«Нос»
Режиссёр: Тимур Кулов
Театр юных зрителей им. А. А. Брянцева, Санкт-Петербург

Тимур Кулов переосмыслил абсурдистскую повесть Гоголя, сфокусировавшись не на фантастическом сюжете, а на внутреннем мире героев. Он показал их как несчастных и одиноких людей, не способных противостоять жизненным испытаниям. Каждый персонаж тоскует по любви и человеческому теплу, но не находит их в своей жизни.

Спектакль раскрывает тему взаимоотношений мужчины и женщины. В самом начале центральное место занимает майор Ковалёв, которого блестяще исполняет Дмитрий Ткаченко. В этом образе артист воплощает элегантного, уверенного в себе чиновника, который берёт от жизни всё и наслаждается своим положением. Однако после исчезновения Носа роль Ковалёва переходит к Анне Лебедь. Она мастерски передаёт образ женщины, потерявшей опору и обнажающей свои внутренние страхи. С этого момента Нос становится отдельным персонажем, также воплощаемым Ткаченко — правда, теперь от того уверенного любимца и любителя женщин не остаётся и следа.

Режиссёр Тимур Кулов отмечает: «Исчезновение Носа у главного героя — это необычно, но возможно в Гоголевской вселенной! Это испытание для него! Это сбой всей системы его координат и возможность выбраться из зацикленности своей жизни и нашей общей истории в целом! Но сможет ли герой вырваться из этой вселенной? Да и герой ли Ковалёв в этой истории? Или же герой тот, кого на первый взгляд мы не замечаем?».

Иногда спектакль исходит не от пьесы, а от самого артиста. И от здания, на сцене которого он будет представлен.

Андрей Могучий, возглавив БДТ, выпустил «Алиsу» и отдал заглавную роль Алисе Фрейндлих. Совпадение имён здесь принципиально: непонятно, кто перед зрителем — героиня Кэрролла в руках пожилой актрисы, подводящей итоги «жизни в искусстве», или alter ego самой Фрейндлих. Режиссёрские приёмы направлены на то, чтобы зритель потерял равновесие: аплодисментов не предусмотрено ни на первый выход примы, ни на её финальный уход, а зрители и вовсе находятся на сцене, изображающей зрительный зал.

Значение этого спектакля для БДТ трудно переоценить. Товстоногов не оставил преемника, и три десятилетия театр оставался «без отца». Темур Чхеидзе, руководивший им с 2004 года, ушёл, объяснив, что БДТ нужны перемены, на которые он не готов. Поэтому Могучий начал перемены с того, что поставил спектакль про сны и раздал титулованной труппе роли Гусеницы, Шалтая-Болтая, Додо и Шляпника. Жанр он определил как «бег по кругу в двух действиях».

Борис Юхананов в качестве художественного руководителя Электротеатра Станиславский начал с «Синей птицы» — десятичасового путешествия по Метерлинку, идущего три вечера. Тильтиля и Митиль сыграли старейшие на тот момент артисты труппы, супруги Владимир Коренев и Алефтина Константинова, и сказка сплелась с их собственными воспоминаниями: детство, эпоха, несыгранные роли и нереализованные мечты.

Труппу, всю жизнь работавшей в советском драматическом театре, Юхананов познакомил с новой ей техникой — ради спектакля провели отдельную репетиционную сессию с мастером японского театра Но. И в спектакле символ русского театра, чеховская «Чайка», композиционно оказывается рядом с каноном японского сценического искусства. В тот же ряд Юхананов помещает историю собственного театра, рассказанную его же артистами.

О том, как менялся театр и люди, которые его создавали, — Александр Платунов на нашем новом онлайн-курсе «Люди и страсти русской сцены».

Сотворчество Виктора Гвоздицкого и Камы Гинкаса началось с испытания на прочность. В 1979 году Гинкас, уверенный, что его режиссёрская карьера закончена, начал репетировать с Гвоздицким моноспектакль «Пушкин и Натали» — почти без надежды когда-нибудь показать его зрителям.

Вышло ровно наоборот: спектакль имел успех и фактически вернул Гинкаса в профессию. Хотя во время репетиций режиссёр и актёр, по воспоминаниям Гинкаса, только и ждали, кто первым не выдержит и бросит всю эту затею.

Кажется, каждый, кто когда-либо работал с Гвоздицким, отмечал невероятную широту его диапазона. Он мог быть лёгким и острым, а мог — угрюмым и сумасшедшим. Гинкас же использовал этот спектр по максимуму и стремился исследовать именно тёмную сторону исполнительского амплуа.

Уже следующая совместная работа Гинкаса и Гвоздицкого над спектаклем «Записки из подполья» в Московском ТЮЗе не только подарила ещё одну гениальную роль актёра, но и ёмко определила саму суть его игры. Парадоксалист — он был им на сцене как персонаж конкретно в этой работе и как исполнитель в каждом своём выходе на сцену.

«Его игра всегда была парадоксальной, в ней необычайным образом сочетались какая-то праздничная легкомысленность и знание мрачной изнанки жизни, — отмечал критик Роман Должанский. — Гвоздицкий на нашей сцене, заражённой стремлением к психологическому правдоподобию, был одним из столпов второй, "оппозиционной", но столь важной для русского театра традиции эксцентрической игры».

Именно таким неординарным актёрам и посвящён наш новый онлайн-курс «Люди и страсти русской сцены». Уже завтра наши студенты впервые встретятся с Александром Платуновым — а будете ли в их числе вы? Если пока ещё нет, то у вас есть время исправить ситуацию и забронировать место прямо сейчас.

«Я не очень верю в полное погружение. Даже играя кого-то, невозможно стать совершенно другим человеком. В тебе уже заложены какие-то качества, и ты одни выводишь на передний план, а другие — наоборот. <...>

Кирилл Семёнович всегда нам говорил, что нет "четвёртой стены", что всегда есть зрители: "Вы же не сумасшедшие, которые вдруг забыли, кто они и где находятся". Мы же нормальные люди и понимаем, что мы на сцене и между зрителем и актёром должен быть диалог».

Александра Ревенко