем-то война приходит сама… В итоге останется пустое пространство с хлопающими дверями и лишь трое «осколков» — представителей некогда огромной семьи. Им в 1955 году и предстоит осмыслить своё место в новой послевоенной истории — если только возможно назвать её «послевоенной». Да и в них самих война вряд ли может по-настоящему закончиться…
«”Леопольдштадт” — это не только трагедия отдельной семьи или даже народа, — говорит Алексей Бородин. — Я смотрю на эту историю шире: это трагедия меньшинства, которое всегда раздражает большинство и всегда ему проигрывает. А ещё это размышление о том, как каждому из нас жить в изменяющемся мире, выдерживая все перипетии, не теряя себя и своих корней».
❤5🕊3👀3❤🔥1