«В работе я скорее перфекционист, но считаю, что этот путь не универсален. Я верю, что нас ведут инстинкт и провидение. И ещё наивность…

Вот пример. Когда вышел фильм Тарантино "Бешеные псы", мне было 17. И меня он так очаровал, что я предложил друзьям по очень хеви-метал группе — мы же все тогда тяжёлый метал играли — поставить по этому сценарию собственный спектакль. И мы действительно поставили и играли его по клубам.

Я играл в нём мистера Пинка — роль Стива Бушеми. И так, видимо, и стал актёром. Из простого желания вот этот конкретный спектакль сыграть. Из наивной убеждённости, что можно взять да и поставить спектакль, взять да и сыграть в нём. Я верю в энергию наивности — она сворачивает горы. И становится залогом жизненного успеха».

Майкл Фассбендер

«Барток/Бетховен/Шёнберг»
Хореограф: Анна Тереза де Кеерсмакер

«Барток/Бетховен/Шенберг» — ретроспектива работ бельгийского хореографа, объединённых в один репертуарный вечер. Три части — три одноактных балета, в своё время определивших развитие танцевальной компании Rosas и закрепивших стиль самой Анны Терезы де Кеерсмакер

Анна Тереза де Кеерсмакер: «Вечер состоит из трёх спектаклей — "Струнный квартет № 4" Бартока, "Большая фуга" Бетховена и "Просветлённая ночь" Шёнберга. "Струнный квартет" я поставила в 1986 году для четырёх танцовщиц. Для меня это был первый шаг в сторону от Стива Райха и Тьерри де Мея, первая работа с современной музыкой в классической традиции. Квартет по определению ограничен в средствах, моей задачей было извлечь как можно больше хореографического текста из музыкального. Ухватить все балканские фольклорные мотивы, которые мы слышим в музыке Бартока, и вместе с тем выделить её ритмический аспект — феминистский, воинствующий, почти ликующий. Эти две линии звучат в унисон. "Струнный квартет" продолжает традицию "женских спектаклей", таких как Fase и Rosas danst Rosas. "Большую фугу" Бетховен написал в конце жизни, хотя формально она ещё относится к классицизму, но это уже граница с романтизмом».

Не стало театрального фотографа Владимира Луповского

Вечером 7 апреля скоропостижно умер театральный фотограф, фотожурналист Владимир Луповской.

Сообщение о смерти мастера опубликовала в соцсетях его дочь Александра Луповская: «Наш папа Владимир Луповской скоропостижно скончался. Его фотоаппарат щёлкнул сегодня в последний раз. <…> О всех подробностях о дате и месте прощания мы сообщим позже. Саша и Коля Луповские».

Владимир Луповской был одним из самых известных московских театральных фотографов. Его работы — съёмки спектаклей и закулисья, портреты деятелей театра — хорошо знали не только в России, но и за рубежом. Коллеги и представители самых разных театральных профессий, включая критиков, не только заслуженно высоко ценили Луповского-фотографа — художника с уникальным видением, летописца сцены, — но и искренне любили Луповского-человека — тоже, в свою очередь, обладавшего талантом любви к людям и театру.

Владимир Луповской в 1982 году окончил кафедру общей физики и нелинейных процессов физического факультета МГУ, в 1984 году — факультет социальной психологии и параллельно школу фоторепортажа при Центральном доме журналиста в Москве, до 1994 года работал научным сотрудником в научно-исследовательском институте. После этого начал профессионально заниматься фотожурналистикой. Место Луповского в новейшей истории театра и театральной фотографии уникально в связи с одним из главных интересов его жизни — танцем и современной хореографией, которыми он заинтересовался ещё в 1990-е, когда в России только начиналось становление контемпорари, а мировое наследие в этом направлении не было по-настоящему известно отечественным зрителям и критикам. Для Луповского интерес к современному танцу был закономерным: ещё во время учёбы в МГУ он занимался в местной студии пантомимы, тогда же увлёкся пластическими видами перформативных искусств. Во многом именно эта любовь к сложнейшим для фотофиксации театральным формам и стремление научиться передавать движение, мгновения жизни, а не постановочную статику, и определили фирменный стиль Луповского, за который его и ценили представители театрального сообщества.

Владимир Луповской был участником международных фотосалонов в России и за рубежом (в Литве, Испании, Польше, США, Франции, Болгарии), организатором более чем сотни персональных и коллективных выставок, причём не только собственных, но и представлявших работы его коллег и друзей. Сотрудничал с Французским культурным центром в Москве (ныне Французским институтом в России) с момента его основания в 1992 году. Работал как независимый фотограф, сотрудничал со множеством изданий, был членом Московского союза журналистов и Международного союза журналистов (IFJ), лауреатом различных премий. В числе изданий, основной объём иллюстраций в которых составляли фотографии Владимира Луповского, — книга-альбом Екатерины Васениной «Российский современный танец, Диалоги» (Emergency Exit, 2005) и книга Дины Годер «Художники, визионеры, циркачи: очерки визуального театра» («Новое литературное обозрение», 2012).

Среди выставок Владимира Луповского — «Разные поезда» (1995–1996), «Современный танец Нидерландов» (1997, 1998), «Сны Петербурга» (1998), «Летние фестивали во Франции» (1998), «Современный танец Европы» (1999), «Танец в лицах» (2000), «Русские в Париже» (2002), «Zingaro. Москва. 2001» (2003), «Танец на Волге» (2003), «Спектакли Пины Бауш» (2005).

Наша редакция выражает соболезнования близким Владимира Луповского, всем знавшим и любившим мастера.

Источник: «Театръ».