«Грозагроза» (2017)
Режиссёр: Евгений Марчелли
Сценограф: Игорь Капитанов
В ролях: Юлия Пересильд, Павел Чинарёв, Анастасия Светлова, Виталий Кищенко, Глафира Лебедева, Дмитрий Журавлёв, Александр Якин, Ольга Балашова, Анна Галинова
Театр Наций
Евгений Марчелли отказался от классического прочтения «Грозы» как драмы нравов и обвинений в адрес «тёмного царства». По его замыслу, это спектакль о любви: «Я не знаю, любовь — это небесная кара или награда, высочайший в жизни смысл, подарок? Наверное, подарок, попытка соединить эти два разнополых существа, живущих параллельно, а в любви эти параллели пересекаются».
Отсюда и неожиданное решение центрального конфликта. Кабаниха и Катерина, которых принято считать антагонистами, оказываются женщинами одной природы: обе живут телом и страстью, обе не умеют сдерживать себя. Разница лишь в том, что одна тянется к тому, что ещё впереди, а другая держится за уходящее.
Правда Кабанихи поначалу вполне канонична: «тебе жена милее матери». Но Анастасия Светлова не мотивирует эти слова ни капризом, ни самодурством — у неё это отчаянная, трагическая ревность, и в причитаниях над сыном, с взъерошенными волосами и тёмными горящими глазами, она видится героиней античной трагедии. Правда Катерины открывается позже: Юлия Пересильд поначалу играет неподвижность и блаженную улыбку, а потом её героиня срывается с места, носится кругами по сцене, на бегу сбрасывает одежду и распускает волосы. Смирение оказывается маской — под ней те же бесы, что уже бьются в Кабанихе.
Критик Анна Павленко: «Труднообъяснимое родство двух Кабановых произрастает из некой общей природной сущности — это не просто витальная женственность обеих героинь, но с мистической подоплёкой. Даже кажется, что в момент признания Катерины в измене на лице старшей Кабановой не видно гнева. Она медленно двигается к невестке, не отрывает от неё вопрошающего взгляда. Горькое разочарование, но и сочувствие (таким видится и жест Кабанихи, приобнявшей Катерину за плечи). Даже в "говорила я…" слышится не злорадство, но какое-то глубинное понимание. Перед мощью этой незримой связи, построенной между героинями Светловой и Пересильд, рушатся все рациональные доводы, могущие указать на полярность этих двух женских миров».
Режиссёр: Евгений Марчелли
Сценограф: Игорь Капитанов
В ролях: Юлия Пересильд, Павел Чинарёв, Анастасия Светлова, Виталий Кищенко, Глафира Лебедева, Дмитрий Журавлёв, Александр Якин, Ольга Балашова, Анна Галинова
Театр Наций
Евгений Марчелли отказался от классического прочтения «Грозы» как драмы нравов и обвинений в адрес «тёмного царства». По его замыслу, это спектакль о любви: «Я не знаю, любовь — это небесная кара или награда, высочайший в жизни смысл, подарок? Наверное, подарок, попытка соединить эти два разнополых существа, живущих параллельно, а в любви эти параллели пересекаются».
Отсюда и неожиданное решение центрального конфликта. Кабаниха и Катерина, которых принято считать антагонистами, оказываются женщинами одной природы: обе живут телом и страстью, обе не умеют сдерживать себя. Разница лишь в том, что одна тянется к тому, что ещё впереди, а другая держится за уходящее.
Правда Кабанихи поначалу вполне канонична: «тебе жена милее матери». Но Анастасия Светлова не мотивирует эти слова ни капризом, ни самодурством — у неё это отчаянная, трагическая ревность, и в причитаниях над сыном, с взъерошенными волосами и тёмными горящими глазами, она видится героиней античной трагедии. Правда Катерины открывается позже: Юлия Пересильд поначалу играет неподвижность и блаженную улыбку, а потом её героиня срывается с места, носится кругами по сцене, на бегу сбрасывает одежду и распускает волосы. Смирение оказывается маской — под ней те же бесы, что уже бьются в Кабанихе.
Критик Анна Павленко: «Труднообъяснимое родство двух Кабановых произрастает из некой общей природной сущности — это не просто витальная женственность обеих героинь, но с мистической подоплёкой. Даже кажется, что в момент признания Катерины в измене на лице старшей Кабановой не видно гнева. Она медленно двигается к невестке, не отрывает от неё вопрошающего взгляда. Горькое разочарование, но и сочувствие (таким видится и жест Кабанихи, приобнявшей Катерину за плечи). Даже в "говорила я…" слышится не злорадство, но какое-то глубинное понимание. Перед мощью этой незримой связи, построенной между героинями Светловой и Пересильд, рушатся все рациональные доводы, могущие указать на полярность этих двух женских миров».
❤8
«РЕВИЗОР с продолжением» (2026)
Режиссёр Валерий Фокин
Александринский театр
Премьера прошлого театрального сезона, вторая сценическая версия гоголевского «Ревизора» в Александринском театре. Главную роль исполнил Тихон Жизневский, его партнёрами по сцене стали Сергей Паршин, Александр Чевычелов, Степан Балакшин, Игорь Волков и другие.
Ирина Кириллова: «Появление Хлестакова — Т. Жизневского могло бы посоперничать с явлением любого рода звезды в старом и новом формате. Гламурно и замедленно. Поставленное движенье. Испытанная прострация. Пародийная стать. Его кок завит, его "питерский" костюмчик (приготовился поражать родные провинциальные пенаты) сидит отменно. Смущают розовые брючки, но ведь и это нынче модно, а уж как гармонирует с общей "гаммой" и на сцене, и в зале! Кажется, барин — царевич, и долго так кажется. Пока прекрасный Жизневский не покоробит фирменной смесью принца и недоросля, милого заблудившегося простака и уличного хама. Нынешний Хлестаков быстро и грубо пьянеет, гадко сплёвывает, не забывая об изяществе всяческих поз и водевильно-хореографических пассов.
"Ревизор" — великая смесь высокой комедии, юркого водевильчика, поэтического языка, фольклорного "кренделька", реальной "бытовухи" и вечной темы. Время здесь летит, едва цепляясь за жизнь, в исконную неразбериху. Пьеса неопределимого жанра и жуткой аляповатости. Так и поставили».
Режиссёр Валерий Фокин
Александринский театр
Премьера прошлого театрального сезона, вторая сценическая версия гоголевского «Ревизора» в Александринском театре. Главную роль исполнил Тихон Жизневский, его партнёрами по сцене стали Сергей Паршин, Александр Чевычелов, Степан Балакшин, Игорь Волков и другие.
Ирина Кириллова: «Появление Хлестакова — Т. Жизневского могло бы посоперничать с явлением любого рода звезды в старом и новом формате. Гламурно и замедленно. Поставленное движенье. Испытанная прострация. Пародийная стать. Его кок завит, его "питерский" костюмчик (приготовился поражать родные провинциальные пенаты) сидит отменно. Смущают розовые брючки, но ведь и это нынче модно, а уж как гармонирует с общей "гаммой" и на сцене, и в зале! Кажется, барин — царевич, и долго так кажется. Пока прекрасный Жизневский не покоробит фирменной смесью принца и недоросля, милого заблудившегося простака и уличного хама. Нынешний Хлестаков быстро и грубо пьянеет, гадко сплёвывает, не забывая об изяществе всяческих поз и водевильно-хореографических пассов.
"Ревизор" — великая смесь высокой комедии, юркого водевильчика, поэтического языка, фольклорного "кренделька", реальной "бытовухи" и вечной темы. Время здесь летит, едва цепляясь за жизнь, в исконную неразбериху. Пьеса неопределимого жанра и жуткой аляповатости. Так и поставили».
❤5
«Артист, впрочем, как и всякий художник, — это человек с обостренной психикой, с обострённой нервной системой», — читаем в книге «Репетиция — любовь моя». Чуть дальше: «К тому же актёр не только должен уметь чувствовать, но и иметь аппарат, пригодный для передачи чувства».
И ещё: «Я уверен, — пишет Эфрос, — что такого артиста можно воспитать. И прежде всего выбором определённого художественного направления. Это, как говорится, очень разрабатывает актёрскую нервную систему. Свое направление он должен любить, знать его, отстаивать… К сожалению, многие артисты — люди "бездомные", то есть не имеющие своего направления».
Актёры Эфроса оставили в истории театра очень узнаваемый след. Стоит назвать Ольгу Яковлеву, Николая Волкова, Льва Дурова — и этот ряд легко продолжается: Анатолий Грачёв, Леонид Броневой, Геннадий Сайфулин… Совершенно разные актёрские индивидуальности — и при этом сегодня, глядя записи эфросовских спектаклей, иногда ловишь себя на ощущении, что все они говорят на одном театральном языке.
Почему?
Эфрос много работал этюдами: разбор должен был немедленно переходить в действие, найденное — проверяться на сцене. «При этюдном методе действие — ствол, а слова — листва», — писал он. Не сыграть уже известный результат, а заставить мысль, чувство, реакцию родиться сейчас — на глазах у зрителя.
Отсюда, возможно, и эта узнаваемость эфросовских актёров: обострённая реакция, сбивающаяся речь, пауза внутри мысли, внезапная смена интонации, ощущение почти физической незащищённости на сцене. Яковлева, Волков и Дуров оставались совершенно разными артистами — но принадлежали одному художественному направлению.
А вам кажется, что существует особый «эфросовский актёр»? Можно ли узнать его вне зависимости от роли и исполнителя?
О режиссёрах и актёрах, которые вместе создавали новый театральный язык, — на нашем курсе «Люди и страсти русской сцены».
И ещё: «Я уверен, — пишет Эфрос, — что такого артиста можно воспитать. И прежде всего выбором определённого художественного направления. Это, как говорится, очень разрабатывает актёрскую нервную систему. Свое направление он должен любить, знать его, отстаивать… К сожалению, многие артисты — люди "бездомные", то есть не имеющие своего направления».
Актёры Эфроса оставили в истории театра очень узнаваемый след. Стоит назвать Ольгу Яковлеву, Николая Волкова, Льва Дурова — и этот ряд легко продолжается: Анатолий Грачёв, Леонид Броневой, Геннадий Сайфулин… Совершенно разные актёрские индивидуальности — и при этом сегодня, глядя записи эфросовских спектаклей, иногда ловишь себя на ощущении, что все они говорят на одном театральном языке.
Почему?
Эфрос много работал этюдами: разбор должен был немедленно переходить в действие, найденное — проверяться на сцене. «При этюдном методе действие — ствол, а слова — листва», — писал он. Не сыграть уже известный результат, а заставить мысль, чувство, реакцию родиться сейчас — на глазах у зрителя.
Отсюда, возможно, и эта узнаваемость эфросовских актёров: обострённая реакция, сбивающаяся речь, пауза внутри мысли, внезапная смена интонации, ощущение почти физической незащищённости на сцене. Яковлева, Волков и Дуров оставались совершенно разными артистами — но принадлежали одному художественному направлению.
А вам кажется, что существует особый «эфросовский актёр»? Можно ли узнать его вне зависимости от роли и исполнителя?
О режиссёрах и актёрах, которые вместе создавали новый театральный язык, — на нашем курсе «Люди и страсти русской сцены».
❤5
«Гиппиус. Непредвиденное» (2024)
Режиссёр Фамил Джавадов
Кабаре ШУМ
Моноспектакль актрисы БДТ Варвары Павловой.
Евгений Гриневецкий: «На углу Надеждинской и Манежного, в доме, где с 1915-го живет Маяковский, в подвальчике Кабаре "Шум" Зинаида Гиппиус разговаривает со слушателями. Она читает свои дневники 1914–1917-го. Между прочим, в городе с 1914-го сухой закон, закрыто и кабаре "Бродячая собака", где все они собирались — "бражники и блудницы". В "Шуме" пока наливают, и её гости — кто с бокалом вина, кто с коктейлем, а законопослушные — с чашкой крепкого чая. Их немного, человек тридцать. <…>
Спектаклем эти 45 минут контакта с актрисой, уравнивающей себя с текстом, назвать трудно. Это собеседование глаза в глаза, желание быть услышанной, удар словами, которые как бы впервые открывает для зрителей Варвара Павлова — как свои. Да и стилистически в Серебряный век Павловой — пожизненная контрамарка, ей идет эта читка под рояль, под специально написанные для этого случая сочинения Александра Захаренко, которые исполняет Галя Лавренчук…
Зальчик, в котором играют, — маленький, радиус движения Зинаиды Гиппиус, подливающей себе коньяк в стакан, — два шага. Она среди своих. И она говорит. Яростно, жёстко, беспощадно.
Это укол анализом, хотя всё, что пишет Гиппиус, мы вообще-то знаем со школы. Вот это всё — как зрела в недрах войны революционная ситуация… Но иногда путаемся: это точно Гиппиус, а не посты из каких-то недавних времен? То же смятение, когда никто ничего не знает и не может понять…».
Режиссёр Фамил Джавадов
Кабаре ШУМ
Моноспектакль актрисы БДТ Варвары Павловой.
Евгений Гриневецкий: «На углу Надеждинской и Манежного, в доме, где с 1915-го живет Маяковский, в подвальчике Кабаре "Шум" Зинаида Гиппиус разговаривает со слушателями. Она читает свои дневники 1914–1917-го. Между прочим, в городе с 1914-го сухой закон, закрыто и кабаре "Бродячая собака", где все они собирались — "бражники и блудницы". В "Шуме" пока наливают, и её гости — кто с бокалом вина, кто с коктейлем, а законопослушные — с чашкой крепкого чая. Их немного, человек тридцать. <…>
Спектаклем эти 45 минут контакта с актрисой, уравнивающей себя с текстом, назвать трудно. Это собеседование глаза в глаза, желание быть услышанной, удар словами, которые как бы впервые открывает для зрителей Варвара Павлова — как свои. Да и стилистически в Серебряный век Павловой — пожизненная контрамарка, ей идет эта читка под рояль, под специально написанные для этого случая сочинения Александра Захаренко, которые исполняет Галя Лавренчук…
Зальчик, в котором играют, — маленький, радиус движения Зинаиды Гиппиус, подливающей себе коньяк в стакан, — два шага. Она среди своих. И она говорит. Яростно, жёстко, беспощадно.
Это укол анализом, хотя всё, что пишет Гиппиус, мы вообще-то знаем со школы. Вот это всё — как зрела в недрах войны революционная ситуация… Но иногда путаемся: это точно Гиппиус, а не посты из каких-то недавних времен? То же смятение, когда никто ничего не знает и не может понять…».
❤4
Метод действенного анализа по Товстоногову: шпаргалка.
Станиславский предлагал выявить в анализе наиболее важные события, которые определяют процесс движения спектакля. Товстоногов считал, что пьеса в своем развитии опирается на пять таких событий:
1. Исходное событие — своеобразный эмоциональный «зачин» спектакля, начинается за пределами спектакля и заканчивается на глазах у зрителя.
Фокусирует, отражает в себе (как капля воды — океан) исходное предлагаемое обстоятельство, зарождаясь в его недрах.
2. Основное событие — начало борьбы по сквозному действию, вступает в силу ведущее предлагаемое обстоятельство пьесы.
3. Центральное событие — высший пик борьбы в спектакле по сквозному действию.
4. Финальное событие — окончание борьбы по сквозному действию, исчерпывается ведущее предлагаемое обстоятельство.
5. Главное событие — самое конечное событие спектакля, заключающее «зерно» сверхзадачи; в нем как бы «просветляется» идея произведения. Здесь решается судьба исходного предлагаемого обстоятельства — мы узнаем, что стало с ним, изменилось ли оно или осталось прежним.
О том, как всё это применяется на практике, на новом потоке курса «Застольный период методом действенного анализа» расскажет Иван Стависский. Присоединяйтесь сейчас, чтобы не пропустить начало занятий.
Станиславский предлагал выявить в анализе наиболее важные события, которые определяют процесс движения спектакля. Товстоногов считал, что пьеса в своем развитии опирается на пять таких событий:
1. Исходное событие — своеобразный эмоциональный «зачин» спектакля, начинается за пределами спектакля и заканчивается на глазах у зрителя.
Фокусирует, отражает в себе (как капля воды — океан) исходное предлагаемое обстоятельство, зарождаясь в его недрах.
2. Основное событие — начало борьбы по сквозному действию, вступает в силу ведущее предлагаемое обстоятельство пьесы.
3. Центральное событие — высший пик борьбы в спектакле по сквозному действию.
4. Финальное событие — окончание борьбы по сквозному действию, исчерпывается ведущее предлагаемое обстоятельство.
5. Главное событие — самое конечное событие спектакля, заключающее «зерно» сверхзадачи; в нем как бы «просветляется» идея произведения. Здесь решается судьба исходного предлагаемого обстоятельства — мы узнаем, что стало с ним, изменилось ли оно или осталось прежним.
О том, как всё это применяется на практике, на новом потоке курса «Застольный период методом действенного анализа» расскажет Иван Стависский. Присоединяйтесь сейчас, чтобы не пропустить начало занятий.
🔥1
В Омском ТЮЗе в сезоне 2026-2027 выпустят премьеры Старцева, Захарин, Илья Зайцев
Сегодня, 1 сентября, Омский театр юного зрителя открыл 90-й юбилейный сезон. В планах театра — постановки главного режиссёра Анастасии Старцевой, а также премьеры Ильи Зайцева и Сергея Захарина.
Первая премьера сезона — уличный спектакль Анастасии Старцевой «Королевство кривых зеркал» (6+) по одноимённой повести Виталия Губарева. Напомним, это история о девочке Оле, которая попадает в Королевство кривых зеркал, где знакомится со своим отражением — Яло. Путешествие помогает Оле увидеть свои недостатки, а затем преодолеть их — и, по замыслу создателей постановки, премьерный спектакль тоже поможет юным зрителям поверить в свои силы и понять, что важно развивать в себе лучшие качества. Ключевая особенность премьеры — формат «спектакля-экскурсии»: зрители пройдут по периметру обновлённого после реконструкции здания театра, побывают в летнем дворике, фойе и даже смогут заглянуть за кулисы. В творческую группу спектакля также вошли художник Владимир Ситулин, хореограф Яна Чипуштанова и композитор Андрей Пересумкин.
Две премьеры театр планирует представить зрителям в ноябре. Выпускник ГИТИСовской мастерской Юрия Бутусова, режиссёр Илья Зайцев поставит спектакль «Село Степанчиково и его обитатели» по мотивам повести Достоевского. А главный режиссёр театра Анастасия Старцева выпустит постановку для семейного просмотра «Падал с неба кот». В основе — книга Анастасии Шанской «Кот прямо с неба», где заглавный герой и повествователь — кот Ефим, который однажды буквально свалился на голову обычной семье, выпав из окна седьмого этажа. Дальнейшие события и опыт по перевоспитанию хозяев Ефим фиксирует в своём дневнике.
Ещё две премьеры запланированы на вторую половину сезона: главный режиссёр новосибирского «Глобуса» Сергей Захарин выпустит в Омском ТЮЗе пластический спектакль, а Анастасия Старцева — постановку для взрослых зрителей, приуроченную к юбилею Льва Толстого. Подробности об этих двух работах театр пока не сообщает.
Источник: «Театръ».
Сегодня, 1 сентября, Омский театр юного зрителя открыл 90-й юбилейный сезон. В планах театра — постановки главного режиссёра Анастасии Старцевой, а также премьеры Ильи Зайцева и Сергея Захарина.
Первая премьера сезона — уличный спектакль Анастасии Старцевой «Королевство кривых зеркал» (6+) по одноимённой повести Виталия Губарева. Напомним, это история о девочке Оле, которая попадает в Королевство кривых зеркал, где знакомится со своим отражением — Яло. Путешествие помогает Оле увидеть свои недостатки, а затем преодолеть их — и, по замыслу создателей постановки, премьерный спектакль тоже поможет юным зрителям поверить в свои силы и понять, что важно развивать в себе лучшие качества. Ключевая особенность премьеры — формат «спектакля-экскурсии»: зрители пройдут по периметру обновлённого после реконструкции здания театра, побывают в летнем дворике, фойе и даже смогут заглянуть за кулисы. В творческую группу спектакля также вошли художник Владимир Ситулин, хореограф Яна Чипуштанова и композитор Андрей Пересумкин.
Две премьеры театр планирует представить зрителям в ноябре. Выпускник ГИТИСовской мастерской Юрия Бутусова, режиссёр Илья Зайцев поставит спектакль «Село Степанчиково и его обитатели» по мотивам повести Достоевского. А главный режиссёр театра Анастасия Старцева выпустит постановку для семейного просмотра «Падал с неба кот». В основе — книга Анастасии Шанской «Кот прямо с неба», где заглавный герой и повествователь — кот Ефим, который однажды буквально свалился на голову обычной семье, выпав из окна седьмого этажа. Дальнейшие события и опыт по перевоспитанию хозяев Ефим фиксирует в своём дневнике.
Ещё две премьеры запланированы на вторую половину сезона: главный режиссёр новосибирского «Глобуса» Сергей Захарин выпустит в Омском ТЮЗе пластический спектакль, а Анастасия Старцева — постановку для взрослых зрителей, приуроченную к юбилею Льва Толстого. Подробности об этих двух работах театр пока не сообщает.
Источник: «Театръ».
❤9👍1😡1